ДОЛГИЕ ПРОВОДЫ ВНЕШ­НЕ­ГО ДОЛ­ГА

Ekspert - - СОДЕРЖАНИЕ -

Го­су­дар­ство го­то­во пе­рей­ти от внеш­них зай­мов к внут­рен­ним, кор­по­ра­ци­ям при­дет­ся слож­нее — в пред­две­рии слож­но­стей они уже ко­пят ва­лю­ту

Го­су­дар­ство го­то­во пе­рей­ти от внеш­них зай­мов к внут­рен­ним, кор­по­ра­ци­ям при­дет­ся слож­нее — в пред­две­рии слож­но­стей они уже ко­пят ва­лю­ту

К на­сто­я­ще­му вре­ме­ни Мин­фин за­нял лишь око­ло 40% го­до­во­го объ­е­ма и до кон­ца 2018 го­да го­тов во­об­ще боль­ше не вы­хо­дить на ры­нок с но­вы­ми за­им­ство­ва­ни­я­ми

«Рос­сия мо­жет от­ка­зать­ся от внеш­них за­им­ство­ва­ний, за­ме­нив их внут­рен­ни­ми, при уси­ле­нии санк­ций», — за­явил Ан­тон Си­лу­а­нов, пер­вый ви­це-пре­мьер, ми­нистр фи­нан­сов на со­ве­ща­нии пра­ви­тель­ства. По­ка, прав­да, в про­ек­те бюд­же­та на бу­ду­щую трех­лет­ку (2019–2021 го­ды) преду­смат­ри­ва­ет­ся раз­ме­ще­ние ев­ро­об­ли­га­ций объ­е­мом до трех мил­ли­ар­дов дол­ла­ров в год. Кро­ме то­го, Мин­фин бу­дет ак­тив­но при­вле­кать сред­ства на внут­рен­нем рын­ке — бюд­жет пред­по­ла­га­ет раз­ме­ще­ние ОФЗ в 2019 го­ду на 2,47 трлн руб­лей, в 2020 го­ду — на 2,42 трлн и в 2021-м — на 2,6 трлн руб­лей.

При этом бюд­жет 2019–2021 го­дов свер­стан на ос­но­ва­нии ба­зо­во­го сце­на­рия мак­ро­эко­но­ми­че­ско­го про­гно­за Минэко­но­мраз­ви­тия, и со­глас­но это­му про­гно­зу сле­ду­ю­щие три го­да, как и те­ку­щий 2018-й, бу­дут про­фи­цит­ны­ми. Так, в 2018 го­ду про­фи­цит со­ста­вит 1,3% ВВП, в 2019-м — 1,8%, в 2020-м — 1,1%, в 2021-м — 0,8% ВВП. По мне­нию ана­ли­ти­ков, имен­но это поз­во­ля­ет Мин­фи­ну без­бо­лез­нен­но от­ло­жить вы­пуск ОФЗ в этом го­ду.

За­чем за­ни­мать при устой­чи­вом про­фи­ци­те? В пра­ви­тель­стве по­ла­га­ют, что без это­го не най­ти де­нег на фи­нан­си­ро­ва­ние две­на­дца­ти нац­про­ек­тов. В пред­сто­я­щую трех­лет­ку на них бу­дет по­тра­че­но 5,6 трлн руб­лей: в 2019 го­ду – 1,7 трлн, в 2020-м — 1,8 трлн, в 2021-м — 2,1 трлн руб­лей, а все­го до 2024 го­да на них пла­ни­ру­ет­ся вы­де­лить 13,11 трлн руб­лей. «У нас сей­час бюд­жет­ный про­фи­цит. И в усло­ви­ях нега­тив­ных внеш­них фак­то­ров на­ше пра­ви­тель­ство вряд ли ста­нет про­во­дить некон­сер­ва­тив­ную бюд­жет­ную по­ли­ти­ку. Ско­рее все­го, бюд­жет­ный про­фи­цит со­хра­нит­ся. Он бу­дет боль­шим, он и в этом го­ду уже бу­дет боль­шим. И это сни­жа­ет необ­хо­ди­мость раз­ме­ще­ния но­во­го дол­га», — до­бав­ля­ет Денис По­ры­вай, ве­ду­щий ана­ли­тик Райф­фай­зен­бан­ка.

