«СМОТ­РЮ НА СЕЗАННА - ВИ­ЖУ ЧУ­ДО»

Ху­дож­ник о том, по­че­му в со­вре­мен­ном искусстве не оста­лось вол­шеб­ства

AiF Yug (Krasnodar) - - ПЕРСОНА - Фё­дор ПОНОМАРЁВ

смот­рим на кар­ти­ны Пи­кассо, Мо­ди­лья­ни, Ве­лас­ке­са, мы сра­зу узна­ём каж­до­го из них. И за­да­ча ху­дож­ни­ка - об­ре­сти свой язык, ска­зать что-то но­вое в искусстве, во­брав в се­бя при этом ма­стер­ство и зна­ния всех ге­ни­ев, жив­ших до те­бя. Прин­ци­пи­аль­но но­во­го со вре­мён Древ­не­го Егип­та и Гре­ции при­ду­мать уже невоз­мож­но, но най­ти свой язык, свою пла­сти­ку, своё ли­цо, оста­вить след в искусстве так, что­бы те­бя ни с кем не пу­та­ли, - по си­лам. Для ме­ня глав­ная те­ма - жен­щи­на. Она - са­мый жиз­не­де­я­тель­ный эле­мент, во­круг ко­то­ро­го вер­тит­ся весь мир. Она да­ёт жизнь всем нам, и все по­дви­ги на Зем­ле, все от­кры­тия и все пре­ступ­ле­ния - всё во имя её! Как ска­зал муд­рец: «И кто по­зна­ет жен­щи­ны сек­рет, тот счаст­лив бу­дет веч­но». скуч­но, хо­тя у нас бы­ли ко­пий­ные прак­ти­ки во вре­мя учё­бы. В Эр­ми­та­же я ко­пи­ро­вал Лео­нар­до, на это нуж­но бы­ло осо­бое раз­ре­ше­ние… А в за­пас­ни­ках ви­де­ли гра­вю­ры Аль­брех­та Дю­ре­ра - по­сле это­го все бы­ли по­дав­ле­ны, по­то­му что ху­дож­ник так сде­лать не мог, его ру­кой во­дил Бог.

- Ху­дож­ни­ки ра­бо­та­ют с крас­ка­ми, со­зда­ют ви­зу­аль­ные об­ра­зы, а вы ещё и ли­те­ра­ту­рой за­ни­ма­е­тесь. Как уда­ёт­ся сов­ме­щать пись­мо на хол­сте и на бу­ма­ге?

- Не знаю как объ­яс­нить, но у ме­ня про­сто воз­ник­ла по­треб­ность пи­сать. Я дол­го не ре­шал­ся на это, по­то­му что пе­ред гла­за­ми все­гда До­сто­ев­ский, Тол­стой, На­бо­ков... И ко­гда пе­ча­таю на ком­пью­те­ре, ощу­щаю за спи­ной Че­хо­ва, щеп­чу­ще­го на ухо: «Бро­сай и луч­ше иди кар­тин­ки крась - это у те­бя луч­ше по­лу­ча­ет­ся» (улы­ба­ет­ся).

- И на­сто­я­щие ху­дож­ни­ки, и на­сто­я­щие пи­са­те­ли тво­рят, по­то­му что не мо­гут это­го не де­лать, пи­сать для них - та­кая же жиз­нен­ная по­треб­ность как есть или ды­шать…

- Я се­бя пи­са­те­лем не счи­таю, про­сто ли­те­ра­то­ром. И от­даю се­бе от­чёт, что не Че­хов и да­же не Иса­ак Ба­бель. Я ху­дож­ник в первую оче­редь. И ес­ли в изоб­ра­зи­тель­ном искусстве пре­тен­дую на ка­кое-то своё скром­ное ме­сто, то в ли­те­ра­ту­ре - нет. Сей­час за­кон­чу од­ну повесть, из­дам тре­тью кни­гу - и до­ста­точ­но.

