«Ес­ли царь с за­да­чей не справ­ля­ет­ся, рус­ские са­ми его и сно­сят»

Business Traveller (Russia) - - Содержание -

Алек­сей Сит­ни­ков о пре­зи­дент­ских вы­бо­рах, по­ли­ти­ке и судьбе

АЛЕК­СЕЙ СИТ­НИ­КОВ  ПО­ЖА­ЛУЙ, СА­МЫЙ ИЗ­ВЕСТ­НЫЙ ПО­ЛИТ­ТЕХ­НО­ЛОГ В РОС­СИИ. ОН БЫЛ ОД­НОЙ ИЗ КЛЮ­ЧЕ­ВЫХ ФИ­ГУР В ПРЕДВЫБОРНОМ ШТАБЕ БО­РИ­СА ЕЛЬЦИНА, КОНСУЛЬТИРОВАЛ ЮЛИЮ ТИ­МО­ШЕН­КО И, ГО­ВО­РЯТ, ПРИ­ДУ­МАЛ ЕЕ ОБ­РАЗ С КОСОЙ. МАК­СИМ ПО­ПОВ ПОГОВОРИЛ С АЛЕК­СЕ­ЕМ ПЕТРОВИЧЕМ О ПРОШЕДШИХ ПРЕ­ЗИ­ДЕНТ­СКИХ ВЫ­БО­РАХ, ПО­ЛИ­ТИ­КЕ И СУДЬБЕ

В ми­нув­шее вос­кре­се­нье Вла­ди­мир Пу­тин был из­бран пре­зи­ден­том в чет­вер­тый раз. Вас это ра­ду­ет или огор­ча­ет? Или вы как уче­ный про­сто на­блю­да­е­те за си­ту­а­ци­ей со сто­ро­ны? Как уче­ный я мо­гу ска­зать сле­ду­ю­щее. Так устро­е­на Рос­сия с ее ис­то­ри­ей, ар­хе­ти­па­ми, пси­хо­ло­ги­ей на­ции, что ко­го бы мы ни из­бра­ли и как бы мы это­го че­ло­ве­ка ни на­зы­ва­ли – ген­се­ком, пред­се­да­те­лем со­ве­та на­род­ных ко­мис­са­ров, пре­зи­ден­том, – мы из него са­ми сде­ла­ем ца­ря. Ес­ли он справ­ля­ет­ся с на­шим ожи­да­ни­ем и ста­но­вит­ся Ца­рем с боль­шой буквы, как ста­ли Иван Гроз­ный, Петр I, Ека­те­ри­на II, Ста­лин и, без­услов­но, уже и Пу­тин, то он име­ет огром­ную под­держ­ку, оста­ет­ся в ис­то­рии. Са­мые се­рьез­ные из­ме­не­ния, про­ры­вы, тер­ри­то­ри­аль­ные по­бе­ды, уси­ле­ние го­су­дар­ствен­ной мо­щи про­ис­хо­дят имен­но в эти пе­ри­о­ды, и ис­то­рия их пом­нит. А ес­ли этот че­ло­век с за­да­чей не справ­ля­ет­ся, то рус­ские – так уж устро­е­ны – са­ми его и сно­сят. Как снес­ли Павла I, Ни­ко­лая II, Хру­ще­ва, Гор­ба­че­ва.

Рос­сия по ар­хе­ти­пу – жен­щи­на. При­чем, в от­ли­чие от Укра­и­ны, ко­то­рая эта­кая, я бы ска­зал, лег­ко­мыс­лен­ная де­вуш­ка, Рос­сия – это хо­зяй­ская ба­ба, ко­то­рой ну­жен жест­кий му­жик. И я, как пси­хо­те­ра­певт, диа­лог с Рос­си­ей, без на­ме­ков на кон­крет­но­го по­ли­ти­ка, а имея в ви­ду толь­ко со­би­ра­тель­ный об­раз, ви­жу так: «Ты та­кая кра­си­вая ба­ба, в хо­ро­шей фор­ме. Как же ты жи­вешь-то с ним? Он же пьет!» – «Ну да…» – «Он же во­ру­ет!» – «Да». «Он же из­ме­ня­ет!» – «Да». «Он же бьет те­бя!» – «Да». – «А че­го ж ты с ним жи­вешь-то?» – «Ну… Хоть ка­кой-то му­жик…» А ес­ли му­жик на­во­дит по­ря­док в до­ме, стро­ит за­бо­ры и по­вы­ша­ет бла­го­со­сто­я­ние, то до­ма все на его сто­роне – да­же ес­ли со­се­дям он не нра­вит­ся.

