По­ло­ний и по­ли­ция

Izvestia Moscow Edition - - Мнения - Мак­сим Соколов

Че­рез де­вять с лиш­ним лет по­сле кон­чи­ны А.В. Литвиненко, отрав­лен­но­го в Лон­доне по­ло­ни­ем-210, бри­тан­ские вла­сти воз­об­но­ви­ли рас­сле­до­ва­ние. Так что кар­ти­на де­я­тель­но­сти бри­тан­ской юс­ти­ции по­лу­ча­ет­ся зуб­ча­тая. Все кос­вен­ные ули­ки (пря­мых не име­лось с са­мо­го на­ча­ла и не бы­ло об­на­ру­же­но вплоть до се­го дня), мо­гу­щие ука­зы­вать на при­част­ность вла­стей РФ к это­му де­лу, бы­ли из­вле­че­ны еще в 2006 го­ду и осо­бен­но неопро­вер­жи­мы­ми не по­ка­за­лись. В 2007 го­ду бри­тан­ские вла­сти по­тре­бо­ва­ли вы­дать им пред­по­ла­га­е­мо­го убий­цу А.В. Лу­го­во­го, Смо­лен­ская пло­щадь то­гда же от­ве­ти­ла Фо­рин-офи­су, что Ос­нов­ной за­кон РФ за­пре­ща­ет вы­да­вать рос­сий­ских граж­дан. По­сле это­го исто­рия по­сте­пен­но по­шла на спад. Взять Моск­ву на­хра­пом не уда­лось, а ма­те­ри­а­лов для пра­виль­но­го и неопро­вер­жи­мо­го про­цес­са яв­но не хва­та­ло. Тем бо­лее что на­ря­ду с ги­по­те­зой о ви­нов­но­сти спец­служб РФ име­ла ме­сто как ми­ни­мум не ме­нее убе­ди­тель­ная ги­по­те­за. Обы­чай при­ни­мать у се­бя беглых аван­тю­ри­стов со все­го ми­ра (ве­ро­ят­но, в на­деж­де, что при слу­чае сго­дят­ся) при­во­дит к то­му, что Лон­дон ока­зы­ва­ет­ся га­дюш­ни­ком, где в боль­шом ко­ли­че­стве ки­шат двой­ные, трой­ные, чет­вер­ные etc. аген­ты с крайне непро­стым про­шлым, на­сто­я­щим и бу­ду­щим. По­кой­ный Литвиненко, на­при­мер, на­чав еще в Рос­сии ра­бо­тать на ФСБ (или пред­став­ля­ясь со­труд­ни­ком ФСБ), да­лее ра­бо­тал на МИ-6, на Б.А. Бе­ре­зов­ско­го, на Л.Б. Не­взли­на и еще на меж­ду­на­род­ных во­ров из Ис­па­нии. По­сколь­ку в этих сре­дах кон­флик­ты ре­ша­ют­ся не пу­тем об­ще­при­ня­тых су­деб­ных про­це­дур, но по прин­ци­пу «За­кон — тай­га, мед­ведь — про­ку­рор», ве­ро­ят­ность быть от­прав­лен­ным на тот свет при неяс­ных об­сто­я­тель­ствах воз­рас­та­ет очень силь­но. При­чем в уста­нов­ле­нии ис­ти­ны ма­ло кто за­ин­те­ре­со­ван. Те, кто от­пра­вил Литвиненко в луч­ший мир, и так зна­ют, а про­чим знать необя­за­тель­но. По­это­му в пол­ном ви­де вы­во­ды пуб­лич­но­го рас­сле­до­ва­ния долж­ны вы­гля­деть так: probably, ФСБ, probably, МИ-6, probably, Бе­ре­зов­ский, probably, Не­взлин, probably, ка­кие-то ис­пан­ские до­ны, а по прав­де — сам черт не пой­мет. За­чем спу­стя де­вять лет воз­об­нов­лять разыс­ка­ния в га­дюш­ни­ке, ко­гда итог разыс­ка­ний ни­ко­му не де­ла­ет