ИСТОРИЯ

AiF Vologodskaya Oblast (Vologda) - - ДОСЛОВНО -

Прав­да ли, что ху­дож­ник Ку­сто­ди­ев был ин­ва­ли­дом и у него от­ни­ма­лись ру­ки? А как же он то­гда ри­со­вал?

И. Под­кол­зин, Са­ма­ра

Го­во­рят, что муж­чи­ны де­лят­ся на тех, кто пред­по­чи­та­ет ху­дых ба­ры­шень, и на тех, кто с ума схо­дит по жен­щи­нам в те­ле. Са­мое бег­лое зна­ком­ство с по­лот­на­ми Бориса Кустодиева спо­соб­но пе­ре­тя­нуть в ла­герь вто­рых да­же отъ­яв­лен­ных по­клон­ни­ков ма­не­кен­щиц. Ма­сти­тые ис­кус­ство­ве­ды при­зна­ва­лись, что по­сле его вы­ста­вок нестер­пи­мо хо­чет­ся ог­нен­ной вод­ки, го­ря­чих бли­нов с ик­рой и об­ще­ния с жар­ки­ми пыш­ны­ми блон­дин­ка­ми. Ска­жем, утон­чён­ный эс­тет Алек­сандр Бе­нуа в 1911 г. пи­сал: «Счаст­ли­вый, щед­рый, празд­нич­ный та­лант! На­сто­я­щий Ку­сто­ди­ев - это рус­ский по­сад и рус­ское се­ло с их гар­мо­ни­ка­ми, пря­ни­ка­ми, расфу­фы­рен­ны­ми дев­ка­ми и ли­хи­ми пар­ня­ми».

В об­щем, на­сто­я­щий празд­ник жиз­ни. Но есть один ню­анс, зна­ком­ство с ко­то­рым вы­зы­ва­ет без­мер­ное ува­же­ние: са­мые из­вест­ные свои по­лот­на, брыз­жу­щие жиз­нен­ной си­лой, Бо­рис Ку­сто­ди­ев на­пи­сал, бу­дучи при­ко­ван­ным к ин­ва­лид­но­му крес­лу.

ЧЕМ ОН БО­ЛЕЛ?

По­на­ча­лу, впро­чем, слу­ча­лось лишь лёг­кое недо­мо­га­ние. Вот Бо­ри­су 19 лет, он пи­шет ма­те­ри: «Опять что-то но­ет то в пра­вой ру­ке, то в шее, как это у ме­ня ча­сто бы­ва­ет». Но вот ему уже 31 год. И - за­пись в днев­ни­ке: «Стра­даю очень, осо­бен­но по утрам. Под­лая ру­ка моя бо­лит во­всю, и вме­сто улуч­ше­ния с каж­дым днём чув­ствую се­бя всё ху­же и ху­же. Боль ад­ская, до­во­дя­щая до кри­ка».

Бо­ли уси­ли­ва­лись, ху­дож­ник по­чти не мог спать. Вра­чи ста­вят страш­ный ди­а­гноз: кост­ный ту­бер­ку­лёз по­зво­ноч­ни­ка. Кор­сет, лечение за гра­ни­цей, са­на­то­рии. Всё тщет­но. И толь­ко спу­стя 2 го­да в Гер­ма­нии уточ­ня­ют ди­а­гноз. Он не про­сто страш­ный, а безыс­ход­ный: «Сни­ми­те кор­сет. Ни­ка­ко­го ту­бер­ку­лё­за нет. У вас за­бо­ле­ва­ние спин­но­го моз­га, ско­рее все­го опу­холь. Нужна опе­ра­ция».

Впо­след­ствии вы­яс­ни­лось, что нужна не од­на, а це­лых три - в 1913, 1916 и 1923 гг. По­сле пер­вой опе­ра­ции бо­ли умень­ши­лись,

Москва

Го­су­дар­ствен­ная Тре­тья­ков­ская га­ле­рея

Астра­хань

Н. Нов­го­род

Ни­же­го­род­ский ху­до­же­ствен­ный му­зей Астра­хан­ская го­су­дар­ствен­ная кар­тин­ная га­ле­рея но по­яви­лась сла­бость в но­гах. Вто­рую опи­са­ла дочь Кустодиева: «Нуж­но ре­шать, что со­хра­нить боль­но­му - ру­ки или но­ги. «Ру­ки оставь­те, ру­ки, - умо­ля­ла ма­ма. - Ху­дож­ник - без рук! Он жить не смо­жет…» Тре­тью де­ла­ли под мест­ным нар­ко­зом, и дей­ство­вал он пло­хо. «Че­ты­ре с по­ло­ви­ной ча­са нече­ло­ве­че­ских стра­да­ний. Вра­чи го­во­ри­ли, что каж­дую ми­ну­ту жда­ли бо­ле­во­го шо­ка, и то­гда - ко­нец».