Од­на­ко про­фи­цит про­фи­ци­том, но прак­ти­ка на­прав­ле­ния неф­тя­ных сверх­до­хо­дов в ре­зер­вы про­дол­жит­ся. «Необ­хо­ди­мость за­им­ство­ва­ний воз­ни­ка­ет в ре­зуль­та­те ре­ше­ния пра­ви­тель­ства сбе­ре­гать часть неф­те­га­зо­вых до­хо­дов в Фон­де на­ци­о­наль­но­го бла­го­со­сто­я­ния, чи­стый рост фон­да со­ста­вит око­ло двух с по­ло­ви­ной — трех про­цен­тов ВВП в те­ку­щем го­ду», — по­яс­ня­ет Ан­дрей Ни­кан­дров, ве­ду­щий ана­ли­тик Цен­тра эко­но­ми­че­ско­го про­гно­зи­ро­ва­ния Газ­пром­бан­ка.

В ожи­да­нии хо­ро­ших цен

Ра­нее в сен­тяб­ре Вла­ди­мир Ко­лы­чев, за­мгла­вы Мин­фи­на, за­яв­лял, что в пе­ри­о­ды во­ла­тиль­но­сти ми­ни­стер­ство как эми­тент на рын­ке госдол­га бу­дет про­во­дить взве­шен­ную по­ли­ти­ку — го­во­ря про­ще, от­ка­зы­вать­ся от раз­ме­ще­ний ОФЗ, ко­гда нере­зи­ден­ты бе­гут из рос­сий­ско­го дол­га. В сен­тяб­ре уже це­лый ряд аук­ци­о­нов по ОФЗ был от­ме­нен, и к на­сто­я­ще­му вре­ме­ни Мин­фин смог за­нять лишь око­ло 40% тре­бу­е­мо­го го­до­во­го объ­е­ма (око­ло трил­ли­о­на руб­лей). Кста­ти, до кон­ца го­да Мин­фин мо­жет во­об­ще боль­ше не вый­ти на ры­нок с но­вы­ми за­им­ство­ва­ни­я­ми. «У нас есть необ­хо­ди­мый бу­фер, что­бы пе­ри­од во­ла­тиль­но­сти пе­ре­ждать. Этот бу­фер до­воль­но су­ще­ствен­ный, мы по­след­ние несколь­ко лет вве­ли бюд­жет­ное пра­ви­ло и по­сте­пен­но на­кап­ли­ва­ли су­ве­рен­ные фон­ды, их ис­поль­зо­ва­ние пред­по­ла­га­ет­ся в слу­чае, ес­ли це­ны на нефть по той или иной при­чине силь­но про­ся­дут. Есть бу­фер в фор­ме руб­ле­вой лик­вид­но­сти на сче­те фе­де­раль­но­го бюд­же­та, он до­воль­но уве­си­стый — несколь­ко трил­ли­о­нов руб­лей», — по­яс­нял то­гда по­зи­цию ми­ни­стер­ства Вла­ди­мир Ко­лы­чев.

Прав­да, на­счет ис­поль­зо­ва­ния су­ве­рен­ных фон­дов толь­ко в слу­чае про­сад­ки неф­тя­ных цен Мин­фин, мяг­ко го­во­ря, лу­ка­вит: бук­валь­но на днях пра­ви­тель­ство ре­ши­ло за счет средств ФНБ до­ка­пи­та­ли­зи­ро­вать ВЭБ, хо­тя це­ны на нефть ста­биль­но вы­ше 70 дол­ла­ров за бар­рель.

Та­ким об­ра­зом, по­ка у Мин­фи­на есть за­пас вре­ме­ни, что­бы при­тор­мо­зить с раз­ме­ще­ни­ем ОФЗ, но бес­ко­неч­но от­кла­ды­вать раз­ме­ще­ние но­во­го госдол­га не по­лу­чит­ся. «У Мин­фи­на есть зна­чи­тель­ный бу­фер лик­вид­но­сти в ви­де пе­ре­хо­дя­щих остат­ков с про­шло­го го­да, их мож­но оце­нить в 1,3–1,5 трил­ли­о­на руб­лей. Он поз­во­лит пол­но­стью от­ка­зать­ся от за­им­ство­ва­ний как ми­ни­мум до мар­та 2019 го­да, — под­счи­тал Ан­дрей Ни­кан­дров. — Не­воз­мож­ность раз­ме­стить го­соб­ли­га­ции и по­сле это­го сро­ка бу­дет неже­ла­тель­на, так как на пер­вых эта­пах это по­тре­бу­ет сни­же­ния остат­ков на сче­тах ни­же ком­форт­но­го для Мин­фи­на уров­ня и в бу­ду­щем мо­жет при­ве­сти к необ­хо­ди­мо­сти от­ка­за от бюд­жет­но­го пра­ви­ла и к сни­же­нию объ­е­ма сбе­ре­га­е­мых в Фон­де на­ци­о­наль­но­го бла­го­со­сто­я­ния до­хо­дов».

