«Не знаю, чем кон­чит­ся моя пес­ня»

Izvestia - - КУЛЬТУРА - Зоя Игум­но­ва

Рок-му­зы­кан­та Юрия Шев­чу­ка на­род лю­бит. И ак­те­ры МХТ имени Чехова — не ис­клю­че­ние. Имен­но его они по­про­си­ли спеть на ве­че­ре па­мя­ти Оле­га Еф­ре­мо­ва. «Из­ве­стия» рас­спро­си­ли му­зы­кан­та о при­чи­нах его по­яв­ле­ния на те­ат­раль­ных под­мост­ках. Юрий Юли­а­но­вич, вы — те­ат­рал?

Вре­мя от вре­ме­ни. Был вес­ной на премьере спектакля «Гу­бер­на­тор» в БДТ в по­ста­нов­ке Ан­дрея Мо­гу­че­го. От­лич­ная вещь! Бы­ваю в «Со­вре­мен­ни­ке», где мно­го дру­зей, в пи­тер­ской Мо­ло­деж­ке (Мо­ло­деж­ный те­атр на Фонтанке. — «Из­ве­стия»), ува­жаю твор­че­ство Се­ме­на Яко­вле­ви­ча Спи­ва­ка. Ви­дел Кон­стан­ти­на Ха­бен­ско­го с Ми­ха­и­лом По­ре­чен­ко­вым и Ми­ха­и­лом Тру­хи­ным, ко­гда они еще слу­жи­ли в Пи­те­ре, был силь­ный спек­такль «В ожи­да­нии Го­до», по­став­лен­ный Юри­ем Бу­ту­со­вым. На него все меч­та­ли по­пасть... Ви­ди­мо, во мно­гом бла­го­да­ря этой ра­бо­те вся эта пи­тер­ская ком­па­ния и по­па­ла в МХТ имени Чехова. А как вы ока­за­лись в Ху­до­же­ствен­ном те­ат­ре?

Мне по­зво­нил ре­жис­сер Ни­ко­лай Ско­рик и при­гла­сил вы­сту­пить на па­мят­ном ве­че­ре, по­свя­щен­ном 90-ле­тию Оле­га Еф­ре­мо­ва. Я да­же не раз­ду­мы­вал, тут же со­гла­сил­ся. У нас как раз нет га­стро­лей, ра­бо­та­ем в сту­дии, за­пи­сы­ва­ем аль­бом. Все удач­но сло­жи­лось. Да и ува­же­ние к Оле­гу Ни­ко­ла­е­ви­чу гро­мад­ное. Для нас боль­шая честь и удо­воль­ствие спеть в МХТ. Что для вас Еф­ре­мов? Это мое дет­ство. В те­ат­ре Оле­га Ни­ко­ла­е­ви­ча, к со­жа­ле­нию, не ви­дел. Я же бал­бес был, рок-н-роль­щик. Но филь­мы, где он иг­рал, — «Бе­ре­гись ав­то­мо­би­ля», «Жи­вые и мерт­вые», «Го­ри, го­ри, моя звез­да» — ока­за­ли на ме­ня силь­ней­шее вли­я­ние.

