АТМОСФЕРА УСПЕХА

Atmosfera - - Содержание - Текст: Ма­ри­на ЗЕЛЬЦЕР

«Я не от­ре­ка­юсь ни от быв­ших жен, ни от де­ву­шек» – сей­час Фе­дор Лав­ров счаст­лив в бра­ке

Фе­дор ЛАВ­РОВ ро­дил­ся в се­мье пи­тер­ских те­ат­раль­ных ак­те­ров, но это не усы­па­ло его до­ро­гу ро­за­ми и да­же за­ста­ви­ло по­вол­но­вать­ся при вы­бо­ре про­фес­сии. Он при­зна­ет­ся, что из-за сво­ей одер­жи­мо­сти ра­бо­той по­те­рял две се­мьи, но те­перь, не­смот­ря на пре­дан­ность про­фес­сии, при­о­ри­те­ты из­ме­ни­лись. Пе­ре­ехав из Пи­те­ра в Моск­ву, ак­тер сме­нил ме­сто служ­бы с БДТ на МХТ и об­за­вел­ся но­вой се­мьей, где вско­ре по­яви­лись двое де­тей – дочь Мар­та и сын Фрол.

Фе­дя, про те­бя мож­но ска­зать, что вы­рос за ку­ли­са­ми? Ко­неч­но! Я про­во­дил свое дет­ство и от­ро­че­ство в ТЮЗе, где ра­бо­та­ла ма­ма, и в Ма­лом дра­ма­ти­че­ском у па­пы. (Отец – на­род­ный ар­тист Ни­ко­лай Лав­ров. – Прим. авт.). Но по боль­шо­му сче­ту вы­рос на ули­це, сре­ди па­цан­вы и ма­зу­ри­ков. ( Улы­ба­ет­ся.) В де­вя­но­стые го­ды бы­ло пол­но во­ри­шек и бан­ди­тов, и мно­гие из них ко­гда-то бы­ли мо­и­ми дру­зья­ми, с ко­то­ры­ми я учил­ся в шко­ле и жил в од­ном до­ме на Мо­хо­вой. Так что ули­ца во мно­гом вос­пи­ты­ва­ла ме­ня, ма­ма с па­пой про­па­да­ли на ра­бо­те с утра до но­чи. И ес­ли в млад­шем воз­расте ос­нов­ная сво­бод­ная жизнь про­те­ка­ла в за­ку­ли­сье, то уже в со­зна­тель­ной ин­те­рес­нее ста­ло порт­вейн по­пить, неже­ли тор­чать в те­ат­ре или си­деть за ро­я­лем и дол­бить этю­ды. Прав­да, я был бли­же к суб­куль­ту­рам – рок-му­зы­кан­там, пан­кам. Су­ще­ство­ва­ли в Пи­те­ре та­кие куль­то­вые ме­ста, как пе­ре­ход «тру­ба», где пе­ли пес­ни, ту­со­ва­лись, ку­ри­ли дурь, и я по­ку­ри­вал. Го­ды бы­ли го­лод­ные, раз­вле­че­ний у мо­ло­де­жи не так уж мно­го, а де­нег и то­го мень­ше. По­это­му кто-то за­ра­ба­ты­вал пес­ня­ми в пе­ре­хо­дах, а кто-то пер­чат­ки на рын­ке во­ро­вал.

Па­па с ма­мой об­ра­ща­ли вни­ма­ние на то, что от те­бя по­па­хи­ва­ло ал­ко­го­лем, и как от­но­си­лись к тво­им позд­ним при­хо­дам до­мой?

Я взрос­лым стал до­ста­точ­но ра­но. В шест­на­дцать уже по­сту­пил в ин­сти­тут, а это со­всем дру­гая жизнь. Школь­ни­ком но­ми­наль­но счи­тал­ся до­маш­ним че­ло­ве­ком, хо­тя при­хо­дил и ухо­дил ко­гда хо­тел и мог оста­вать­ся где угод­но. И ни па­па, ни ма­ма это­му не пре­пят­ство­ва­ли. Хо­тя, ко­неч­но же, ес­ли я при­хо­дил до­мой с за­па­хом вин­ца, то под­за­тыль­ни­ки мне до­ста­ва­лись. Со сто­ро­ны ба­буш­ки до сред­ней шко­лы бы­ла ги­пе­ро­пе­ка. Это ме­ня силь­но пу­га­ло и за­став­ля­ло опять же дву­мя жир­ны­ми ли­ни­я­ми под­чер­ки­вать свое лич­ное про­стран­ство, в ко­то­рое вход всем был за­пре­щен.

