КРАБОВЫЙ РАЗВОРОТ

Рос­сия — ос­нов­ной по­став­щик кра­бов на ми­ро­вом рын­ке, но на рос­сий­ский бе­рег се­го­дня этот бо­га­тый улов не по­сту­па­ет со­всем. Впро­чем, вско­ре си­ту­а­ция мо­жет ко­рен­ным об­ра­зом из­ме­нить­ся

Ekspert - - СОДЕРЖАНИЕ -

При­от­кры­вать за­ве­сы тайн — по­жа­луй, са­мое увле­ка­тель­ное в ра­бо­те жур­на­ли­ста. Я сей­час го­во­рю не о по­пу­ляр­ной по­ли­ти­че­ской кон­спи­ро­ло­гии, а о кон­крет­ных от­рас­лях эко­но­ми­ки, о ко­то­рых лю­ди прак­ти­че­ски ни­че­го не зна­ют, кро­ме то­го фак­та, что они есть. Все осве­дом­ле­ны, что Рос­сия бо­га­та ре­сур­са­ми, в том чис­ле био­ло­ги­че­ски­ми. Од­на­ко я не на­шел в от­кры­тых ис­точ­ни­ках упо­ми­на­ния о том, что на­ша стра­на яв­ля­ет­ся ос­нов­ным по­став­щи­ком на ми­ро­вой ры­нок кра­ба — са­мо­го вос­тре­бо­ван­но­го мо­ре­про­дук­та пре­ми­ум-клас­са. Кто, как и с ка­ки­ми рис­ка­ми ло­вит этих мор­ских чле­ни­сто­но­гих, ко­му и по сколь­ко про­да­ет? И са­мое глав­ное: по­че­му, снаб­жая весь мир де­сят­ка­ми ты­сяч тонн цен­ней­ше­го из бел­ко­вых про­дук­тов на пла­не­те, стра­на не по­за­бо­тит­ся о том, что­бы он по­явил­ся на оте­че­ствен­ном рын­ке? Об­на­ру­жить на­сто­я­ще­го кра­ба ни в сы­ром, ни в пе­ре­ра­бо­тан­ном виде мне в рос­сий­ских ма­га­зи­нах не уда­лось. А все, что ле­жит в тор­го­вых хо­ло­диль­ни­ках элит­но­го сег­мен­та, а так­же по­да­ет­ся в япон­ских ре­сто­ра­нах, — это ис­кус­ствен­но вы­ра­щен­ный им­порт­ный, по­треб­ле­ние ко­то­ро­го не ре­ко­мен­ду­ет­ся да­же в Ки­тае. Впро­чем, как мы вы­яс­ни­ли в хо­де жур­на­лист­ско­го рас­сле­до­ва­ния, вско­ре си­ту­а­ция мо­жет кар­ди­наль­но из­ме­нить­ся.

Ко­роль про­дук­тов из Охот­ско­го мо­ря

Для на­ча­ла немно­го о по­тре­би­тель­ской цен­но­сти объ­ек­та ис­сле­до­ва­ния. Не зря в бо­га­тых во­сточ­ных стра­нах — Япо­нии и Юж­ной Ко­рее — су­ще­ству­ет гос­стан­дарт дет­ско­го пи­та­ния, со­глас­но ко­то­ро­му в ра­ци­оне де­тей от од­но­го го­да в обя­за- тель­ном по­ряд­ке дол­жен при­сут­ство­вать краб. Меж­ду­на­род­ная про­до­воль­ствен­ная ор­га­ни­за­ция ООН (FAO) офи­ци­аль­но от­да­ла кра­бо­во­му мя­су ли­дер­ство по бо­гат­ству и на­сы­щен­но­сти мик­ро­эле­мен­та­ми. Мя­со кра­ба пред­став­ля­ет со­бой лег­ко­усва­и­ва­е­мый бе­лок в чи­стом виде с незна­чи­тель­ным ко­ли­че­ством жи­ров. В его со­став вхо­дит це­лый сба­лан­си­ро­ван­ный ком­плекс ви­та­ми­нов (А, РР, С и ви­та­ми­ны груп­пы В), а так­же прак­ти­че­ски все су­ще­ству­ю­щие на пла­не­те ми­не­ра­лы, в том чис­ле маг­ний, ка­лий, каль­ций, на­трий, фос­фор, же­ле­зо и йод. Мя­со кра­бов со­дер­жит ред­кие по­ли­не­на­сы­щен­ные жир­ные кис­ло­ты, а так­же ли­пи­ды, ко­то­рые яв­ля­ют­ся ис­точ­ни­ка­ми «быст­рой» энер­гии. Ами­но­кис­ло­та та­у­рин, од­на из со­став­ля­ю­щих кра­бо­во­го мя­са, укреп­ля­ет со­су­ды и мыш­цы, по­ло­жи­тель­но вли­я­ет на зре­ние. Этот

мо­ре­про­дукт эф­фек­тив­но из­бав­ля­ет ор­га­низм от хо­ле­сте­ри­на. В нем так­же при­сут­ству­ет боль­шое ко­ли­че­ство гли­ко­ге­на (в кам­чат­ском кра­бе — до 2,4%), са­мой чи­стой био­энер­гии в при­ро­де. Но са­мое ин­те­рес­ное свой­ство кра­ба за­клю­ча­ет­ся в том, что се­лен и цинк, вза­и­мо­дей­ствуя, спо­соб­ству­ют про­из­вод­ству те­сто­сте­ро­на, ко­то­рый уси­ли­ва­ет сек­су­аль­ное вле­че­ние у муж­чин. Прак­ти­че­ски все про­мыш­лен­но-про­мыс­ло­вые ви­ды мор­ских кра­бов скон­цен­три­ро­ва­ны в даль­не­во­сточ­ных мо­рях, боль­шая же их часть оби­та­ет на дне Охот­ско­го мо­ря. По­это­му Кам­чат­ка и Са­ха­лин (вме­сте с Ку­риль­ски­ми ост­ро­ва­ми) — два ос­нов­ных ре­ги­о­на, где кон­цен­три­ру­ют­ся кра­бо­ло­вы, при­чем не толь­ко на­шей стра­ны, но и ми­ра. Про­мы­сел ве­дет­ся так­же в Ба­рен­це­вом мо­ре (Мур­манск), ку­да кам­чат­ские кра­бы бы­ли за­ве­зе­ны в ка­че­стве экс­пе­ри­мен­та (к удив­ле­нию био­ло­гов, по­пу­ля­ция при­жи­лась), од­на­ко до­ля этой зо­ны в об­щем вы­ло­ве РФ со­став­ля­ет все­го 13%, а об­щий до­пу­сти­мый улов (ОДУ) — 8000 тонн. В це­лом рос­сий­ские ком­па­нии до­бы­ва­ют бо­лее по­ло­ви­ны все­го кра­ба на пла­не­те: в 2015 го­ду — 65,3 тыс. тонн из 112 тыс. тонн ми­ро­во­го вы­ло­ва. Кон­ку­рен­тов у оте­че­ствен­ных кра­бо­ло­вов ма­ло. Соб­ствен­но, по­то­му, что в 2014 го­ду ООН окон­ча­тель­но при­зна­ла Охот­ское мо­ре внут­рен­ним мо­рем Рос­сии, а осталь­ные зо­ны (се­вер­ные мо­ря) не мо­гут срав­нить­ся с охо­то­мор­ской ак­ва­то­ри­ей по за­па­сам кра­бо­и­дов. По­ми­мо Рос­сии до­бы­чей кра­ба за­ни­ма­ют­ся Ка­на­да (у нее вто­рое ме­сто по вы­ло­ву), США (око­ло Аляс­ки) и немно­го Япо­ния (в Япон­ском мо­ре).

Су­ще­ству­ет пять ос­нов­ных про­мыс­ло­вых ви­дов кра­ба: кам­чат­ский краб, краб-стри­гун опи­лио, краб-стри­гун Бэр­да, си­ний краб и рав­но­ши­пый краб. Кро­ме то­го, есть еще при­бреж­ный лов (в пре­де­лах 12-миль­ной зо­ны), при ко­то­ром до­бы­ва­ют бо­лее мел­ко­вод­ных и мел­ких ко­лю­чих и во­ло­са­тых кра­бов, од­на­ко их про­мыс­ло­вая цен­ность на по­ря­док ни­же. К наи­бо­лее важ­ным в про­мыс­ло­вом от­но­ше­нии и срав­ни­тель­но хо­ро­шо изу­чен­ным от­но­сят­ся кам­чат­ский краб, краб-стри­гун опи­лио и си­ний краб. Их до­ля в сум­мар­ном вы­ло­ве со­став­ля­ет в сред­нем 44, 23 и 10% со­от­вет­ствен­но. Краб-стри­гун опи­лио — са­мый мно­го­чис­лен­ный из стри­гу­нов, его вы­лов со­став­ля­ет око­ло по­ло­ви­ны все­го вы­ло­ва кам­чат­ско­го кра­ба. Ос­нов­ные про­мыс­ло­вые рай­о­ны для это­го ви­да — се­вер­ная часть Охот­ско­го мо­ря и во­ды Во­сточ­но­го Са­ха­ли­на.