Всю жизнь я на­хо­жусь под впе­чат­ле­ни­ем от его оба­я­ния, лич­но­сти, доб­рой улыб­ки. Насто­я­щий му­жик. Хо­ро­ший че­ло­век был. Хо­тя по­че­му был? Есть. Еф­ре­мов, Вы­соц­кий, Шук­шин, Тар­ков­ский, Ми­ро­нов — все эти лю­ди в дет­стве ме­ня по­ти­хонь­ку вос­пи­ты­ва­ли. Им я глу­бо­ко бла­го­да­рен. Ес­ли есть во мне что-то хо­ро­шее, то это бла­го­да­ря ро­ди­те­лям и им. Се­я­ли ра­зум­ное, доб­рое, веч­ное? Аб­со­лют­но точ­но. Как бы ба­наль­но ни зву­ча­ло, но это так. Да­же не «ра­зум­ное, доб­рое, веч­ное», а про­стое че­ло­ве­че­ское. Че­ло­ве­че­ское чув­ство по от­но­ше­нию к про­хо­же­му, к граж­да­ни­ну, жи­ву­ще­му ря­дом. Та­кое рос­сий­ское тон­кое чув­ство с хит­рин­кой, иро­ни­ей, но обя­за­тель­но и с доб­ро­той. Не­ожи­дан­ный сце­на­рий еф­ре­мов­ско­го ве­че­ра пред­ло­жил ре­жис­сер. Вы пе­ли, стоя в про­хо­де за­ла. Очень ори­ги­наль­но вы­шло. Но са­мое силь­ное впе­чат­ле­ние — два крес­ла в зри­тель­ном за­ле с таб­лич­ка­ми — «Станиславский» и «Не­ми­ро­вич-Дан­чен­ко». Это же неве­ро­ят­но. Вы при­се­ли в крес­ла ве­ли­ких? Нет, я че­ло­век скром­ный. Но ря­дом по­сто­ял. Пси­хо­ло­ги го­во­рят: ес­ли хо­чешь быть услы­шан­ным, не на­до кри­чать, го­во­ри ти­хо. Со­гла­сен. Хо­тя можно и ти­хо кри­чать. Можно, можно. Мы сей­час ра­бо­та­ем над но­вым аль­бо­мом «ДДТ», и я об этих во­про­сах ду­маю. Кри­чать ти­хо или гром­ко шеп­тать, или еще как­ни­будь ис­хит­рить­ся. Но ин­то­на­цию очень важ­но най­ти к каж­дой песне. Это до­ста­точ­но слож­но, но ин­те­рес­но. Ка­ким бу­дет аль­бом, над ко­то­рым вы ра­бо­та­е­те? По­ка не знаю, что о нем рас­ска­зать. Он бу­дет про на­шу жизнь, как я ее ви­жу, в пре­лом­ле­нии мо­е­го ны­неш­не­го по­ни­ма­ния вре­ме­ни и про­стран­ства. На­зва­ние при­ду­ма­ли? Назва­ний мно­го. Од­но из них, до­пу­стим, «Юрьев день». Непло­хо, прав­да? Вам так нра­вит­ся соб­ствен­ное имя?