Знаю, что в твои увле­че­ния вхо­ди­ла еще ме­ди­ци­на. Как и от­ку­да это на­ча­лось и как со­че­та­лось с дру­ги­ми ин­те­ре­са­ми?

Од­но дру­го­му не ме­ша­ет. Это во­прос же­ла­ния и увле­че­ния. Суб­куль­ту­ры, «тру­ба», рок-сей­ше­ны и бе­се­ды со шпа­ной – это все-та­ки немнож­ко тай­ная жизнь, в ко­то­рую я мог по­свя­щать со­всем немно­гих. А вот ме­ди­ци­на бы­ла вполне офи­ци­аль­ной, ко­то­рая не то что­бы при­вет­ство­ва­лась, но при­ни­ма­лась. А во­об­ще я мог в один день успеть по­бы­вать и там, и там, и там. Что ка­са­ет­ся ме­ди­ци­ны, у ме­ня все­гда был ин­те­рес к че­ло­ве­че­ско­му те­лу и с глу­бо­ко­го дет­ства я безум­но ува­жал эту бла­го­род­ную про­фес­сию. И в шко­ле мне все­гда нра­ви­лись био­ло­гия, бо­та­ни­ка. А что да­ло им­пульс, не знаю.

Ни в ка­ких сту­ди­ях и те­ат­раль­ных круж­ках ты не за­ни­мал­ся?

Я был недол­го в Те­ат­ре юно­ше­ско­го твор­че­ства и не мо­гу ска­зать, что ме­ня это увле­ка­ло, мне бы­ло го­раз­до ин­те­рес­нее под­гля­ды­вать за ак­те­ра­ми на ре­пе­ти­ци­ях у па­пы или у ма­мы. Взрос­лые лю­ди чем-то се­рьез­но за­ни­ма­ют­ся, а ты, шкет, на­блю­да­ешь и ду­ма­ешь: «Вот оно, на­сто­я­щее!»

Но то­гда ты же не со­би­рал­ся ста­но­вить­ся ак­те­ром.

Да, но, ви­ди­мо, внут­ри все рав­но что-то си­де­ло. И мне хо­те­лось быть кем-то за­мет­ным. Да­же сей- час, ко­гда я ви­жу увле­чен­но­го че­ло­ве­ка, ху­дож­ни­ка сво­е­го де­ла, сра­зу сни­маю шля­пу, будь он хоть двор­ни­ком. И сре­ди вра­чей и ар­ти­стов мне по­па­да­лись имен­но та­кие лю­ди.

А у вас дома со­би­ра­лись в ос­нов­ном ак­те­ры, ре­жис­се­ры или лю­ди из дру­гих об­ла­стей?

В ро­ди­тель­ском до­ме бы­ва­ли и ар­ти­сты, и фи­ло­ло­ги, и фи­зи­ки... Все это окру­же­ние – ба­буш­ки­ны и де­душ­ки­ны, па­пи­ны и ма­ми­ны дру­зья и зна­ко­мые, то, что на­зы­ва­ет­ся в хо­ро­шем смыс­ле «бе­лая кость», бы­ло мо­ей сре­дой оби­та­ния. И, есте­ствен­но, я этим про­пи­ты­вал­ся.

А с кем из дру­зей дома ты в дет­стве или юно­сти об­щал­ся ду­шев­но?

С дя­дей Са­шей Хо­чин­ским. А еще пом­ню, как на да­че нас Лев Аб­ра­мо­вич До­дин в га­ма­ке ка­тал. Зи­но­вий Яко­вле­вич Ко­ро­год­ский бы­вал у нас в до­ме, ку­ча за­ме­ча­тель­ных пи­тер­ских ху­дож­ни­ков и тех, кто ри­со­вал де­ко­ра­ции и оформ­лял кни­ги. На­ша се­мья дру­жи­ла с пре­крас­ным фи­зи­ком­тео­ре­ти­ком, цар­ствие ему небес­ное, дя­дей Ми­тей Дья­ко­но­вым. Осо­бен­но ком­па­ней­ским че­ло­ве­ком был па­па, мой се­го­дняш­ний круг об­ще­ния мень­ше, чем то­гда у него. Ко­неч­но, в Пи­те­ре бо­лее раз­ме­рен­ная жизнь, чем в Москве, и бы­ла да­ча, ку­да все при­ез­жа­ли, ели мя­со, пи­ли ви­но, пе­ли пес­ни и го­во­ри­ли, шу­ти­ли...

Я был бли­же суб­куль­ту­рам. су­ще­ство­ва­ли пи­те­ре та­кие куль­то­вые ме­ста, как пе­ре­ход "тру­ба", где пе­ли пес­ни, ту­со­ва­лись, ку­ри­ли дурь. и я по­ку­ри­вал″.