Ис­то­рия про­мыс­ла

На про­тя­же­нии по­чти ста лет ос­нов­ным про­мыс­ло­вым бес­по­зво­ноч­ным се­вер­ной ча­сти Ти­хо­го оке­а­на был кам­чат­ский краб. Впер­вые этот вид опи­сал в 1804 го­ду на­ту­ра­лист Виль­гельм Ти­ле­зи­ус. До­бы­вать кам­чат­ско­го кра­ба ста­ли в 70-х го­дах XIX ве­ка у бе­ре­гов Кам­чат­ки, а так­же в за­ли­ве Пет­ра Ве­ли­ко­го. В то вре­мя ни­ка­кой об­ра­бот­ки уло­ва на су­дах не про­из­во­ди­ли — краб до­став­лял­ся на бе­рег в жи­вом виде. Пер­вые (неудач­ные) по­пыт­ки кон­сер­ви­ро­ва­ния бы­ли пред­при­ня­ты на Кам­чат­ке в кон­це 1890-х, а в Япо­нии — в на­ча­ле про­шло­го ве­ка. Од­на­ко вско­ре тех­но­ло­гия про­из­вод­ства кон­сер­ви­ро­ван­ных кра­бов бы­ла от­ра­бо­та­на, и в 1907 го­ду в Япо­нии за­пу­сти­ли пер­вый кра­бо­кон­серв­ный за­вод. В Рос­сии та­кое пред­при­я­тие впер­вые бы­ло от­кры­то в 1908 го­ду в При­мо­рье, в бух­те Гай­да­мак. Спу­стя два го­да кра­бо­кон­серв­ный за­вод по­явил­ся в бух­те На­ход­ка, а в 1913-м — на бе­ре­гу за­ли­ва Во­сток, в бух­те Та­фу­ин (сей­час Юж­но-Мор­ская). В 1914 го­ду рос­сий­ские кра­бо­ло­вы Даль­не­го Во­сто­ка вы­ра­бо­та­ли 730 ящи­ков кон­сер­ви­ро­ван­ных кра­бов.

Япо­ния в со­от­вет­ствии с Портс­мут­ским мир­ным до­го­во­ром 1905 го­да по­лу­чи­ла ши­ро­чай­шие пра­ва на вы­лов ры­бы и мо­ре­про­дук­тов вдоль рос­сий­ско­го по­бе­ре­жья. Япон­ские ком­па­нии, оце­нив вы­го­ду от экс­пор­та кра­бо­вых кон­сер­вов, по­все­мест­но на­ча­ли стро­ить но­вые пред­при­я­тия. Круп­ней­шее япон­ское объ­еди­не­ние по до­бы­че и пе­ре­ра­бот­ке вод­ных био­ре­сур­сов в рос­сий­ских во­дах «Ни­чи­ро» (80–90% все­го вы­ло­ва ры­бы и кра­бов) по­стро­и­ло в 1916 го­ду на ост­ро­ве Па­ра­му­шир круп­ный кра­бо­кон­серв­ный за­вод, ку­да до­став­ля­лись для пе­ре­ра­бот­ки кра­бы, вы­лов­лен­ные у бе­ре­гов За­пад­ной Кам­чат­ки. В 1917 го­ду толь­ко на ост­ро­вах Па­ра­му­шир и Шум­шу ра­бо­та­ло 14 япон­ских кра­бо­кон­серв­ных за­во­дов. В на­ча­ле 1930-х япон­ские ком­па­нии мас­штаб­но осва­и­ва­ли до­бы­чу кра­ба не толь­ко у бе­ре­гов За­пад­ной и Во­сточ­ной Кам­чат­ки, но и вдоль Боль­шой и Ма­лой Ку­риль­ских гряд, бе­ре­гов Са­ха­ли­на и При­мо­рья.

В 1920 го­ду япон­цы от­пра­ви­ли на про­мы­сел кра­ба пер­вый пла­ву­чий кра­бо­кон­серв­ный за­вод, а спу­стя че­ты­ре го­да в мо­ре вы­шло уже 19 та­ких су­дов. В Со­вет­ской Рос­сии ре­ши­ли не от­ста­вать. Уже в мае 1924-го со­зда­ет­ся Охот­скоКам­чат­ское ак­ци­о­нер­ное ры­бо­про­мыш­лен­ное об­ще­ство. К это­му вре­ме­ни в арен­де у япон­ских ком­па­ний на­хо­ди­лось 89% всех кра­бо­лов­ных участ­ков. Не­об­хо­ди­мо бы­ло со­здать соб­ствен­ный крабовый флот. До­го­вор о по­куп­ке япон­ско­го су­хо­гру­за «Тайя-ма­ру» за 350 тыс. руб­лей был под­пи­сан 3 фев­ра­ля 1928 го­да. Уже 15 мар­та капитан пер­во­го оте­че­ствен­но­го кра­бо­кон­серв­но­го пла­вза­во­да Александр Дуд­ник под­нял на нем со­вет­ский флаг; суд­но по­лу­чи­ло сим­во­ли­че­ское на­зва­ние «Пер­вый кра­бо­лов». 16 мая 1928 го­да к «Пер­во­му кра­бо­ло­ву» при­со­еди­нил­ся пла­вза­вод «Кам­чат­ка». Пер­вая кра­бо­вая пу­ти­на ока­за­лась удач­ной. При этом все кон­сер­вы, вы­ра­бо­тан­ные на пла­вза­во­дах, вне за­ви­си­мо­сти от сорт­но­сти бы­ли на­прав­ле­ны на рын­ки США и Ан­глии.

Од­на­ко Япо­ния про­дол­жа­ла на­ра­щи­вать экс­пан­сию на рын­ке. В 1929 го­ду на про­мы­сел вы­шли 22 япон­ских кра­бо­кон­серв­ных пла­вза­во­да, с ап­ре­ля по сен­тябрь они вы­ра­бо­та­ли 420 тыс. ящи­ков кон­сер­вов, вы­ло­вив для это­го бо­лее 44 млн эк­зем­пля­ров кра­ба. Так как кра­бо­вые ло­вуш­ки в то вре­мя не об­ла­да­ли се­лек­тив­но­стью, в них по­па­да­ло боль­шое ко­ли­че­ство са­мок и мо­ло­ди, при­чем боль­шин­ство осо­бей по­ги­ба­ло. С уче­том та­ко­го при­ло­ва об­щий объ­ем до­бы­чи мог со­став­лять бо­лее 85 млн

штук. По­лу­ча­ет­ся, что толь­ко япон­ские кра­бо­ло­вы мог­ли до­быть в 1929 го­ду не ме­нее 110 тыс. тонн кра­бов. В тот год со­вет­ская кра­бо­вая фло­ти­лия на­счи­ты­ва­ла уже че­ты­ре пла­вза­во­да, а за се­зон бы­ло вы­ра­бо­та­но 70 тыс. ящи­ков кон­сер­вов. По-преж­не­му весь то­вар от­прав­лял­ся на экспорт. По­сле 1929 го­да вслед­ствие эко­но­ми­че­ско­го кри­зи­са ко­ли­че­ство япон­ских кра­бо­кон­серв­ных су­дов ста­ло рез­ко со­кра­щать­ся. В 1930 го­ду на про­мы­сел вы­шло 19 еди­ниц, в 1931-м — де­вять, а в 1932 го­ду — лишь семь. Тем вре­ме­нем со­вет­ский кра­бо­до­бы­ва­ю­щий флот, на­обо­рот, рос. Все­го к 1932 го­ду в про­мыс­ле бы­ло за­дей­ство­ва­но 11 пла­ву­чих кра­бо­кон­серв­ных за­во­дов. В пе­ри­од Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны и в пер­вые че­ты­ре по­сле­во­ен­ных го­да в свя­зи с со­кра­ще­ни­ем кра­бо­до­бы­ва­ю­ще­го фло­та и пре­кра­ще­ни­ем осво­е­ния кра­ба япон­ца­ми вы­лов рез­ко сни­зил­ся. Это со­зда­ло бла­го­при­ят­ные усло­вия для вос­про­из­вод­ства и вос­ста­нов­ле­ния кра­бо­вой по­пу­ля­ции.

На ру­бе­же 1960–1970-х на­чал­ся про­цесс пе­ре­осна­ще­ния оте­че­ствен­но­го кра­бо­до­бы­ва­ю­ще­го фло­та. В 1973 го­ду на про­мы­сел у За­пад­ной Кам­чат­ки вы­шел пер­вый пла­вза­вод «Сер­гей Лазо», снаб­жен­ный ко­ни­че­ски­ми ло­вуш­ка­ми. Опыт та­ко­го ло­ва рос­сий­ские ры­ба­ки пе­ре­ня­ли у япон­ских кол­лег, ис­поль­зо­вав­ших ло­вуш­ки при до­бы­че глу­бо­ко­вод­ных кра­бов-стри­гу­нов в Япон­ском мо­ре с 1950-х. Это поз­во­ли­ло оста­но­вить сни­же­ние за­па­сов, и в 1988 го­ду вы­лов до­стиг 14 млн эк­зем­пля­ров. Все это вре­мя ос­но­ву уло­ва про­дол­жал со­став­лять кам­чат­ский краб.