Вс­пом­ни­лись сло­ва о том, что Пу­тин же­нат на Рос­сии.

Эти сло­ва не слу­чай­ны. Не слу­чай­но окру­же­ние на­зы­ва­ет его «ца­рем» [за гла­за]. По­то­му что это со­от­вет­ству­ет дей­стви­тель­но­сти. Бо­рис Бе­ре­зов­ский, по­ти­рая ру­ки, го­во­рил: «О, ка­ко­го пар­ня нашли. Ну, те­перь-то мы по­пра­вим стра­ной». Он ошиб­ся. Он ду­мал, что бу­дет сла­бый, а ока­зал­ся силь­ный. Об­ра­зо­ва­ние, опыт, спе­ци­фи­ка де­я­тель­но­сти, мен­та­ли­тет, вклю­чая кон­крет­ные ви­ды спор­та, ко­то­ры­ми Пу­тин за­ни­мал­ся, – всё это сфор­ми­ро­ва­ло аб­со­лют­но адек­ват­ный Рос­сии тип то­го че­ло­ве­ка, ко­то­ро­го это­му об­ще­ству хо­те­лось. Не на­до рас­стра­и­вать­ся, что мы в бу­ду­щем еще бу­дем оши­бать­ся при вы­бо­ре пре­зи­ден­тов. Во­пер­вых, вы­би­рать-то при­хо­дит­ся из тех, кто есть, кто вы­дви­нул­ся. Во-вто­рых, мы еще не очень опыт­ные вы­би­раль­щи­ки. По­это­му, мо­жет быть,

мы и че­рез 6 лет оши­бем­ся, и че­рез 12, и че­рез 24. Но это как раз для то­го, что­бы на­учить­ся пра­виль­но при­ни­мать ре­ше­ния и по­ни­мать важ­ность каж­до­го го­ло­са где-ни­будь че­рез 50 лет. Воз­мож­но, че­рез неко­то­рое вре­мя и на­учим­ся от­ве­чать за свою судь­бу. Нам по­ка не из ко­го вы­би­рать. До то­го уров­ня, где уже мож­но вы­дви­гать­ся, та­кие, как хо­те­лось бы, не до­хо­дят. Не ка­жет­ся ли вам, что эту си­сте­му ис­кус­ствен­но со­зда­ла ны­неш­няя власть? Власть есте­ствен­но со­зда­ет си­сте­му под се­бя, для са­мо­про­из­вод­ства се­бя. Лю­бая власть и вез­де. И это есте­ствен­но. Вы ока­за­лись в ко­ман­де Ксе­нии Соб­чак, но вско­ре по­ки­ну­ли ее из­би­ра­тель­ный штаб. Я не спра­ши­ваю по­че­му – вы об этом не раз го­во­ри­ли. Спро­шу: по­че­му вы со­гла­си­лись? Раз­ве ин­те­рес­но участ­во­вать в вы­бо­рах, ис­ход ко­то­рых пред­ре­шен? Мне хо­те­лось, что­бы строч­ка «Про­тив всех» бы­ла. В пер­вые неде­ли да­же бы­ла идея сме­нить имя. Фа­ми­лию нель­зя ме­нять, по­то­му что это фа­ми­лия от­ца. А вот са­ма идея, что­бы по­яви­лась строч­ка «Соб­чак Про­тивВ­сех Ана­то­льев­на»…