Те­бе, на­вер­ное, нра­ви­лось все это?

Чув­ству­ет­ся, как но­сталь­ги­че­ски ты сей­час об этом вспо­ми­на­ешь.

Ко­неч­но. Мне бы­ло безум­но ин­те­рес­но на­хо­дить­ся за сто­лом. Я был ма­лень­ким, но «грел уши», что на­зы­ва­ет­ся, мне нра­ви­лись бай­ки, ко­то­рые они рас­ска­зы­ва­ли. А глав­ным дру­гом от­ца был дя­дя Во­ло­дя Мень­шов, пре­крас­ней­ший Вла­ди­мир Ва­лен­ти­но­вич. 1 ян­ва­ря у нас все­гда на­чи­на­лось с то­го, что ли­бо он зво­нил нам из Моск­вы, ли­бо ба­тя ему. В во­семь утра 1 ян­ва­ря. Дя­дя Во­ло­дя ста­вил что-то в ТЮЗе, ко­гда оба бы­ли со­всем мо­ло­ды­ми, там и по­дру­жи­лись. И пер­вый че­ло­век, ко­то­ро­му я со­об­щил о смер­ти от­ца, то­же был дя­дя Во­ло­дя. А не так дав­но мы с ним сыг­ра­ли две глав­ные ро­ли в филь­ме «Ива­но­вы», от­ца и сы­на. И мне бы­ло на­столь­ко за­ме­ча­тель­но с ним по­ра­бо­тать, ока­зать­ся в од­ной лод­ке. При­чем сни­ма­ли мы в Пи­те­ре, я устро­ил це­лую се­мей­ную встре­чу, по­звал ма­му, в об­щем, все бы­ло пре­крас­но. У ме­ня бы­ло очень мно­го во­про­сов к нему. По­сле то­го как от­ца не ста­ло, я ви­дел­ся с Вла­ди­ми­ром Ва­лен­ти­но­ви­чем один раз, у нас бра­ли ин­тер­вью по ка­ко­му-то по­во­ду, а тут мы на­го­во­ри­лись вдо­воль, де­ли­лись впе­чат­ле­ни­я­ми, об­суж­да­ли мно­гое.

Па­пы не ста­ло, ко­гда те­бе бы­ло два­дцать пять лет. Это со­бы­тие раз­де­ли­ло жизнь на до и по­сле?

Ко­неч­но, это во­до­раз­дел, раз­рыв

В под­рост­ко­вом воз­расте все го­раз­до ост­рее, по­это­му пер­вая лю­бовь – а ча­ще она бы­ва­ет несчаст­ная – и за­по­ми­на­ет­ся, шрам оста­ет­ся″.

пу­по­ви­ны, пе­ре­осмыс­ле­ние все­го. Мы с ма­мой друг дру­га под­дер­жи­ва­ли. У ме­ня то­гда еще бы­ло по­ло­же­ние шат­кое, по­то­му что я не до­стиг че­го-то зна­чи­тель­но­го в про­фес­сии. Это сей­час на­чи­наю успо­ка­и­вать­ся и за­ни­мать­ся де­лом, а не бе­гот­ней и по­ис­ка­ми.

Ты по­ни­мал в дет­стве и юно­сти, что у па­пы все скла­ды­ва­ет­ся удач­нее, чем у ма­мы? На­род­ный ар­тист, на него хо­дят в те­атр, он сни­ма­ет­ся в ки­но…

В прин­ци­пе, по­ни­мал, но в се­мье на этом не де­ла­ли ак­цен­та. Ни­ка­ко­го нега­ти­ва не су­ще­ство­ва­ло. Ма­ма ра­бо­та­ла, па­па ра­бо­тал, они ува­жа­ли труд

друг дру­га, хо­ди­ли друг к дру­гу на спек­так­ли, об­суж­да­ли их. И они оба бы­ли тру­до­го­ли­ка­ми. Ма­ма до сих пор тру­до­го­лик.

Как те­бе бы­ло по­сту­пать с та­кой фа­ми­ли­ей?

Я ста­рал­ся скрыть, чей я сын, но по­нят­но, что ту­ре на вто­ром или тре­тьем все всё по­ня­ли. Я уже вы­пу­стил­ся из ин­сти­ту­та, а во­круг все рав­но го­во­ри­ли: «А, это Коль­кин сын». Мне же хо­те­лось быть со­бой.

В Пи­те­ре бы­ло два Лав­ро­вых. Спра­ши­ва­ли, не род­ствен­ник ли ты Ки­рил­лу Лав­ро­ву?