Ме­жу тем в 1970–1980-е изу­ча­лась воз­мож­ность про­мыс­ла дру­гих ви­дов кра­бов, осва­и­ва­лись но­вые рай­о­ны до­бы­чи. На­чи­на­ет раз­ви­вать­ся оте­че­ствен­ный про­мы­сел кра­ба-стри­гу­на. Ис­поль­зу­ют­ся су­да, обо­ру­до­ван­ные кра­бо­вы­ми ло­вуш­ка­ми для ра­бо­ты на боль­ших глу­би­нах. В на­ча­ле 1990-х, с раз­ва­лом СССР, пре­кра­ща­ет­ся кра­бо­вая мо­но­по­лия «Даль­мо­ре­про­дук­та». По­яв­ля­ют­ся част­ные и сов­мест­ные пред­при­я­тия, осва­и­ва­ю­щие до­бы­чу кра­ба. К кон­цу 1990-х спе­ци­а­ли­зи­ро­ван­ным про­мыс­лом кра­ба за­ни­ма­лось при­мер­но 160 пред­при­я­тий, имев­ших свы­ше 350 еди­ниц кра­бо­до­бы­ва­ю­ще­го фло­та.

В 1990-е и 2000-е в от­рас­ли был под­лин­ный ха­ос: кра­бо­вое бра­ко­ньер­ство при­об­ре­ло угро­жа­ю­щие мас­шта­бы и чуть не при­ве­ло к пол­но­му уни­что­же­нию це­лых по­пу­ля­ций кра­бо­и­дов в даль­не­во­сточ­ных мо­рях. По бу­ма­гам от­чет­ный вы­лов за­ча­стую был мень­ше ОДУ, фак­ти­че­ский же вы­лов пре­вы­шал его в несколь­ко раз. По экс­перт­ным оцен­кам, сде­лан­ным на ос­но­ве офи­ци­аль­ных дан- ных стран — им­пор­те­ров кра­бо­вой про­дук­ции, об­щий вы­лов даль­не­во­сточ­ных кра­бов со­став­лял не ме­нее 100 тыс. тонн еже­год­но. В 2007 го­ду бы­ла до­стиг­ну­та ре­корд­ная циф­ра — бо­лее 180 тыс. тонн. С 1995 по 2009 год сред­ний объ­ем фак­ти­че­ской до­бы­чи кра­бов со­став­лял 132 тыс. тонн и по боль­шей ча­сти был неле­галь­ным. Од­на­ко в по­след­ние го­ды си­ло­ви­ки вдруг взя­лись за неле­га­лов и к 2014-му вы­ве­ли из иг­ры боль­шую часть бра­ко­нье­ров. Толь­ко за 2011–2014 го­ды даль­не­во­сточ­ны­ми пра­во­охра­ни­те­ля­ми бы­ло воз­буж­де­но бо­лее 650 уго­лов­ных дел в от­но­ше­нии неза­кон­но­го про­мыс­ла и экс­пор­та вод­но-био­ло­ги­че­ских ре­сур­сов (в 12 раз боль­ше, чем за преды­ду­щий пе­ри­од). С 2010 го­да офи­ци­аль­ный вы­лов и про­цент осво­е­ния ОДУ по­сте­пен­но рас­тет. Эф­фек­тив­ная борь­ба с бра­ко­нье­ра­ми при­ве­ла к вос­ста­нов­ле­нию по­пу­ля­ций кра­бов в даль­не­во­сточ­ных мо­рях и сня­тию за­пре­та на их до­бы­чу во мно­гих про­мыс­ло­вых под­зо­нах, ко­то­рый был вве­ден в се­ре­дине 2000-х. Уче­ные Кам­чат­ско­го НИИ рыб­но­го хо­зяй­ства и оке­а­но­гра­фии, про­во­дя­щие ис­сле­до­ва­ния кра­ба, от­ме­ти­ли, что по­пу­ля­ция кам­чат­ско­го кра­ба и кра­ба-стри­гу­на Бэр­да пол­но­стью вос­ста­но­ви­лась.

Экс­порт­ный про­дукт

Что­бы вы­яс­нить ме­ха­низ­мы ра­бо­ты кра­бо­во­го рын­ка и при­чи­ны, по ко­то­рым эти ис­клю­чи­тель­но по­лез­ные и кра­си­вые су­ще­ства не до­би­ра­ют­ся до рос­сий­ско­го по­тре­би­те­ля, я по­ле­тел на Дальний Во­сток, а имен­но на Са­ха­лин, по­сколь­ку так сло­жи­лось, что имен­но са­ха­лин­ский биз­нес боль­ше все­го пре­успел в кра­бо­вом про­мыс­ле. По дан­ным Ро­с­ры­бо­лов­ства, са­ха­лин­ские ком­па­нии ак­ку­му­ли­ро­ва­ли в сво­их ак­ти­вах око­ло 35% рос­сий­ских кра­бо­вых квот, ко­то­рые, кста­ти, вы­иг­ры­ва­ют­ся на от­кры­тых аук­ци­о­нах.

Пер­вый фак­тор «экс­порт­ной ори­ен­та­ции» кра­бов, ко­то­рый я вы­яс­нил, — его уди­ви­тель­но пло­хая со­хра­ня­е­мость.

Чи­стый бе­лок пор­тит­ся за счи­та­ные ча­сы, по­это­му не­об­хо­ди­мо со­блю­дать жест­кий тем­пе­ра­тур­ный ре­жим, го­раз­до бо­лее стро­гий, чем для обыч­ной ры­бы или мя­са. При тем­пе­ра­ту­ре не вы­ше плюс 12 гра­ду­сов кра­бы хра­нят­ся не бо­лее 15 ча­сов, а пе­ре­сы­пан­ные мел­ко­дроб­ле­ным льдом — 30 ча­сов. По стан­дар­ту Рос­сель­хоз­над­зо­ра тем­пе­ра­ту­ра при транс­пор­ти­ров­ке кра­ба и его мя­са не долж­на быть вы­ше ми­нус 28 гра­ду­сов. Та­кие усло­вия РЖД обес­пе­чить не в со­сто­я­нии — ре­фри­же­ра­тор­ных сек­ций со столь жест­ким тем­пе­ра­тур­ным ре­жи­мом и, со­от­вет­ствен­но, та­ким же вы­со­ким энер­го­по­треб­ле­ни­ем в Рос­сии про­сто не су­ще­ству­ет. Сре­ди гру­зо­во­го ав­то­транс­пор­та то­же нет та­ких мощ­ных мо­ро­зиль­ни­ков на ко­ле­сах.

— Что­бы со­хра­нять ка­че­ствен­ный краб и кре­вет­ку в те­че­ние го­да, япон­цы хра­нят их при тем­пе­ра­ту­ре ми­нус пять­де­сят гра­ду­сов. То­гда про­цес­сы прак­ти­че­ски оста­нав­ли­ва­ют­ся, — го­во­рит ви­це- гу­бер­на­тор Са­ха­лин­ской об­ла­сти Игорь Бы­ст­ров, ко­то­рый рань­ше за­ни­мал­ся лов­лей кра­бов. — При ми­нус два­дца­ти че­ты­рех кра­бы хра­нят­ся где-то око­ло по­лу­го­да, не боль­ше. А при ми­нус во­сем­на­дца­ти — три ме­ся­ца. В ГОСТе мож­но на­пи­сать ка­кие угод­но циф­ры, но луч­ше та­кое не есть. Кро­ме то­го, это ва­лю­то­ем­кая про­дук­ция пре­ми­ум-клас­са, ко­то­рая сто­ит на ми­ро­вом рын­ке неде­ше­во. А се­го­дня, учи­ты­вая де­валь­ва­цию руб­ля, этот биз­нес име­ет очень вы­со­кую рен­та­бель­ность экс­пор­та, по­то­му что по та­ким це­нам в Рос­сии ни­кто кра­ба по­ку­пать не бу­дет. По­это­му все идет за гра­ни­цу. Еще один фак­тор: у нас из­держ­ки пред­при­я­тий, ко­то­рые при­во­зят про­дук­цию на рос­сий­ский бе­рег, го­раз­до вы­ше, чем у тех, кто пе­ре­ра­ба­ты­ва­ет в мо­ре и ве­зет за гра­ни­цу. В дру­гих стра­нах на­обо­рот.

Игорь Ми­хай­ло­вич, как обыч­но, про­де­мон­стри­ро­вал глубину по­зна­ния те­мы. Од­на­ко ар­гу­мент по по­во­ду ло­ги­сти­ки по­ста­вок на оте­че­ствен­ный ры­нок мыс­лен­но мной был опро­верг­нут. Ведь есть спе­ци­аль­ная гру­зо­вая авиа­ция — мож­но бы­ло бы осна­стить по до­го­во­ру, на­при­мер с «Аэро­флот-Кар­го», воз­душ­ное суд­но спе­ци­аль­ным мо­ро­зиль­ным обо­ру­до­ва­ни­ем и до­став­лять кра­бо­вое мя­со в ев­ро­пей­скую часть стра­ны. Вы­хо­дит до­ро­же, но и про­дукт не де­ше­вый — раз­де­лив эти рас­хо­ды на еди­ни­цу про­дук­ции, по­лу­чим не та­кую уж боль­шую до­лю в се­бе­сто­и­мо­сти. Од­на­ко по­ка эта идея не при­шла в го­ло­ву ни­ко­му из за­ин­те­ре­со­ван­ных лю­дей. На во­прос «по­че­му?» от­ве­ча­ет как раз вто­рой те­зис Бы­ст­ро­ва. За­г­ля­нув на сай­ты япон­ских и ко­рей­ских рыб­ных бирж, я вы­яс­нил, что опто­вая сто­и­мость по­став­щи­ков со­став­ля­ет ми­ни­мум шесть ты­сяч иен за од­но­го жи­во­го кра­ба сред­не­го раз­ме­ра (око­ло двух ки­ло­грам­мов). По ны­неш­не­му кур­су это око­ло 60 дол­ла­ров, то есть 30 дол­ла­ров за ки­ло­грамм, или око­ло 40 дол­ла­ров за ки­ло­грамм мя­са кра­ба по­сле его раз­дел­ки.

