Хлоя Грейс Мо­рец го­то­вит­ся к по­ли­ти­че­ской ка­рье­ре че­рез вы­жи­ва­ние

Ак­три­са Хлоя Грейс Мо­рец — о ро­ли в филь­ме «Пя­тая вол­на», пси­хо­па­то­ло­гии и сво­ей се­мье

Izvestia Moscow Edition - - Первая Страница -

В про­кат вы­шел по­ста­по­ка­лип­ти­че­ский фильм ре­жис­се­ра Джея Бл­эйк­со­на «Пя­тая вол­на», сня­тый по од­но­имен­но­му ро­ма­ну Ри­ка Ян­си. 18-лет­няя ак­три­са ХЛОЯ ГРЕЙС МО­РЕЦ, на сче­ту ко­то­рой око­ло 60 филь­мов и се­ри­а­лов, сыг­ра­ла роль Кэс­си Сал­ли­ван. Ее ге­ро­и­ня пы­та­ет­ся вы­жить в ми­ре, раз­ру­шен­ном вол­на­ми ино­пла­нет­но­го втор­же­ния, ко­то­рое уни­что­жи­ло по­чти всё на­се­ле­ние и от­пра­ви­ло че­ло­ве­че­ство об­рат­но в ка­мен­ный век. Кор­ре­спон­дент «Из­ве­стий» Га­ли­на Гал­ки­на встре­ти­лась с Хло­ей Мо­рец в оте­ле Four Seasons в Бе­вер­лиХил­лз. — Вы чи­та­е­те кни­ги для под­рост­ков? — Я очень люб­лю чи­тать. Из всех книг для под­рост­ков мне боль­ше все­го нра­ви­лась се­рия романов Дж. К. Ро­улинг о Гар­ри Пот­те­ре. Де­ти и под­рост­ки ока­зы­ва­ют­ся в цен­тре со­бы­тий, мы на мир смот­рим их гла­за­ми. По этой же при­чине мне по­нра­ви­лась кни­га Ри­ка Ян­си «Пя­тая вол­на», она очень ки­не­ма­то­гра­фич­ная. По­это­му я со­гла­си­лась сни­мать­ся в экра­ни­за­ции этой кни­ги. — Опи­ши­те ва­шу ге­ро­и­ню Кэс­си Сал­ли­ван. — Она пы­та­ет­ся вы­жить в ми­ре, раз­ру­шен­ном вол­на­ми ино­пла­нет­но­го втор­же­ния. По сю­же­ту че­ты­ре вол­ны смер­тель­ных ино­пла­нет­ных атак оста­ви­ли боль­шую часть Зем­ли опустошенной. И ожи­да­ет­ся, что пя­тая вол­на смо­ет с ли­ца Зем­ли по­след­них вы­жив­ших. И то­гда Кэс­си, ко­то­рая по­те­ря­ла сво­их ро­ди­те­лей, ре­ша­ет, что имен­но она долж­на спа­сти мир. Мне по­нра­ви­лась идея филь­ма — мы не долж­ны ждать, что кто- то всё сде­ла­ет за нас. Каж­дый из нас дол­жен по­ду­мать, а что он мо­жет сде­лать для то­го, что­бы этот мир стал луч­ше. — Прав­да, что вы в бу­ду­щем хо­ти­те за­нять­ся по­ли­ти­кой? — Да, это у нас се­мей­ное — моя ма­ма с дет­ства очень ин­те­ре­со­ва­лась по­ли­ти­кой, а ро­ди­лась она на Юге и, сле­до­ва­тель­но, ста­ла рес­пуб­ли­кан­кой, но по­том ее взгля­ды ста­ли бо­лее неза­ви­си­мы­ми, и сей­час она ско­рее де­мо­крат. Так слу­чи­лось, по­то­му что двое ее сы­но­вей — геи, а осталь­ные трое де­тей — ге­те­ро­сек­су­а­лы, и во­об­ще она жи­вет в со­вер­шен­но дру­гое вре­мя, что осо­бен­но ощу­ща­ет­ся в Ка­ли­фор­нии, од­ном из са­мых ли­бе­раль­ных и от­кры­тых для все­го но­во­го шта­те.