Спра­ши­ва­ли, ко­неч­но. А в БДТ он ме­ня как раз и при­ни­мал. Но мы не род­ствен­ни­ки, хо­тя с Ма­шей, его доч­кой, мы в «Вас­се Же­лез­но­вой» иг­ра­ли бра­та и сест­ру. Как-то еха­ли на га­стро­ли, сто­я­ли в там­бу­ре ку­ри­ли и до­го­во­ри­лись, что мы род­ствен­ни­ки. Ки­рилл Юрье­вич ме­ня смеш­но встре­тил, ска­зал: «Ну здрав­ствуй, од­но­фа­ми­лец!» Уди­ви­тель­но ин­те­рес­ный был дядь­ка. И для БДТ сде­лал очень мно­го: ес­ли бы не он, все бы раз­ва­ли­лось по­сле Тов­сто­но­го­ва. Те­перь там худрук Ан­дрей Мо­гу­чий, мой близ­кий друг. Я по­ста­вил спек­такль в Пи­те­ре, а сей­час мы все вре­мя с ним за­те­ва­ем ка­кую-ни­будь ра­бо­ту, где он ре­жис­сер, а я ар­тист. И вполне воз­мож­но, что в сле­ду­ю­щем се­зоне это со­сто­ит­ся. А моя стар­шая дочь Гла­ша иг­ра­ет у него в «Гро­зе» и учит­ся у него же на ре­жис­су­ре. Ко­гда я бы­ваю в Пи­те­ре, все­гда при­ез­жаю к Ан­дрею по­пить ко­фе.

В ЛГИТМиКе сра­зу по­яви­лось ощу­ще­ние, что ты на сво­ем ме­сте?

Нет, пер­вый курс был про­сто адом, я не по­ни­мал, че­го от ме­ня хо­тят и что я здесь де­лаю. Бы­ло страш­но вы­хо­дить на пло­щад­ку, в об­щем, ри­со­ва­лись со­всем не ра­дуж­ные пер­спек­ти­вы. По­том по­ти­хо­неч­ку что-то сло­жи­лось. Па­рал­лель­но за­ни­мал­ся му­зы­кой, у ме­ня бы­ла своя груп­па.

Я се­бя ис­кал то там, то здесь, ки­но ведь то­гда прак­ти­че­ски не сни­ма­ли, это бы­ли де­вя­но­стые го­ды.

А в МДТ, где ра­бо­тал па­па, не зва­ли?

Нет. У ме­ня с этим те­ат­ром не сло­жи­лись от­но­ше­ния, хо­тя я очень ува­жаю Ль­ва Аб­ра­мо­ви­ча. Я по­ка­зы­вал­ся в МДТ сра­зу по­сле ин­сти­ту­та, но ме­ня на­шли него­то­вым для них. И я по­шел сво­ей тро­пин­кой.

До­дин в га­ма­ке ка­тал, а в те­атр не взял. Шу­чу.

Ну, это нор­маль­но. Он ре­а­лист и по­сту­пил пра­виль­но по от­но­ше­нию ко мне. По­том, ко­гда уже па­пы не ста­ло, ме­ня зва­ли ту­да, но я от­ка­зал­ся. А то­гда, ко­неч­но, бы­ло обид­но, боль­но, непри­ят­но. Но при этом ста­ло и се­рьез­ным уро­ком: нуж­но дви­гать­ся даль­ше, а не уми­рать.

Рань­ше я ра­бо­ту и про­фес­сию ста­вил во гла­ву уг­ла. есть где-то се­мья – хо­ро­шо, нет – и не на­до. а ко­му та­кое от­но­ше­ние по­нра­вит­ся?″

У ко­го-то из ак­те­ров бы­ва­ют иные вы­хо­ды из та­ких си­ту­а­ций. . .

Да! Пи­тер во­об­ще этим сла­вит­ся. У ме­ня очень мно­го дру­зей, та­лант­ли­вей­ших ре­бят, оста­лись там и уже со­всем на лю­дей не по­хо­жи. Ко­гда я ки­но ждал ме­ся­ца­ми, то­же, есте­ствен­но, на­чи­на­лись вы­пив­ки. Нуж­но же бы­ло дей­ство­вать, вре­мя ухо­ди­ло, мо­ло­дость, ко­гда нуж­но вкла­ды-

вать­ся, ра­бо­тать. Но все рав­но мне с ки­но по­вез­ло, по­то­му что в Пи­те­ре я по­пал к та­ким ре­жис­се­рам, как Алек­сандр Со­ку­ров, Алек­сей Гер­ман, Алек­сей Гер­ман-млад­ший, Ирак­лий Кви­ри­кад­зе. Мне по­вез­ло по­тро­гать и по­участ­во­вать в ки­но огром­но­го, ми­ро­во­го мас­шта­ба. Так что я из­ба­ло­ван в этом смыс­ле. Да и па­па сни­мал­ся у при­лич­ных ре­жис­се­ров, хо­тя имен из Пан­тео­на у него не бы­ло.