В ре­сто­ра­нах Азии при­ня­то готовить кра­бов пря­мо в при­сут­ствии кли­ен­та. Что ин­те­рес­но, уже пе­ре­ра­бо­тан­ный краб в виде мо­ро­же­но­го или ва­ре­но­мо­ро­же­но­го мя­са сто­ит зна­чи­тель­но де­шев­ле — в сред­нем 20 дол­ла­ров за ки­ло­грамм. По­это­му в ос­нов­ном кра­бо­ло­вы во­зят улов в жи­вом виде в трю­мах сво­их су­дов, на­пол­нен­ных мор­ской во­дой. Та­кая струк­ту­ра спро­са обу­слов­ле­на вы­со­ки­ми рис­ка­ми для здо­ро­вья по­треб­ле­ния да­же чуть-чуть под­пор­чен­но­го кра­ба и боль­шим недо­ве­ри­ем по­тре­би­те­лей к ка­че­ству им­порт­ных про­дук­тов пи­та­ния. В ре­зуль­та­те в роз­ни­це ки­ло­грамм кра­бо­во­го мя­са в Япо­нии про­да­ет­ся уже по 60 дол­ла­ров. По ны­неш­не­му кур­су это око­ло че­ты­рех ты­сяч руб­лей. И это при том, что ази­ат­ский ры­нок сбы­та на­хо­дит­ся со­всем ря­дом с рай­о­на­ми про­мыс­ла (в сред­нем 200–500 км). Учи­ты­вая слож­ную схе­му ло­ги­сти­ки и транс­порт­ные из­держ­ки (рас­сто­я­ние бо­лее 8000 ки­ло­мет­ров) этот де­ли­ка­тес­ный про­дукт в мос­ков­ских ма­га­зи­нах дол­жен сто­ить как ми­ни­мум ты­сяч шесть руб­лей за ки­ло­грамм. Есте­ствен­но, по та­кой цене по­ку­пать его не бу­дут.

Од­на­ко тут есть од­на неувяз­ка. За по­след­ние де­сять лет це­ны на кра­ба на ми­ро­вом рын­ке вы­рос­ли по­чти вдвое. Про­изо­шло это вслед­ствие рез­ко­го ро­ста по­треб­ле­ния в Ки­тае — кра­ба ста­ло не хва­тать. В 2004 го­ду ки­ло­грамм кра­бо­во­го мя­са в Япо­нии сто­ил не 60 дол­ла­ров, а 30, а дол­лар был то­гда не по 70 руб­лей, а по 30. То есть в Рос­сии краб сто­ил бы все­го 900 руб­лей на са­ха­лин­ском или кам­чат­ском бе­ре­гу и, со­от­вет­ствен­но, око­ло 1800 руб­лей в сто­лич­ных роз­нич­ных ма­га­зи­нах. Это де­шев­ле крас­ной ик­ры. Хо­тя не­об­хо­ди­мо так­же иметь в

ви­ду низ­кий уро­вень до­хо­дов на­се­ле­ния в то вре­мя в са­мой Рос­сии, что, кста­ти, от­ра­зи­лось и на по­треб­ле­нии дру­гих про­дук­тов пи­та­ния пре­ми­ум-клас­са. Се­го­дня же для раз­во­ро­та кра­бов к оте­че­ствен­но­му по­тре­би­те­лю ло­гич­но бы­ло бы ис­поль­зо­вать ры­ноч­ный ин­стру­мент в виде за­гра­ди­тель­ных вы­воз­ных по­шлин, что, к со­жа­ле­нию, уже невоз­мож­но сде­лать вви­ду обя­за­тельств Рос­сии в рам­ках ВТО.

В Агент­стве по ры­бо­лов­ству Са­ха­лин­ской об­ла­сти, где, как счи­та­ет­ся, си­дят са­мые ма­те­рые ры­ба­ки Даль­не­го Во­сто­ка, по­спо­ри­ли со мной. Сер­гей Ом, за­мру­ко­во­ди­те­ля ве­дом­ства, вы­ска­зал мысль, что вы­воз­ные по­шли­ны, да­же ес­ли их и мож­но бы­ло бы вве­сти, не ре­шат про­бле­му.

— По­ку­па­тель­ная спо­соб­ность ка­кая у на­ро­да? — яз­ви­тель­но спра­ши­ва­ет Сер­гей.

— Так це­на на кра­ба упа­дет. И бу­дет про­сто мар­жа у кра­бо­ви­ков не две­сти про­цен­тов, а два­дцать-трид­цать, как и у всех, — па­ри­рую я. — Нет, не упа­дет! — на­ста­и­ва­ет Ом. Я про­дол­жил упор­но и ме­то­дич­но вы­во­дить фор­му­лу це­ны:

— Се­бе­сто­и­мость до­бы­чи кра­бов ка­кая?

— Я не ска­жу сей­час. Не знаю, — от­ве­ча­ет Сер­гей.

— А я знаю: от се­ми до де­ся­ти дол­ла­ров за ки­ло­грамм, — вы­дал я то, что здесь и так все зна­ют, но бо­ят­ся про­из­но­сить вслух. Сле­ду­ю­щая ин­фор­ма­ция ме­ня сва­ли­ла на­по­вал.

— Ну, я так ска­жу, что краб по­де­шев­ле ко­рюш­ки сто­ит, — со­об­щил Сер­гей. Ви­ди­мо, имел­ся в ви­ду бра­ко­ньер­ский краб, из-под по­лы мно­го где про­да­ю­щий­ся на Са­ха­лине.

Дей­стви­тель­но, у ба­бу­лек на трас­се в До­линск кра­бов мож­но ку­пить по ты­ся­че руб­лей за шту­ку. Прав­да, мож­но при этом и за­гре­меть по уго­лов­ной ста­тье, но это ме­ло­чи жиз­ни. Я уточ­няю свою мысль: — За кор­дон его по­чем про­да­ют? По­че­му-то об­ра­тив взор в по­то­лок, экс­перт вы­дал в от­вет: — Я сей­час не мо­гу ска­зать. — Сред­няя сто­и­мость жив­ка — трид­цать дол­ла­ров за ки­ло­грамм, — от­крыл я страш­ную тай­ну.

— Во­об­ще ко­пей­ки, — неожи­дан­но вы­па­лил чи­нов­ник и нерв­но хи­хик­нул. По­том, ви­ди­мо со­об­ра­зив, что что-то не то ляп­нул, до­ба­вил: —А у нас ни­кто его не ест. Ни в Пи­те­ре, ни на Са­ха­лине. Ес­ли чест­но, да­же в со­вет­ское вре­мя, ко­гда краб ни­ку­да не ухо­дил, а про­да­вал­ся в ма­га­зине «Оке­ан» все­го по пол­то­ра руб­ля за ки­ло­грамм, я не пом­ню, что­бы ажи­о­таж ка­кой-то был.

По­зи­ция, пря­мо ска­жем, для го­су­да­ре­ва че­ло­ве­ка ан­ти­на­род­ная, по­ду­мал я, и про­дол­жил от­ста­и­вать свою идею:

— Вот у нас в Пи­те­ре, в «Приз­ме», про­да­ет­ся ба­ноч­ка кра­ба за пять с по­ло­ви­ной ты­сяч руб­лей. Кто-то по­ку­па­ет. А ес­ли он бу­дет сто­ить не пять с по­ло­ви­ной ты­сяч, а, услов­но, две­сти пять­де­сят или да­же пять­сот руб­лей, то бу­дут по­ку­пать не толь­ко бур­жуи, но и обыч­ные лю­ди.

Тут уже не вы­дер­жал си­дя­щий ря­дом руководитель агент­ства Сер­гей Ди­ден­ко — са­мый ста­рый и опыт­ный ры­бак аж с пя­ти­де­ся­ти­лет­ним ста­жем.

— Бред! — ска­зал Сер­гей Юрье­вич и про­дол­жил ра­бо­тать с до­ку­мен­та­ми по «Ост­ров­но­му». Отвлек­шись, он по­яс­нил:

— Бу­дем хо­дить пеш­ком, по­то­му что неф­ти нет, — и что, лю­ди бу­дут по­ку­пать?

Сер­гей Ом по­спе­шил под­дер­жать на­чаль­ни­ка:

— Дай­те кра­ба де­ше­во­го — а бензин по­че­му до­ро­гой? Мы не бу­дем до­ти­ро­вать кра­ба для на­се­ле­ния.