Я чи­тал об этом, но, чест­но го­во­ря, ду­мал, что фейк…

Это не шут­ка, се­рьез­но об­суж­да­лось. Мы с юри­ста­ми про­ра­ба­ты­ва­ли схе­мы, как это сде­лать. Она бы по­сле вы­бо­ров по­ме­ня­ла [имя] об­рат­но, ста­ла бы опять Ксе­ни­ей Соб­чак. Но по­лу­чи­лось бы, что на вы­бо­рах лю­ди про­го­ло­со­ва­ли имен­но «про­тив всех», а не за Ксе­нию. То есть ни­ко­му нель­зя бы­ло бы ка­пи­та­ли­зи­ро­вать эти го­ло­са как свои. Са­ма идея этой строч­ки со­зда­ла бы бла­го­при­ят­ные усло­вия для вы­дви­же­ния боль­шо­го ко­ли­че­ства но­вых лю­дей в бу­ду­щем. Ко­то­рые уви­дят, как мно­го из­би­ра­те­лей не нашли в спис­ке ни­ко­го, кто им нра­вит­ся, и по­ня­ли бы, что есть ни­ша.

Как, по-ва­ше­му, Ксе­ния Ана­то­льев­на вы­сту­пи­ла на этих вы­бо­рах?

Очень яр­ко. Немно­го бо­лее эпа­таж­но, чем я ожи­дал. Я счи­таю, что в ни­ше, ку­да Ксе­ния Ана­то­льев­на по­шла, там мож­но бы­ло со­брать про­цен­тов до пя­ти. Но для пер­во­го ра­за удач­но. Для кам­па­нии од­но­го ли­де­ра, по­чти без орг­струк­тур. Она на сво­их пле­чах вы­та­щи­ла свои про­цен­ты. Нор­маль­ный старт по­ли­ти­че­ской био­гра­фии. Даль­ше посмот­рим ее по­ли­ти­че­ское раз­ви­тие.

Ин­стру­мен­ты фаль­си­фи­ка­ции вы­бо­ров – все до од­но­го – на­хо­дят­ся в ру­ках вла­сти

Че­рез шесть лет?

Нет, ес­ли Соб­чак по­явит­ся в сле­ду­ю­щий раз че­рез шесть лет, она – по­ли­ти­че­ский труп. Од­но де­ло – из­би­ра­тель­ная кам­па­ния, дру­гое – еже­днев­ная по­ли­ти­че­ская ак­тив­ность. Она сей­час долж­на стать (и, уве­рен, ста­нет) ак­ту­аль­ным, ак­тив­ным по­ли­ти­ком.

А что нас­чет дру­гих кан­ди­да­тов?