Ты бы­вал с ним на съем­ках?

Ко­неч­но, и для ме­ня пол­то­ра ме­ся­ца в Бер­дян­ске на ко­се, где ря­дом с па­пой ра­бо­та­ли Кон­стан­тин Рай­кин и дру­гие класс­ные ар­ти­сты, и Ев­ге­ний Гин­збург, бы­ли про­сто сча­стьем. Мы, па­ца­ны, ка­та­лись там в гро­бу, как на лод­ке. А еще для съе­мок филь­ма «Ост­ров по­гиб­ших ко­раб­лей» на­гна­ли ку­чу ста­рых ко­раб­лей, и для де­тей бы­ла ла­фа бе­гать по ним. Как мы там не уто­ну­ли, не знаю. Осо­бен­но ин­те­рес­но, ко­гда сни­ма­ли кас­ка­дер­ские сце­ны: пла­мя, взры­вы, стрель­ба... На нас, маль­чи­шек, все это огром­ное впе­чат­ле­ние про­из­ве­ло.

Несколь­ко лет на­зад ты пе­ре­ехал в Моск­ву и пе­ре­шел в МХТ. Не со­мне­вал­ся с при­ня­ти­ем та­ко­го се­рьез­но­го ре­ше­ния?

Нет. По­звал лич­но Та­ба­ков. Ка­кие мо­гут быть со­мне­ния?! Но сна­ча­ла я немнож­ко пре­по­да­вал на кур­се у Ки­рил­ла Се­реб­рен­ни­ко­ва, по­том мы с ним вы­пу­сти­ли спек­такль «Око­ло­но­ля» в «Та­ба­кер­ке», а по­том бы­ли «От­мо­роз­ки» в «Го­голь-цен­тре». Олег Пав­ло­вич уви­дел это, при­гла­сил на раз­го­вор и сра­зу сде­лал пред­ло­же­ние, от ко­то­ро­го я не смог от­ка­зать­ся. Да и в Пи­те­ре я уже стал немно­го уста­вать, ка­кая-то кон­сер­ва­ция на­ча­ла про­ис­хо­дить.

Ты и в «Та­ба­кер­ке» иг­ра­ешь. Не так дав­но «Матрос­ская ти­ши­на» вы­шла и «Ска­мей­ка» – на мой взгляд, у те­бя там пре­крас­ней­шая ра­бо­та. Кста­ти, мне есть с чем срав­нить, ви­де­ла эту пье­су еще во МХАТЕ с Та­ба­ко­вым и До­ро­ни­ной...

Ты, на­вер­ное, не ви­де­ла спек­такль с мо­им па­пой в его те­ат­ре. Мно­гие го­во­рят, что это бы­ла луч­шая «Ска­мей­ка» в стране. Па­па ме­ня тас­кал и на ре­пе­ти­ции, и на спек­так­ли, так что я все хо­ро­шо пом­ню. Олег Пав­ло­вич сме­ял­ся, ска­зал мне:

«Так ты, зна­чит, еще то­гда на­чи­нал ре­пе­ти­ро­вать «Ска­мей­ку». И Ле­шу Му­ра­до­ва на эту по­ста­нов­ку в «Та­ба­кер­ку» при­вел имен­но я.

У ге­роя непро­стая судь­ба. И в тво­ей жиз­ни бы­ло мно­го лич­ных пе­ри­пе­тий. Ты как-то ска­зал, что две се­мьи по­те­рял из-за ра­бо­ты.

Да, по­то­му что рань­ше я ра­бо­ту и про­фес­сию ста­вил во гла­ву уг­ла. Есть где-то се­мья – хо­ро­шо, нет – и не на­до. А ко­му та­кое от­но­ше­ние по­нра­вит­ся? У ме­ня бы­ли до­ста­точ­но мак­си­ма­лист­ские взгля­ды, по­это­му все так и про­изо­шло. А сей­час, ви­ди­мо,

бог мне чуть-чуть ума под­сы­пал или опы­та, по­это­му я немнож­ко по­ме­нял свои взгля­ды.

При этом ты же­нил­ся очень ра­но – в два­дцать лет. . .