Мы с ней по­дол­гу раз­го­ва­ри­ва­ем, и это встре­ча пред­ста­ви­те­лей со­вер­шен­но раз­ных по­ко­ле­ний — тех, кто ро­дил­ся в 1960-е, с те­ми, кто ро­дил­ся в 1997 го­ду, на ру­бе­же ты­ся­че­ле­тий. На­блю­дать за этим со сто­ро­ны, на­вер­ное, очень лю­бо­пыт­но. Ма­ма пы­та­ет­ся по­нять вли­я­ние со­ци­аль­ных се­тей на на­шу жизнь и, в част­но­сти, на пра­ви­тель­ства стран, то, как сла­бые го­ло­са в ма­лень­ких стра­нах ста­ли та­ки­ми гром­ки­ми. И она рас­ска­зы­ва­ют всем о том, что узна­ет са­ма. Она уве­ре­на, что на­сту­пи­ло класс­ное вре­мя для по­ли­ти­ки. — Что вы меч­та­е­те сде­лать как по­ли­тик? — Для ме­ня са­мое глав­ное — это об­ра­зо­ва­тель­ная ре­фор­ма. Я ду­маю, что имен­но в сла­бом об­ра­зо­ва­нии ко­рень всех на­ших эко­но­ми­че­ских про­блем, на­ше­го уров­ня пре­ступ­но­сти и все­го про­че­го. Я ду­маю, что ес­ли мы преж­де все­го зай­мем­ся об­ра­зо­ва­ни­ем, то, воз­мож­но, нам удаст­ся пе­ре­на­пра­вить бу­ду­щие по­ко­ле­ния на бо­лее мир­ный путь. — У вас чет­ве­ро бра­тьев, вер­но? — У ме­ня че­ты­ре стар­ших бра­та. — Ва­ша ма­ма, на­вер­ное, бы­ла очень счаст­ли­ва, ко­гда вы на­ко­нец ро­ди­лись? — Она бы­ла счаст­ли­ва, по­то­му что мог­ла на­ко­нец по­ку­пать ма­лень­кие пла­тьи­ца (сме­ет­ся). — И вы ра­бо­та­е­те все вме­сте? — В об­щем- то да. Моя ма­ма — это мой ме­не­джер, мой ад­ми­ни­стра­тор; она за­ни­ма­ет­ся все­ми мо­и­ми кон­трак­та­ми и про­чим. Мой брат яв­ля­ет­ся чем- то вро­де мо­е­го ху­до­же­ствен­но­го ди­рек­то­ра, он за­ни­ма­ет­ся прак­ти­че­ским всем мо­им кре­а­ти­вом, а дру­гой брат — мой ком­мер- чес­кий ди­рек­тор и за­ни­ма­ет­ся все­ми мо­и­ми де­неж­ны­ми сред­ства­ми и цен­ны­ми бу­ма­га­ми. Та­ким об­ра­зом, это дей­стви­тель­но кон­гло­ме­рат, и мы ра­бо­та­ем вме­сте, и для ме­ня это лег­ко и здо­ро­во, по­то­му что я не вол­ну­юсь о том, что кто- то укра­дет мои день­ги и раз­ру­шит мою ка­рье­ру. Нет, я знаю, что они хо­тят, что­бы я бы­ла здо­ро­ва, счаст­ли­ва и бо­га­та. И в этой об­ста­нов­ке я чув­ствую се­бя ком­форт­но и в пол­ной без­опас­но­сти. — Жи­ве­те вы то­же все вме­сте? — Я сей­час как раз на рас­пу­тье, по­то­му что я мо­гу уехать из до­ма и жить сво­ей соб­ствен­ной су­ма­сшед­шей жиз­нью, но, с дру­гой сто­ро­ны, мне нра­вит­ся быть с мо­ей се­мьей. Я взве­ши­ваю «за» и «про­тив», и я скло­ня­юсь к то­му, что бу­дет луч­ше, ес­ли я пе­ре­еду в хо­ро­ший про­стор­ный дом и создам там свой соб­ствен­ным мир. А им то­же нуж­но обу­стро­ить их мир, по­то­му что они не обя­за­ны при­гля­ды­вать за мною, как за ре­бен­ком, всю свою жизнь. По­это­му сей­час мы в по­ис­ках но­во­го до­ма для ме­ня. — Ваш брат то­же ак­тер? — Да, он мой кон­суль­тант со вре­ме­ни мо­е­го пер­во­го про­слу­ши­ва­ния. До это­го мы с ним сни­ма­ли филь­мы на на­шем зад­нем дво­ри­ке, где он за­би­рал­ся на вне­до­рож­ник с ви­део­ка­ме­рой, ста­рым кам­кор­де­ром, и, ко­неч­но, мы то­гда не зна­ли, что та­кое ком­по­зи­ция в дви­же­нии, но имен­но та­кие ком­по­зи­ции мы со­зда­ва­ли: я, бе­гу­щая по по­лю и ста­ра­ю­ща­я­ся быть по­хо­жей на Бе­ло­снеж­ку, — ре­бен­ком я обо­жа­ла иг­рать Бе­ло­снеж­ку. Я на­де­ва­ла ко­стюм Бе­ло­снеж­ки и бе­га­ла по по­лю, де­лая вид, что ищу се­ме­рых гно­мов, а он сни­мал и сни­мал и рас­хо­до­вал плен­ку ак­ра­ми, а по­том мы де­ла­ли ужас­но пло­хие филь­мы. По­это­му я иг­ра­ла с трех­лет­не­го воз­рас­та, хо­тя и не от­да­ва­ла се­бе от­че­та в этом. — Вы упо­мя­ну­ли Бе­ло­снеж­ку, а не рас­ска­же­те ли что- ни­будь про « Ру­са­лоч­ку » и свою глав­ную роль в этом филь­ме? — Я ма­ло что мо­гу рас­ска­зать, по­то­му что и рас­ска­зы­вать по­ка осо­бен­но не о чем. Ско­ро у нас бу­дет но­вый ре­жис­сер, и то­гда мож­но бу­дет на­ко­нец вздох­нуть с об­лег­че­ни­ем, по­то­му что мне не тер­пит­ся, что­бы все уз­на­ли об этом филь­ме, и это точ­но при­вле­чет к нему вни­ма­ние и под­ни­мет ин­те­рес, по­то­му что чем боль­ше ты ждешь от кар­ти­ны, тем ин­те­рес­нее она ка­жет­ся. Но мне про­сто хо­чет­ся сде­лать про­ект, ко­то­рым я смо­гу гор­дить­ся.