че­сти, не­по­нят­но. Раз­ве что пра­ви­тель­ство Ее Ве­ли­че­ства ис­кренне ве­рит в то, что ему удаст­ся успеш­но про­дать во вся­кое вре­мя вся­кий, да­же са­мый неубе­ди­тель­ный до­ку­мент — ибо ве­ра в непо­гре­ши­мость ан­глий­ско­го су­да поз­во­лит впа­рить всё что угод­но. Неиз­вест­но, прав­да, на чем ба­зи­ру­ет­ся не­по­ко­ле­би­мая ве­ра, что про­да­вать ан­глий­ский суд в ка­че­стве пер­ла тво­ре­нья мож­но до бес­ко­неч­но­сти — про­сто по са­мо­му то­му фак­ту, что он ан­глий­ский. Ко­неч­но, есть лю­ди, чья ве­ра твер­же гра­ни­та. Ле­том 2007 го­да Е.М. Аль­бац бе­се­до­ва­ла по ра­дио с Е.Т. Гай­да­ром: «Е. АЛЬ­БАЦ: По­до­жди­те, я еще раз хо­чу по­нять — вы хо­ти­те... я пра­виль­но вас по­ни­маю, что вам ка­жет­ся, что пред­став­ле­ние о неза­ви­си­мо­сти су­деб­ной си­сте­мы Ве­ли­ко­бри­та­нии... Е. ГАЙ­ДАР: Ну что вы, есте­ствен­но, она неза­ви­си­мая, чест­ная. Но ес­ли вы ду­ма­е­те, что она не ин­те­гри­ро­ва­на со всей дру­гой ад­ми­ни­стра­тив­ной эли­той, что про­ку­ра­ту­ра не об­ща­ет­ся с ми­ни­стер­ством фи­нан­сов... Е. АЛЬ­БАЦ: И Ко­ро­лев­ская про­ку­ра­ту­ра на весь мир врет, и предъ­яв­ля­ет де­ло в усло­ви­ях, ко­гда 30 граж­дан Ве­ли­ко­бри­та­нии ока­за­лись за­ра­же­ны по­ло­ни­ем? Вы са­ми ве­ри­те в это, Егор Ти­му­ро­вич? Е. ГАЙ­ДАР: Ис­хо­дя из боль­шой жиз­нен­ной опыт­но­сти — ве­рю». Так что на­ря­ду с Ев­ге­ни­ей Мар­ков­ной, слу­шав­шей Гай­да­ра с ре­ли­ги­оз­ным ужа­сом, — «И гром еще не грянул, Бо­же пра­вый!» — бы­ва­ли еще в 2007 го­ду спо­кой­ные скеп­ти­ки. В 2016 го­ду их чис­ло, по­жа­луй, толь­ко умно­жи­лось, ибо нель­зя чрез­мер­но зло­упо­треб­лять ве­рой в ин­сти­ту­ты. Ны­неш­ний скан­дал с 13-лет­ней жи­тель­ни­цей Бер­ли­на Лизой, ко­то­рую, со­глас­но ее сви­де­тель­ствам, по­хи­ти­ли и в те­че­ние су­ток на­си­ло­ва­ли жерт­вы ге­но­ци­да, по вер­сии же по­ли­цей­пре­зи­ди­у­ма, то ли во­об­ще ни­ка­ко­го ин­ци­ден­та не бы­ло, то ли она са­ма, раз­врат­ни­ца, пя­те­рых бе­жен­цев со­блаз­ни­ла, — эта исто­рия на сход­ной ли­нии. Во­об­ще го­во­ря, немец­кая по­ли­ция — од­на из луч­ших в ми­ре (или бы­ла та­ко­вой до са­мо­го по­след­не­го вре­ме­ни). Чест­ная, ак­ку­рат­ная, ис­прав­ная, непод­куп­ная, спра­вед­ли­вая. Ес­ли уж хва­лить ино­зем­ный пра­во­охра­ни­тель­ный ин­сти­тут, то я, несо­мнен­но, пред­по­чи­таю немец­кую по­ли­цию ан­глий­ско­му су­ду. Но при­шла бе­да — отворяй во­ро­та. В 1933 го­ду чи­ны ре­гу­ляр­ной по­ли­ции то­же бы­ли не в вос­тор­ге — ес­ли