Я разо­ча­ро­ван ре­зуль­та­та­ми. Мне ка­жет­ся, ле­вая идея мог­ла бы быть го­раз­до бо­лее вос­тре­бо­ва­на. По­нят­но, что особенности био­гра­фии, фи­нан­со­вые об­ви­не­ния в ад­рес Гру­ди­ни­на здо­ро­во по нему уда­ри­ли. По мо­е­му ощу­ще­нию, по­тен­ци­ал ле­вых сил – за 30%. Мне ка­жет­ся, что имен­но ле­вые си­лы мог­ли бы сей­час кон­со­ли­ди­ро­вать не толь­ко стар­шее по­ко­ле­ние – у них огром­ный по­тен­ци­ал ра­бо­ты с мо­ло­де­жью. Мо­ло­дежь чув­ству­ет се­бя неза­щи­щен­ной, ни­ко­му не нуж­ной. Ошиб­ки, ко­то­рые по­на­де­ла­ли пар­тии вла­сти, до­пу­стив по­ток ка­рье­ри­стов вме­сто ак­ти­ви­стов, от­тал­ки­ва­ют мо­ло­дежь. Ес­ли бы сей­час ле­вых воз­гла­вил [по­ли­тик] с чи­стой био­гра­фи­ей, без сче­тов за ру­бе­жом, ни­ко­го не вы­го­няв­ший из квар­тир, хо­ро­шо го­во­ря­щий, с хо­ро­шей се­мьей – с ма­мой, ко­то­рая «про па­ро­воз по­ет», с де­душ­кой, ко­то­рый во­е­вал или был пред­се­да­те­лем кол­хо­за, – та­кой хо­ро­ший, ду­ма­ю­щий па­рень, то ле­вые мог­ли бы очень кра­си­во и ре­аль­но стать вли­я­тель­ной и кон­тро­ли­ру­ю­щей власть си­лой. Пред­по­ло­жим, что Алек­сей На­валь­ный был до­пу­щен на вы­бо­ры, и он, а не Ксе­ния Соб­чак по­звал бы вас в штаб. По­шли бы? Ес­ли да, то при ка­ких усло­ви­ях? Я бы не со­гла­сил­ся. Мои со­труд­ни­ки ра­бо­та­ют с про­цес­сом и со струк­ту­рой, а я сам ра­бо­таю с пер­вым ли­цом. Для ме­ня прин­ци­пи­аль­но важ­но, что­бы я ве­рил в ис­крен­ность, недву­лич­ность, ре­аль­ную неза­ви­си­мость по­зи­ции. В то, что он не оста­но­вит­ся в по­след­ний мо­мент и не пе­ре­ду­ма­ет. В то, что он, ис­пу­гав­шись, сам не пой­дет в по­след­ний мо­мент на пе­ре­го­во­ры. Од­на из са­мых успеш­ных ва­ших кам­па­ний – вы­бо­ры Ельцина в 1996 го­ду, ко­гда вы за ко­рот­кий срок под­ня­ли его рей­тинг с 3%, и в ито­ге он стал пре­зи­ден­том. Воз­мож­но ли та­кое се­го­дня? По­че­му спу­стя 20 лет ни­кто в Рос­сии да­же близ­ко не по­вто­рил этот успех? Долж­но сло­жить­ся несколь­ко ве­щей. Дол­жен быть адек­ват­ный, ду­ма­ю­щий и ве­ря­щий на­шим рас­че­там за­каз­чик. К на­ше­му сча­стью, то­гда за­каз­чи­ка­ми вы­сту­па­ли ум­ные лю­ди – Чу­байс, Юма­ше­ва, Та­тья­на Дья­чен­ко, Во­ло­шин (быв­ший гла­ва Ад­ми­ни­стра­ции пре­зи­ден­та. – Прим. ред.), Яров (ви­це­пре­мьер в 1993–1996 гг. – Прим. ред.). Та­кой кон­со­ли­ди­ро­ван­ный за­каз­чик мог по­ста­вить за­да­чу. Вто­рое – это энер­ге­ти­ка кан­ди­да­та. Не мо­гу ска­зать, что от­но­сил­ся и от­но­шусь до сих пор к Ель­ци­ну с сим­па­ти­ей, но на­до от­дать долж­ное неко­то­рым его чер­там. За­гнан­ный в угол мед­ведь ста­но­вит­ся го­раз­до силь­нее. Это про Ельцина. В кри­ти­че­ских си­ту­а­ци­ях он не па­ни­ко­вал, а на­обо­рот, со­би­рал­ся, кон­цен­три­ро­вал­ся и на­хо­дил в се­бе си­лы ре­шать за­да­чи, ко­то­рые мно­гие счи­та­ли нере­ша­е­мы­ми. Тре­тье – силь­ная ко­ман­да тех­но­ло­гов.

Сколь­ко в ва­шем по­служ­ном спис­ке из­би­ра­тель­ных кам­па­ний?

Не в мо­ем имен­но, а у мо­ей ко­ман­ды. 413 в 53 стра­нах.

Из­би­ра­тель­ные тех­но­ло­гии мо­гут быть уни­вер­саль­ны­ми для раз­ных стран?

Тех­но­ло­гии-то вез­де оди­на­ко­вые. На­до про­сто пра­виль­но их при­ме­нить.

