Главный врач

Forbes Woman встре­тил­ся с ми­ни­стром здра­во­охра­не­ния РФ Ве­ро­ни­кой Сквор­цо­вой на пло­щад­ке кон­фе­рен­ции «Био­тех­мед», об­су­дил с ней кад­ро­вый де­фи­цит и зар­пла­ты вра­чей и вы­яс­нил, по­че­му Мин­здрав не мо­жет спо­кой­но от­но­сить­ся к абор­там.

Forbes Woman - - ИНТЕРВЬЮ - Фо­то / Иван Ку­рин­ной

Вы воз­глав­ля­е­те Мин­здрав, На­та­лья Стад­чен­ко — ФОМС, нема­ло жен­щин-ceo в ме­ди­цин­ских ком­па­ни­ях. С чем, по-ва­ше­му, свя­зан та­кой ген­дер­ный со­став?

Ко­гда здра­во­охра­не­ние толь­ко фор­ми­ро­ва­лось, жен­щи­ны ча­ще вы­пол­ня­ли функ­ции се­стер ми­ло­сер­дия и са­ни­та­рок, а не вра­чей. При этом от­расль бы­ла су­ще­ствен­но ме­нее тех­но­ло­гич­ной. Сей­час же тре­бу­ют­ся медицинские фи­зи­ки и ин­же­не­ры, хи­рур­ги, спо­соб­ные вы­дер­жать пси­хо­эмо­ци­о­наль­ное и фи­зи­че­ское на­пря­же­ние в те­че­ние опе­ра­ций, ко­то­рые длят­ся ино­гда по 12–16 ча­сов, то есть муж­ских ро­ле­вых функ­ций ста­ло мно­го боль­ше. Мы ви­дим про­цес­сы «мас­ку­ли­ни­за­ции» от­рас­ли по на­шим аби­ту­ри­ен­там и сту­ден­там ме­ди­цин­ских ву­зов — ко­ли­че­ство де­ву­шек и ре­бят при­мер­но срав­ня­лось.

Ко­гда вы ре­ши­ли по­свя­тить се­бя ме­ди­цине, по­до­зре­ва­ли, что мо­же­те воз­гла­вить всю от­расль?

В дет­стве я увле­ка­лась му­зы­кой и ма­те­ма­ти­кой, меч­та­ла быть ди­ри­же­ром или ре­жис­се­ром, но под­со­зна­тель­но все­гда зна­ла, что бу­ду вра­чом. Мой пер­вый пра­ро­ди­тель-врач за­ни­мал­ся ле­че­ни­ем еще в на­ча­ле XIX ве­ка. Мои ро­ди­те­ли — нев­ро­ло­ги, и ме­ня с дет­ства боль­ше все­го ин­те­ре­со­вал мозг: по­ве­де­ние, ре­ак­ции и эмо­ции че­ло­ве­ка, по­че­му он лю­бит опре­де­лен­ную му­зы­ку, как ма­лень­кий ре­бе­нок рас­по­зна­ет, что ему при­ят­но, а что нет. С чет­вер­то­го кур­са мед­ин­сти­ту­та я хо­ди­ла в на­уч­ный кру­жок ве­ду­ще­го нев­ро­ло­га — ака­де­ми­ка Ев­ге­ния Ива­но­ви­ча Гу­се­ва, он стал для ме­ня насто­я­щим учи­те­лем и на­став­ни­ком. Я про­ра­бо­та­ла у него 16 лет с 1981 го­да, по­сле­до­ва­тель­но

прой­дя путь от ла­бо­ран­та-ис­сле­до­ва­те­ля до про­фес­со­ра. В 1997 го­ду я воз­гла­ви­ла са­мо­сто­я­тель­ную ка­фед­ру фун­да­мен­таль­ной и кли­ни­че­ской нев­ро­ло­гии РГМУ им. Н. И. Пи­ро­го­ва.

Ми­ни­стром я ни­ко­гда не меч­та­ла быть. В те вре­ме­на, ко­гда я фор­ми­ро­ва­лась как спе­ци­а­лист, счи­та­лось непри­лич­ным хо­теть ра­бо­тать в ми­ни­стер­стве: ту­да шли не са­мые бле­стя­щие сту­ден­ты. Я при­шла в Мин­здрав, бу­дучи уже чле­ном-кор­ре­спон­ден­том РАМН и ди­рек­то­ром ин­сти­ту­та.

Мне по­вез­ло, по­то­му что я успе­ла по­ра­бо­тать в си­сте­ме здра­во­охра­не­ния во всех сфе­рах: кли­ни­че­ской, об­ра­зо­ва­тель­ной, на­уч­но-ис­сле­до­ва­тель­ской. Но все­гда все кон­цен­три­ро­ва­лось во­круг па­ци­ен­та и для па­ци­ен­та. Искус­ство вра­че­ва­ния все­гда важ­нее. Мо­гу срав­ни­вать: ес­ли в 1980-е го­ды в нев­ро­ло­ги­че­ские от­де­ле­ния невоз­мож­но бы­ло вой­ти (но­ги при­ли­па­ли к по­лу, по­то­му что ли­но­ле­ум невоз­мож­но бы­ло от­мыть от мо­чи, боль­ни­цы узна­ва­ли по за­па­ху, а лю­дей, ес­ли они вы­жи­ва­ли по­сле инсульта, вы­но­си­ли из от­де­ле­ний на но­сил­ках), то сей­час бо­лее 70% па­ци­ен­тов да­же по­сле тя­же­лых ин­суль­тов по­ки­да­ют от­де­ле­ния на сво­их но­гах адап­ти­ро­ван­ны­ми к при­выч­ной жиз­ни.

Ску­ча­е­те по на­у­ке и ра­бо­те со сту­ден­та­ми?

Ра­бо­та ми­ни­стром — это ло­гич­ное про­дол­же­ние пред­ше­ству­ю­щей де­я­тель­но­сти, она та­к­же со­дер­жит прак­ти­че­скую ме­ди­ци­ну, ме­ди­цин­ское об­ра­зо­ва­ние и ме­ди­цин­скую на­у­ку. Ес­ли сна­ча­ла я са­ма про­во­ди­ла ис­сле­до­ва­ния, по­том ста­ла ру­ко­во­дить на­уч­ной груп­пой, за­тем — уни­вер­си­тет­ской ка­фед­рой и ин­сти­ту­том, то сей­час ко­ор­ди­ни­рую ра­бо­ту по­чти 50 ве­ду­щих фе­де­раль­ных на­уч­ных цен­тров и 46 ме­ди­цин­ских ву­зов.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.