ОСО­БОЕ ВОС­ПИ­ТА­НИЕ

AiF v Vostochnoy Sibiri (Irkutsk) - - ГОСТЬ РЕ­ДАК­ЦИИ -

ла­бо­ран­том. Все­го

- 44 го­да ра­бо­ты «на граж­дан­ке» и два - в «го­ря­чей точ­ке». Кста­ти, 15 фев­ра­ля ве­те­ра­ны бо­е­вых дей­ствий в Аф­га­ни­стане от­ме­ти­ли оче­ред­ную да­ту вы­во­да на­ших войск из этой рес­пуб­ли­ки.

Пер­вый во­прос моя со­бе­сед­ни­ца преду­га­да­ла преж­де, чем я успе­ла его озву­чить.

- Нач­ну из­да­ле­ка, по­то­му что знаю, вы непре­мен­но спро­си­те, по­че­му я доб­ро­воль­но от­пра­ви­лась на вой­ну, - рас­ска­за­ла она. - Мои ро­ди­те­ли - лю­ди во­ен­ные, ма­ма с пер­вых дней вой­ны по­па­ла в пек­ло Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной: окон­чи­ла харь­ков­ское ме­дучи­ли­ще, и весь курс сра­зу от­пра­ви­ли на пе­ре­до­вую. Она про­шла укра­ин­ский, бе­ло­рус­ский, при­бал­тий­ский фрон­ты, бы­ла на Кур­ской ду­ге и за­кон­чи­ла вой­ну в Пра­ге. Па­па был ком­му­ни­стом, по-на­сто­я­ще­му бо­ле­ю­щим за пар­тию че­ло­ве­ком, а не про­сто ра­ди ка­рье­ры по­лу­чив­шим «ко­роч­ку». Мы, по­сле­во­ен­ные де­ти, рос­ли в осо­бой «ком­со­моль­ской» ат­мо­сфе­ре. На­вер­ное, толь­ко жив­шие в то вре­мя мо­гут по­нять, что для нас зна­чи­ли при­зы­вы Ро­ди­ны. Это не па­фос­ные сло­ва, как мо­жет по­ка­зать­ся. По­это­му, ко­гда мне бы­ло 35 лет, я без ко­ле­ба­ний от­пра­ви­лась в во­ен­ко­мат и ска­за­ла, что хо­чу по­ехать в Аф­га­ни­стан, по­то­му что зна­ла: во­ен­но­го мед­пер­со­на­ла не хва­та­ет, нуж­на под­держ­ка граж­дан­ских. В то вре­мя шли боль­шие ком­со­моль­ские строй­ки, про­кла­ды­ва­ли БАМ, по­всю­ду ца­рил дух общ­но­сти, един­ства и пат­ри­о­ти­че­ский подъ­ём, а я на строй­ки по­че­му-то не по­па­ла, хоть все­гда бы­ла ак­ти­вист­кой. Вот и по­ду­ма­ла: «Как же так? По­че­му я оста­лась в сто­роне? Дочь ро­ди­те­лей, ко­то­рые про­шли фрон­ты Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной, си­жу здесь…»

НИ­ЧЕ­ГО ГЕ­РО­И­ЧЕ­СКО­ГО

- Ва­ши ро­ди­те­ли пре­крас­но зна­ли, что зна­чит вой­на. Как они вас от­пу­сти­ли?

- К это­му вре­ме­ни бы­ла жи­ва толь­ко ма­ма, ко­то­рая спо­кой­но при­ня­ла моё ре­ше­ние. Она по­ни­ма­ла, что ни­кто не за­став­ля­ет ме­ня, но от внут­рен­не­го убеж­де­ния «Пар­тия ска­за­ла: на­до! Ком­со­мол от­ве­тил: есть!» ни­ку­да не де­нешь­ся. Ко­гда вер­ну­лась из Аф­га­ни­ста­на, я са­ма го­во­ри­ла, что доб­ро­воль­но по­па­ла в за­клю­че­ние за ко­лю­чую про­во­ло­ку на два го­да. Там про­ве­ла 1984-86 го­ды. А до это­го ни я, ни мои зна­ко­мые ни­че­го не зна­ли об этой войне - со­вер­шен­но ни­че­го. Толь­ко в ку­лу­а­рах шё­по­том го­во­ри­ли о за­кры­тых гро­бах, ко­то­рые при­сы­ла­ют от­ту­да.

Пер­вое впе­чат­ле­ние от Аф­га­ни­ста­на бы­ло пло­хим. Я ведь при­е­ха­ла из лес­ной и реч­ной Си­би­ри, а там всё жёл­тое, толь­ко пе­сок, об­жи­га­ю­щая жа­ра. Из Ир­кут­ска еха­ла од­на, си­би­ря­ков во­об­ще бы­ло немно­го.

- И по­сле пер­вых ощу­ще­ний не за­хо­те­лось сбе­жать?

- В са­мом на­ча­ле был шок, при­хо­ди­ли мыс­ли об отъ­ез­де, но по­том при­вык­ла. Я по­па­ла в гос­пи­таль Ба­гра­ма, в ин­фек­ци­он­ное от­де­ле­ние рент­ген-ла­бо­ран­том. Там ме­ня «встре­ти­ли» брюш­ной тиф, ге­па­тит, ма­ля­рия, диф­те­рия. Все удив­ля­ют­ся, ко­гда рас­ска­зы­ваю о сво­ём аф­ган­ском про­шлом как об обы­ден­ных ве­щах. Но в этом и прав­да не бы­ло ни­че­го неве­ро­ят­но­го и ге­ро­и­че­ско­го - мы про­сто ра­бо­та­ли. Я и в Ир­кут­ске пол­но­стью от­да­ва­лась лю­би­мо­му де­лу, слиш­ком бы­ла им увле­че­на. Ко­гда ра­бо­та­ла в от­де­ле­нии хи­рур­гии, не мог­ла да­же на вы­ход­ные до­ве­рить сво­их па­ци­ен­тов де­жур­но­му пер­со­на­лу, при­бе­га­ла и смот­ре­ла, как они се­бя чув­ству­ют.