Вот еде­те вы в Юж­ную Аме­ри­ку. Вам нуж­но изу­чить ис­то­рию, знать си­ту­а­цию и учи­ты­вать это в ра­бо­те. Как это про­ис­хо­дит?

Неком­форт­но го­во­рить об этом из-за об­ви­не­ний в по­след­нее вре­мя во вме­ша­тель­стве в де­ла дру­гих го­су­дарств. Вы уди­ви­тесь, но мы са­ми со­всем непо­ли­ти­зи­ро­ва­ны. По­лит­кон­суль­тан­ты – как юри­сты и вра­чи. За­да­ча у нас – объ­яс­нить на­се­ле­нию, ка­кой это кан­ди­дат и что он мо­жет и со­би­ра­ет­ся сде­лать. А кан­ди­да­ту – как устро­е­но об­ще­ство и что ему нуж­но. Мис­сия-то до­ста­точ­но бла­го­дар­ная… А ко­гда го­во­рят о фаль­си-

фи­ка­ции, нуж­но по­ни­мать, что ин­стру­мен­ты фаль­си­фи­ка­ции – все до од­но­го – на­хо­дят­ся в ру­ках у вла­сти. За­каз­чик фаль­си­фи­ка­ции – все­гда власть.

Ка­кие есть ин­стру­мен­ты за­щи­ты от фаль­си­фи­ка­ции? На­блю­да­те­ли?

Так по­чти все­гда устро­е­но за­ко­но­да­тель­ство, что есть пра­ва чле­нов ко­мис­сии, есть пра­ва на­блю­да­те­лей. Так вот, ес­ли у вас, как у на­блю­да­те­ля, есть пра­во по­тре­бо­вать, что­бы вам по­ка­за­ли каж­дый бюл­ле­тень, то у пред­се­да­те­ля ко­мис­сии, в обя­зан­но­стях это не про­пи­са­но. Ма­ло то­го, не про­пи­са­но, на ка­ком рас­сто­я­нии. И вам как бы по­ка­зы­ва­ют, но вы сто­и­те в 20 метрах. И пред­се­да­тель не обя­зан вас под­пу­стить бли­же. Еще при­мер из 1990-х. Вы ре­ши­ли по­на­блю­дать за вы­нос­ны­ми ур­на­ми. Два чле­на из­би­ра­тель­ной ко­мис­сии едут на ми­ли­цей­ской ма­шине. На­блю­да­те­ли мо­гут на­блю­дать за вы­нос­ной ур­ной, но где ж возь­мешь ма­ши­ну для них? В ма­ши­ну с ур­ной они уже не вой­дут. Ми­ли­ция вклю­чи­ла ми­гал­ку и умча­ла. У чле­на ко­мис­сии есть объ­езд­ной лист. В нем пять фа­ми­лий и ад­ре­сов. Объ­е­ха­ли их, при­вез­ли вы­нос­ную ур­ну, вы­сы­па­ли ее в ос­нов­ную ку­чу. Но при этом из ящи­ка вы­сы­па­ет­ся ты­ся­ча ан­кет. Так вот за это ни­кто не нес от­вет­ствен­ность. Не бы­ло про­пи­са­но да­же, ка­кая от­вет­ствен­ность. А ко­гда при под­сче­те вы­яс­ня­лось, что долж­но быть 1005, а по­лу­чи­лось 2000 бюл­ле­те­ней, то на­до бы­ло слу­чай­ным об­ра­зом вы­бро­сить по­чти ты­ся­чу лиш­них. В ре­зуль­та­те, ко­гда по­ло­ви­ну по­сле раз­ме­ши­ва­ния вы­бра­сы­ва­ют и уни­что­жа­ют, там уже 50% [нуж­ных бюл­ле­те­ней] бу­дет. В те го­ды фаль­си­фи­ци­ро­вать мож­но бы­ло так. И де­лать это мог­ла толь­ко власть.