На­вер­ное, то­гда мне бы­ло нуж­но все, но все рав­но ра­бо­та сто­я­ла на пер­вом ме­сте. Для че­ло­ве­ка важ­на са­мо­ре­а­ли­за­ция, а для ак­те­ра с боль­ным са­мо­лю­би­ем – тем бо­лее. Ес­ли ты не за­то­чен на успех, что те­бе де­лать в этой про­фес­сии?! Все идут за сла­вой. Не за за­па­хом ку­лис. Вот это: «про­жить мно­го жиз­ней» – чушь, неправ­да. По край­ней ме­ре вна­ча­ле. Уже по­том втя­ги­ва­ешь­ся, об­рас­та­ешь ин­стру­мен­том – и то­гда ин­те­рес то­бой ру­лит. А мне с «ин­стру­мен­том» по­вез­ло, по­то­му что в жиз­ни, как уже го­во­рил, мно­го все­го про­ис­хо­ди­ло, бы­ло от­ку­да пи­тать­ся.

Ты го­во­рил об от­ста­и­ва­нии сво­е­го лич­но­го про­стран­ства уже в от­ро­че­стве. А как об­сто­ит с ги­пе­ро­пе­кой и лич­ным про­стран­ством в тво­ей се­мье?

Сла­ва бо­гу, по­ка та­кой проблемы не воз­ни­ка­ло, по­то­му что Ле­на очень де­ли­кат­ный че­ло­век. Лиш­ней за­бо­ты я то­же не ощу­щаю с ее сто­ро­ны. Она пре­крас­но по­ни­ма­ет, где мое про­стран­ство и мое вре­мя. Я дол­жен за­ни­мать­ся ра­бо­той, пе­ре­го­во­ра­ми, и в та­кие мо­мен­ты мне не ме­ша­ет. У нас все про­ис­хо­дит до­ста­точ­но от­кры­то. Ес­ли ну­жен со­вет, по­мощь – я об­ра­ща­юсь к ней. Или ес­ли вдруг я ви­жу, что у Ле­ны ка­кие-то проблемы, мо­гу ей что-то под­ска­зать. В этом смыс­ле у нас вза­и­мо­по­ни­ма­ние.

Гла­ва се­мьи ты?

Фор­маль­но я, но, как пра­ви­ло, все ре­ша­ем кол­ле­ги­аль­но. Прав­да, ес­ли речь идет о чем-то гло­баль­ном: пе­ре­ез­де, смене квар­ти­ры, ре­мон­те, от­ды­хе, по­след­нее сло­во за мной. ( Улы­ба­ет­ся.) К при­ме­ру, я под­би­раю марш­рут, а Ле­на от­ве­ча­ет за хоз­часть.

Ка­ки­ми до­маш­ни­ми де­ла­ми те­бе нра­вит­ся за­ни­мать­ся?

Го­то­вить люб­лю. И рас­те­ния обо­жаю, у ме­ня мно­го цве­тов на под­окон­ни­ке и на бал­коне. Го­во­рят: «Са­му­рай дол­жен уметь вы­ра­щи­вать цве­ты, пи­сать сти­хи

и по­сле трид­ца­ти лет по­за­бо­тить­ся о сво­ем здо­ро­вье». Это ко­декс Бу­си­до. У ме­ня бы­ли в ран­ней мо­ло­до­сти проблемы со здо­ро­вьем, я ле­жал по­дол­гу в боль­ни­цах и там от­щи­пы­вал че­рен­ки рас­те­ний. Мно­гие из них у ме­ня жи­вут дома до сих пор. Од­но от­щип­нул на со­ку­ров­ских съем­ках «От­ца и сы­на». В об­щем-то все мои рас­те­ния – зна­ко­вые. Что-то при­вез из Мин­ска, что-то из Ки­е­ва, что-то из Эк­ва­до­ра. Один из мо­их зна­ко­мых пси­хо­ло­гов ска­зал: «Это ты се­бя по ку­соч­кам со­би­ра­ешь».

Проблемы со здо­ро­вьем раз­ре­ши­лись?

Да, все в по­ряд­ке. Хоть я и не стал вра­чом, но по­ни­маю, что ор­га­низм го­раз­до ум­нее нас, он сам се­бя мо­жет ре­гу­ли­ро­вать. На­до толь­ко услы­шать его. Ес­ли сны не снят­ся, зна­чит, ор­га­низм пра­виль­но ра­бо­та­ет, он от­ды­ха­ет, от­клю­ча­ет под­со­зна­ние и за­ни­ма­ет­ся со­бой. Как го­во­рил Гип­по­крат: «Что­бы вы­ле­чить ор­ган, нуж­но его от­клю­чить», так же как пе­ре­ло­ман­ную ру­ку обез­дви­жи­ва­ют.

Ле­на – юрист-меж­ду­на­род­ник. Где же вы позна­ко­ми­лись?