В Ба­гра­ме мы дне­ва­ли и но­че­ва­ли в гос­пи­та­ле. Он был рас­счи­тан на 400 мест, а ле­чи­лось там в три ра­за боль­ше че­ло­век. Эпи­де­мии не от­пус­ка­ли по­чти круг­лый год, Че­ты­ре ча­са ме­ришь у всех ве­чер­нюю тем­пе­ра­ту­ру, а ко­гда за­кан­чи­ва­ешь, уже вре­мя утрен­ней про­вер­ки под­хо­дит. Спа­ли по па­ре ча­сов в сут­ки.

«КАК СЖА­ТЫЙ КУ­ЛАК»

- Не обид­но, что 23 фев­ра­ля обыч­но при­ня­то по­здрав­лять муж­чин?

- Да, на­род со­тво­рил «муж­ской» празд­ник. (Сме­ёт­ся.) Но жа­ло­вать­ся не бу­ду, не та­кая уж я тще­слав­ная. Тем бо­лее что на ра­бо­те ме­ня все­гда по­здрав­ля­ли, все же зна­ли, что я «слу­жи­ла», да и ре­бя­та-аф­ган­цы не за­бы­ва­ют. А вот ко­гда по­здрав­ля­ют по­го­лов­но всех, да­же тех, кто к армии ни­ко­гда и близ­ко не при­бли­жал­ся, - не одоб­ряю.

- Ра­ди­каль­но по­ме­ня­лось ва­ше ми­ро­воз­зре­ние по­сле двух лет, про­ве­дён­ных на войне? К мир­ной жиз­ни при­шлось при­вы­кать?

- Ещё как! В аф­ган­ском гос­пи­та­ле мы бы­ли как один сжа­тый ку­лак, де­ла­ли всё вме­сте, де­ли­ли и ра­дость, и го­ре в оди­на­ко­вой ме­ре. Хоть я и бы­ла рент­ге­но­ло­гом, но это не озна­ча­ло, что не бра­лась за ра­бо­ту мед­сест­ры. Во­об­ще не бы­ло та­ко­го по­ня­тия - «обя­зан­но­сти», про­сто де­ла­ли всё. Ко­гда вер­ну­лась в Ир­кутск, ме­ня по­на­ча­лу оша­ра­ши­ла от­да­лён­ность лю­дей друг от дру­га, раз­об­щён­ность кол­лег. В род­ной кол­лек­тив вли­ва­лась с тру­дом. И объяснить это окру­жа­ю­щим бы­ло слож­но.

- Вы уже ска­за­ли, что у стар­ше­го по­ко­ле­ния со­вер­шен­но иные пред­став­ле­ния о дол­ге пе­ред Оте­че­ством. Как ду­ма­е­те, сей­час мо­ло­дые лю­ди го­то­вы так­же доб­ро­воль­но от­пра­вить­ся на «чу­жую вой­ну», ту­да, где, воз­мож­но, нуж­на их граж­дан­ская помощь? И на­сколь­ко пат­ри­о­тич­на ны­неш­няя мо­ло­дёжь?

- Та­ко­го чув­ства дол­га, ко­то­рый жил в лю­дях ста­рой за­кал­ки, у мо­ло­дё­жи, ко­неч­но, нет. Да и от­ку­да бы ему взять­ся? По­это­му, я ду­маю, за­ста­вить обыч­но­го че­ло­ве­ка по­ехать в «го­ря­чую точ­ку» сей­час мо­жет раз­ве что ка­кое-то осо­бое вос­пи­та­ние… или жаж­да ад­ре­на­ли­на. Хо­тя, си­ту­а­ция долж­на из­ме­нить­ся: всё-та­ки сей­час вновь ста­ли уде­лять вни­ма­ние пат­ри­о­ти­че­ско­му вос­пи­та­нию на государственном уровне. За по­след­ние го­ды в луч­шую сто­ро­ну из­ме­ни­лось от­но­ше­ние к во­ен­ным лю­дям и к Рос­сий­ской армии, ко­то­рую в од­но вре­мя опу­сти­ли очень низ­ко: за­кры­ва­ли во­ен­ные учи­ли­ща и ин­сти­ту­ты, со­кра­ща­ли во­ен­ные гос­пи­та­ли. По судь­бам мо­их зна­ко­мых ре­бят, про­шед­ших Аф­га­ни­стан, знаю, как они те­ря­ли ра­бо­ту и ста­но­ви­лись ненуж­ны­ми. Прав­да, на­ша ве­те­ран­ская ор­га­ни­за­ция ни­ко­гда не за­бы­ва­ла о тех со­бы­ти­ях. Че­рез му­зей аф­ган­ской вой­ны про­шли, по-мо­е­му, все ир­кут­ские шко­лы, и, воз­мож­но, имен­но это по­мог­ло со­хра­нить остат­ки бы­ло­го пат­ри­о­тиз­ма.

Во все вре­ме­на - жен­щи­ны-ме­ди­ки сто­я­ли в од­ном строю с муж­чи­на­ми.

Фо­то с сай­та dsnews.ua

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.