71 ГОД В РА­ДО­СТИ И В ГО­РЕ

Та­кой креп­кой па­ры, как су­пру­ги Куз­ми­ны из Вол­го­гра­да, в Рос­сии боль­ше нет

AiF Yugra (Khanti-Mansiysk) - - СУДЬБЫ -

ПО­ЦЕ­ЛУЙ ПО ПРИНУЖДЕНИЮ

Сколь­ко же по­хо­же­го в судь­бах Куз­ми­ных! Буд­то спе­ци­аль­но их подыс­ки­ва­ли друг для дру­га. Александр Вла­ди­ми­ро­вич то­же остал­ся си­ро­той.

- С ма­мой-то мы богато жи­ли. У неё да­же шу­ба бы­ла из ка­ких­то зверь­ков. Но за­бо­ле­ла - умер­ла. Отец при­вёл в дом ма­че­ху, а она ока­за­лась жен­щи­ной гру­бо­ва­той, ску­пой. У ма­мы бы­ли кра­си­вые ко­сын­ки, юб­ки с обор­ка­ми - всё та­кое цен­ное. Ма­че­ха их бе­рег­ла, ни­ко­му не от­да­ва­ла. До­ле­жа­лись ве­щи до то­го, что бе­рёшь в ру­ки - ткань раз­ва­ли­ва­ет­ся.

Ко­гда Зине ис­пол­ни­лось 16 лет, при­шла ма­ми­на сест­ра и го­во­рит: «У нас в ху­то­ре маль­чик есть хо­ро­ший, давай по­зна­ко­мим?»

- Ну по стоп­ке вы­пи­ли и усва­та­ли. На­зна­чи­ли да­ту сва­дьбы. И три ме­ся­ца жда­ли, по­ка уро­жай со­зре­ет. Я ра­бо­тал ме­ха­ни­ком в кол­хо­зе, ез­дил по ху­то­рам, а за­од­но - к неве­сте.

- Да ка­кие там сви­да­ния? Ра­за два, мо­жет, и был-то. У зна­ко­мых гру­ши-дуль­ки рос­ли - их и при­во­зил. Цве­ты то­гда не при­ня­то бы­ло дарить.

- Це­ло­ва­лись толь­ко на сва­дьбе. И то при­ну­ди­тель­но.

А из при­да­но­го им бы­ло паль­то по­кой­но­го при­ём­но­го от­ца Зи­ны да цвет­ное оде­я­ло.

- Мы его с ма­те­рью по­сле вой­ны в Ста­лин­гра­де ку­пи­ли - за яич­ки и мас­ло. За фу­фай­ку или про­стые бо­тин­ки на­до бы­ло ко­ро­ву от­дать. Очень тя­же­ло жи­ли. Толь­ко в 1950-х кол­хоз стал да­вать трош­ки зер­на, де­нег.

Александр Вла­ди­ми­ро­вич тру­дил­ся трак­то­ри­стом, ком­бай­нё­ром.

- Сна­ча­ла ве­ло­си­пед ку­пи­ли, - пе­ре­чис­ля­ет он се­мей­ные до­сти­же­ния, - по­том мо­то­цикл ма­лый. Поз­же кол­хоз за хо­ро­шую ра­бо­ту вы­де­лил нам «Урал» с ко­ляс­кой. А там и «Моск­вич» по­явил­ся - я уже ме­ха­ни­ком ра­бо­тал.

С 13 лет ра­бо­та­ла и Зи­на­и­да Ива­нов­на.

- Ма­ма очень хорошо го­то­ви­ла, уме­ла печь, в до­ме все­гда бы­ло чи­сто - всех на­чаль­ни­ков с рай­о­на к нам при­во­зи­ли. И я ещё дев­чон­кой трак­то­ри­стам обе­ды ва­ри­ла. Ка­шу пшён­ную или га­луш­ки. Их, прав­да, на­до бы­ло на­те­реть, на­ре­зать. Так ма­ма на­де­ла­ет, а я на ме­сте уже го­тов­лю в огром­ном кот­ле. Прав­да, пла­ти­ли мне гро­ши.

ТЕР­ПЕ­НИЕ ПРО­ТИВ ДЕ­НЕГ

Вско­ре по­сле сва­дьбы у Куз­ми­ных по­явил­ся пер­ве­нец. Но ро­ди­тель­ское сча­стье обер­ну­лось го­рем.

