«ТЫ ДАЛ ЧЕ­ЛО­ВЕ­КУ СЧА­СТЬЕ, А ДЛЯ ТЕ­БЯ ЭТО ПРО­СТО РА­БО­ТА!..»

AiF Zabaykalye (Chita) - - МЕДИЦИНА -

Ко­гда был мо­ло­дым вра­чом, то ве­рил в при­ме­ты. И в день опе­ра­ций с утра не брил­ся. Се­год­ня мне это не важ­но. Хи­рур­гия ­ ра­бо­та, ко­то­рую на­до вы­пол­нять, не при­вя­зы­вая ее эф­фек­тив­ность к ка­ким­то по­ту­сто­рон­ним ве­щам.

Опе­ра­ци­он­ный день начинается в 9 ча­сов. По­ка па­ци­ен­ты пе­ре­оде­ва­ют­ся и рас­по­ла­га­ют­ся в ком­на­те от­ды­ха – от­кры­ва­ет­ся опе­ра­ци­он­ная. Мож­но вы­пить во­ды. Впе­ре­ди несколь­ко ча­сов ра­бо­ты.

«От­крыть» опе­ра­ци­он­ную – то есть под­го­то­вить ее к опе­ра­ции, вскрыть упа­ков­ки с пре­па­ра­та­ми и ин­стру­мен­том сто­ит неде­ше­во. Ес­ли опе­ра­цию от­ме­ни­ли – то ты все взял и вы­ки­нул в вед­ро. И у кли­ни­ки ми­ни­мум ми­нус 20 000 руб­лей.

В опе­ра­ци­он­ной при­сут­ству­ют оф­таль­мо­хи­рург, ане­сте­зио­ло­ги­че­ская бри­га­да (врач и сест­ра), опе­ра­ци­он­ная мед­сест­ра (ко­то­рая по­мо­га­ет хи­рур­гу во вре­мя ра­бо­ты) и са­ни­тар­ка. Опе­ра­ци­он­ные сест­ры ра­бо­та­ют го­да­ми. Се­год­ня с на­ми врач­ин­терн. Она си­дит и на­блю­да­ет за про­цес­сом как ас­си­стент, по­том на­чи­на­ет что­то де­лать по­ти­хо­неч­ку. О тех, кто при­дет за на­ми, все­гда на­до ду­мать.

Раз­ни­цы для хи­рур­га, ко­го опе­ри­ро­вать – жен­щи­ну, муж­чи­ну или ре­бен­ка – нет. Но дет­ская хи­рур­гия – это со­вер­шен­но дру­гая те­ма. Дет­ство – от­дель­ная от­расль, свя­зан­ная с ор­га­на­ми зре­ния в пе­ри­од раз­ви­тия. Там есть свои дет­ские осо­бен­но­сти. У них все осо­бен­ное – и трав­мы, и ка­та­рак­ты и про­чее. Всё дет­ское. Луч­ше все­го пе­ре­но­сят опе­ра­цию лю­ди мяг­кие, по ду­шев­но­му скла­ду от­кры­тые, до­вер­чи­вые и не злоб­ные. К неко­то­рым па­ци­ен­там я при­ка­са­юсь и страх чув­ствую паль­ца­ми. У ме­ня са­мо­го эмо­ции ме­ня­ют­ся от это­го. Что де­ла­ешь? Ус­по­ка­и­ва­ешь па­ци­ен­та, нель­зя дать вой­ти че­ло­ве­ку в эти эмо­ции. Для се­бя мы вклю­ча­ем ра­дио – юмо­ри­сти­че­ское или про­сто му­зы­каль­ное. Бла­го­да­ря это­му от­вле­ка­ешь­ся – нет гне­ту­щей тишины.

Опе­ра­ции эмо­ци­о­наль­но вы­ма­ты­ва­ют. Ад­ре­на­лин вы­де­ля­ет­ся, ты же пе­ре­жи­ва­ешь, как бы ты ни вы­гля­дел. Да и па­ци­ен­ты пе­ре­жи­ва­ют – они доль­ше на­стра­и­ва­ют­ся, чем длит­ся по­лу­ча­со­вая опе­ра­ция. Го­да­ми ино­гда мо­раль­но на­стра­и­ва­ешь­ся. Ко­неч­но, ко­гда по­ток у хи­рур­га боль­шой, ты при­вы­ка­ешь и мень­ше под­вер­жен эмо­ци­ям.

Па­ци­ент во вре­мя опе­ра­ции слов­но за­сы­па­ет, у него умень­ше­на бо­ле­вая и дви­га­тель­ная чув­стви­тель­ность. Неко­то­рые па­ци­ен­ты мо­гут и всхрап­нуть. А бы­ва­ет, па­ци­ент так на­пря­га­ет­ся, его да­же ане­сте­зи­ей не по­бе­дишь.

