В НО­ГАХ ПРАВ­ДА ЕСТЬ

ЗА 3,5 ГО­ДА МА­РАТ ЖЫЛАНБАЕВ УСТА­НО­ВИЛ 7 РЕКОРДОВ КНИ­ГИ ГИННЕССА. ОН УМИРАЛ ОТ ЖАЖДЫ, УНОСИЛ НО­ГИ ОТ ВЕРБЛЮДОВ, ПЕ­РЕ­ЖИ­ВАЛ ПЕСЧАНЫЕ БУРИ. ПАСТУХИ ЕГО ЧУТЬ НЕ ЗА­СТРЕ­ЛИ­ЛИ, А ГРАБИТЕЛИ ПЫРНУЛИ НО­ЖОМ В СЕРД­ЦЕ… Ре­бён­ком он сбе­гал из дет­ско­го до­ма, а по­том по­ко­ри

AiF v Vostochnoy Sibiri (Irkutsk) - - СУДЬБЫ - Та­тья­на УЛАНОВА, Аста­на (Ка­зах­стан),

Стран­но, что о неве­ро­ят­ных при­клю­че­ни­ях уль­тра­ма­ра­фон­ца из Аста­ны не сня­ли се­ри­ал. К сло­ву, ко­гда вы­шел зна­ме­ни­тый фильм «Фор­рест Гамп», Ма­рат уже уста­но­вил все свои ре­кор­ды. И неко­то­рые ци­та­ты из гол­ли­вуд­ской ки­но­дра­мы как буд­то вы­пи­са­ны из био­гра­фии Жы­лан­ба­е­ва.

НЕ БЕГУН, А БЕГЛЕЦ

«Сна­ча­ла я бе­гал, про­сто что­бы убе­жать. Я не ду­мал, что это мо­жет стать при­зва­ни­ем»*.

С ран­них лет он лю­бил ри­со­вать. Де­тей в се­мье бы­ло пя­те­ро, Ма­рат - сред­ний. Ма­ма вы­да­ва­ла всем ли­сточ­ки, и его ра­бо­та ока­зы­ва­лась луч­ше, чем у стар­ших. Неболь­шой кра­си­вый аул. Го­ры, цве­ты… И без­за­бот­ное дет­ство, ко­то­рое вне­зап­но за­кон­чи­лось.

- Ма­ма умер­ла от ра­ка. Отец - злой ал­каш, сан­тех­ник, рас­пус­кал ру­ки. Од­на­ж­ды я не вы­дер­жал - ис­ца­ра­пал его чер­ниль­ной руч­кой, на те­ле да­же «на­кол­ки» об­ра­зо­ва­лись. Ко­гда ма­мы не ста­ло, его увез­ли в вы­трез­ви­тель. Там и уби­ли. За непо­ви­но­ве­ние. Млад­ших де­тей за­бра­ли ба­буш­ка с де­душ­кой, а нас тро­их от­пра­ви­ли в дет­дом. Я толь­ко в пер­вый класс по­шёл.

Учить­ся Ма­рат по­на­ча­лу не мог. Бунт… Стресс… В клас­се «на кам­чат­ке» он ри­со­вал, убе­гая от ре­аль­но­сти. Не сда­вать, у сво­их не во­ро­вать - на­ру­шать жёст­кие пра­ви­ла дет­до­ма бы­ло нель­зя. «Тя­же­ло вспо­ми­нать», - го­во­рит один из са­мых вы­нос­ли­вых лю­дей пла­не­ты. Гла­за увлаж­ня­ют­ся. Ма­рат дол­го мол­чит…

- У ме­ня де­сять ты­сяч род­ствен­ни­ков, и ни­кто не при­шёл в дет­дом. Ни ра­зу. Объ­яви­лись, ко­гда я уже стал из­вест­ным.

Несколь­ко раз он сбе­гал. Ав­то­сто­пом до­би­рал­ся в Но­во­си­бирск или Омск. Но ча­ще во­ди­те­ли от­во­зи­ли пар­ня в ми­ли­цию.