- В кни­гах вы пи­ше­те о се­бе, нас­коль­ко ав­то­био­гра­фич­ны ге­рои ва­ших про­из­ве­де­ний?

- Да, ко­неч­но, мно­гое взя­то из жиз­ни, но это не био­гра­фия. На­при­мер, ге­рой по­ве­сти «Му­за в трам­вае» то­же жил в Пи­те­ре и окон­чил Ака­де­мию ху­до­жеств. В осталь­ном - мно­го вы­ду­ман­но­го. Хо­тя Марк Твен го­во­рил: «Я ни­че­го не вы­ду­мы­ваю, я вспо­ми­наю». Что зна­чит вы­ду­мал? Жизнь по­рой та­кие сю­же­ты пре­под­но­сит, что при­ду­мать та­кое про­сто невоз­мож­но - толь­ко за­пи­сы­вай. Дру­гое де­ло, в ка­кой фор­ме ты это пре­под­но­сишь. Я уве­рен - фор­ма го­раз­до важ­нее со­дер­жа­ния. Любому со­бы­тию важ­но при­дать ве­ли­ко­леп­ную фор­му, а вот это - са­мое слож­ное. На­при­мер, про­стой сю­жет: встре­ча­ют­ся муж­чи­на и жен­щи­на, влюб­ля­ют­ся, она в бра­ке, он - нет. Жен­щи­на из­ме­ня­ет му­жу, бе­ре­ме­не­ет, ро­жа­ет ребёнка, но, узнав об этом, муж­чи­на её бро­са­ет, а она кон­ча­ет жизнь са­мо­убий­ством. Ба­наль­ней­шая ис­то­рия, но что я толь­ко что рас­ска­зал? - Это же «Ан­на Ка­ре­ни­на»… - Со­вер­шен­но вер­но, скуч­ная ис­то­рия, но как из­ло­же­на, ка­ким язы­ком на­пи­са­на, по­то­му до сих пор жи­ва и очень ак­ту­аль­на. То же са­мое в жи­во­пи­си, в гра­фи­ке - важ­но нас­коль­ко яр­ко и глу­бо­ко ты сде­ла­ешь. При этом яр­кость не долж­на быть по­верх­ност­ной. Сей­час же мно­гие за од­ним эф­фек­том го­нят­ся.

- На ваш взгляд, «Чёр­ный квад­рат» - ге­ни­аль­ная кар­ти­на?

- Ге­ни­аль­ность не в том, что Ма­ле­вич за­кра­сил квад­ра­тик, а в том, что от­крыл но­вую эпо­ху. Он по­ста­вил точ­ку в «ста­ром» искусстве и от­крыл но­вую эпо­ху им­прес­си­о­низ­ма, ку­биз­ма, экс­прес­си­о­низ­ма, су­пре­ма­тиз­ма - все эти «из­мы» на­ча­лись с Ма­ле­ви­ча.

- Вре­мя ме­ня­ет­ся, а вме­сте с ним и ху­дож­ни­ки, и зри­те­ли, и лю­ди - вы за­ме­ча­е­те эти из­ме­не­ния?

- Ко­неч­но, сей­час на­сту­пи­ла эпо­ха кли­по­во­го со­зна­ния. Мож­но спи­сать это на стар­че­ское брюз­жа­ние, но я уве­рен - ес­ли ты счи­та­ешь се­бя ху­дож­ни­ком, то дол­жен уметь на­ри­со­вать нос и ухо. Мо­ло­дые сей­час ду­ма­ют, что это ни к че­му - мож­но ва­ре­ник вме­сто уха сде­лать и ска­зать: «Я так ви­жу». Но я пом­ню ака­де­ми­че­ские шту­дии Пи­кассо это ге­ни­аль­ные ри­сун­ки, он вна­ча­ле на­учил­ся ри­со­вать, а по­том на­чал «вы­пенд­ри­вать­ся». А сей­час сра­зу пе­ре­хо­дят к вы­пенд­рё­жу ми­нуя се­рьёз­ное, глубокое обу­че­ние. Глав­ное про­дать… Пу­стое ре­мес­ло, а чу­да нет. Та­кие ра­бо­тён­ки мо­мен­таль­но за­бы­ва­ешь, и нет ни­ка­ко­го же­ла­ния воз­вра­щать­ся к ним…