Но Ку­сто­ди­ев не же­лал и не ждал ни­ка­ко­го кон­ца. Бо­лее то­го - да­же в уни­зи­тель­ном, ка­за­лось бы, по­ло­же­нии, на­хо­дил плю­сы. То­гдаш­ние ва­го­ны не бы­ли пред­на­зна­че­ны для лю­дей в крес­ла­х­ка­тал­ках. Един­ствен­ный ва­ри­ант - офор­мить ин­ва­ли­да как ба­гаж и раз­ме­стить в ва­гоне для пе­ре­воз­ки жи­вот­ных. Не бе­да: «Отец ехал с пу­де­лем, буль­до­гом и те­рье­ром.

Санкт-Пе­тер­бург

Го­су­дар­ствен­ный Рус­ский му­зей

Яро­славль

Яро­слав­ский ху­до­же­ствен­ный му­зей

Ка­зань

Гос. му­зей изоб­ра­зи­тель­ных ис­кусств РТ

Са­ра­тов

Са­ра­тов­ский ху­до­же­ствен­ный му­зей Всю до­ро­гу он их ри­со­вал, а по­том го­во­рил: «Очень хо­ро­шо! Де­лай, что хо­чешь, - ни­кто не ме­ша­ет!»

КАК ОН РА­БО­ТАЛ?

Ле­том Ку­сто­ди­ев вста­вал в 6-7 ча­сов утра и ра­бо­тал весь день, за­по­ем. По утрам сер­дил­ся толь­ко зи­мой и толь­ко на мас­са­жист­ку: «Опять Ма­тиль­да спать не даёт!» Но по­ни­мал, что без по­лу­то­ра­ча­со­во­го се­ан­са мас­са­жа не бу­дет ни­ка­кой ра­бо­ты - ру­ка по­про­сту от­ка­жет­ся дви­гать­ся.

«По но­чам он кри­чит от бо­ли, снит­ся ему один и тот же кош­мар - чёр­ные кош­ки впи­ва­ют­ся в спи­ну и раз­ди­ра­ют по­звон­ки», - вспо­ми­на­ла ак­три­са Еле­на По­ле­виц­кая. А на са­мой из­вест­ной его кар­тине, «Куп­чи­ха за ча­ем», кош­ка не страш­ная - лас­ко­вая. И пи­са­на с на­ту­ры, как и всё осталь­ное: «Толь­ко так бу­дет на­сто­я­щая жизнь, а ина­че и ра­бо­тать неза­чем!»

Жизнь и лю­бовь к жиз­ни дик­ту­ют свои правила. О каж­дой из из­вест­ных его ра­бот мож­но на­пи­сать длин­ную ис­то­рию, но все они бу­дут свя­за­ны с тем, что обез­дви­жен­ный ху­дож­ник из­во­дил сво­их ас­си­стен­тов стран­ны­ми на пер­вый взгляд фан­та­зи­я­ми. Так, ра­бо­тая над «Кра­са­ви­цей», он на­сто­ял, что­бы сын отыс­кал и при­нёс непре­мен­но то са­мое ат­лас­ное пу­хо­вое оде­я­ло, что дав­ным-дав­но бы­ло по­да­ре­но ху­дож­ни­ку же­ной к дню рож­де­ния: «Я пом­ню - в нём лас­ка, лёг­кость и нега!» Ко­гда пи­сал «Рус­скую Ве­не­ру», за­став­лял дочь еже­днев­но взби­вать мы­ло, до­би­ва­ясь осо­бен­но пыш­ных пу­зы­рей: «Их Ве­не­ра-Аф­ро­ди­та ро­ди­лась

90 ëåò íàçàä, 26 ìàÿ 1927 ã., óìåð õóäîaeíèê. Óìåð, ïåðå÷èòûâàÿ êíèãó Îñêàðà Óàéëüäà «Ïîðòðåò Äîðèàíà Ãðåÿ» è ðàáîòàÿ íàä ýñêèçîì òðèïòèõà «Ðàäîñòü òðóäà è îòäûõà». Ïðèøåäøèõ ïðîñòèòüñÿ ïîðàçèë âíåøíèé âèä ïîêîéíîãî: «Ëèöî ñïîêîéíîå, ñâåòëîå, îçàðåíî äîáðîé óëûáêîé». Çâàëè õóäîaeíèêà Áîðèñîì Êóñòîäèåâûì.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.