Язык чая

Business Traveller (Russia) - - Locator -

Вдет­стве ба­буш­ка учи­ла пить чай с блюд­ца в пра­вой ру­ке и удер­жи­вать ее рав­но­ве­сие, при­дер­жи­вая ло­коть ла­до­нью ле­вой ру­ки. Про пра­ви­ло пра­вой ру­ки и предубеж­де­ния от­но­си­тель­но ле­вой я то­гда еще не зна­ла, как и про то, что в Азии пи­а­лу с ча­ем при­ня­то дер­жать дву­мя ру­ка­ми. В Ан­глии же блюд­це неот­де­ли­мо от чаш­ки, и в этом про­яв­ля­ет­ся класс. Посмот­ри­те, как ча­сто гол­ли­вуд­ские звез­ды вы­би­ра­ют для порт­рет­ной съем­ки имен­но эту по­зу, а чай­ные ак­сес­су­а­ры ока­зы­ва­ют­ся важ­ной ча­стью ан­ту­ра­жа. За чай­ным сто­лом по­зи­ро­ва­ли се­мьи для па­рад­ных порт­ре­тов. В му­зе­ях Пе­тер­бур­га, в ко­то­рых мы про­гу­ли­ва­ли уни­вер­си­тет­ские лек­ции, раз­гля­ды­вать порт­ре­ты бы­ло лю­би­мым за­ня­ти­ем. Чай­ные сер­ви­зы из тон­ко­го фар­фо­ра, до­став­ши­е­ся от род­ствен­ни­ков, вы­став­ля­лись в пе­тер­бург­ских квар­ти­рах или ком­му­наль­ных ком­на­тах в гор­ках, а кон­ку­ри­ро­вать с та­ким фар­фо­ром по ими­джу мог­ли толь­ко пол­ки с кни­га­ми и до­маш­ние биб­лио­те­ки.

Я вспом­ни­ла об этом и пы­та­лась удер­жать рав­но­ве­сие блюд­ца недав­но, в бе­се­де с пас­са­жи­ра­ми ази­ат­ско­го кру­и­за SilverSea, на ко­то­рый бы­ла при­гла­ше­на рас­ска­зы­вать об ис­то­рии эти­ке­та. На­зы­ва­лось это The HighTea Voyage. На сле­ду­ю­щий день мои слу­ша­те­ли уже са­ми про­си­ли рас­ска­зы­вать даль­ше, а на тре­тий – удер­жи­ва­ли блюд­ца в ру­ках. Да, че­ты­ре паль­ца впе­ред и боль­шой па­лец к се­бе.

Ес­ли при­смот­реть­ся, мож­но за­ме­тить, что куль­ту­ра чая (на­ме­рен­но не пи­шу «чай­но­го биз­не­са») стре­ми­тель­но раз­ви­ва­ет­ся. На­ря­ду с со­ме­лье си­гар­ны­ми и вин­ны­ми по­яви­лись и чай­ные со­ме­лье. Чай­ные кар­ты и ме­ню чи­та­ют­ся очень увле­ка­тель­но. Все ча­ще ше­фы, спе­ци­а­ли­зи­ру­ю­щи­е­ся на па­на­зи­ат­ской кухне, об­ра­ща­ют­ся к ча­ям и со­зда­ют се­ан­сы tea&food matching, ведь вку­со­вые и эмо­ци­о­наль­ные оттенки чая без­гра­нич­ны, впро­чем, как и его на­зва­ния и об­ра­зы. Да про­стят ме­ня про­из­во­ди­те­ли шам­пан­ско­го (а я пре­да­на мар­кам с зе­мель Ay) – не я на­ча­ла на­зы­вать дар­джи­линг «шам­пан­ским сре­ди ча­ев», но улав­ли­вать ка­че­ство и аро­мат чая так­же при­ят­но, как ско­рость дви­же­ния пу­зырь­ков и бу­кет в шам­пан­ском. Да­же клас­си­фи­ка­ция по­хо­жа: каж­дая стра­на – от Ки­тая и Япо­нии до Ин­дии, Юж­ной Аф­ри­ки и Ка­ме­ру­на – клас­си­фи­ци­ру­ет сор­та чая по рай­о­нам, по вы­со­те и по рас­по­ло­же­нию скло­нов. «Сбор до солн­ца», «днев­ной», «фер­мен­ти­ро­ван­ный», «вы­дер­жан­ный», single harvest – знакомые ви­но­дель­че­ские тер­ми­ны. Чай­ные эти­кет­ки не ме­нее изыс­кан­ные и утон­чен­ные, ведь ли­сто­вой чай про­да­ют на вес, а каж­дый па­кет под­пи­сы­ва­ет­ся вруч­ную чер­ны­ми или тем­но-си­ни­ми чер­ни­ла­ми. Ни­ка­ких ша­ри­ко­вых ру­чек. По­лу­ча­ет­ся, что чай – по­чти по­свя­ще­ние, а так­же пер­вые сло­ва при зна­ком­стве. Как еще за­го­во­рить и по­том раз­го­во­рить­ся в пу­те­ше­стви­ях, в кру­и­зах по рус­ским ре­кам, на­при­мер? В под­твер­жде­ние – лю­би­мая тро­фей­ная чаш­ка с при­лав­ка ху­дож­ни­ков на при­ста­ни у Ки­рил­ло-Бе­ло­зер­ско­го мо­на­сты­ря. Воз­вра­ща­ясь до­мой, первый чай все­гда пью из нее. Для ме­ня дом – это чай, впро­чем, по­езд – то­же все­гда чай. До­ста­точ­но вспом­нить под­ста­кан­ни­ки и раз­ме­рен­ный звон лож­ки в ста­кане. Про лож­ку – не опе­чат­ка. Пра­ви­ла нуж­но знать, но на­ру­ше­ние пра­вил ино­гда вы­гля­дит изыс­кан­но­стью, ес­ли не необ­хо­ди­мо­стью и чув­ством так­та. То, что знаю я, все­гда усту­па­ет куль­тур­но­му опы­ту и тра­ди­ци­ям тех стран, где я бы­ваю и ку­да люб­лю воз­вра­щать­ся.