« Бе­ло­снеж­ка » мно­го для ме­ня зна­чит — я вы­рос­ла на этом дис­не­ев­ском филь­ме. Мы по­смот­ре­ли « Бе­ло­снеж­ку и охот­ни­ка » — я, кста­ти, счи­таю этот фильм ве­ли­ко­леп­ной ин­тер­пре­та­ци­ей клас­си­че­ской ис­то­рии, — и нам хо­чет­ся, что­бы на­ша вер­сия бы­ла не ху­же, что­бы она бы­ла ин­те­рес­ной, на­ту­ра­ли­стич­ной и немнож­ко бо­лее мрач­ной, не со­всем мрач­ной, но немнож­ко бо­лее мрач­ной по срав­не­нию с дис­не­ев­ской « Ру­са­лоч­кой » . А еще мы хо­тим, что­бы это бы­ла боль­ше исто­рия ге­ро­и­ни и что­бы в ее ос­но­ве ле­жа­ла не исто­рия люб­ви, а исто­рия че­ло­ве­ка, с рож­де­ния ока­зав­ше­го­ся в за­мкну­том, изо­ли­ро­ван­ном ми­ре, сво­е­го ро­да воз­душ­ном пу­зы­ре. И что про­ис­хо­дит, ко­гда этот че­ло­век вы­ры­ва­ет­ся из это­го пу­зы­ря и ви­дит окру­жа­ю­щий мир и хо­чет ис­пы­тать то, что ис­пы­ты­ва­ют дру­гие. И мы по­ка­жем, чем это чре­ва­то... — А хвост для ро­ли Ру­са­лоч­ки вы уже по­до­бра­ли се­бе или еще нет? — ( Сме­ет­ся.) На са­мом де­ле я уже ско­ро со­би­ра­юсь за­ни­мать­ся с плов­ца­ми — я ужас­но пла­ваю. Я в очень хо­ро­шей спор­тив­ной фор­ме, но един­ствен­ное, что ни­ко­гда не до­став­ля­ло мне удо­воль­ствия, так это во­да ( сме­ет­ся). По­это­му я со­би­ра­юсь за­нять­ся вод­ны­ми ви­да­ми спор­та, че­го я ни­ко­гда рань­ше не де­ла­ла. — Вы го­во­ри­ли, что вас ин­те­ре­су­ет пси­хо­па­то­ло­гия. Чем? — Ме­ня все­гда ин­те­ре­со­ва­ла пси­хо­па­то­ло­гия, по­то­му что, как ак­три­са, я вро­де как за­ни­ма­юсь пси­хо­па­то­ло­ги­ей, да­же не от­да­вая се­бе в этом от­че­та, осо­бен­но ко­гда вжи­ва­юсь в об­ра­зы лю­дей с непро­стым про­шлым, с по­ст­трав­ма­ти­че­ски­ми рас­строй­ства­ми. Лю­дей, ко­то­ры­ми с дет­ства ма­ни­пу­ли­ро­ва­ли. И нуж­но по­нять, ка­кую роль это иг­ра­ет в том, что они ста­но­вят­ся се­рий­ны­ми убий­ца­ми. По­это­му я с ран­не­го воз­рас­та все­гда ин­те­ре­со­ва­лась пси­хо­ло­ги­ей и пси­хо­па­то­ло­ги­ей, осо­бен­но по­сле то­го, как мы экра­ни­зи­ро­ва­ли ро­ман Су­зан­ны Ка­ха­лан « Ра­зум в огне » . — « Пипец- 3 » всё еще воз­мо­жен или нет? — Я чест­но не знаю. — У вас хо­ро­шие на­вы­ки вы­жи­ва­ния? — Я непло­хо ори­ен­ти­ру­юсь на мест­но­сти, я не бо­юсь смот­реть прав­де в гла­за и ре­аль­но оце­ни­вать си­ту­а­цию, я не те­ряю го­ло­ву в опас­ных си­ту­а­ци­ях, и ес­ли при­дет­ся охо­тить­ся и ис­кать пи­щу, во­ду и кров, то, ве­ро­ят­но, я справ­люсь. Для ме­ня боль­шей про­бле­мой мо­жет быть страх пе­ред неиз­вест­но­стью или воз­мож­ность ока­зать­ся од­ной в темном ле­су — вот это­го я бы ис­пу­га­лась боль­ше все­го.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.