Вы кон­суль­ти­ру­е­те не толь­ко по­ли­ти­ков, но и биз­не­сме­нов. Но ведь это диа­мет­раль­но раз­ные ве­щи. Или кон­суль­ти­ро­ва­ние стро­ит­ся на од­ном движ­ке?

Нет, движ­ки раз­ные, но психология че­ло­ве­ка од­на. И по­ли­ти­кой, и биз­не­сом за­ни­ма­ют­ся лю­ди. И по­ку­па­ют ре­аль­ный и по­ли­ти­че­ский то­вар то­же лю­ди. Те же са­мые.

Вы дол­го ра­бо­та­ли с Гре­фом в «Сбер­бан­ке». Рас­ска­жи­те об этом пе­ри­о­де.

Я в те го­ды на­пи­сал и за­щи­щал дис­сер­та­цию, вто­рую уже, по эко­но­ми­ке – про кра­уд­сор­синг, фаб­ри­ки мыс­ли, со­ци­аль­ный ка­пи­тал. То­гда на­чи­на­лись и тех­но­ло­гии эд­жайл. Гер­ман Оска­ро­вич в то вре­мя этим то­же увлек­ся. Он по­тря­са­ю­щий по энер­ге­ти­ке че­ло­век и, несмот­ря на фа­ми­лию, один из са­мых боль­ших пат­ри­о­тов Рос­сии. Он спо­со­бен взле­тать над про­бле­ма­ми, де­ла­ет та­кие ве­щи, на ко­то­рые ма­ло кто от­ва­жит­ся. Он но­ва­тор, ре­во­лю­ци­о­нер, он сде­лал неве- ро­ят­ные из­ме­не­ния не толь­ко в «Сбер­бан­ке», но и в стране. Он силь­ней­ший стра­тег и смот­рит на 20, 50 лет впе­ред. В та­ком тем­пе, как с Гре­фом – с утра до но­чи, с по­сто­ян­ны­ми ко­ман­ди­ров­ка­ми, и с его сти­ли­сти­кой не очень про­сто ра­бо­тать. Это эс­та­фет­ная схе­ма: у Гре­фа по­сто­ян­но идет сме­на, под­бор но­вых лю­дей на сле­ду­ю­щий этап. Он сам вы­стра­и­ва­ет эту эс­та­фе­ту. По су­ти, он за­ни­ма­ет­ся не столь­ко «Сбер­бан­ком», сколь­ко стра­ной и да­же ци­ви­ли­за­ци­ей. Это один из са­мых ав­то­ри­тет­ных рос­си­ян в ми­ре. Жур­нал The Economist на­звал «Сбер­банк» вто­рой ком­па­ни­ей по­сле Apple по ро­сту ка­пи­та­ли­за­ции за де­сять лет. Он в ря­ду Сти­вов Дж­об­сов, Ило­нов Мас­ков в вос­при­я­тии ми­ро­во­го бизнес-со­об­ще­ства.

Три, на ваш взгляд, са­мых кру­тых биз­не­сме­на Рос­сии. По­ми­мо Гре­фа…

Алек­сандр Аб­ра­мов (пред­се­да­тель со­ве­та ди­рек­то­ров меж­ду­на­род­ной ме­тал­лур­ги­че­ской и гор­но­до­бы­ва­ю­щей ком­па­нии EVRAZ. – Прим. ред.). Силь­ный, ду­ма­ю­щий, внут­ренне очень чест­ный. Он на­чи­нал управ­ля­ю­щим, но сво­ей эф­фек­тив­но­стью до­бил­ся вы­сот и успе­хов и се­бе, и ком­па­нии. Мне при­ят­но, что он то­же был мо­им кли­ен

том. Вто­рой – [Алек­сей] Мор­да­шов (пред­се­да­тель со­ве­та ди­рек­то­ров ОАО «Се­вер­сталь». – Прим.