Во вре­мя опе­ра­ции обя­за­тель­но сни­ма­ешь обувь ­ для по­вы­ше­ния чув­стви­тель­но­сти. Под пра­вой но­гой на пе­да­ли 6 функ­ций. И еще 5 кно­пок воз­ле ле­вой но­ги. Ру­ки за­ня­ты, гла­за в мик­ро­скоп. Слы­шишь толь­ко, как фа­ко­эмуль­си­фи­ка­тор с то­бой раз­го­ва­ри­ва­ет. Преды­ду­щий ап­па­рат раз­го­ва­ри­вал на ан­глий­ском, а этот уже ру­си­фи­ци­ро­ва­ли.

Фа­ко­эмуль­си­фи­ка­ция – это уль­тра­зву­ко­вая тех­но­ло­гия, при­ду­ман­ная ров­но 50 лет на­зад аме­ри­кан­цем Чарль­зом Кел­ма­ном. Ап­па­ра­ты в про­мыш­лен­ном мас­шта­бе ста­ли про­из­во­дить со­всем недав­но – па­ру де­сят­ков лет на­зад. Се­год­ня это са­мая эффективная и опро­бо­ван­ная тех­но­ло­гия.

Сей­час во всех стра­нах что­то про­из­во­дят для оф­таль­мо­ло­гии. В ос­нов­ном про­из­во­ди­те­ли ан­гло­сак­сы, они дви­га­те­ли про­грес­са. Ка­че­ство с оте­че­ствен­ным несрав­ни­мое. Мы силь­ны иде­я­ми – мно­гое из то­го, что сей­час апро­би­ро­ва­но и из­го­тав­ли­ва­ет­ся в Ев­ро­пе, впер­вые воз­ник­ло в Рос­сии. Но в усло­ви­ях на­шей стра­ны пре­вра­тить идею в нор­маль­ный про­дукт невоз­мож­но. Так по­стро­е­на си­сте­ма – все в ито­ге пре­вра­ща­ет­ся в ав­то­мат Ка­лаш­ни­ко­ва или в кос­ми­че­ские ракеты.

Стул, на ко­то­ром я си­жу, сто­ит пол­мил­ли­о­на. Это спе­ци­аль­ный оф­таль­мо­ло­ги­че­ский стул с 7 по­ло­же­ни­я­ми сво­бо­ды. Опе­ра­ция длит­ся пол­ча­са, в день опе­ра­ций – 10. Це­на ошиб­ки – зре­ние па­ци­ен­та. Здесь не мо­жет быть эко­но­мии на обо­ру­до­ва­нии. Во вре­мя опе­ра­ции един­ствен­ное, что дви­га­ет­ся – это ру­ки доктора. Рань­ше оф­таль­мо­хи­рур­ги опе­ри­ро­ва­ли стоя. Ака­де­мик Фё­до­ров всех по­са­дил. Моя ма­ма то­же на­чи­на­ла опе­ри­ро­вать стоя.

Пе­ред­няя ка­ме­ра гла­за глу­би­ной 3 мм, рас­сто­я­ние за хру­ста­ли­ком и сам хру­ста­лик в сум­ме 4 мм. Это 7 мм, из ко­то­рых на­до от­сту­пить 2 мм свер­ху и 2 мм сни­зу. Оф­таль­мо­хи­рург при опе­ра­ции по уда­ле­нию хру­ста­ли­ка ра­бо­та­ет в трех­мил­ли­мет­ро­вой зоне.

Но да­же это не пре­дел. Вер­ши­на хи­рур­ги­че­ской оф­таль­мо­ло­гии – вит­ри­о­ре­ти­наль­ная хи­рур­гия. Это са­мое слож­ное. За хру­ста­ли­ком на­хо­дит­ся стек­ло­вид­ное те­ло, жид­кое, как ки­сель. А за ним – сет­чат­ка. Та обо­лоч­ка, ко­то­рая в ко­неч­ном ито­ге да­ет изоб­ра­же­ние в го­лов­ном моз­ге. Сет­чат­ка сверх­тон­кая, на од­ном квад­рат­ном мил­ли­мет­ре рас­по­ло­же­но 2 мил­ли­о­на кле­ток! Вит­ри­о­ре­ти­наль­ная хи­рур­гия ра­бо­та­ет имен­но на та­ких про­стран­ствах. Это как по­лет в кос­мос.