- Со­сед сгла­зил, как то­гда счи­та­ли. При­шёл и го­во­рит: «Ой, ка­кие сей­час де­ти стали!» Сы­нок вскрик­нул - и тут же умер. Ме­сяц все­го про­жил. По­том уже ро­ди­лась На­деж­да, за ней Ва­лен­ти­на.

А в 1965-м су­пру­ги по­гру­зи­ли нехит­рый скарб в «Моск­вич» и пе­ре­бра­лись в Вол­го­град.

- Кол­хоз был бо­га­тый. Но дом наш сто­ял на го­ре. Во­ды ря­дом не бы­ло. Пы­та­лись про­бу­рить, 9 мет­ров про­шли - сплош­ной ка­мень. За во­дой при­хо­ди­лось с го­ры спус­кать­ся по ко­сой до­ро­ге. А по­том под­ни­мать­ся. Бы­ва­ло, же­на по­скольз­нёт­ся - вёд­ра ле­тят вниз. Ей об­рат­но ид­ти. Ну что за жизнь? Стали при­смат­ри­вать но­вый дом. В кол­хо­зе не на­шли. А тут я на­чал в го­род за зап­ча­стя­ми ез­дить по ра­бо­те. При­е­хал сю­да - во­круг степь да ка­мыш. Но дом этот уже сто­ял. С печ­кой, во­до­про­во­дом. И шесть со­ток в при­да­чу. У нас тут и ви­но­град, и аб­ри­ко­сы. Со вре­ме­нем газ про­ве­ли.

Пе­ре­ехав в Вол­го­град, Куз­ми­ны сра­зу устро­и­лись на хим­за­вод непо­да­лё­ку от до­ма.

- Те­перь от за­во­да ни­че­го не оста­лось, всё раз­ру­ши­ли. А там толь­ко ра­бо­чих 12 ты­сяч бы­ло.

ЖИТЕЙСКИЕ ИС­ТО­РИИ

Сей­час Зи­на­и­де Ива­новне 87 лет, Алек­сан­дру Вла­ди­ми­ро­ви­чу - 89. У них пять вну­ков и семь пра­вну­ков.

- Тер­пе­ние на­до иметь и со­весть, - рас­суж­да­ет су­пруг. - Где-то про­ехал, где-то про­шёл, где-то про­мол­чал. Вот и весь сек­рет се­мей­но­го сча­стья.

- Ру­га­ют­ся-то все, Тань, как без это­го? - до­бав­ля­ет су­пру­га. - Но пред­став­ля­ешь, ка­кой был бы по­зор, ес­ли б мы разо­шлись? В де­рев­нях это не при­ня­то. В ху­то­ре мы в од­ной ком­на­те жи­ли, ма­ма - в дру­гой. Ес­ли и ру­га­лись, она ни­че­го не слы­ша­ла. А я ни­ко­гда ни­ко­му не го­во­ри­ла. Да­же по­друж­кам. Всё в се­бе дер­жа­ла.

- Лю­ди обыч­но про тёщ анек­до­ты со­чи­ня­ют. А я про зя­тьёв сло­ва пло­хо­го не ска­жу. Ес­ли ви­но­ват - доч­ке морг­ну и за­сту­па­юсь за него. По­том по­ру­гаю за гла­за. Но при нём смол­чу. И в их жизнь не ле­зу.

Есть у этой па­ры ещё од­на уди­ви­тель­ная осо­бен­ность. Фа­ми­лия же­ны и всех род­ствен­ни­ков - Кузь­ми­ны. А у гла­вы се­мьи мяг­кий знак од­на­жды при за­мене до­ку­мен­тов по­те­рял­ся. Так и жи­вут - не в фа­ми­лии ведь сча­стье.

«По стоп­ке вы­пи­ли - и усва­та­ли».

Фо­то ав­то­ра и из се­мей­но­го ар­хи­ва

«Тер­пе­ние на­до иметь и со­весть - вот и весь сек­рет се­мей­но­го сча­стья».

- Тут уж муж на­чал за­ра­ба­ты­вать. Чуть по­луч­ше ста­ло.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.