Ска­зал как от­ре­зал. Осо­знав всю бес­смыс­лен­ность даль­ней­шей дис­кус­сии, я за­кон­чил на­по­ми­на­ни­ем:

— А Олег Ко­же­мя­ко (гу­бер­на­тор Са­ха­лин­ской об­ла­сти. — «Экс­перт» ) дру­го­го мне­ния.

Од­на­ко руководитель фе­де­раль­но­го ве­дом­ства, Са­ха­ли­но-Ку­риль­ско­го тер­ри­то­ри­аль­но­го управ­ле­ния Фе­де­раль­но­го агент­ства по ры­бо­лов­ству (Ро­с­ры­бо­лов­ство), Александр Та­ра­тен­ко ока­зал­ся на свет­лой сто­роне:

— Я аб­со­лют­но со­гла­сен с ва­ми. Кра­ба я не ви­жу, толь­ко бра­ко­ньер­ско­го. Вот сей­час «при­бреж­ку» сде­ла­ют, часть кра­ба бу­дет ид­ти сю­да.

Про «при­бреж­ку» он в те­му ска­зал, но в чем соль, по­яс­ню поз­же. На­чаль­ник же гос­по­ди­на Та­ра­тен­ко, глав­ный ры­бак стра­ны, гла­ва Ро­с­ры­бо­лов­ства, зам­ми- ни­стра сель­ско­го хо­зяй­ства РФ Илья Ше­ста­ков толь­ко по­сме­ял­ся, ко­гда я ему рас­ска­зал, что в Япо­нии де­тям в дет­ских са­дах кра­ба да­ют (в ос­нов­ном на­ше­го, кста­ти), а в Рос­сии его прак­ти­че­ски нет. Он под­твер­дил, что Рос­сия и Ка­на­да — ос­нов­ные иг­ро­ки на ми­ро­вом рын­ке, но вы­ска­зал недо­уме­ние по по­во­ду идеи накормить кра­ба­ми са­мих рос­си­ян.

— Кра­ба на­пра­вить на внут­рен­ний ры­нок? У него це­на со­вер­шен­но дру­гая, кто ж его бу­дет по­ку­пать? — воз­му­тил­ся Илья Ва­си­лье­вич.

— А ес­ли его сде­лать де­ше­вым? Суб­си­ди­ру­ют­ся же це­ны на нефть и газ. Так же и здесь, — про­дол­жил я на­ступ­ле­ние.

— Ну, ес­ли го­су­дар­ство вы­де­лит сред­ства, по­че­му бы и нет. Но за­дви­гать кра­ба на внут­рен­ний ры­нок — это про­сто смеш­но, — ска­зал Ше­ста­ков.

Еди­но­мыс­лия со мной зам­ми­ни­стра не про­явил, за­то опе­ра­тив­но предо­ста­вил всю ин­фор­ма­цию о том, кто, сколь­ко и как по­лу­ча­ет кво­ты на вы­лов кра­ба в Рос­сии.

Мой дав­ний са­ха­лин­ский при­я­тель, гу­ру ры­бо­про­мыш­лен­но­го биз­не­са, се­на­тор Александр Вер­хов­ский по­со­ве­то­вал мне ко­рен­ным об­ра­зом из­ме­нить ход мыс­ли.

— Весь краб вы­во­зит­ся «за бу­гор». А ку­да он дол­жен вы­во­зить­ся? Под­ход непра­виль­ный. Ре­гу­ля­тор дол­жен как рас­суж­дать: вот у кра­бо­ви­ков рен­та­бель­ность за­шка­ли­ва­ет. На­до сде­лать на­лог на кра­ба, от­ме­нить льго­ты. И эти день­ги от­пра­вить на по­мощь на­се­ле­нию, ес­ли рен­та­бель­ность за­шка­ли­ва­ет, — рас­суж­да­ет Александр Гри­го­рье­вич.

Оста­ет­ся те­перь вы­яс­нить, у ко­го, соб­ствен­но, нуж­но эту рен­та­бель­ность за­би­рать.

Разворот кра­ба к бе­ре­гу

Сюр­при­зов не воз­ник­ло. То, что кру­тит­ся на язы­ке у обыч­ных лю­дей Са­ха­ли­на, под­твер­ди­лось в дан­ных Ро­с­ры­бо­лов­ства. На­род го­во­рит, что все кра­бы Даль­не­го Во­сто­ка при­над­ле­жат Оле­гу Ка­ну — са­ха­лин­цу из го­ро­да Не­вель­ска, ко­то­рый пе­ре­брал­ся в Юж­ную Ко­рею и там жи­вет. Кра­бо­во­го ко­ро­ля ни­кто не ви­дел, сам он на пуб­ли­ке и в ме­диа­про­стран­стве ни ра­зу не по­яв­лял­ся. Од­на­ко по за­ко­нам ин­фор­ма­ци­он­ной вой­ны у ор­га­ни­зо­ван­но­го ин­форм­по­то­ка дол­жен быть бе­не­фи­ци­ар. Дру­ги­ми сло­ва­ми, опыт под­ска­зы­ва­ет, что ко­му-то че­ло­век пе­ре­шел до­рож­ку. А ес­ли со­по­ста­вить эту ин­фор­ма­цию с дан­ны­ми о лик­ви­да­ции бра­ко­нье­ров, мож­но пред­по­ло­жить, кто за этой кам­па­ни­ей сто­ит.

Как вы­яс­ни­лось, у двух ком­па­ний, за­ре­ги­стри­ро­ван­ных на Оле­га Ка­на и его парт­не­ра Дмит­рия Па­шо­ва («Ку­риль­ский уни­вер­саль­ный ком­плекс» и «Мо-

нерон»), — 14 тыс. тонн кра­бо­вых квот в Охот­ском мо­ре из 57 тыс. тонн даль­не­во­сточ­ных квот. По­лу­ча­ет­ся, что это са­мый круп­ный в Рос­сии кра­бо­про­мыш­лен­ник, его до­ля на даль­не­во­сточ­ном кра­бо­вом рын­ке со­став­ля­ет око­ло 24%, при этом ко­ли­че­ство су­дов — 18 (а не 200, как го­во­рят неко­то­рые). Сре­ди круп­ных иг­ро­ков так­же кам­чат­ские «Оке­а­ния», «Ан­тей», «Тих­рыб­ком» и «Кол­хоз им. Ле­ни­на». В Ма­га­дане — «Ма­га­дан Си­этл». У них по 4–6 тыс. тонн квот. В При­мо­рье — «Оке­ан­рыб­флот», «Лун­тас», «Даль­ры­ба» и «Во­сток-1», об­ла­да­ю­щие кво­та­ми по 2–5 тыс. тонн. Осталь­ные — око­ло 30 пред­при­я­тий, ко­то­рые яв­ля­ют­ся мел­ки­ми про­мыс­ло­ви­ка­ми, с од­ним ста­рень­ким неболь­шим ко­раб­ли­ком и объ­е­мом квот в сот­ни тонн.

Впро­чем, факт при­бы­лей это не от­ме­ня­ет. Вы­хо­дит, по уров­ню рен­та­бель­но­сти неф­тян­ка «ти­хо ку­рит в угол­ке». За­даю этот во­прос недав­но на­зна­чен­но­му гу­бер­на­то­ру Са­ха­ли­на Оле­гу Ко­же­мя­ко.

— Мы сей­час ак­тив­но вза­и­мо­дей­ству­ем, — го­во­рит Олег Ни­ко­ла­е­вич. — До­го­во­ри­лись по­ста­вить пред­при­я­тие в Не­вель­ске, где бу­дет краб пе­ре­ра­ба­ты­вать­ся на­ши­ми людь­ми: кон­сер­ви­ро­вать­ся, что-то еще бу­дет де­лать­ся. По­ста­вить ма­га­зин, про­да­вать кра­ба нор­маль­но. И вто­рое, что он (Олег Кан. — «Экс­перт» ) пред­ло­жил, — по­стро­ить боль­шой спор­тив­ный ком­плекс. И он со­здал фонд бла­го­тво­ри­тель­ный.