Нет. Я спо­кой­но от­но­шусь к нему. Юрьев день — ин­те­рес­ная иг­ра слов. Хо­ро­шие ас­со­ци­а­ции. Рань­ше, раз в го­ду, в этот день кре­пост­ные шли ку­да хо­те­ли. Раб­ства дав­но нет, но я ви­жу его. Оно во мно­гом не в со­ци­аль­ном плане, не в по­ли­ти­че­ском. Лю­ди по сей день оста­ют­ся ра­ба­ми сво­их кон­цеп­ций, ка­ких-то уны­лых пред­став­ле­ний о ми­ре, од­но­цвет­но­го по­ни­ма­ния пло­хо­го и хо­ро­ше­го. Упро­ще­ние — это и есть раб­ство. Вы ска­за­ли, что сей­час ма­ло га­стро­ли­ру­е­те. Не при­гла­ша­ют или не хо­ти­те? Очень мно­го при­гла­ша­ют. Но я не на все при­гла­ше­ния со­гла­ша­юсь. Вы за­ме­ти­ли, «ДДТ» со­всем нет на те­ле­ви­де­нии? Я на это де­ло, как го­во­рит мо­ло­дежь, за­бил в свое вре­мя. А это вза­и­мо­свя­за­но. Не хо­ди­те на ту­сов­ки — не зо­вут в те­ле­ви­зор. Мне ка­жет­ся, на ту­сов­ки нет смыс­ла тра­тить вре­мя и здо­ро­вье. Да, при­знать­ся, я и рань­ше не осо­бо тра­тил. Луч­ше я зай­мусь лю­би­мым де­лом. Разо­брать­ся, про­жить пес­ню в се­бе са­мом — это же очень ин­те­рес­но. Я ведь не знаю, чем она кон­чит­ся. Для ме­ня лю­бая пес­ня — за­гад­ка. А пе­ние — ме­ди­та­ция сво­е­го ро­да, как ска­за­ли бы ин­ду­сы. Раз­ре­ше­ние за­гад­ки — это то­же ме­ди­та­ция, по­иск ка­кой-то ис­ти­ны и т. д. Вот что для ме­ня име­ет зна­че­ние. Это го­раз­до ин­те­рес­нее, чем ту­со­вать­ся, си­деть в соц­се­тях и со­би­рать лай­ки. За­клю­чаю, что вас нет в соц­се­тях. Нас там немно­го. Бо­и­тесь быть на ви­ду, не хо­ти­те, что­бы за ва­ми сле­ди­ли? Ни­че­го по­доб­но­го. Ко­му на­до, тот в се­тях. Ну а дру­гие в это вре­мя ра­бо­та­ют, слу­жат, тан­цу­ют, по­ют, кни­ги чи­та­ют. И, воз­мож­но, кто-то си­дит в уг­лу и на­блю­да­ет за на­ми, жи­ву­щи­ми, по­ю­щи­ми. Все за­ня­ты сво­им де­лом. Вам не ка­жет­ся, что в соц­се­ти лю­ди ри­ну­лись от оди­но­че­ства? Оди­но­че­ство — это хо­ро­шо, это пре­крас­но. Без оди­но­че­ства ни­че­го не сде­ла­ешь, ни­че­го не до­ду­ма­ешь. Я да­же сло­во при­ду­мал в свое вре­мя — «еди­но­че­ство», да­же аль­бом так на­звал. Вы про­сто по­слу­шай­те: там па­ра пе­сен непло­хих вро­де есть. Что же та­кое «еди­но­че­ство»? Это ко­гда ты один и един с этим ми­ром. Од­но­вре­мен­но. И че­рез это «еди­но­че­ство» вос­при­ни­ма­ешь мир ина­че. Бо­лее тон­кие свя­зи воз­ни­ка­ют. Прав­да, что вы не лю­би­те свои ста­рые пес­ни про осень? Ну по­че­му не люб­лю, про­сто в од­но вре­мя «Что та­кое осень» стала очень по­пу­ляр­ным хи­том. Мно­гие груп­пы из-за та­кой боль­шой сла­вы по­стра­да­ли и, не­смот­ря на ка­кие-то непло­хие ком­по­зи­ции, их в од­но­ча­сье ста­ли на­зы­вать «груп­па од­ной пес­ни». И я немно­го пе­ре­пу­гал­ся, ко­гда «Что та­кое осень» ста­ли рас­пе­вать на каж­дом уг­лу. И тут же вы­ста­вил ее из про­грам­мы. Пес­ню «Это все», ко­то­рую вы пе­ли в МХТ, то­же по­стиг­ла эта участь. Она зву­ча­ла саунд­тре­ком в се­ри­а­ле. Да, глав­ную роль там иг­рал Евгений Си­ди­хин. На­зва­ние, к со­жа­ле­нию, не пом­ню («Рус­ский тран­зит». — «Из­ве­стия»). Он про пар­ня, ко­то­рый бо­рет­ся за спра­вед­ли­вость. Вот ви­ди­те, на­зва­ние филь­ма да­же вы не пом­ни­те, а пес­ню по­ют...

У ме­ня нет ни­ка­ко­го стрем­ле­ния за­кре­пить­ся в ки­но как ав­тор саунд­тре­ков. Хо­тя од­но вре­мя мы про­сто да­ри­ли свои пес­ни мно­гим ре­жис­се­рам, осо­бен­но тем, кто сни­мал филь­мы за очень ма­лень­кие день­ги. Да в прин­ци­пе и до сих пор да­рим. И не про­си­те ни­ка­ких ав­тор­ских? Ни­че­го не про­шу. Ну а по­че­му не под­дер­жать сту­ден­тов, на­при­мер, ко­то­рые сни­ма­ют свои пер­вые филь­мы? Под­держ­ка осо­бен­но нуж­на, ко­гда ты мо­лод, та­лант­лив и по­ка не име­ешь свя­зей. Вы от­кли­ка­е­тесь на лю­бую прось­бу?

Ес­ли пой­му, что че­ло­век не врет, ко­неч­но. Ну нет денег, что де­лать... Я же все это пе­ре­жил сам. А как ина­че? Про­сят под­держ­ки. Да об этом во­об­ще нель­зя го­во­рить. Это по­хваль­ба ка­кая-то глу­пая. На­до де­лом за­ни­мать­ся.

Юрий Шев­чук: «Спеть в МХТ — боль­шая честь» | Михаил Те­ре­щен­ко «Из­ве­стия» |

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.