ред.). Ока­зал­ся очень эф­фек­тив­ным управ­лен­цем. В ны­неш­нем го­ду он са­мый бо­га­тый че­ло­век Рос­сии. При этом на­хо­дит­ся в непро­стой си­ту­а­ции – его бизнес сей­час санк­ци­он­ный. Бу­дет воз­мож­ность, с удо­воль­стви­ем бу­ду ему по­мо­гать. И, на­вер­ное, все-та­ки Ду­ров. «Те­ле­грамм» ре­аль­но за­хва­тил ры­нок. За ме­сяц 200 млн поль­зо­ва­те­лей. Это успех. И ес­ли Ду­ров со­еди­нит его с крип­то­тех­но­ло­ги­я­ми и тех­но­ло­ги­я­ми блок­чей­на, как со­би­ра­ет­ся… По­го­во­рим о ва­шем про­ек­те Karmalogic. Это но­вый свод пра­вил, за­ко­нов жиз­ни. Для че­го вы взя­лись его со­зда­вать? Раз­ве ма­ло у нас этих за­ко­нов? В лю­бой ре­ли­гии есть за­по­ве­ди и пра­ви­ла, есть кон­сти­ту­ции, уго­лов­ный ко­декс, на­ко­нец. Всё, что вы на­зва­ли, кро­ме ре­ли­ги­оз­ных за­по­ве­дей, это толь­ко ин­стру­мен­ты ре­а­ли­за­ции за­ко­нов судь­бы. Вот у нас кон­сти­ту­ция на­пи­са­на. Но соблюдаем ли мы ее, зна­ем ли мы ее? А в Ан­глии она не на­пи­са­на. Но они в боль­шей сте­пе­ни ее со­блю­да­ют. Не толь­ко по­то­му, что все сда­ют эк­за­мен Life in the UK и огра­ни­чи­ва­ют ко­ли­че­ство

Бог, ес­ли он есть, – это не блок­чейн. Он не за­пи­сы­ва­ет за на­ми и не сле­дит, как мы по­сту­пи­ли, что­бы по­том предъ­явить

ми­гран­тов, что­бы их на­ту­ра­ли­зо­вать и сде­лать бри­тан­ца­ми по мен­та­ли­те­ту. С по­яв­ле­ни­ем ин­тер­не­та и го­су­дар­ствен­ные, и ре­ли­ги­оз­ные идео­ло­гии на­ча­ли те­рять свое вли­я­ние. Ре­ли­гия бу­дет жить в фор­ма­те эти­ко-нрав­ствен­но­го ре­гу­ля­то­ра, но не ми­ро­воз­зрен­че­ско­го. Мно­гие ви­дят, как раз­мы­ва­ет­ся эта си­сте­ма цен­но­стей и за­по­ве­дей.

От­сут­ствие то­ле­рант­но­сти (и на­ци­о­наль­ной, и ре­ли­ги­оз­ной) – это след­ствие уве­рен­но­сти, что мы – дру­гие. Не слу­чай­но в ря­де ре­ли­гий убить ино­вер­ца не счи­та­ет­ся гре­хом. Вот я иду по ули­це, что ме­ня с эти­ми людь­ми объ­еди­ня­ет? Ка­кой на­бор пра­вил мы име­ем в го­ло­ве для вы­стра­и­ва­ния гар­мо­нич­но­го со­сто­я­ния во­круг? Очень важ­но, что­бы лю­ди, в ру­ках ко­то­рых власть, день­ги, сред­ства мас­со­вой ин­фор­ма­ции и ору­жие, то­же, и в первую оче­редь, бы­ли вос­пи­та­ны в пра­ви­лах гар­мо­нии, что­бы они внут­ренне по­ни­ма­ли на­бор непи­са­ных за­ко­нов и за­по­ве­дей. Из этих раз­мыш­ле­ний и по­яви­лась идея изу­чить и со­брать кар­ми­че­ские за­ко­ны. Кто эти за­ко­ны мо­жет рас­ска­зать? Толь­ко лю­ди. Кра­уд­сор­синг поз­во­лил опро­сить сот­ни ты­сяч лю­дей о том, по ка­ким за­ко­нам они жи­вут. По­том они при­ня­ли уча­стие в об­суж­де­нии. 54 за­ко­на, по­лу­чив­шие наи­боль­шее ко­ли­че­ство «лай­ков», в этой кни­ге и пред­ло­же­ны.