Она хо­ди­ла на на­ши кон­цер­ты, лю­би­ла мою груп­пу. Мы ва­ри­лись в од­ной ту­сов­ке. Прав­да, то­гда она бы­ла еще мел­кая, у нас раз­ни­ца семь лет, то­гда это ка­за­лось мно­го, я ее да­же не иден­ти­фи­ци­ро­вал. А уже поз­же в га­ле­рее мо­ей на­зва­ной сест­ры Ли­зы Са­ви­ной на Фон­тан­ке ря­дом с БДТ, ку­да мы с дру­зья­ми по­сто­ян­но при­хо­ди­ли, бол­та­ли, пи­ли ви­но, я как-то раз и встре­тил Ле­ну. И уже об­ра­тил на нее вни­ма­ние. По­том мы разъ­е­ха­лись, опять съе­ха­лись и че­рез ка­кое-то вре­мя по­ня­ли, что нам не хва­та­ет друг дру­га.

И как ты за ней уха­жи­вал, чем брал?

Искрен­но­стью. ( Улы­ба­ет­ся.) Ко­гда ис­кренне ис­пы-

Ле­на – очень де­ли­кат­ный че­ло­век. пре­крас­но по­ни­ма­ет, где мое про­стран­ство и мое вре­мя. лиш­ней за­бо­ты я то­же не ощу­щаю с ее сто­ро­ны″.

ты­ва­ешь воз­вы­шен­ные чув­ства, уха­жи­ва­ния скла­ды­ва­ют­ся са­ми по се­бе. Я во­об­ще очень люб­лю да­рить по­дар­ки, и тут все шло по ве­ле­нию серд­ца. А Лен­ке, ви­ди­мо, по­нра­ви­лось, что мне это в ра­дость и удо­воль­ствие. У нас бы­ла по­сто­ян­ная эм­па­тия, мы чув­ство­ва­ли од­но и то же. И очень мно­го раз­го­ва­ри­ва­ли.

А сей­час?

И сей­час то­же, рас­смат­ри­ва­ем раз­ные си­ту­а­ции, об­суж­да­ем филь­мы, спек­так­ли и вся­кие непро­стые ве­щи, про­ис­хо­дя­щие на ра­бо­те в том чис­ле. Я, кста­ти, во­об­ще счи­таю, что все нуж­но про­го­ва­ри­вать. Это как с детьми, ко­гда ты их вос­пи­ты­ва­ешь. У ме­ня, ко­неч­но, вы­зы­ва­ет ува­же­ние че­ло­век, ко­то­рый все мо­жет дер­жать в се­бе, но я не та­кой. А с близ­ки­ми мы долж­ны про­го­ва­ри­вать все, это ключ, ко­то­рым на­до поль­зо­вать­ся. ( Сме­ет­ся.)

Ей ин­те­рес­на твоя ра­бо­та?

Ко­неч­но. Она во мно­гом со­рат­ник, раз­де­ля­ет мои го­ре­сти и ра­до­сти. Но есть внут­рен­няя ак­тер­ская кух­ня. Воз­мож­но, ей бы­ло бы это ин­те­рес­но, но за­чем ее гру­зить? У нее свой взгляд на мои ра­бо­ты.

Что-то мо­жет ка­те­го­ри­че­ски не нра­вить­ся. И что то­гда?

Вся­кое бы­ва­ет. ( Сме­ет­ся.) Ино­гда при­слу­ши­ва­юсь и де­лаю вы­во­ды, а бы­ва­ет, иду на­про­лом. Мы оба име­ем пра­во го­ло­са и свое мне­ние.

Ле­на не рев­ну­ет те­бя к парт­нер­шам, все-та­ки она че­ло­век из дру­го­го ми­ра?

По­на­ча­лу это, ко­неч­но, бы­ло. Как?! Це­лу­ет­ся с ка­кой-то дру­гой жен­щи­ной в по­сте­ли. Но она же по­ни­ма­ла, за ко­го за­муж шла. Та­кая про­фес­сия, усло­вия иг­ры.

У те­бя до Ле­ны, ка­жет­ся, от­но­ше­ния бы­ли с од­ни­ми ак­три­са­ми...

Это же сре­да оби­та­ния, так что все есте­ствен­но. Бы­ли и ре­жис­сер­ши. Но хва­тит это­го. ( Улы­ба­ет­ся.)

Ты не от од­ной сво­ей же­нить­бы не от­ре­ка­ешь­ся, счи­та­ешь, что все про­ис­хо­ди­ло как нуж­но?

Бе­з­услов­но. Ни от жен, ни от де­ву­шек. Я в этом смыс­ле фа­та­лист. Оста­ет­ся опыт, ты се­бя от­кры­ва­ешь с ка­кой-то дру­гой сто­ро­ны. Во­об­ще ни­че­го не бы­ва­ет слу­чай­но, как мне ка­жет­ся. А уж от­но­ше­ния с про­ти­во­по­лож­ным по­лом тем бо­лее.