не в ужа­се — от тех бес­чинств, ко­то­рые тво­ри­ли штур­мо­ви­ки. И то­же — ес­ли это не гро­зи­ло им са­мим — бы­ли склон­ны ока­зы­вать по­силь­ную по­мощь их жерт­вам. Но имен­но «ес­ли». В кон­це кон­цов по­ли­ция обя­за­на вы­пол­нять при­ка­зы по­ли­ти­че­ско­го ру­ко­вод­ства, и ес­ли ве­ле­но дер­жать­ся вер­сии, что 13-лет­няя де­воч­ка, обу­ян­ная стра­стя­ми, по­же­ла­ла по­знать за­раз пять юно­шей с Во­сто­ка, — зна­чит, при­дет­ся дер­жать­ся этой по­ли­ти­че­ски пра­виль­ной вер­сии. Ис­прав­ность са­мых, ка­за­лось бы, об­раз­цо­вых се­го­дняш­них ин­сти­ту­тов не слиш­ком да­ле­ко ушла от вре­мен Пер­во­го кон­су­ла, о ко­то­рых ис­то­рик пи­шет так: «На­по­ле­он ни­ко­гда не стес­нял се­бя ни­ка­ки­ми со­об­ра­же­ни­я­ми о неза­ви­си­мо­сти су­деб­ной вла­сти и со­блю­де­нии за­кон­ной про­це­ду­ры, ко­гда речь шла об уни­что­же­нии по­ли­ти­че­ских про­тив­ни­ков. Но во всех про­чих слу­ча­ях, ко­гда че­ло­век вел с кем-ли­бо граж­дан­ский про­цесс или ко­гда че­ло­ве­ка су­ди­ли за уго­лов­ное пре­ступ­ле­ние, не име­ю­щее ни­че­го об­ще­го с по­ли­ти­кой, На­по­ле­он тре­бо­вал, что­бы суд дей­ство­вал без вся­ких со­об­ра­же­ний по­ли­ти­че­ско­го ха­рак­те­ра. И ко­гда к Пер­во­му кон­су­лу яви­лись пред­ста­вить­ся на­зна­чен­ные им впер­вые судьи, он ска­зал им: «Ни­ко­гда не рас­смат­ри­вай­те, к ка­кой пар­тии при­над­ле­жал че­ло­век, ко­то­рый ищет у вас пра­во­су­дия». По­ку­да вре­ме­на бла­го­при­ят­ны и по­ли­ти­че­ские рас­че­ты пра­ви­те­лей к де­лу не име­ют от­но­ше­ния, по­ли­ция и су­ды вы­гля­дят со­вер­шен­но об­раз­цо­во и вы­год­но от­ли­ча­ют­ся от ин­стан­ций рос­сий­ских, ко­то­рые «Не внем­лют, ви­дят — и не зна­ют,// По­кры­ты мздою оче­са.// Зло­дей­ства зем­лю по­тря­са­ют,// Неправ­да зыб­лет небе­са». Но — это по­ку­да бла­го­при­ят­ны. Ко­гда же по­яв­ля­ет­ся важ­ный по­ли­ти­че­ский ин­те­рес, то ни объ­ек­тив­ное рас­сле­до­ва­ние лон­дон­ско­го га­дюш­ни­ка, ни чест­ная по­ли­цей­ская ста­ти­сти­ка ка­са­тель­но пра­во­на­ру­ше­ний, со­вер­шен­ных ино­род­ца­ми, де­ла­ют­ся невоз­мож­ны­ми, и мы ви­дим столь хо­ро­шо зна­ко­мый нам по род­ным ме­стам Шемякин суд. А по­ли­ти­ка и идео­ло­гия ша­га­ют ши­ро­ко, и где вче­ра бы­ла чи­стой во­ды бы­то­вая уго­лов­щи­на, се­го­дня вы­яс­ня­ет­ся, что на­ли­цо де­ли­кат­ный сю­жет, тре­бу­ю­щий су­гу­бой по­лит­кор­рект­но­сти. Так что не на­дей­тесь на ин­сти­ту­ты, сы­ны че­ло­ве­че­ские.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.