Я опе­ри­рую уже 23 го­да. За это вре­мя ле­че­ние ка­та­рак­ты из­ме­ни­лось кардинально. Бла­го­да­ря внед­ре­нию тех­но­ло­гии фа­ко­эмуль­си­фи­ка­ции в на­ча­ле двух­ты­сяч­ных го­дов мы смог­ли пе­рей­ти от боль­ших раз­ре­зов к ма­лень­ким. И со­кра­тить сро­ки ре­а­би­ли­та­ции. Ес­ли рань­ше по­сле­опе­ра­ци­он­ный пе­ри­од был ми­ни­мум неде­лю, то те­перь та­кие па­ци­ен­ты пе­ре­хо­дят в раз­ряд ам­бу­ла­тор­ных. Про­опе­ри­ро­ва­ли и от­пу­сти­ли. Ка­та­рак­та – это та­кое за­бо­ле­ва­ние, ле­че­ние ко­то­ро­го по­чти все­гда да­ет по­ло­жи­тель­ный ре­зуль­тат.

Боль­шой раз­рез – это 9 мил­ли­мет­ров. Се­год­ня мы де­ла­ем раз­рез в пре­де­лах 1,8 – 2,2 мм. Та­ков ми­ро­вой стан­дарт.

Тол­щи­на нит­ки, ко­то­рой за­ши­ва­ют раз­рез – 0,020­0,029 мм. Она на­зы­ва­ет­ся «нит­ка 10­0».

Ре­во­лю­ции в оф­таль­мо­хи­рур­гии мы обя­за­ны… войне. В на­ча­ле Вто­рой ми­ро­вой ан­глий­ский оф­таль­мо­лог Ге­рольд Рид­ли за­ме­тил, что по­па­да­ю­щие в гла­за лет­чи­ков ку­соч­ки плек­си­гла­са, из ко­то­рых про­из­во­ди­ли стек­ло для ка­би­ны пи­ло­тов, не от­тор­га­лись ор­га­низ­мом. Они оста­ва­лись инерт­ны­ми. Так и по­яви­лась идея за­ме­ны хру­ста­ли­ка спе­ци­аль­ной лин­зой.

В СССР пер­вым, кто по­пы­тал­ся внед­рить но­вую тех­но­ло­гию, был ака­де­мик Свя­то­слав Ни­ко­ла­е­вич Фё­до­ров. В 1960­е го­ды он им­план­ти­ро­вал пер­вый ис­кус­ствен­ный хру­ста­лик. То­гда весь оте­че­ствен­ный оф­таль­мо­ло­ги­че­ский мир всех со­бак спу­стил на Фёдорова. Ко­ри­феи ни­как не со­гла­ша­лись с тем, что ино­род­ное те­ло мож­но и нуж­но ста­вить внутрь гла­за.

До 60­х го­дов про­сто уби­ра­ли хру­ста­лик и все. Что­бы свет со­брал­ся на сет­чат­ке и сфор­ми­ро­ва­лось изоб­ра­же­ние, нуж­но бы­ло пе­ред глазом по­ме­стить до­ста­точ­но силь­ное со­би­ра­тель­ное стек­ло. ­13 в сред­нем. Та­кая раз­ни­ца в си­ле пре­лом­ле­ния не да­ва­ла воз­мож­но­сти дру­го­му гла­зу ви­деть. На­до бы­ло вы­би­рать: ли­бо од­ним глазом смот­реть, ли­бо дру­гим. Де­ло в том, что мозг не пе­ре­но­сит раз­ни­цу в ди­оп­три­ях меж­ду гла­за­ми бо­лее двух.

Че­ло­век не ви­дел – и вот по­сле опе­ра­ции он ви­дит! Бы­ва­ет, че­ло­век в опе­ра­ци­он­ную за­хо­дит сле­пой, а из опе­ра­ци­он­ной выходит – и ощу­ща­ет ма­лень­кое чу­до. Эти эмо­ции не пе­ре­дать. Эмо­ции та­кие, бар­хат­ные, что ли. Па­ци­ен­ты не пры­га­ют от сча­стья. Но ради вот та­ких ми­мо­лет­ных эмо­ций ты и ра­бо­та­ешь. Не ре­зуль­тат, не день­ги – а вот это. Ты дал че­ло­ве­ку сча­стье, а для те­бя это про­сто ра­бо­та.

Спра­ши­ва­ют – а есть ли ка­ка­я­то опе­ра­ция, ко­то­рой я гор­жусь боль­ше все­го? Нет. Это текущий про­цесс. Как во­дить ма­ши­ну. Ты про­сто ве­дешь. Ес­ли бу­дешь из­бы­точ­ное вни­ма­ние уде­лять со­мне­ни­ям и про­че­му – вер­ный путь к ДТП. Но ста­ра­ешь­ся каж­дый раз. На сле­ду­ю­щий день ты ви­дишь, что да – это бы­ла хо­ро­шая ра­бо­та.