С ка­ко­го воз­рас­та те­бя ста­ла ин­те­ре­со­вать муж­ская-жен­ская тема, ты за­хо­тел уха­жи­вать?

До­ста­точ­но ра­но. Сви­да­ния по­шли клас­са с чет­вер­то­го. Бо­лее се­рьез­ное – то­же в шко­ле, в стар­ших клас­сах. Не знаю, нас­коль­ко это бы­ли глу­бо­кие чув­ства, но шрам все рав­но оста­вал­ся. В том воз­расте все го­раз­до ост­рее. По­это­му пер­вая лю­бовь (а ча­ще все­го она бы­ва­ет несчаст­ная) и за­по­ми­на­ет­ся. Она ста­вит пе­чать на лич­но­сти че­ло­ве­ка.

А же­нить­ба в ин­сти­ту­те бы­ла муж­ским по­ступ­ком или ли­хим маль­чи­ше­ским?

Не знаю. Но я все­гда иг­раю по-чест­но­му. По­это­му каж­дый раз, ко­гда влюб­лял­ся, счи­тал, что вот оно. И то­гда мне ка­за­лось, что это про­изо­шло осо­знан­но, по край­ней ме­ре хо­те­лось се­бе от­да­вать от­чет, я ста­рал­ся. Но что по­лу­чи­лось, то по­лу­чи­лось.

В лю­бом слу­чае по­лу­чи­лась хо­ро­шая дочь Гла­ша. Ка­ким ты был от­цом в два­дцать с неболь­шим?

Я по­ни­мал, что это моя дочь. А мой отец Глаш­ку про­сто обо­жал, у них своя жизнь бы­ла. И хо­тя мы с той же­ной до­ста­точ­но рез­ко разо­шлись, ко­гда доч­ке бы­ло все­го три го­да, но от­вет­ствен­ность за нее все рав­но оста­лась при мне. Я ни­ко­гда с Гла­шей не рас­ста­вал­ся. А те­перь у ме­ня рас­тут еще два арий­ца, Мар­та и Фрол, хо­тя и стар­шая – нор­ди­че­ско­го тем­пе­ра­мен­та.

Ты так го­во­ришь о де­тях, что мне ка­жет­ся, из те­бя мож­но вить ве­рев­ки...

И да, и нет. Я мо­гу и жест­ким с ни­ми быть. Ес­ли по­ка­зы­ваю твер­дость сво­их на­ме­ре­ний, то не иду на по­пят­ную, не по­та­каю ка­при­зам – это и есть жест­кость. С Глаш­кой мы пе­ри­о­ди­че­ски силь­но ру­га­лись, она по ха­рак­те­ру боль­ше в ма­му, очень упер­тый че­ло­век. У ме­ня то­же упер­тость при­сут­ству­ет, так что у нас про­ис­хо­ди­ли се­рьез­ные стыч­ки. Бы­ва­ло, я не раз­го­ва­ри­вал с ней до­ста­точ­но дол­гое вре­мя.

А с Ле­ной та­ко­го не слу­ча­лось?

С Лен­кой у нас бы­ва­ло, что мы по два дня мог­ли мол­чать. Но до ка­та­стро­фы та­кие ссо­ры ни­ко­гда не до­хо­ди­ли. Хо­тя сей­час Лен­ка мне под­ска­зы­ва­ет, что за пер­вые пол­го­да сов­мест­ной жиз­ни мы с ней ссо­ри­лись так ча­сто, что про­сто ис­чер­па­ли весь за­пас. ( Сме­ет­ся.) Но моя упер­тость в ос­нов­ном ка­са­ет­ся про­фес­сии или той си­ту­а­ции, ко­гда нуж­но до­бить­ся ре­зуль­та­та. Ес­ли я уве­рен в пра­виль­но­сти це­ли, не важ­но в чем, то го­тов очень се­рьез­но вы­ло­жить­ся.

По­на­ча­лу же­на ме­ня рев­но­ва­ла: как?! це­лу­ет­ся с ка­кой­то дру­гой жен­щи­ной в по­сте­ли?! но она же по­ни­ма­ла, за ко­го за­муж шла, – та­кая про­фес­сия″.

Фе­дя, ты пе­ре­шаг­нул циф­ру со­рок и у те­бя уже трое де­тей. Ощу­ща­ешь се­бя взрос­лым дядь­кой?

Нет, как был под­рост­ком, так им и остал­ся! Хо­тя из той по­ры со­хра­ни­лось немно­го: бо­тин­ки Dr Martens, «Твин Пикс» и му­зы­ка груп­пы Einsturzende Neubauten.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.