Рус­ский ак­цент в Зальц­бур­ге

Ан­на Нет­реб­ко, Те­одор Ку­рент­зис и Вла­ди­мир Юров­ский ста­ли три­ум­фа­то­ра­ми пре­стиж­но­го смот­ра

Izvestia - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Вла­ди­слав Тар­но­поль­ский

Ан­на Нет­реб­ко, Те­одор Ку­рент­зис и Вла­ди­мир Юров­ский ста­ли три­ум­фа­то­ра­ми пре­стиж­но­го фе­сти­ва­ля

Зав­тра за­вер­ша­ет­ся Зальц­бург­ский фе­сти­валь — од­но из глав­ных со­бы­тий в мире клас­си­че­ской му­зы­ки и опер­но­го ис­кус­ства. В этом го­ду пре­стиж­ный ин­тер­на­ци­о­наль­ный смотр при­об­рел за­мет­ный рус­ский ак­цент: клю­че­вые со­бы­тия бы­ли свя­за­ны с пред­ста­ви­те­ля­ми на­шей ис­пол­ни­тель­ской шко­лы.

В опер­ном жан­ре вы­сту­пи­ли ди­ри­же­ры Вла­ди­мир Юров­ский («Воц­цек» Аль­ба­на Бер­га) и Те­одор Ку­рент­зис («Ми­ло­сер­дие Ти­та» Мо­цар­та). Пи­а­нист Гри­го­рий Со­ко­лов дал соль­ный кон­церт, со­пра­но Ан­на Нет­реб­ко де­бю­ти­ро­ва­ла в ро­ли Аи­ды с Вен­ским фи­лар­мо­ни­че­ским ор­кест­ром под управ­ле­ни­ем Рик­кар­до Му­ти, а в «Ле­ди Мак­бет Мцен­ско­го уез­да» Дмит­рия Шо­ста­ко­ви­ча за пев­ца­ми из Рос­сии и во­все бы­ло боль­шин­ство глав­ных пар­тий.

Ре­жис­су­ра на Зальц­бург­ском фе­сти­ва­ле — это все­гда имена пер­во­го ря­да. Но в по­след­ние го­ды об­хо­дит­ся без ра­ди­каль­ных экс­пе­ри­мен­тов. Так, ес­ли опе­ру ста­вит художник, это бу­дет не услов­ный Ян Фабр, а кон­крет­ный Уи­льям Кен­тридж («Воц­цек»), ко­то­рый в лю­бом слу­чае обес­пе­чит гу­стую и кра­си­вую кар­тин­ку, пусть да­же и не осо­бен­но гар­мо­ни­ру­ю­щую с пар­ти­ту­рой. По-на­сто­я­ще­му рис­ко­ван­ный карт­бланш но­вый ин­тен­дант фе­сти­ва­ля Мар­кус Хин­тер­хой­зер предо­ста­вил ви­део­ху­дож­ни­це Ши­рин Не­шат, преж­де в опе­ре не ра­бо­тав­шей, но, увы, ее «Аи­да» толь­ко за­кре­пи­ла ощу­ще­ние, что в этот раз ре­жис­се­ры на сво­ем по­при­ще ока­за­лись мно­го силь­нее ху­дож­ни­ков.

Сре­ди наи­бо­лее удач­ных по­ста­но­вок — «Арио­дант» Ген­де­ля с уча­сти­ем бес­по­доб­ной Че­чи­лии Бар­то­ли. Ред­кий слу­чай, ко­гда тон­кая иг­ра со штам­па­ми двор­цо­во-фа­сад­ных по­ста­но­вок (ре­жис­сер Кри­стоф Лой) про­во­дит­ся без­упреч­но и не обо­ра­чи­ва­ет­ся их пе­чаль­ным вос­про­из­ве­де­ни­ем, че­го нель­зя ска­зать об «Аи­де».

Дру­гая удача — «Ми­ло­сер­дие Ти­та». Со­здан­ную Мо­цар­том в один год с «Вол­шеб­ной флей­той» и от­но­си­тель­но «ря­до­вую» по мер­кам ге­ния опе­ру (из­вест­но, что ком­по­зи­то­ру при­шлось пи­сать ее на ско­рую ру­ку за 18 дней) Пи­тер Сел­ларс ожи­вил ак­ту­аль­ным в эпо­ху ми­грант­ско­го кри­зи­са сю­жет­ным на­пла­сто­ва­ни­ем, ко­то­рое он по­дроб­но обос­но­вал в ста­тье «Мо­царт и Нель­сон Ман­де­ла».

