До­ро­гой ок­тяб­ря

Izvestia - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Ев­ге­ний Во­до­лаз­кин Мне­ние ав­то­ра мо­жет не сов­па­дать с по­зи­ци­ей ре­дак­ции

Пи­са­тель Ев­ге­ний Во­до­лаз­кин — о мир­ных со­бы­ти­ях ре­во­лю­ци­он­но­го ме­ся­ца

Фев­раль и ок­тябрь я обыч­но про­во­дил в де­ре­вен­ском до­ми­ке род­ствен­ни­ков. В де­ревне хо­ро­шо пи­шет­ся. Ис­то­ри­че­ская па­мять под­ска­зы­ва­ла мне, что в эти ме­ся­цы луч­ше огра­ни­чить­ся сво­им пря­мым де­лом. Не­хо­ро­шие ме­ся­цы. Но юби­лей­ный год — год осо­бый. Ти­хая оби­тель па­ла жерт­вой сти­хии, и как раз та­ки в фев­ра­ле. Стро­е­ние в 50 по­жар­ные ту­ши­ли 3 (три) дня, посколь­ку все, что вспы­хи­ва­ет в фев­ра­ле, по­ту­шить очень слож­но. Сто­ит ли го­во­рить, что в ок­тяб­ре (ис­то­ри­че­ски но­ябрь) от­си­деть­ся вда­ли от со­бы­тий у ме­ня уже не бы­ло шан­сов. Со­бы­тия, по сча­стью, ока­за­лись не ре­во­лю­ци­он­ны­ми, а на­уч­ны­ми и куль­тур­ны­ми.

От­кры­лись они грайф­свальд­ской (мир­ной) кон­фе­рен­ци­ей по сред­не­ве­ко­во­му ис­то­ри­че­ско­му по­вест­во­ва­нию (28 сен­тяб­ря — 1 ок­тяб­ря). Грайф­свальд — иг­ру­шеч­ный немец­кий го­ро­док. Зна­ме­нит тем, что из пе­ны мор­ской там вы­хо­дит на по­верх­ность га­з­про­мов­ская тру­ба. Есть, од­на­ко, и дру­гие фор­мы ко­опе­ра­ции с Грайф­сваль­дом — ме­нее из­вест­ные, но не ме­нее зна­чи­мые. Сов­мест­но с та­мош­ни­ми уче­ны­ми мы, здеш­ние, из­да­ем один из древ­не­рус­ских хро­но­гра­фов (XV век). Для тех жи­те­лей ФРГ, ко­то­рые не чи­та­ют по­цер­ков­но­сла­вян­ски, текст снаб­жен немец­ким пе­ре­во­дом. Све­де­ния, предо­став­ля­е­мые хро­но­гра­фом, воз­мож­но, не са­мые све­жие, но нем­цы есть нем­цы: во всем ос­но­ва­тель­ны. Изу­чая Рос­сию, де­ла­ют даль­ний раз­бег.

Так вот, сред­не­ве­ко­вое ис­то­ри­че­ское по­вест­во­ва­ние. В от­ли­чие от ны­неш­не­го оно не зна­ло идеи об­ще­ствен­но­го про­грес­са. Про­гресс мыс­лил­ся как до­сти­же­ния в сфе­ре лич­ност­ной, а уж они улуч­ша­ли об­ще­ствен­ную си­ту­а­цию. То­гда не бы­ло куль­та бу­ду­ще­го, во имя ко­то­ро­го при­но­си­лись бы огром­ные жерт­вы. Сред­не­ве­ко­вый че­ло­век жил се­го­дняш­ним днем и ста­рал­ся его укра­сить. Имен­но по­это­му не бы­ло ре­во­лю­ции 1417 го­да.

Из Грайф­сваль­да мы с же­ной по­еха­ли в Бер­лин, где встре­ча­лись, вы­ра­жа­ясь язы­ком учеб­ни­ка, с де­я­те­ля­ми рус­ской куль­ту­ры. Очень раз­ны­ми, но, несо­мнен­но, яр­ки­ми.