- Хо­ро­шо бы­ло в то­вар­ня­ках с фрук­та­ми. Но их плом­би­ро­ва­ли и, от­кры­вая, на­хо­ди­ли ме­ня. А ва­го­ны с уг­лём не про­ве­ря­ли…

ПТУ Ма­рат окон­чил с выс­шим, 4-м раз­ря­дом. Зная, что то­ка­рем ни­ко­гда не бу­дет. В учи­ли­ще по­шёл по­то­му, что там нуж­ны бы­ли спортсмены. Он лю­бил бокс, борь­бу. И уже при­лич­но бе­гал. Прав­да, без люб­ви.

ВНЕЗАПНОЕ БО­ГАТ­СТВО

«Жизнь - как ко­роб­ка шо­ко­лад­ных кон­фет. Ни­ко­гда не зна­ешь, что внут­ри»*.

Ма­рат лю­бил ри­со­ва­ние, а судь­ба за­бро­си­ла в физ­куль­тур­ный тех­ни­кум в Ка­ра­ган­де.

- Тре­не­ром я то­же не хо­тел быть. За­ни­мал­ся офор­ми­тель­ством. А в строй­от­ря­де за ме­сяц за­ра­бо­тал бе­ше­ные день­ги.

Уви­дел ящи­ки со смаль­той для пан­но, ко­то­рое со­би­ра­лись де­лать про­фес­си­о­на­лы, и по­обе­щал ди­рек­то­ру: ис­пол­ню за пол­це­ны. За ме­сяц. Один.

- При­шлось со­врать, что умею. От­про­сил­ся в Ка­ра­ган­ду яко­бы по де­лам, а сам - к ху­дож­ни­кам. Они всё по­ка­за­ли, да­ли на­про­кат ин­стру­мен­ты. Че­рез ме­сяц паль­цы бы­ли в дыр­ках, до ко­стей. Но я за­ра­бо­тал 7000 руб. - учи­тель физ­куль­ту­ры по­лу­чал 150.

Ма­ра­ту бы­ло 20. Ему про­чи­ли бу­ду­щее ху­дож­ни­ка. Пе­ре­ехав в Эки­ба­стуз, он при­нял уча­стие в вы­став­ке - 3 кар­ти­ны укра­ли. Че­рез неде­лю по­ка­зы­вал ра­бо­ты на все­со­юз­ном смот­ре в Ле­нин­гра­де. По­том немец­кая га­ле­рея ку­пи­ла у него 30 кар­тин по 100 долл. за каж­дую. Но что де­лать с та­кой сум­мой, он не знал.

- Я дол­ла­ры впер­вые уви­дел! За­нял­ся фар­цов­кой: про­да­вал кар­ти­ны, а на ва­лю­ту по­ку­пал де­фи­цит - ви­део­маг­ни­то­фо­ны, джин­сы, ко­ка-ко­лу… Од­на­ж­ды при­вёз то­ва­ра на 10 тыс. долл., а ме­ня уже пас об­э­ха­эс­ник. В тюрь­му на 10 лет не хо­те­лось - при­шлось от­дать всё иму­ще­ство. Ко­гда взя­ли с кон­фис­ка­ци­ей вто­рой раз, по­нял, что на­до за­вя­зы­вать.

УЧКУДУК И КОЛОДЦЫ

«Я бе­жал 3 го­да, 2 ме­ся­ца, 14 дней и 16 ча­сов. Мне про­сто нра­ви­лось бе­жать».*

Ху­дож­ни­ком Ма­рат так и не стал. Од­на­ж­ды ре­шил бро­сить всё и на­чать но­вую жизнь.

- Я то­гда бе­гал в пар­ке. Ра­ди здо­ро­вья. Бе­гал и ду­мал: а по­че­му бы не от­крыть спорт­клуб? Так в жиз­ни по­яви­лись ма­ра­фо­ны, со­рев­но­ва­ния. Те­перь я хо­тел стать класс­ным уль­тра­ма­ра­фон­цем. И до­ка­зать, что мо­гу быть хо­ро­шим тре­не­ром. О ре­кор­дах не ду­мал.