Ин­тер­на­ци­о­наль­ный со­став со­ли­стов, хор и перм­ский ор­кестр MusicAeterna под управ­ле­ни­ем Ку­рент­зи­са про­де­мон­стри­ро­ва­ли бле­стя­щий му­зы­каль­ный ре­зуль­тат. Хо­ро­шо сра­бо­та­ли и пред­ло­жен­ные ма­эст­ро встав­ки из дру­гих со­чи­не­ний Мо­цар­та — Боль­шой мес­сы до ми­нор, Ада­жио и фу­ги до ми­нор, Ма­сон­ской тра­ур­ной му­зы­ки. Зал стоя при­вет­ство­вал по­ста­нов­ку ова­ци­я­ми.

По­и­стине шах­мат­ную ком­би­на­цию, ко­то­рую не мог­ли не оце­нить да­же са­мые чо­пор­ные слу­ша­те­ли, про­вел в сво­ей про­грам­ме ди­ри­жер и пи­а­нист Да­ни­эль Ба­рен­бойм. Кон­церт изоби­ло­вал нетри­ви­аль­ны­ми па­рал­ле­ля­ми: во вто­рой ча­сти ра­ве­лев­ской «Гроб­ни­цы Ку­пе­ре­на» ма­эст­ро слов­но об­на­ру­жил бу­ду­щие ин­то­на­ции Шо­ста­ко­ви­ча, чей кон­церт для фор­те­пи­а­но, тру­бы и струн­но­го ор­кест­ра под­хва­тил эс­та­фе­ту. А яр­кое им­прес­си­о­нист­ское со­чи­не­ние Ра­ве­ля «Моя ма­туш­ка-гу­сы­ня» в ор­кест­ро­вой вер­сии 1911 го­да бы­ло со­по­став­ле­но с ана­ло­гич­ным по струк­ту­ре (цикл ор­кест­ро­вых пьес) экс­прес­си­о­нист­ским опу­сом Бер­га 1915 го­да.

Слож­ной ато­наль­ной пье­сой, ко­то­рую обыч­но ста­вят в на­ча­ло кон­цер­та или стыд­ли­во за­го­ня­ют в се­ре­ди­ну вто­ро­го от­де­ле­ния, Ба­рен­бойм за­кон­чил один из луч­ших кон­цер­тов фе­сти­ва­ля, бук­валь­но вы­ну­див пуб­ли­ку ак­тив­но ап­ло­ди­ро­вать по его окон­ча­нии.

Впро­чем, не ме­нее яр­кой куль­ми­на­ци­ей ста­ло сов­мест­ное вы­ступ­ле­ние на бис двух ве­ли­ких ар­ген­тин­ских му­зы­кан­тов — са­мо­го Ба­рен­бой­ма и со­ли­ро­вав­шей в кон­цер­те Шо­ста­ко­ви­ча Мар­ты Ар­ге­рих, ле­ген­ды це­лой эпо­хи. Ка­жет­ся, их двух­ми­нут­ный ду­эт на од­ном ро­я­ле в че­ты­ре ру­ки сам по се­бе сто­ил це­ло­го кон­цер­та.

Па­рал­лель­ная про­грам­ма фе­сти­ва­ля со­сто­я­ла из од­но­го пунк­та — ре­тро­спек­ти­вы опер­ных ри­сун­ков-де­ко­ра­ций Уи­лья­ма Кен­три­джа, ко­то­рые мож­но бы­ло уви­деть по со­сед­ству с фе­сти­валь­ны­ми за­ла­ми в Му­зее со­вре­мен­но­го ис­кус­ства. Ин­те­рес­но, что, за­кон­чив ра­бо­ту над «Воц­це­ком», Кен­тридж стал го­то­вить­ся к ско­ро­му уча­стию в но­вой мос­ков­ской вы­став­ке Вик­то­ра Ми­зи­а­но. Так что свя­зи ны­неш­не­го Зальц­бург­ско­го смот­ра с Рос­си­ей ока­за­лись ку­да бо­лее тес­ны­ми, чем пред­став­ля­лось на пер­вый взгляд.

Де­бют Ан­ны Нет­реб­ко в пар­тии Аи­ды стал глав­ной сен­са­ци­ей Зальц­бург­ско­го фе­сти­ва­ля | Salzburger Festspiele | Monika Rittershaus

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.