Как про­ис­хо­ди­ло об­суж­де­ние?

В соц­се­тях и на мно­го­чис­лен­ных се­ми­на­рах в стране и ми­ре. А текст кни­ги – это моя по­пыт­ка най­ти ана­ло­ги за­ко­нов, их про­яв­ле­ния во всех ре­ли­ги­ях, за­ко­нах при­ро­ды, по­го­вор­ках, по­сло­ви­цах, со­ци­аль­ном про­стран­стве, при­выч­ках лю­дей раз­ных кон­ти­нен­тов. Иса­ак Нью­тон ска­зал «За­ко­ны фи­зи­ки вы­во­жу из за­ко­нов Бо­жьих» – в пря­мом пе­ре­во­де, а в воль­ном – «Бог пра­вит ми­ром че­рез за­ко­ны фи­зи­ки». Мне ка­жет­ся, что ес­ли бы Нью­тон жил сей­час, то он бы ска­зал так: «Бог, ес­ли он есть, – это не блок­чейн. Он не за­пи­сы­ва­ет за на­ми и не сле­дит, как мы по­сту­пи­ли, что­бы по­том нам предъ­явить».

Вы ве­ри­те в Бо­га?

В бо­га как че­ло­ве­ка или сверх­ра­зум – нет. А ес­ли на­звать «бо­гом» тот на­бор за­ко­нов, ко­то­рые нуж­но со­блю­дать и ко­то­рые ме­ня на­ка­жут са­ми, а не по­то­му, что кто-то за мной сле­дит, то да. По­че­му мы на­хо­дим об­щий язык, не уни­что­жи­ли друг дру­га до сих пор, со­зда­ем меж­куль­тур­ные се­мьи? По­то­му что мы очень по­хо­жи, и каж­до­му че­ло­ве­ку вы­год­но со­блю­дать эти за­ко­ны для се­бя. При этом они да­ют воз­мож­ность со­ци­а­ли­зи­ро­вать­ся в об­ще­ство. Как за­бав­но устро­е­но: это вы­год­но мне, но вы­год­но и об­ще­ству.

Что бу­де­те де­лать даль­ше?

Я хо­чу сде­лать еще один про­ект – про­во­дить се­ми­на­ры че­ты­ре ра­за в год, но не в ауди­то­рии, а в ме­сте, под­хо­дя­щем имен­но для той те­мы, ко­то­рую мы бу­дем об­суж­дать. Это долж­на быть неболь­шая груп­па и очень до­ро­гая, экс­клю­зив­ная по­езд­ка. На­при­мер, я бы по­ехал в Ко­лум­бию в День мерт­вых и поговорил бы о смер­ти. А в Бу­тан я бы по­ехал и поговорил о сча­стье. Это един­ствен­ная стра­на, где есть Ми­ни­стер­ство сча­стья, и мы да­же до­го­во­ри­лись с ми­ни­стром о встре­че с груп­пой. А в Ин­дию по­ехал бы в Ва­ра­на­си и на воз­душ­ном ша­ре про­ле­тел бы над де­сят­ка­ми мил­ли­о­нов мо­ля­щих­ся во вре­мя омо­ве­ния, ко­гда ря­дом с ни­ми про­плы­ва­ют по Ган­гу тру­пы толь­ко что со­жжен­ных лю­дей. Там на зем­ле на­хо­дить­ся невоз­мож­но, а на воз­душ­ном ша­ре я бы по­смот­рел на это свер­ху с участ­ни­ка­ми се­ми­на­ра, а по­сле поговорил бы о ре­ли­гии. А в Ти­бе­те я бы поговорил о ду­ше. А на Ама­зон­ке – об эко­ло­ги­че­ском мыш­ле­нии. Про­сто жизнь, на­блю­де­ния, ре­флек­сия.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.