Опоз­дал я со сво­ей борь­бой за спра­вед­ли­вость, с со­жа­ле­ни­ем по­ду­мал я. Про- бле­ма уже ре­ше­на на си­стем­ном уровне, и кра­бо­ви­ки уже на­ча­ли раз­во­ра­чи­вать часть сво­ей про­дук­ции на рос­сий­ский бе­рег. В Не­вель­ске (это город-порт на за­пад­ном по­бе­ре­жье Са­ха­ли­на) бу­дет по­стро­ен пер­вый в Рос­сии кра­бо­пе­ре­ра­ба­ты­ва­ю­щий за­вод. В Рос­сии по­явит­ся сер­ти­фи­ци­ро­ван­ное по ми­ро­вым стан­дар­там ка­че­ствен­ное кра­бо­вое мя­со с на­ла­жен­ной ло­ги­сти­кой как раз че­рез авиа­транс­порт. Кро­ме то­го, как ока­за­лось, са­ха­лин­ские кра­бо­ви­ки еще и ак­тив­но бла­го­тво­ри­тель­но­стью за­ня­лись. Ни­кто об этом не зна­ет, но, ока­зы­ва­ет­ся, Олег Кан по сум­ме средств, вло­жен­ных в со­ци­аль­ные про­ек­ты, за­ни­ма­ет од­но из пер­вых мест в стране. Стро­и­тель­ство спор­тив­ных объ­ек­тов олим­пий­ско­го уров­ня об­щей сто­и­мо­стью несколь­ко мил­ли­ар­дов руб­лей, сот­ни мил­ли­о­нов руб­лей те­перь еже­год­но от­прав­ля­ют­ся на под­держ­ку дет­ско­го спор­та, ма­те­рей­о­ди­но­чек и дру­гих ост­рых со­ци­аль­ных за­дач в ре­ги­оне. В этом го­ду Олег Кан про­фи­нан­си­ро­вал об­нов­ле­ние до­рож­ной ин­фра­струк­ту­ры, ку­пив ре­ги­о­наль­ную до­рож­но-стро­и­тель­ную ком­па­нию ИСО-4 и вло­жив мил­ли­ар­ды руб­лей в за­куп­ку но­вой со­вре­мен­ной тех­ни­ки и обо­ру­до­ва­ния. Кро­ме то­го, по­сле скан­да­ла с «Ост­ров­ным» на ку­риль­ском Ши­ко­тане, ко­гда пре­зи­ден­ту Рос­сии по­жа­ло­ва­лись, что хо­зя­е­ва вы­ве­ли ак­ти­вы и бро­си­ли на про­из­вол судь­бы сот­ни ра­бот­ни­ков (пред­при­я­тие яв­ля­ет­ся гра­до­об­ра­зу­ю­щим в ма­лень­ком го­род­ке), имен­но Олег вы­звал­ся ку­пить за­ве­до­мо убы­точ­ную ком­па­нию и за­гру­зить ее ра­бо­той. А для на­ча­ла по­га­сил все ее дол­ги по зар­пла­те и на­ло­гам.

Са­ми са­ха­лин­ские кра­бо­ви­ки да­ли пер­вое в сво­ей жиз­ни ин­тер­вью фе­де­раль­но­му СМИ, в ко­то­ром от­кры­ли сек­ре­ты про­мыс­ла и рас­ска­за­ли об осо­бен­но­стях это­го за­кры­то­го рын­ка. Они при­гла­си­ли ме­ня съез­дить на их ко­раб­ле на кра­бо­вую ры­бал­ку и уви­деть все са­мо­му — от фор­ми­ро­ва­ния ко­ман­ды до сда­чи уло­ва в Япо­нии или Ко­рее. Ин­те­рес­ная ро­ман­ти­че­ская про­гул­ка, но ухо­дят они в мо­ре на несколь­ко ме­ся­цев, а у ме­ня столь­ко вре­ме­ни на од­ну ко­ман­ди­ров­ку нет.

— Все от­кры­то, все про­зрач­но: при­шли, пой­ма­ли, — го­во­рит Дмит­рий Па­шов. — Един­ствен­но, ес­ли узна­ют, что кор­ре­спон­дент, то на при­хо­де вла­сти мень­ше пре­тен­зий бу­дут предъ­яв­лять. Труд руч­ной в ос­нов­ном. Пой­мал кра­ба, из кор­зин­ки его вы­та­щил, на про­из­вод­стве го­то­вой про­дук­ции сва­рил. По­том раз­де­лал, ко­неч­но­сти ото­рвал, за­мо­ро­зил, от­вез, про­дал. На жи­вом кра­бе — пой­мал, по­ло­жил, от­вез, про­дал. Трюм — это как боль­шой ак­ва­ри­ум. Слож­ная за­да­ча до­вез­ти со­рок-пять­де­сят тонн кра­ба в жи­вом виде до япон­цев или ко­рей­цев. На­до под­дер­жи­вать тем­пе­ра­ту­ру, кис­ло­род. Это од­на из са­мых тя­же­лых ра­бот, по шест­на­дцать ча­сов в сут­ки. Учи­лись вме­сте и те­перь ра­бо­та­ем. Вы­иг­ры­ва­ем чест­но в кон­ку­рент­ной борь­бе. Там все про­зрач­но. От­кры­вай­те сайт Ро­с­ры­бо­лов­ства, и вы все уви­ди­те.

— Это элек­трон­ные тор­ги? — Нет, не элек­трон­ные, поды­ма­ешь ру­ку. — И каж­дый мо­жет участ­во­вать? — Не каж­дый. Там нуж­но опре­де­лен­ные усло­вия вы­пол­нить. Тео­ре­ти­че­ски мо­жет участ­во­вать лю­бой же­ла­ю­щий. По­след­ние кра­бо­вые аук­ци­о­ны бы­ли до­ро­ги­ми. На по­след­нем пол­то­ра миллиарда один лот сто­ил. Рас­пре­де­ля­лись пять­сот тонн. Сей­час до 2018 го­да но­вый за­кон при­мут, бу­дет еще пят­на­дцать лет. Это дол­го­сроч­ные ин­ве­сти­ции. От­кры­ва­ешь дан­ные ком­па­нии «Ма­не­рон»: соб­ствен­ник ком­па­нии — Па­шов Дмит­рий Алек­сан­дро­вич. От­кры­ва­ешь ба­ланс: выручка — три миллиарда, чистая при­быль — один мил­ли­ард (я услов­но го­во­рю). Это же не за­кры­тая ин­фор­ма­ция. Не на­до устра­и­вать борь­бу с ведь­ма­ми. Про­сто ко­му-то ино­гда это вы­год­но. Ес­ли рань­ше боль­ше по­ло­ви­ны «чер­но­го» кра­ба бы­ло, то сей­час, мо­жет, про­цен­тов пять. То есть бра­ко­ньер­ства прак­ти­че­ски нет. По­то­му что рын­ки сбы­та пе­ре­кры­ли по со­гла­ше­нию. Оста­лась од­на дыр­ка: Се­вер­ная Ко­рея. По­то­му что ту­да мож­но за­во­зить прак­ти­че­ски все. — А ка­кие ос­нов­ные рын­ки сбы­та? — Япо­ния, Юж­ная Ко­рея. Сей­час Ки­тай на­чал по­треб­лять. Мно­го бо­га­тых лю­дей. Это их стиль, они лю­бят силь­но и мно­го есть. Культ еды. — Ев­ро­па? — Ев­ро­па за­кры­та прак­ти­че­ски. Она по­треб­ля­ет, но для Даль­не­го Во­сто­ка ло­ги­сти­ка слож­ная. При­ез­жа­ли к нам фран­цу­зы и швей­цар­цы. Им ну­жен кон­тей­нер в ме­сяц. Мы не мо­жем так рас­пы­лять­ся.

— А как вы на­ча­ли? Рань­ше чем-то дру­гим за­ни­ма­лись?

— С са­мо­го на­ча­ла. Мы окон­чи­ли ин­сти­тут. Я с крас­ным ди­пло­мом Ры­бТУЗ окон­чил (Даль­не­во­сточ­ный ры­бо­хо­зяй- ствен­ный уни­вер­си­тет. — «Экс­перт» ). Спе­ци­аль­ность у нас очень про­стая — тех­но­лог рыб­ной про­мыш­лен­но­сти. Мы не за­ни­ма­лись ни­чем в сво­ей жиз­ни по­сле ин­сти­ту­та, кро­ме как рыб­ной про­мыш­лен­но­стью, — с то­го мо­мен­та, как по­сту­пил, боль­ше трид­ца­ти лет. Кто-то от­кла­ды­вал на вил­лу, а кто-то вкла­ды­вал в де­ло. Ин­ве­сти­ро­вал. Да, все очень про­сто. Ни­ка­ких сек­ре­тов нет. Мы всю жизнь толь­ко ра­бо­та­ли.

Крабовый ко­роль с со­ци­аль­ным укло­ном

Олег Кан при­шел на встре­чу вме­сте со сво­им сы­ном, ко­то­рый про­шел путь от обыч­но­го по­мощ­ни­ка капитана до за­ме­сти­те­ля сво­е­го от­ца. Они вме­сте объ­яс­ни­ли, что быст­ро раз­вер­нуть про­дук­цию к оте­че­ствен­ным по­тре­би­те­лям бу­дет непро­сто.

— Нель­зя сей­час все раз­вер­нуть и сде­лать так, что­бы у нас в Рос­сии ели краб, — го­во­рит Олег. — Мы рань­ше ра­бо­та­ли с на­ши­ми парт­не­ра­ми в Москве, сей­час эта ком­па­ния, к со­жа­ле­нию, обанк­ро­ти­лась. Око­ло 100–150 тонн го­то­вой про­дук­ции мы про­да­ва­ли на Моск­ву. Сей­час по­стро­им за­вод кра­бо­пе­ре­ра­ба­ты­ва­ю­щий в Не­вель­ске. Но мы ори­ен­ти­ру­ем­ся на то, что это бу­дет де­ли­ка­тес­ная про­дук­ция. В Рос­сии все рав­но ее каж­дый день не по­треб­ля­ют. Да­же крас­ную ик­ру.

— А ка­кая се­бе­сто­и­мость у вас? Ес­ли го­то­вый краб?