Я ни­ко­гда не опе­ри­рую сра­зу два гла­за. Сна­ча­ла один, в сле­ду­ю­щий раз – дру­гой. Все­та­ки это хи­рур­ги­че­ское вме­ша­тель­ство, и все­гда есть рис­ки. Да мно­гие и один глаз бо­ят­ся опе­ри­ро­вать. По 3­5 лет хо­дят. А вто­рой глаз го­то­вы на вто­рой день опе­ри­ро­вать по­сле пер­во­го. На­столь­ко ка­че­ство жиз­ни ме­ня­ет­ся.

За­крой­те гла­за – вот так ви­дит мир че­ло­век с ди­а­гно­зом «ка­та­рак­та». Суть за­бо­ле­ва­ния в том, что мут­не­ет хру­ста­лик гла­за. У де­тей хру­ста­ли­ки как во­да. Но чем стар­ше че­ло­век ста­но­вит­ся, тем боль­ше жид­ко­сти те­ря­ет, хру­ста­лик слов­но вы­су­ши­ва­ет­ся. Бы­ва­ет, что па­ци­ент до­во­дит его до та­ко­го со­сто­я­ния – не разо­бьешь мо­лот­ком, на­столь­ко он плот­ный. Как до­хо­дят до та­ко­го со­сто­я­ния? Жи­вут, тер­пят. Та­кие хру­ста­ли­ки на­до про­опе­ри­ро­вать бы­ло еще 10­15 лет на­зад.

Как мы пой­дем к оф­таль­мо­ло­гу? Луч­ше по­слу­ша­ем ко­го­ни­будь и пой­дем лечиться глаз­ны­ми ар­ша­на­ми. От ка­та­рак­ты источник как по­мо­жет? Есть ве­ра, а есть зна­ния. Зна­ния – это то, что ты мо­жешь по­вто­рить. Ве­ра – это то, что су­ще­ству­ет, но по­вто­рить ты это уже не мо­жешь.

В опе­ра­ци­он­ной ви­сит ико­на. Дев­чон­ки на­ши при­нес­ли. Я ве­рю в Бо­га. В слож­ных слу­ча­ях мо­люсь. Бы­ва­ет та­кое – ко­гда не все в тво­их ру­ках. С мо­ей точ­ки зре­ния Гос­подь один, а ва­ри­ан­ты ре­ли­гий – это как ре­ги­о­наль­ные пред­ста­ви­тель­ства. В чем пре­лесть ве­ры в Бо­га – в том, что Он все­гда ря­дом с то­бой. По­ка у те­бя су­ще­ству­ют ду­ша, ве­ра и мысль – Он с то­бой все­гда.

За свою жизнь я прооперировал око­ло 10 000 па­ци­ен­тов.

СЕР­ГЕЙ АНА­ТО­ЛЬЕ­ВИЧ КОЗЛОВ ‒ ОДИН ИЗ СА­МЫХ ОПЫТ­НЫХ ОФТАЛЬМОХИРУРГОВ В ЗАБАЙКАЛЬСКОМ КРАЕ. СЕ­ГОД­НЯ ОН ОПЕ­РИ­РУ­ЕТ В ЧИТИНСКОЙ КЛИ­НИ­КЕ «ЦЕНТР ОХРА­НЫ ЗРЕ­НИЯ». ЗА СВОЮ ЖИЗНЬ СЕР­ГЕЙ АНА­ТО­ЛЬЕ­ВИЧ ПРООПЕРИРОВАЛ ОКО­ЛО 10000 ПА­ЦИ­ЕН­ТОВ. В ЧЕСТЬ ВСЕ­МИР­НО­ГО ДНЯ ЗРЕ­НИЯ, КО­ТО­РЫЙ ОТ­МЕ­ЧА­ЕТ­СЯ 12 ОК­ТЯБ­РЯ, МЫ ПО­ПРО­СИ­ЛИ ЕГО РАС­СКА­ЗАТЬ О СВО­ЕМ ДЕ­ЛЕ И О ТОМ, КАК ВЕР­НУТЬ ЗРЕ­НИЕ ЧЕ­ЛО­ВЕ­КУ, КО­ТО­РЫЙ ПО­ЧТИ НИ­ЧЕ­ГО НЕ ВИ­ДИТ.

Оф­таль­мо­хи­рур­ги со­вер­ша­ют ма­лень­кое чу­до.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.