Тем не ме­нее Мин­фи­ну, по­хо­же, дей­стви­тель­но при­дет­ся боль­ше опи­рать­ся на внут­рен­них ин­ве­сто­ров, неже­ли на внеш­них, — нере­зи­ден­ты про­дол­жа­ют про­да­вать. «В тео­рии со­кра­ще­ние объ­е­мов вы­пус­ка долж­но при­ве­сти к ро­сту спро­са на та­кие бу­ма­ги, но по­сколь­ку в слу­чае Рос­сии мно­гие ин­ве­сто­ры вы­хо­дят из ОФЗ из-за опа­се­ний санк­ций, то, ско­рее все­го, спрос в те­че­ние бли­жай­ших ме­ся­цев оста­нет­ся низ­ким, — го­во­рит На­та­лия Ор­ло­ва, ру­ко­во­ди­тель Цен­тра мак­ро­эко­но­ми­че­ско­го ана­ли­за Аль­фа-бан­ка. — Это озна­ча­ет, что фи­нан­си­ро­ва­ние ин­вест­про­грамм бу­дет в боль­шей сте­пе­ни опи­рать­ся на внут­рен­них ин­ве­сто­ров, ими мо­гут быть как рос­сий­ские бан­ки, на сче­тах ко­то­рых ак­ку­му­ли­ро­ва­но око­ло че­ты­рех трил­ли­о­нов руб­лей из­бы­точ­ной лик­вид­но­сти, так и ло­каль­ные пен­си­он­ные фон­ды». Прав­да, неяс­но, сколь­ко еще внут­рен­ние ин­ве­сто­ры бу­дут под­дер­жи­вать ры­нок: про­гноз по объ­е­му сво­бод­ной лик­вид­но­сти на ко­нец 2018 го­да уже по­ни­жен; кро­ме то­го, в июле—ав­гу­сте рос­сий­ские бан­ки и НПФ уже ку­пи­ли все гос­бу­ма­ги, ка­кие мог­ли, и сво­бод­ных де­нег у них все мень­ше.

На госдолг хва­тит

Но­ми­наль­ный объ­ем госдол­га РФ неве­лик — 47 млрд дол­ла­ров по со­сто­я­нию на 1 сен­тяб­ря 2018 го­да, или око­ло 3,4% ВВП. Но это объ­ем толь­ко пря­мых го­су­дар­ствен­ных за­им­ство­ва­ний — ев­ро­бон­дов и ОФЗ. Ес­ли же при­ба­вить к этой сум­ме дол­ги кор­по­ра­тив­но­го сек­то­ра, вклю­чая за­дол­жен­ность ква­зи­го­су­дар­ствен­ных ком­па­ний, то об­щая сум­ма дол­го­вых обя­за­тельств Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции со­ста­вит 520 млрд дол­ла­ров, или 37% ВВП. Ос­нов­ная их часть, ко­неч­но, при­хо­дит­ся на кор­по­ра­тив­ный сек­тор — 443 млрд дол­ла­ров, 105 из ко­то­рых — дол­ги бан­ков и 338 — ком­па­ний нефи­нан­со­во­го сек­то­ра. В бан­ков­ском сек­то­ре гос­бан­ки — ли­де­ры по раз­ме­ру зай­мов на внеш­них рын­ках, на них при­хо­дит­ся 69%, или 72 млрд дол­ла­ров, дол­гов. Дол­ги госкор­по­ра­ций со­став­ля­ют 32%, или 107 млрд дол­ла­ров. Та­ким об­ра­зом, за­дол­жен­ность го­су­дар­ства, гос­бан­ков и госкор­по­ра­ций до­сти­га­ет 18% ВВП, и этот уро­вень уже нель­зя счи­тать аб­со­лют­но без­опас­ным, хо­тя

Ком­па­нии го­то­вят­ся к худ­ше­му — это под­твер­жда­ет уси­лив­ший­ся

в ав­гу­сте от­ток ва­лю­ты из рос­сий­ских бан­ков:

кор­по­ра­тив­ные кли­ен­ты за­бра­ли 4,9 млрд дол­ла­ров

он на­мно­го мень­ше, чем за­дол­жен­ность боль­шин­ства раз­ви­тых стран.

