В СТА­ТУ­СЕ ПОП-ЗВЕЗ­ДЫ

AiF v Vostochnoy Sibiri (Irkutsk) - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА -

ПЕРСОНА

В этом го­ду не успе­ли ир­ку­тяне на­сла­дить­ся об­ще­ни­ем с пат­ри­ар­хом рус­ской по­э­зии Ев­ге­ни­ем Рей­ном и на­шу­мев­шей мо­ло­дой пи­са­тель­ни­цей Гу­зе­лью Яхи­ной, как в го­сти по­жа­ло­вал один из са­мых ти­ра­жи­ру­е­мых со­вре­мен­ных ли­те­ра­то­ров За­хар При­ле­пин, что­бы пре­зен­то­вать но­вую кни­гу ир­кут­ским лю­би­те­лям по­чи­тать и от­ве­тить на их во­про­сы.

В го­ро­де на Ан­га­ре За­хар (по пас­пор­ту Ев­ге­ний Ни­ко­ла­е­вич) уже не в пер­вый раз, и с на­шим ме­стом его свя­зы­ва­ет нечто боль­шее, чем про­сто гастроли: сво­им лю­би­мым пи­са­те­лем он на­зы­ва­ет Ва­лен­ти­на Распутина.

«ОТ ПУШ­КИ­НА ПРИХВАЧУ»

- Не ска­жу, что мои от­но­ше­ния с Ва­лен­ти­ном Гри­го­рье­ви­чем ка­кие-то лич­ные бы­ли, мы па­ру раз чи­сто эпи­зо­ди­че­ски встре­ча­лись, - рас­ска­зы­ва­ет он. - Но Рас­пу­тин - са­мый близ­кий мне ли­те­ра­тор. Я это го­во­рю, не по­то­му что я в ва­шем го­ро­де, а из-за то­го, что он - один из са­мых важ­ных лю­дей для ме­ня в на­шей куль­ту­ре, клас­сик во всех смыс­лах сло­ва. Я все­гда лю­бил его, скры­вать не бу­ду, го­раз­до боль­ше, чем Вик­то­ра Аста­фье­ва. И по­ни­мал все­гда. В своё вре­мя Лео­нид Мак­си­мо­вич Лео­нов - дру­гой мой лю­би­мей­ший пи­са­тель - ска­зал, что вся рус­ская ли­те­ра­ту­ра уме­ща­ет­ся в несколь­ко теп­ло­по­жа­тий. «Пуш­кин жал ру­ку Го­го­лю, Го­голь - Тур­ге­не­ву, Тур­ге­нев - Тол­сто­му, Толстой - Горь­ко­му, Горь­кий - мне», - го­во­рил Лео­нов. А по­том он, рас­суж­дая о ли­те­ра­то­рах, ста­вил Распутина вы­ше всех, хо­тя го­во­рил, что Ва­лен­ти­ну Гри­го­рье­ви­чу не хва­та­ет ро­ма­на (хо­тя ему не ну­жен был ни­ка­кой ро­ман), но тем не ме­нее Рас­пу­ти­ну ру­ку жал.

И я ду­мал то­гда: сей­час пой­ду, най­ду Распутина и по­жму ему ру­ку - от Пуш­ки­на прихвачу. Как-то на вру­че­нии од­ной патриотической пре­мии я его и уви­дел, он си­дел с кра­еш­ку в та­ком за­ле, ко­то­рый свер­ху вниз идёт. Я к нему по­до­шёл, встал на колени, но так, что­бы непо­нят­но бы­ло, что я на колени встал, а вро­де про­сто при­сел, и го­во­рю ему: «Здрав­ствуй­те, я За­хар При­ле­пин». А он мне: «Я вас знаю, вы пи­са­тель, я чи­тал ва­шу книж­ку». Я ему рас­ска­зал о том, что про Лео­но­ва на­пи­сал, и тут он со­всем рас­тро­гал­ся, по­то­му что, как и я, по­чи­тал Лео­ни­да Мак­си­мо­ви­ча за ге­ния рус­ской ли­те­ра­ту­ры. Я ему эту кни­гу по- да­рил, и мне по­том несколь­ко раз пе­ре­да­ва­ли от него при­ве­ты. Мо­жет быть, са­мая боль­шая, са­мая цен­ная похвала бы­ла для ме­ня как раз рас­пу­тин­ская. Я ду­маю о нём всё вре­мя. В этом че­ло­ве­ке бы­ла ка­кая-то без­упреч­ность лич­но­го по­ве­де­ния, в са­мом широком смыс­ле - мы мно­го го­во­рим, силь­но су­е­тим­ся. А в нём бы­ла та­кая нето­роп­ли­вость, несу­ет­ность, уме­ние по­мол­чать, по­смот­реть. Ино­гда я лов­лю се­бя на мыс­ли: «Мо­жет, ты как Рас­пу­тин бу­дешь ста­рать­ся се­бя ве­сти? Хва­тит те­бе уже тре­пать­ся».