Чай – это са­мо­пре­зен­та­ция. Сно­ва при­ве­ду па­рал­лель с шам­пан­ским: мар­ки­за де Пом­па­дур, лю­би­тель­ни­ца шам­пан­ско­го, по­зи­ро­ва­ла ху­дож­ни­кам с чай­ной пи­а­лой в ру­ках, под­чер­ки­вая свою изыс­кан­ность. Чай был пред­ме­том рос­ко­ши, ки­тай­ской ди­ко­ви­ной, пред­ме­том во­жде­ле­ния, эк­зо­ти­че­ским ак­сес­су­а­ром. Пи­а­лы и по­том уже севр­ские и ли­мож­ские чаш­ки во­зи­ли в сво­их до­рож­ных на­бо­рах сна­ча­ла ко­ро­ли, а по­том и при­двор­ные. Шам­пан­ское то­же це­ни­лось, но в нем бы­ло зна­чи­тель­но мень­ше ди­ко­вин­но­сти и по­зы, ведь его про­из­во­ди­ли под Па­ри­жем, а не до­став­ля­ли из даль­них стран на вес зо­ло­та. Се­го­дня для это­го не нуж­но быть фа­во­рит­кой фран­цуз­ских ко­ро­лей: я и са­ма пу­те­ше­ствую со сво­и­ми сор­та­ми чая. Па­ке­ти­ки и ба­ноч­ки дер­жу в до­рож­ной упа­ков­ке на слу­чай та­мо­жен и руч­но­го ба­га­жа. Опыт по­ка­зы­ва­ет, что ес­ли во­да и еда ме­ня­ют­ся со ско­ро­стью пе­ре­ле­тов, то чай оста­ет­ся по­сто­ян­ным. Он урав­но­ве­ши­ва­ет, про­буж­да­ет, то­ни­зи­ру­ет, ле­чит, вы­ру­ча­ет. Все­гда ста­но­вит­ся пред­ме­том об­суж­де­ния. О по­ли­ти­ке, бо­лез­нях, ре­ли­ги­оз­ной при­над­леж­но­сти не при­ня­то упо­ми­нать в свет­ской бе­се­де. Об ал­ко­го­ле – не все­гда и не во всех куль­ту­рах и кон­фес­си­ях, а вот о чае и за ча­ем – все­гда и со все­ми.

Чай – са­мый меж­ду­на­род­ный фор­мат об­ще­ния, хо­тя и с ча­ем мож­но оши­бить­ся. Па­ки­ста­нец не будет пить ин­дий­ский чай, а япо­нец от­ка­жет­ся от ки­тай­ско­го.

Чай рас­по­ла­га­ет и к це­ре­мо­ни­ям, и к при­е­му го­стей, а при­гла­ше­ние на чай мо­жет вос­при­ни­мать­ся как верх го­сте­при­им­ства и в ауле, и во двор­це. Чай­ная Ladurée на рю Pи­во­ли в Париже ста­ла пер­вым са­ло­ном, ме­стом встреч дам без со­про­вож­де­ния ка­ва­ле­ров. До это­го да­мам поз­во­ля­лось по­яв­лять­ся од­ним толь­ко в уни­вер­ма­гах.

Чай при­хо­дит на по­мощь. Ни­что не мог­ло бы сбли­зить ме­ня с да­мой из­вест­ной фа­ми­лии из аме­ри­кан­ско­го Ман­х­эт­тен­ско­го ис­теб­лиш­мен­та, не спро­си я ее, кол­лек­ци­о­ни­ру­ет ли она чай­ные ко­ро­боч­ки. А ко­ро­боч­кам этим бы­ло от­да­ны це­лые сте­ны ее до­ма в Хэмп­тон­се. «Нет, – ска­за­ла она, – я со­би­раю до­ро­гие и ред­кие чаи, неко­то­рые уже ста­ли тро­фе­я­ми, хра­нят­ся на пол­ке мно­го лет!» И я осме­ли­лась по­де­лить­ся сво­им (нет, не со­ве­том) на­блю­де­ни­ем о том, что са­ми китайские ла­воч­ни­ки хра­нят вы­дер­жан­ные фер­мен­ти­ро­ван­ные чаи, как и цен­ные сбо­ры, в ко­роб­ках-хо­ло­диль­ни­ках. С тех пор да­ма так­же хра­нит свои тро­феи в хо­ло­диль­ни­ке, вер­нее, в ви­ном шка­фу, ря­дом с до­ро­ги­ми от­бор­ны­ми ви­на­ми.