Ко­неч­но, объ­ем на­коп­лен­ных ре­зер­вов, в том чис­ле ва­лют­ных, в несколь­ко раз вы­ше дол­гов, и в слу­чае че­го мож­но обой­тись без внеш­них ис­точ­ни­ков фи­нан­си­ро­ва­ния. Так, уже сей­час в ФНБ за­чис­ле­но 4,84 трлн руб­лей — это око­ло 73 млрд дол­ла­ров (прав­да, по­ка неиз­вест­но, сколь­ко из них бу­дет вли­то в ВЭБ). Кро­ме то­го, с на­ча­ла го­да Мин­фин ак­тив­но по­ку­пал ва­лю­ту (око­ло 28 млрд дол­ла­ров), ко­то­рая бу­дет за­чис­ле­на на сче­та ФНБ че­рез год. У Рос­сии есть еще и меж­ду­на­род­ные ре­зер­вы, учет ко­то­рых ве­дет ЦБ: объ­ем меж­ду­на­род­ных ре­зер­вов РФ на 14 сен­тяб­ря со­ста­вил 460,9 млрд дол­ла­ров. Та­ким об­ра­зом, ва­лю­ты в стране бо­лее чем до­ста­точ­но да­же на то, что­бы ра­зом по­га­сить весь наш внеш­ний долг. Но вот у ком­па­ний си­ту­а­ция иная — у них нет та­ких ва­лют­ных за­па­сов, а пол­но­стью от­ка­зать­ся от внеш­них за­им­ство­ва­ний, хо­тя бы для це­лей ре­фи­нан­си­ро­ва­ния, они не мо­гут.

По дан­ным Цен­тро­бан­ка, око­ло тре­ти внеш­них дол­гов нуж­но по­га­сить в бли­жай­шие два го­да, срок по­га­ше­ния по 284 млрд — свы­ше двух лет, а по осталь­ным гра­фик по­га­ше­ний ли­бо не опре­де­лен, ли­бо от­сут­ству­ет. Толь­ко лишь в 2019 го­ду рос­сий­ским кор­по­ра­ци­ям нуж­но по­га­сить — или ре­фи­нан­си­ро­вать — 37 млрд дол­ла­ров. А для это­го нуж­но по­сто­ян­но при­сут­ство­вать на дол­го­вом рын­ке, в том чис­ле на внеш­нем, и под­дер­жи­вать хо­ро­шие фи­нан­со­вые по­ка­за­те­ли. «Внеш­няя за­дол­жен­ность РФ име­ет до­воль­но крат­ко­сроч­ный ха­рак­тер, в бли­жай­ший год от­но­ше­ние пла­те­жей по внеш­не­му дол­гу к ВВП и экс­пор­ту со­став­ля­ет со­от­вет­ствен­но 8 и 32%, что озна­ча­ет уже до­ста­точ­но вы­со­кую сте­пень рис­ка», — оце­ни­ли рис­ки устой­чи­во­сти экс­пер­ты РАНХиГС в сен­тябрь­ском вы­пус­ке «Мо­ни­то­рин­га эко­но­ми­че­ской си­ту­а­ции Рос­сии».

Ком­па­нии за­па­са­ют­ся ва­лю­той

По­ка, утвер­жда­ют ана­ли­ти­ки, на рын­ке нет про­бле­мы низ­кой лик­вид­но­сти. «Во­пер­вых, сей­час у нас не все рын­ки за­кры­ты для за­ем­щи­ков. И за­ем­щи­ки по­преж­не­му мо­гут за­ни­мать. У нас да­же внеш­ний долг по­не­мно­гу уве­ли­чи­ва­ет­ся, и боль­шин­ство за­ем­щи­ков мо­гут не толь­ко ре­фи­нан­си­ро­вать ста­рый долг, но еще и взять но­вый», — оп­ти­ми­сти­чен Денис По­ры­вай. К то­му же дол­ги кор­по­ра­тив­ных кли­ен­тов длин­ные — ос­нов­ная мас­са по­га­ше­ний про­изой­дет не ра­нее чем че­рез два го­да. Са­мый се­рьез­ный риск для ком­па­нии, у ко­то­рой есть дол­ги, но­ми­ни­ро­ван­ные в ино­стран­ной ва­лю­те, — это за­прет бан­кам и дру­гим струк­ту­рам про­во­дить рас­че­ты в дол­ла­рах. Но ве­ро­ят­ность это­го рис­ка по­ка оце­ни­ва­ет­ся как низ­кая.