— По-раз­но­му. Стри­гун — де­вять дол­ла­ров. Но ко­гда про­дук­ция на бе­рег за­хо­дит, тут на­чи­на­ют­ся все эти кон­тро­ли­ру­ю­щие ор­га­ны: Рос­сель­хоз­над­зор, Рос­по­треб­над­зор, це­лая стая. До две­на­дца­ти дней ана­ли­зы, при­чем в их скла­дах не ми­нус пять­де­сят, как у япон­цев, — до­ба­вил Александр. — Вто­рой мо­мент — на­ша транс­порт­но-ло­ги­сти­че­ская схе­ма, на­при­мер на Моск­ву, очень слож­на. Для кра­ба нуж­на тем­пе­ра­ту­ра ми­ни­мум ми- нус два­дцать пять. Это­му тре­бо­ва­нию не от­ве­ча­ет ни од­на реф­сек­ция, ни од­на ма­ши­на. Ма­ло то­го, ес­ли реф­сек­цию ту­да от­прав­лять, она око­ло ме­ся­ца идет. Здесь, на Са­ха­лине, кра­ба до­ста­точ­ное ко­ли­че­ство. По­гра­нич­ни­ки уже вы­дол­би­ли бра­ко­нье­ров злост­ных. Кра­бо­вые аук­ци­о­ны мож­но де­лать прак­ти­че­ски вез­де у нас на Са­ха­лине — и на за­па­де, и на во­сто­ке.

— У нас, ес­ли взять При­мо­рье, уже три го­да по во­ло­са­то­му, си­не­му и кам­чат­ско­му не мо­гут про­ве­сти аук­ци­он, а по стри­гу­ну уже два го­да, — го­во­рит Олег. — Я с Ше­ста­ко­вым раз­го­ва­ри­вал. Спра­ши­ваю: ко­гда бу­дут аук­ци­о­ны в При­мо­рье? Там выручка очень боль­шая. Не знаю, по­че­му в При­мо­рье не про­во­дят. Стране день­ги-то, на­вер­ное, нуж­ны. За свою жизнь, вер­нее ак­тив­ную де­я­тель­ность, мы по­ряд­ка со­ро­ка ком­па­ний ку­пи­ли, ре­ор­га­ни­зо­ва­ли.

— Гу­бер­на­тор мне рас­ска­зал, что вы по­мо­га­е­те ре­ги­о­ну…

— Я по­нял, о чем ты го­во­ришь. При Хо­ро­ша­вине (Александр Хо­ро­ша­вин, гу­бер­на­тор Са­ха лин­ской об­ла­сти в 2007–2015 го­дах. — «Экс­перт» ) бы­ла та­кая власть, что мы ра­бо­та­ли, как кро­ты. И нас ни­кто ни­ко­гда не про­сил, не при­гла­шал. Ни в по­ли­ти­ке, ни в со­ци­аль­ных про­грам­мах мы рань­ше не участвовали. С при­хо­дом но­во­го гу­бер­на­то­ра по­ли­ти­ка та­кая ста­ла: да­вай­те ра­бо­тать вме­сте. Уез­жать мы ни­ку­да не со­би­ра­ем­ся, жи­вем в Юж­но-Са­ха­лин­ске. Кста­ти, до это­го мы ду­ма­ли ор­га­ни­зо­вать свой фонд для под­держ­ки со­ци­аль­ных про­ек­тов. Есть воз­мож­ность, по­че­му бы и нет. Ре­сурс-то все-та­ки го­су­дар­ствен­ный. Но про­шлая ко­ман­да гу­бер­на­тор­ская да­же слу­шать об этом не хо­те­ла, толь­ко взят­ки пы­та­лась вы­клян­чить. Вот, до­пу­стим, взять ры­бо­ком­би­нат «Ост­ров­ной» на Ши­ко­тане. Мы ту­да уже вло­жи­ли боль­ше де­ся­ти мил­ли­о­нов дол­ла­ров.

— Вам нуж­но от­крыть ре­сто­ран в Москве или Пи­те­ре. Это бы­ло бы ло­гич­но.

— Ну, ес­ли кто-то со все­ми эти­ми де­ла­ми по­мо­жет, то мы с боль­шим удо­воль­стви­ем. Да­же при­бы­лей не ждем. Во­об­ще, кра­бо­вую те­му на­до рас­кру­тить, при­учить рос­си­ян к это­му по­лез­но­му про­дук­ту. Я все­гда го­во­рил: а по­че­му мы не в пе­ре­да­че «Смак»? Что­бы знать, как это­го кра­ба готовить. Раз­но­вид­но­стей блюд очень мно­го, ты­ся­чи… Мы ко­гда за­ра­ба­ты­ва­ли, не по ку­быш­кам от­кла­ды­ва­ли, и кот­те­джей и двор­цов у нас нету. Мы все вкла­ды­ва­ли. — Ка­кие зар­пла­ты у вас? — Ми­ни­маль­ная зар­пла­та у про­сто­го мо­ря­ка — две с по­ло­ви­ной ты­ся­чи дол­ла­ров в ме­сяц.

— С вла­стью дру­жи­те?

— Из гу­бер­на­то­ров я ни­ко­го не знаю, кро­ме Ко­же­мя­ко, с ко­то­рым на Са­ха­лине по­зна­ко­ми­лись. Хо­ро­ша­ви­на толь­ко по те­ле­ви­зо­ру ви­дел. Они, кста­ти, то­гда про­си­ли у нас день­ги на про­ект «XXI век», сла­ва бо­гу, что мы не да­ли. По­че­му наш биз­нес не тро­нут все­ми эти­ми по­тря­се­ни­я­ми? По­то­му что я в Моск­ву ез­жу один раз в год, и то про­ез­дом. Ни с кем ни­ко­гда не встре­ча­юсь. Ре­сур­сы — на аук­ци­оне, це­ны все зна­ют. С Ильей Ва­си­лье­ви­чем Ше­ста­ко­вым на Ши­ко­тане то­же по­зна­ко­ми­лись на со­ве­ща­нии. Встре­ча­лись, по­со­ве­ща­лись с ним, ну по «Ост­ров­но­му» во­про­сы бы­ли. До­ста­точ­но про­стой че­ло­век.

Как ока­за­лось, стро­и­тель­ство круп­но­го пе­ре­ра­ба­ты­ва­ю­ще­го за­во­да не един­ствен­ный ка­на л, по ко­то­ро­му даль­не­во­сточ­ный краб бу­дет вско­ре про­би­рать­ся на рос­сий­ский ры­нок. Еще со вре­мен сво­е­го гу­бер­на­тор­ства в Амур­ской об­ла­сти Олег Ко­же­мя­ко вы­на­ши­вал идею из­ме­нить фе­де­раль­ное за­ко­но­да­тель­ство по ры­бо­лов­ству и раз­ре­шить про­стым ры­ба­кам ве­сти про­мы­сел в при­бреж­ной зоне. Ведь се­го­дня усло­вия рас­пре­де­ле­ния до­сту­па к вод­но-био­ло­ги­че­ским ре­сур­сам та­ко­вы, что про­фес­си­о­наль­но за­ни­мать­ся ры­бал­кой мо­гут лишь еди­ни­цы — круп­ные ры­бо­про­мыш­лен­ни­ки с на­коп­лен­ным ка­пи­та­лом и про­мыш­лен­ны­ми ак­ти­ва­ми. Ко­же­мя­ко в этом го­ду «про­бил» из­ме­не­ния в Пра­ви­ла ры­бо­лов­ства, и в ито­ге с осе­ни в ка­че­стве ре­ги­о­наль­но­го экс­пе­ри­мен­та в ря­де про­мыс­ло­вых зон Са­ха­ли­на вво­дит­ся ше­сти­миль­ная при­бреж­ная зо­на, сво­бод­ная для про­мыс­ла всех же­ла­ю­щих. Суд­но не долж­но в дли­ну пре­вы­шать 24 мет­ра; кро­ме то­го, необ­хо­дим раз­ре­ши­тель­ный би­лет от ре­гу­ля­то­ра. Кра­бы бу­дут вхо­дить в те био­ло­ги­че­ские ви­ды, ко­то­рые вой­дут в пе­ре­чень для лов­ли в этой зоне. Это то, о чем го­во­рил Александр Та­ра­тен­ко. Кста­ти, по пла­ну об­ласт­но­го пра­ви­тель­ства ин­фра­струк­ту­ру по пе­ре­ра­бот­ке и ло­ги­сти­ке по это­му «ма­ло­му» (в том чис­ле кра­бо­во­му) про­мыс­лу без­воз­мезд­но обес­пе­чат опять же ком­па­нии Оле­га Ка­на и Дмит­рия Па­шо­ва. По­это­му есть все ос­но­ва­ния по­ла­гать, что вско­ре за­жи­вем мы с кра­бо­вым мя­сом, как япон­цы. Фе­де­раль­ное пра­ви­тель­ство по­ста­но­ви­ло, что ес­ли экс­пе­ри­мент удаст­ся, то его рас­про­стра­нят на всю стра­ну.