- Го­во­рят, что та­ких как Рас­пу­тин боль­ше не бу­дет. Но, мо­жет, хо­ро­шие мо­ло­дые пи­са­те­ли есть, да их не вид­но? Прав­да, что мо­ло­до­му ли­те­ра­то­ру из про­вин­ции невоз­мож­но про­бить­ся на боль­шой книж­ный ры­нок?

- Мо­жет быть, у ме­ня ил­лю­зии ка­кие-то есть, но посмот­ри­те на Гу­зель Яхи­ну, ко­то­рая толь­ко что бы­ла у вас в Ир­кут­ске в гостях: мо­ло­дая де­вуш­ка на­пи­са­ла пер­вый ро­ман, он са­мо­тё­ком при­шёл в из­да­тель­ство, его опуб­ли­ко­ва­ли, и она по­лу­чи­ла три круп­ней­ших пре­мии сра­зу. А у неё нет ни­ка­ко­го про­дю­сер­ско­го цен­тра. От­ве­чаю за то из­да­тель­ство, с ко­то­рым я ра­бо­таю: там си­дит 15 ре­дак­то­ров, ко­то­рые чи­та­ют всё, что к ним при­хо­дит, и от­би­ра­ют с ну­ля ка­кие-то книж­ки со­вер­шен­но неиз­вест­ных авторов, и ес­ли они до­стой­ные, пуб­ли­ку­ют.

Я сам так при­хо­дил в ли­те­ра­ту­ру: при­е­хал из Чеч­ни, при­вёз ро­ман про свой ка­кой­то опыт, и он вызвал лю­бо­пыт­ство. Про­сто за­ча­стую люди приходят, не зная са­мой си­сте­мы. Они на­пи­са­ли фан­та­сти­че­ский ро­ман, а шлют его в жур­нал «Наш со­вре­мен­ник». Там есте­ствен­но го­во­рят: «Ты с ума со­шёл! Ухо­ди, от­стань от нас во­об­ще!» Ес­ли вы из-за это­го ду­ма­е­те, что в книж­ном мире всё за­чи­ще­но «для сво­их», то ещё раз посмот­ри­те на Яхи­ну, ко­то­рая всё это опровергает на­прочь. На­до что­бы книж­ка бы­ла хо­ро­шая - то­гда и чи­та­тель най­дёт­ся. Ес­ли сей­час кто-ни­будь на­пи­шет «Ти­хий Дон», его ото­рвут с ру­ка­ми и зо­ло­том ещё об­сы­пят немнож­ко.