Кро­ме то­го, у ком­па­ний, ско­рее все­го, есть стра­те­гия на слу­чай из­ме­не­ния в худ­шую сто­ро­ну внеш­ней конъ­юнк­ту­ры, и ва­ри­ан­тов тут мо­жет быть мно­же­ство. «Ес­ли оп­ции ре­фи­нан­си­ро­ва­ния на ми­ро­вых рын­ках не бу­дут до­ступ­ны, ком­па­ни­ям пред­сто­ит ли­бо по­га­сить за­дол­жен­ность, ли­бо пе­ре­кре­ди­то­вать­ся в рос­сий­ских бан­ках, — по­ла­га­ет На­та­лия Ор­ло­ва. — На сче­тах рос­сий­ских ком­па­ний на­коп­ле­но око­ло 160 мил­ли­ар­дов дол­ла­ров, часть этих средств мо­жет быть ис­поль­зо­ва­на для це­лей по­га­ше­ния. Объ­ем ва­лют­ных де­по­зи­тов ком­па­ний в по­след­ние го­ды со­кра­щал­ся, и это под­твер­жда­ет, что та­кая стра­те­гия со­кра­ще­ния дол­го­вой на­груз­ки уже за­дей­ство­ва­на. С дру­гой сто­ро­ны, спрос на руб­ле­вые кре­ди­ты в рос­сий­ских бан­ках рас­тет, и порт­фель руб­ле­вых кор­по­ра­тив­ных кре­ди­тов сей­час уве­ли­чи­ва­ет­ся с тем­пом 12–14 про­цен­тов год к го­ду».

«Ком­па­нии за­бла­го­вре­мен­но пла­ни­ру­ют, из ка­ких ис­точ­ни­ков они бу­дут по­га­шать свой ва­лют­ный долг, ва­лют­ная вы­руч­ка — один из них. Вре­мен­но раз­ме­щать­ся она мо­жет как на сче­тах в рос­сий­ских бан­ках, так и в за­ру­беж­ных — ком­па­нии при­ни­ма­ют ре­ше­ние, ру­ко­вод­ству­ясь удоб­ством и до­ход­но­стью, а так­же при­ни­мая во вни­ма­ние раз­лич­ные рис­ки, свя­зан­ные с тем или иным бан­ком», — до­бав­ля­ет Ан­дрей Ни­кан­дров.

Тот факт, что ком­па­нии го­то­вят­ся к худ­ше­му, под­твер­жда­ет­ся и уси­лив­шим­ся в ав­гу­сте от­то­ком ва­лю­ты из рос­сий­ских бан­ков — кор­по­ра­тив­ные кли­ен­ты за­бра­ли 4,9 млрд дол­ла­ров (на 60% боль­ше, чем в июле). Не­кую часть они яв­но на­пра­ви­ли на по­га­ше­ние внеш­них дол­гов, а осталь­ное, по­ла­га­ют ана­ли­ти­ки Райф­фай­зен­бан­ка, пе­ре­ве­ли в на­лич­ность или вы­ве­ли в за­ру­беж­ные бан­ки. Еще 1,7 млрд дол­ла­ров со сче­тов в рос­сий­ских бан­ках в ав­гу­сте сня­ли физ­ли­ца и ино­стран­ные бан­ки. И, ско­рее все­го, в сен­тяб­ре мас­шта­бы от­то­ка ва­лю­ты из рос­сий­ской бан­ков­ской си­сте­мы толь­ко воз­рас­тут.

На­ко­нец, ес­ли часть бан­ков и ком­па­ний ока­жет­ся от­ре­зан­ной от внеш­них рын­ков, они смо­гут за­нять ва­лю­ту, на­при­мер, у дру­гих бан­ков и ком­па­ний, ко­то­рые про­дол­жат там ра­бо­тать, — в первую оче­редь, ко­неч­но, кре­ди­то­вать со­бра­тьев смо­гут ком­па­нии, име­ю­щие со­лид­ную экс­порт­ную вы­руч­ку. ■

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.