- В искусстве так же ра­бо­та­ет прин­цип, что успе­ха до­сти­га­ет не обя­за­тель­но са­мый та­лант­ли­вый, но са­мый тру­до­лю­би­вый?

- Ми­ке­лан­дже­ло, на­при­мер, ра­бо­тал по 20 ча­сов в сут­ки, каж­дый день, го­да­ми, де­ся­ти­ле­ти­я­ми. В Ака­де­мии с на­ми учи­лись ки­тай­цы, при­шли со­вер­шен­но ни­ка­кие. Че­рез три го­да они по­тря­са­ю­щей усид­чи­во­стью до­би­лись мно­го­го. У них кровь из но­са шла от на­пря­же­ния, но из Ака­де­мии вы­шли по­тря­са­ю­щи­ми ри­со­валь­щи­ка­ми. И обрат­ная си­ту­а­ция - я три го­да жил в об­ще­жи­тии с ге­ни­ем. Ко­гда он ри­со­вал, мы сто­я­ли за спи­ной и смот­ре­ли, за­та­ив ды­ха­ние. А сей­час не знаю, где он, хо­тя его кар­ти­ны в Лув­ре в са­мых по­чёт­ных за­лах долж­ны ви­сеть.

- И по­след­ний во­прос - сей­час у вас есть меч­та?

- Да, хочу по­жить и по­ра­бо­тать во Фло­рен­ции, и не ме­сяц-два, а па­ру лет… По­ды­шать та­мош­ним воз­ду­хом, по­хо­дить по тем мо­сто­вым, по ко­то­рым хо­ди­ли ти­та­ны Эпо­хи Воз­рож­де­ния: Ра­фа­эль, Ми­ке­лан­дже­ло. Я до сих пор пом­ню то ощу­ще­ние, ко­гда в Ака­де­мии бро­дил по ко­ри­до­рам, по ко­то­рым ко­гда-то хо­ди­ли Репин, Брюл­лов, Вру­бель, Су­ри­ков. Най­ти ком­на­тёш­ку, взять с со­бой толь­ко ма­те­ри­а­лы, ку­сок хле­ба, бу­тыл­ку сухого ви­на или чая с ли­мо­ном - и до­ста­точ­но, я - че­ло­век непри­хот­ли­вый. За год мож­но на­во­ро­тить на вы­став­ку. Мо­жет, и осу­ще­ствит­ся эта меч­та.

СЕР­ГЕЙ НАГОРНЫЙ РАС­СКА­ЗАЛ «АИФ-ЮГ» О ТОМ, ЧТО ЗА­СТАВ­ЛЯ­ЕТ БРАТЬ В РУ­КИ КИСТЬ ИЛИ СА­ДИТЬ­СЯ ПИ­САТЬ, КАК РАЗГАДАТЬ ЗАГАДКУ ЖЕН­ЩИ­НЫ, ПО­ЧЕ­МУ В СО­ВРЕ­МЕН­НОМ ИСКУССТВЕ НЕТ ОЩУЩЕНИЯ ЧУ­ДА И МНО­ГОМ ДРУ­ГОМ. ЗА­ДА­ЧА ХУ­ДОЖ­НИ­КА ОБ­РЕ­СТИ СВОЙ ЯЗЫК.

Жен­щи­на - глав­ная те­ма в твор­че­стве Сер­гея На­гор­но­го. Фо­то www.sochi.scapp.ru

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.