Чай – куль­тур­ное до­сто­я­ние. За пра­во пер­вен­ства спо­ры ве­дут­ся ис­по­кон ве­ков. Спо­рят Ки­тай и Ин­дия, Фран­ция и Ан­глия. Ин­ду­сы счи­та­ют, что чай по­явил­ся у них рань­ше, толь­ко из­ве­стен был под на­зва­ни­ем soma, а ки­тай­ский им­пе­ра­тор Шень об­на­ру­жил эф­фект слу­чай­но по­пав­ших ли­стьев чай­но­го де­ре­ва в пи­а­лу с го­ря­чей во­дой го­раз­до поз­же. С тех пор ки­тай­ская по­сло­ви­ца со­ве­ту­ет нам ни­ко­гда не от­ка­зы­вать­ся от чаш­ки хо­ро­ше­го пра­виль­но за­ва­рен­но­го чая. При этом са­ми ки­тай­цы при уго­ще­нии ча­ем тра­ди­ци­он­но бу­дут от­ка­зы­вать­ся: от подарка при­ня­то от­ка­зать­ся три ра­за. Чай на Во­сто­ке – пред­ло­же­ние к за­му­же­ству и под­но­ше­ние ро­ди­те­лям, а так­же знак то­го, что про­сят про­ще­ния.

Фран­цу­зы и ан­гли­чане спо­рят, у ко­го чай по­явил­ся рань­ше, хо­тя оче­вид­но, что из­на­чаль­но из Ки­тая вы­вез­ли чай гол­ланд­цы. Ан­гли­чане увлек­лись воз­де­лы­ва­ни­ем план­та­ций и чай­ной куль­ту­ры в Ин­дии, и чай стал мас­со­вым недо­ро­гим на­пит­ком. А вот у фран­цу­зов чай остал­ся на­пит­ком зна­ти во двор­цах и в са­ло­нах. Ан­гли­чане до­пол­ня­ют чай­ный стол хе­ре­сом, ма­де­рой и порт­вей­ном, ес­ли не вис­ки, фран­цу­зы – ни­ко­гда. Чай, как и учи­ли, по­да­ют в пе­ре­ры­вах меж­ду при­е­ма­ми пи­щи. Чай – со­бы­тие, дей­ство и пред­мет рос­ко­ши.

Се­го­дня у па­ри­жа­ни­на с Ле­во­го Бе­ре­га есть и свой обув­щик, и свой порт­ной, и ко­неч­но, свой по­став­щик чая. Mariage Freres, Kuzmi tea, Laduree... И уж точ­но, что чай­ных до­мов боль­ше, чем ру­ба­шеч­ни­ков. Кста­ти, чем кон­сер­ва­тив­нее вкус, тем слож­нее вы­бор ча­ев. Так же, как ха­рак­тер че­ло­ве­ка и его про­фес­си­о­наль­ная при­над­леж­ность опре­де­ля­ют стиль в одеж­де, га­стро­но­ми­че­ские пред­по­чте­ния от­ра­жа­ют вку­сы и при­вя­зан­но­сти. Мне по­вез­ло: по­сле чая с блюд­ца у са­мо­ва­ра чай­ной куль­ту­ре учил ме­ня сам Мо­рис Ри­чард Хен­нес­си, по­то­мок ир­ланд­ской се­мьи, где к ча­ям от­но­си­лись как цен­ней­ше­му «рек­ви­зи­ту». Я усво­и­ла на­все­гда: ес­ли чай, то толь­ко ли­сто­вой. Ес­ли па­ке­тик, то ка­про­но­вый, что­бы ви­деть со­сто­я­ние и ка­че­ство ли­ста. Слиш­ком го­ря­чая во­да при за­вар­ке мо­жет сжечь лист, а слиш­ком хо­лод­ная – обес­це­нить по­тра­чен­ные сред­ства. Чай не со­сто­ит­ся, удо­воль­ствия и го­сте­при­им­ства не по­лу­чит­ся. Вкус, бу­кет и аро­мат не рас­кро­ют­ся. Как зву­чат на­зва­ния ча­ев! Дар­жи­линг, ган­па­удер, гё­ку­ро, лап­сан су­шон, улун, мат­тя, пу­эр, сен­тя, юн­нан, жон, ген­ман­тя, бан­тя... Язык чая есть. Чай, как и язык, на­до прак­ти­ко­вать. Ведь и то, и дру­гое – удо­воль­ствие.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.