О ГЛАВНОМ

Atmosfera - - Содержание - Текст: Ма­ри­на ЗЕЛЬЦЕР

«В жиз­ни я од­но­люб. То есть муж­чи­на, ис­пор­тив­ший жизнь толь­ко од­ной жен­щине» – Алек­сандр Шир­виндт де­лит­ся жи­тей­ской муд­ро­стью

Ме­лан­хо­лия и лу­кав­ство во взгля­де, нето­роп­ли­вость в дви­же­ни­ях и в ма­не­ре ре­чи, ну и, ко­неч­но же, со­вер­шен­но осо­бое чув­ство юмо­ра – все это Алек­сандр ШИР­ВИНДТ. А еще – мно­го­гран­ность ин­те­ре­сов: иг­ра на сцене, те­ат­раль­ная ре­жис­су­ра, съем­ки в ки­но, пре­по­да­ва­ние в «Щу­ке», ра­дио, эст­ра­да… Марк За­ха­ров в сво­ей кни­ге на­пи­сал, что «Шир­виндт, на­вер­ное, все-та­ки не ар­тист… Тем бо­лее не ре­жис­сер. Ес­ли спро­сить, кто он та­кой, от­ве­чу, что про­фес­сия у него уни­каль­ная. Он – Шир­виндт».

О РА­БО­ТЕ

Ка­рье­ра – это ме­ра тще­сла­вия, а у ме­ня тще­сла­вие до­зи­ро­ва­но необ­хо­ди­мо­стью не вы­пасть из обой­мы до­стой­ных лю­дей.

Как-то Га­ля Вол­чек ска­за­ла, что пре­бы­ва­ние р на по­сту худру­ка – это не вы­бор, а при­го­вор. Я то­же был при­го­во­рен к это­му крес­лу – не как ре­фор­ма­тор и кру­ши­тель нена­вист­но­го про­шло­го, а как со­хра­ни­тель на пла­ву это­го цир­ко­об­раз­но­го «ко­раб­ля».

Чем доб­рее че­ло­век, тем он до­ступ­нее. А ес­ли он при этом еще и та­лант­лив, то ста­но­вит­ся лип­кой бу­ма­гой для сон­ми­ща «мух», мощ­но и бес­смыс­лен­но жуж­жа­щих во­круг.

Не на­до срав­ни­вать ак­те­ра с его ге­ро­ем. Ак­тер­ское искус­ство – это пе­ре­во­пло­ще­ние. Ме­ня ча­сто срав­ни­ва­ли с мо­им ге­ро­ем из «Баб­ни­ка». А в жиз­ни я од­но­люб. То есть муж­чи­на, ис­пор­тив­ший жизнь толь­ко од­ной жен­щине.

Хо­тя я всю жизнь ра­бо­таю в Те­ат­ре са­ти­ры, са­ти­ра – это уже не мое, она под­ра­зу­ме­ва­ет злость. Мне бли­же са­мо­иро­ния – спа­се­ние от все­го, что во­круг.

О ДЕ­ТЯХ И СЕ­МЬЕ

С Та­той мы ста­ли встре­чать­ся, бу­дучи стар­ше­класс­ни­ка­ми. На­ка­нуне то­го дня, ко­гда объ­яви­ли о смер­ти Ста­ли­на. Мы с ней дол­го гу­ля­ли, и на­ут­ро она опоз­да­ла в шко­лу. При­шла ра­дост­ная, а все пла­ка­ли. Все по­ду­ма­ли, что она ра­ду­ет­ся смер­ти Ста­ли­на, а она про это да­же не зна­ла.

Вос­пи­та­ние – это во­об­ще миф, ми­сти­ка. Су­дя по Ми­ши­ной био­гра­фии, а мы че­рез мно­гое про­хо­ди­ли, все рав­но ви­жу, что, в кон­це кон­цов, по­беж­да­ет ге­не­ти­ка. Как ска­за­ли клас­си­ки: «Будь пре­кра­сен, и у те­бя бу­дут пре­крас­ные де­ти».

Чем бы ре­бе­нок ни за­ни­мал­ся, ни увле­кал­ся, ро­ди­тель все­гда дол­жен де­лать вид, что ему это очень нра­вит­ся. Ес­ли ре­бен­ка все вре­мя от все­го от­го­ва­ри­вать, то его и по­те­рять мож­но. По­это­му смысл вза­и­мо­от­но­ше­ний с детьми – это по­сто­ян­ное уми­ле­ние их дей­стви­я­ми, на­чи­ная с пер­вых ша­гов.