Кра­бо­ви­ки-ста­ха­нов­цы

Как го­во­рил Мао Цзе­дун, нель­зя су­дить о ра­бо­те, ес­ли не по­про­бо­вал сам сде­лать ее хо­ро­шо. По­это­му я ре­шил во что бы то ни ста­ло вый­ти в мо­ре и по­про­бо­вать по­ло­вить кра­бов са­мо­му. Так как цикл ра­бо­ты ко­раб­лей в этом про­мыс­ле ока­зал­ся недо­ступ­ным для ме­ня, при­шлось об­ра- тить­ся к ма­ло­му биз­не­су, ра­бо­та­ю­ще­му ку­стар­но на кун­га­сах (ры­бо­ло­вец­ких лод­ках). Ска­жу сра­зу: в этом де­ле ни­че­го слож­но­го нет. За­гру­жа­ешь в лод­ку на­ни­зан­ные на тол­стую ве­рев­ку кра­бо­вые ло­вуш­ки, ко­то­рые пред­став­ля­ют со­бой ко­ни­че­ские кор­зин­ки с дыр­кой на­вер­ху. Внут­ри кор­зин­ки спря­та­на на­жив­ка — ку­со­чек сы­рой ры­бы. Вся эта кон­струк­ция на­зы­ва­ет­ся «крабовый по­ря­док». Ко­ли­че­ство ло­ву­шек на ве­рев­ке мо­жет быть бес­ко­неч­ным и огра­ни­чи­ва­ет­ся лишь вме­сти­мо­стью суд­на. Вы­ез­жа­ешь в мо­ре на рас­сто­я­ние при­мер­но пять­семь ки­ло­мет­ров от бе­ре­га, по оче­ре­ди спус­ка­ешь на дно этот крабовый по­ря­док и уез­жа­ешь, по­ста­вив от­мет­ку о его ме­сто­на­хож­де­нии в сво­ем на­ви­га­то­ре. На сле­ду­ю­щий день по на­ви­га­то­ру при­ез­жа­ешь на это ме­сто, спус­ка­ешь на дно крюк-за­цеп в виде неболь­шо­го яко­ря и ти­хонь­ко дви­га­ешь­ся на ма­лом хо­де. Ко­гда по­чув­ству­ешь, что на­шел свою ве­рев­ку на дне, оста­нав­ли­ва­ешь­ся, под­ни­ма­ешь якорь с за­цеп­лен­ной им ве­рев­кой на лод­ку с од­но­го бор­та, пе­ре­ки­ды­ва­ешь на дру­гой и та­щишь. Ко­гда тя­нешь ве­рев­ку, из во­ды од­на за дру­гой по­яв­ля­ют­ся эти са­мые кор­зин­ки-ло­вуш­ки, на­пол­нен­ные по­хо­жи­ми на па­у­ков, жут­ко­ва­то­го ви­да кра­ба­ми. Кор­зин­ки пе­ре­во­ра­чи­ва­ешь в лод­ке, кра­бы из них вы­ва­ли­ва­ют­ся и на­чи­на­ют пы­тать­ся ко­го-ни­будь кус­нуть сво­и­ми мощ­ны­ми клеш­ня­ми. Но кра­бо­ло­вы про­сто пе­ре­во­ра­чи­ва­ют их на спин­ку, и мор­ские па­у­ки ста­но­вят­ся бес­по­мощ­ны­ми. Ну а даль­ше, ко­гда все ло­вуш­ки опо­рож­не­ны и от­прав­ле­ны на мор­ское дно с но­вы­ми на­жив­ка­ми, экс­пе­ди­ция воз­вра­ща­ет­ся с уло­вом на бе­рег, пе­ре­гру­жа­ет это бо­гат­ство в при­цеп к ма­шине и едет на ры­нок про­да­вать. Здесь са­мое глав­ное — успеть, по­ка кра­бы еще жи­вы, ибо пор­тят­ся они прак­ти­че­ски мгно­вен­но. Как рас­ска­за­ли ре­бя­та, ко­то­рые ме­ня со­гла­си­лись взять на ры­бал­ку, свой улов они сда­ют по цене от 500 до 1000 руб­лей за ки­ло­грамм, в за­ви­си­мо­сти от раз­ме­ра. По­том в роз­ни­цу кра­бы идут уже в два ра­за до­ро­же. В на­шей лод­ке бы­ло при­мер­но 300 ки­ло­грам­мов кра­ба. Нетруд­но по­счи­тать, что выручка это­го рей­са в мо­ре со­ста­ви­ла у ре­бят от 150 тыс. до 300 тыс. руб­лей. Ме­ня бы та­кой днев­ной за­ра­бо­ток вполне устро­ил.

Что ка­са­ет­ся про­фес­си­о­наль­но­го тру­да на боль­ших су­дах-кра­бо­ло­вах, то там все бо­лее ав­то­ма­ти­зи­ро­ва­но — крабовый по­ря­док со дна вы­тас­ки­ва­ет ле­бед­ка, а на бор­ту дей­ству­ет кон­вей­ер. Один опыт­ный член ко­ман­ды та­ко­го ко­раб­ля рас­ска­зал мне за «рюм­кой чаю» все сек­ре­ты этой тя­же­лой ра­бо­ты. Пар­ня зо­вут Юрий Куз­не­цов. Сам ро­дом из Чи­ты, но уже лет семь хо­дит мат­ро­сом на боль­ших ко­раб­лях — или мин­тай­щи­ках, или кра­бо­ло­вах. По его сло­вам, круп­ные ком­па­нии-про­мыс­ло­ви­ки на­хо­дят­ся под жест­ким кон­тро­лем и у них дол­го­сроч­ные пла­ны раз­ви­тия, по­это­му они ста­ра­ют­ся вы­стро­ить си­сте­му, поз­во­ля­ю­щую га­ран­ти­ро­вать ис­пол­не­ние всех пра­вил, в том чис­ле по вы­ло­ву. А в неболь­ших ком­па­ни­ях прак­ти­че­ски все­гда на­блю­да­ет­ся пе­ре­груз. То есть ло­вят ре­бя­та боль­ше, чем у них есть квот. Но ес­ли пой­ма­ют их в мо­ре, то вы­ход у ка­пи­та­нов толь­ко один: то­пить ко­рабль вме­сте с ко­ман­дой, ибо сей­час не как преж­де, от­ку­пить­ся шан­сов ма­ло. Прав­да, ес­ли суд­но про­ве­ря­ю­щих еще до­ста­точ­но да­ле­ко (успе­ли их во­вре­мя за­сечь), мож­но пу­стить в ход спе­ци­аль­ное устрой­ство — дро­бил­ку, ко­то­рая пред­на­зна­че­на для раз­мель­че­ния пан­ци­ря кра­бов.

Как рас­ска­зал мат­рос, гра­фик ра­бо­ты на кра­бо­ло­вах пре­дель­но жест­кий — «18 на 6», то есть 18 ча­сов бес­пе­ре­бой­ной ад­ской ра­бо­ты и шесть ча­сов сна. И так несколь­ко ме­ся­цев. А пи­та­ет­ся ко­ман­да в ос­нов­ном тем, что по­па­лось в ло­вуш­ках в при­ло­ве.

— Ту­да же кро­ме кра­бов за­пол­за­ют вся­кие га­ды мор­ские. Вот их-то мы и едим. В ос­нов­ном тру­бач по­па­да­ет­ся. Во­об­ще, ко­гда ло­вуш­ка пол­ная, то ин­те­рес­но. Ее аж вы­ги­ба­ет. Эту шквор­ку дер­га­ешь, пе­ре­во­ра­чи­ва­ешь ее, они вы­па­ли. Они еще та­кие бод­рень­кие…

— Он еще мо­жет и цап­нуть? — спра­ши­ваю я.

— Не то что цап­нуть — ес­ли схва­тит, сра­зу пе­ре­ло­мит. Его сра­зу на­до пе­ре­во­ра­чи­вать. Ко­гда ло­вуш­ка из мо­ря вы­хо­дит — все, я ее сра­зу пе­ре­во­ра­чи­ваю, свер­ху дер­жу, дру­гой па­цан шквор­ку дер­га­ет. Она от­кры­ва­ет­ся. Я ло­вуш­ку под­ни­маю, они вы­ва­ли­ва­ют­ся. Он их чик-чик пе­ре­во­ра­чи­ва­ет и ту­да тол­ка­ет. По­ка он тол­ка­ет, я быст­ро дру­гую ло­вуш­ку при­ни­маю. Это кон­вей­ер: во­сем­на­дцать ча­сов.

Алек­сандр Кан

Юрий Кузнецов на смене со сво­ей бри­га­дой на судне-кра­бо­ло­ве

Гу­бер­на­тор Са­ха­лин­ской об­ла­сти Олег Ко­же­мя­ко

По­сле под­ня­тия со дна ко­ни­че­ских ло­ву­шек кра­бов нуж­но сра­зу пе­ре­вер­нуть на спин­ки во из­бе­жа­ние рис­ка

За­мо­ро­жен­ные фа­лан­ги кра­ба поль­зу­ют­ся боль­шей по­пу­ляр­но­стью в ми­ре, чем го­то­вое кра­бо­вое мя­со, вви­ду рас­про­стра­не­ния под­де­лок

На судне-кра­бо­ло­ве раз­би­ра­ют улов по сор­там

Олег Кан

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.