Ма­рат чи­тал кни­ги, изу­чал ме­то­ди­ку зна­ме­ни­то­го Амо­со­ва - упраж­не­ния, си­сте­му пи­та­ния. Два­жды в день тре­ни­ро­вал­ся. Сна­ча­ла про­бе­гал один клас­си­че­ский ма­ра­фон в день (42 км 195 м), по­том - два: 85 км. В те­че­ние го­да пре­одо­лел 13 ма­ра­фо­нов бо­си­ком, рвал­ся так и на Дорогу жиз­ни зимой, да ор­га­ни­за­то­ры за­пре­ти­ли. В 1991 г. Ма­рат уста­но­вил три ре­кор­да, про­бе­жав 226 ма­ра­фо­нов за 365 дней, 23 ма­ра­фо­на под­ряд за 23 дня и 30 - за 15 дней. Бег стал его жиз­нью. А любовь к пу­те­ше­стви­ям в нём жи­ла все­гда. С той по­ры, ко­гда он, спря­тав­шись в ва­гоне сре­ди фрук­тов, уди­рал из про­кля­то­го дет­до­ма.

- Я мно­го чи­тал о пу­сты­нях, пи­сал учё­ным, встре­чал­ся с пу­те­ше­ствен­ни­ка­ми. К сло­ву, врач Ви­та­лий Во­ло­вич, ра­бо­тав­ший с Га­га­ри­ным, счи­тал, что лю­ди ча­сто по­ги­ба­ют в экс­тре­маль­ных усло­ви­ях из-за стра­ха. А я и в дет­стве ни­че­го не бо­ял­ся. К то­му же очень вы­нос­лив и мо­гу дол­го об­хо­дить­ся без во­ды. По­ко­ре­ние пу­стынь ста­ло оче­ред­ной его це­лью. Ка­ра­ку­мы пре­одо­леть без со­про­вож­де­ния нере­аль­но. Но ком­па­нию Ма­ра­ту со­ста­вил толь­ко рюк­зак.

Поз­же Жыланбаев про­бе­жал круп­ней­шие пу­сты­ни ми­ра - Са­ха­ру, Боль­шую Вик­то­рию в Ав­стра­лии и Не­ва­ду в США. Прав­да, те­перь с ним бы­ли джип или ма­ши­на-дом, мест­ный во­ди­тель и тре­нер из Моск­вы. Но «дерь­мо слу­ча­ет­ся»*. В пу­стыне не вы­дер­жи­ва­ют ни хо­ло­диль­ни­ки, ни кон­ди­ци­о­не­ры. Да и бе­жать на­до са­мо­му. С сет­кой на ли­це.

- Му­хи об­леп­ля­ют ли­цо и пьют во­ду из глаз, рта, но­са… А вот змеи, ес­ли их не тро­гать, не опас­ны. У пу­сты­ни свои за­па­хи. Су­ри­ка­ты, сус­ли­ки, пес­чан­ки все они ро­ют но­ры и остав­ля­ют ис­праж­не­ния. Это знак: не под­хо­ди. Ина­че про­ва­лишь­ся в но­ру, а там те­бя мо­жет ждать змея или скор­пи­он. Кста­ти, «жы­лан» в пе­ре­во­де с ка­зах­ско­го «змея»…

Ка­ра­ку­мы и Са­ха­ра да­лись тя­же­ло. В Аф­ри­ке пес­ча­ная бу­ря мо­жет длить­ся неде­ля­ми. Не стрях­нёшь с се­бя рас­ка­лён­ный пе­сок - вмиг за­сып­лет...