Вну­ки у ме­ня уже взрос­лые, и сей­час не я их вос­пи­ты­ваю, а они ме­ня: я дол­жен все вре­мя в на­пря­же­нии быть, что­бы их не под­ве­сти, не рас­стро­ить.

О ДРУЖБЕ

Друж­ба — это, во-пер­вых, при­выч­ка. Все, что за­рож­да­лось там, на лоне мо­ло­до­сти, уже тя­нет­ся шлей­фом, ес­ли не про­ис­хо­дит ка­та­клиз­мов. И вто­рое: это долж­на быть та­кая от­ду­ши­на, что­бы хо­те­лось ви­деть­ся.

Я со все­ми на «ты» – та­ко­ва моя жиз­нен­ная по­зи­ция. «Ты» озна­ча­ет для ме­ня ис­крен­ность об­ще­ния, и это не па­ни­брат­ство, а то­ва­ри­ще­ство; кро­ме то­го, се­год­ня я стар­ше по­чти всех.

Я сре­ди ком­па­нии от­ли­ча­юсь тем, что обо­жаю слу­шать. Все же го­во­рят о се­бе лю­би­мом в том или ином ка­че­стве – та­лант­ли­вом, без­дар­ном, но толь­ко о се­бе. «Ну, как де­ла?» Толь­ко пасть от­кро­ешь –

«А у ме­ня, зна­ешь, ка­кая ис­то­рия» – и по­ка­ти­лось… Со страш­ным уско­ре­ни­ем ухо­дят в небы­тие со­уче­ни­ки, со­слу­жив­цы, дру­зья. Не хва­та­ет ни сил, ни слов, ни слез. Не­чем за­пол­нить ва­ку­ум един­ствен­ной пи­та­тель­ной сре­ды – друж­бы.

О ВОЗ­РАСТЕ

Ста­рость – это не ко­гда что-то за­бы­ва­ешь, а ко­гда за­бы­ва­ешь, где за­пи­сал, что­бы не за­быть.

Ста­рость – это арит­мия серд­ца, же­ла­ний и на­дежд. Имен­но же­ла­ний, а не воз­мож­но­стей. Ну, до­бе­жать, до­лю­бить – с этим все по­нят­но, а имен­но от­сут­ствие острой необ­хо­ди­мо­сти.

Я с воз­рас­том ста­нов­люсь, призна­юсь, ху­же. Был го­раз­до ка­те­го­рич­нее, сме­лее и муд­рее, при­чем ко­гда все бы­ло нель­зя. А ко­гда все ста­ло мож­но, я стал все­го бо­ять­ся. Ста­рость…

Ино­гда, очень недол­го, мне бы­ва­ет где-то в рай­оне два­дца­ти лет. А ино­гда мне под сто. Я бо­юсь вы­гля­деть ста­рым. Бо­юсь уми­ра­ния по­сте­пен­но­го, ко­гда при­дет­ся хва­тать­ся за что-то и за ко­го-то. Я кра­си­вый ста­рик, бо­я­щий­ся стать бес­по­мощ­ным. В об­щем, ди­а­гноз – «ста­рость сред­ней тя­же­сти».

С воз­рас­том мы все вре­мя пре­одо­ле­ва­ем раз­но­го ро­да по­ро­ки, и ко­гда на­ко­нец все пре­одо­ле­но, об­ра­зу­ет­ся огром­ное ко­ли­че­ство вре­ме­ни, ко­то­рое не­чем за­нять.

Кен­далл Джен­нер

(дочь) Брюс Джен­нер

(Кейт­лин)

Кай­ли Джен­нер

(дочь)

брак Ка­нье Уэст Норт Уэст

(дочь)

Роб Кар­да­шьян

(сын)

Крис Джен­нер

брак Сейнт Уэст

(сын)

Корт­ни Кар­да­шьян

(дочь) Ким Кар­да­шьян

(дочь)

брак

брак

брак

Хлои Кар­да­шьян

(дочь)

Ро­берт Кар­да­шьян Дей­мон То­мас

Крис Хам­ф­рис

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.