ИН­ТЕЛ­ЛЕК­ТУ­АЛЬ­НЫЙ ТРЕНИНГ

- Вас ча­сто про­сят про­ком­мен­ти­ро­вать пе­ре­нос памятников. А в Ир­кут­ске недав­но пе­ре­име­но­ва­ли од­ну из улиц…

- Я знаю, что в го­ро­де это всех воз­бу­ди­ло. Мне ка­жет­ся, в первую оче­редь го­ро­жа­нам ре­шать - пе­ре­име­но­вы­вать что-то или нет, и в про­цес­се об­суж­де­ния при­хо­дить к вы­во­ду. Но в це­лом я счи­таю, что про­цесс это по­лез­ный, по­то­му что люди сра­зу ле­зут в книж­ки: на- чи­на­ют раз­би­рать­ся в сво­ей гео­гра­фии, ге­не­а­ло­гии, узнавать, что это был за че­ло­век, что это был за на­род. Для это­го как ми­ни­мум Ви­ки­пе­дию от­кры­ва­ют, как мак­си­мум - в биб­лио­те­ку идут, бе­рут кни­жеч­ку и на­чи­на­ют вы­яс­нять. Кста­ти, та­ких кру­тых биб­лио­тек, как ва­ша «Мол­ча­нов­ка», в Рос­сии по паль­цам пе­ре­счи­тать. Столь вну­ши­тель­но­го зда­ния для на­у­ки и чте­ния не встре­чал дав­но. Это по­вод для за­ви­сти.

В об­щем, я счи­таю, что та­кой во­прос на­до под­ни­мать каж­дый ме­сяц: «А да­вай­те пе­ре­име­ну­ем вот эту ули­цу из Пет­ро­ва в Си­до­ро­ва?» А даль­ше уже смотреть, кто та­кой этот Сидоров. Это по­сто­ян­ный ин­тел­лек­ту­аль­ный тренинг.

- А школь­ное об­ра­зо­ва­ние уже не тренинг? В этом го­ду эк­за­ме­ны по рус­ско­му и ли­те­ра­ту­ре вы­пуск­ни­ки сда­ли хо­ро­шо, но и тре­бо­ва­ния силь­но сни­зи­ли.

- Я вхо­жу и в Пат­ри­ар­ший со­вет по куль­ту­ре и в дру­гие со­ве­ты, встре­ча­юсь с пред­ста­ви­те­ля­ми вла­сти, и во­про­сы об об­ра­зо­ва­нии мы под­ни­ма­ем ча­сто. Есть мно­го про­блем, но пе­ре­усерд­ство­вать то­же не сто­ит. Я учил­ся в со­вет­ской шко­ле, ис­пы­ты­ваю край­ние сим­па­тии к это­му вре­ме­ни, од­на­ко пом­ню, что в мо­ём клас­се хо­ро­шие книж­ки чи­тал я один. И ещё от­лич­ни­ца Та­ня Кузнецова. Не бы­ли все со­вет­ские школь­ни­ки ма­ни­а­каль­ны­ми чи­та­те­ля­ми. Так что на на­ших де­тей се­год­ня я гре­шить бы не стал. А то, что си­сте­му об­ра­зо­ва­ния ста­ли ме­нять в со­от­вет­ствии с ев­ро­пей­ски­ми не все­гда ра­зум­ны­ми уста­нов­ка­ми, - это да, на­до во­вре­мя оста­но­вить­ся и на­чать воз­вра­щать­ся к со­вет­ским прин­ци­пам. Та си­сте­ма ра­бо­та­ла, и спе­ци­а­ли­сты бы­ли дей­стви­тель­но кру­тые.

Си­ту­а­ция, ко­то­рая бы­ла в Со­вет­ском Со­ю­зе в рас­цвет го­су­дар­ствен­но­сти, во­об­ще не име­ет ана­ло­гов в ми­ро­вой ис­то­рии - та­ко­го ко­ли­че­ства ти­ра­жей не бы­ло и не бу­дет ни­ко­гда. Хо­тя пи­са­тель в Рос­сии по-преж­не­му, да простит ме­ня ваш слух, на­хо­дит­ся в ста­ту­се поп-звез­ды: он да­ёт ком­мен­та­рии по лю­бым по­во­дам, мо­жет и ми­тинг со­брать. А где-ни­будь в Ита­лии и Фран­ции мне­ние ли­те­ра­то­ров во­об­ще ни­ко­го не ин­те­ре­су­ет.

«СА­МАЯ ЦЕН НАЯ ПОХВАЛА ДЛЯ МЕ­НЯ БЫ­ЛА ОТ РАСПУТИНА».

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.