УДАР, ЕЩЁ УДАР

«У всех ли есть судь­ба или мы ле­тим по жиз­ни, как пё­рыш­ко на вет­ру?»*

Пу­сты­ни при­нес­ли Ма­ра­ту ещё 4 ре­кор­да. Од­на­ко, по­ка он бе­гал, раз­ва­ли­лась се­мья. О том бра­ке Жыланбаев вспо­ми­нать не лю­бит.

- На­вер­ное, слиш­ком мо­лод был. Хо­тя по­явил­ся сын, я за­ка­ли­вал его с рож­де­ния, два­жды в день оку­ная в холодную ван­ну. Ес­ли б я не ушёл, из него, на­вер­ное, сол­дат вы­рос бы. Но жене я ни­ко­гда не го­во­рил, ку­да уехал и на сколь­ко, не зво­нил. Она не вы­дер­жа­ла - по­да­ла на раз­вод. И я ушёл с од­ним че­мо­да­ном. В ни­ку­да…

То­гда-то в его хо­ло­стяц­кую квар­ти­ру и по­зво­ни­ли двое.

- От­кры­ваю, и один мол­ча бьёт ме­ня но­жом пря­мо в серд­це...

Спас­ла Ма­ра­та куп­лен­ная утром то­го дня «ко­роч­ка» для пас­пор­та. Нож про­бил кар­ман курт­ки, об­лож­ку, до­ку­мент, оста­вив на те­ле ра­ну. От шра­ма уже и сле­да нет, а окро­вав­лен­ный пас­порт Ма­рат хра­нит.

Уми­рать бы­ло слиш­ком ра­но - Жыланбаев хо­тел ещё обе­жать во­круг Зем­ли. Го­то­вил­ся как ни­ко­гда: мощ­ные на­груз­ки, бег на ско­рость… И вдруг всё со­рва­лось. Чу­до­вищ­ный стресс стал при­чи­ной ам­не­зии. Ме­ся­ца три Ма­рат ле­жал в боль­ни­це.

- Вра­чи го­во­ри­ли: мог­ла и кры­ша съе­хать. С ума не со­шёл. Но с па­мя­тью ста­ло пло­хо.

Се­го­дня Ма­ра­ту 54. Жи­вёт в Астане. Же­нат вто­рым бра­ком, вос­пи­ты­ва­ет че­ты­рёх до­че­рей. Стал успеш­ным тре­не­ром. И с пя­ти утра к нему съез­жа­ют­ся те, кто хо­чет на­учить­ся бе­гать и быть здо­ро­вым. С ин­ва­ли­да­ми Ма­рат за­ни­ма­ет­ся бес­плат­но.

- А ес­ли ещё в шко­лах вве­дут от­дель­ной дис­ци­пли­ной бег, бу­ду счи­тать, что жил не зря.

- Там 20 ты­сяч ко­лод­цев, они са­мые глу­бо­кие в ми­ре, но в рай­оне Уч­ку­ду­ка мно­гие за­сы­па­ны. А мне на­до бы­ло хо­тя бы один на 100 км. И ес­ли в во­ен­ной сек­рет­ной кар­те ко­ло­дец ука­зан, не факт, что в нём есть во­да… Од­на­ж­ды ока­зал­ся на гра­ни: по­ги­бал от жажды - на­ча­лись гал­лю­ци­на­ции. Там же, в Ка­ра­ку­мах, ме­ня чуть не за­стре­ли­ли пастухи-турк­ме­ны. Пред­ставь­те: ночь, пес­ки… На мне - маск­ха­лат, ка­пю­шон, пер­чат­ки, ба­хи­лы. Всё - бе­лое. Со­ба­ки за­мол­ча­ли, ви­ди­мо, при­няв ме­ня за при­ви­де­ние. Один из трёх пас­ту­хов вы­ско­чил с ру­жьём. Де­вать­ся неку­да - я стал кри­чать что есть мо­чи… Го­ра Уит­ни, Сьер­ра-Не­ва­да, США, 1994 г.

Пу­сты­ня Са­ха­ра, Ал­жир, 1993 г.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.