1 ок­тяб­ря. Скри­пач-вир­ту­оз Сер­гей Ма­лов. Пред­ло­жил мне сов­мест­но вы­сту­пить в кон­цер­те па­мя­ти Па­га­ни­ни. Ко­гда же я, стес­ня­ясь, спро­сил, в каком ка­че­стве бу­ду кон­цер­ти­ро­вать, вы­яс­ни­лось, что речь о под­го­тов­ке и чте­нии тек­стов. О чем угод­но, кро­ме скрип­ки с од­ной стру­ной, на ко­то­рой Па­га­ни­ни так неуто­ми­мо иг­рал. «Или ты хо­чешь то­же иг­рать?» — уди­вил­ся Ма­лов. По­нят­но, что я хо­чу. Моя про­бле­ма как ис­пол­ни­те­ля в том, что в чем-то я по­шел даль­ше Па­га­ни­ни и мо­гу иг­рать толь­ко на скрип­ке без струн.

2 ок­тяб­ря. Пи­са­тель Вла­ди­мир Со­ро­кин. Я при­вез ему эк­зем­пляр фи­ло­ло­ги­че­ско­го аль­ма­на­ха «Текст и тра­ди­ция» с па­ци­фист­ской аб­бре­ви­а­ту­рой ТТ. В аль­ма­на­хе по­ме­ще­но бле­стя­щее эс­се Со­ро­ки­на «Нор­маль­ная исто­рия» — о ро­мане, есте­ствен­но, «Нор­ма». Как это ни па­ра­док­саль­но зву­чит, ма­ло кто свя­зан с тра­ди­ци­ей так тес­но, как этот пи­са­тель. В каком-то смыс­ле со­чи­не­ния Со­ро­ки­на яв­ля­ют­ся ан­то­ло­ги­ей сти­лей рус­ской ли­те­ра­ту­ры — от ее на­чал до со­вре­мен­но­сти. Тра­ди­ци­о­на­ли­стов и но­ва­то­ров при­ми­ри­ла в от­но­ше­нии Со­ро­ки­на по­весть «Ме­тель». Для пер­вых она — тро­га­ю­щее ду­шу по­вест­во­ва­ние (жа­ле­ют в осо­бен­но­сти ло­ша­док), для вто­рых — об­раз­цо­вый пост­мо­дер­нист­ский текст. Сре­ди про­че­го мы го­во­ри­ли с Со­ро­ки­ным о том, что ан­глий­ский юмор по­че­му-то не при­жил­ся на рус­ской поч­ве. И дей­стви­тель­но — по­че­му? Хо­лод­но, на­вер­ное.

3 ок­тяб­ря. Искус­ство­вед отец Вла­ди­мир Ива­нов. Че­ло­век ле­ген­дар­ный. Сто­ял у ис­то­ков ху­до­же­ствен­ной груп­пы «Пе­тер­бург», в ко­то­рую в 60-е го­ды вхо­дил Ми­ха­ил Ше­мя­кин. Кста­ти, имен­но он ме­ня с от­цом Вла­ди­ми­ром и по­зна­ко­мил. Толь­ко что вы­шли за­вер­ша­ю­щие то­ма «Три­а­ло­га» — без пре­уве­ли­че­ния вы­да­ю­ще­го­ся тру­да трех ав­то­ров: В.В. Ива­но­ва, В.В. Быч­ко­ва и Н.Б. Мань­ков­ской. Кни­ги пред­став­ля­ют со­бой глу­бо­кую и неспеш­ную бе­се­ду о фи­ло­со­фии ис­кус­ства.

В тот день в Бер­лине, эва­ку­и­ро­вав де­сят­ки ты­сяч жи­те­лей, обез­вре­жи­ва­ли авиа­бом­бу вре­мен вой­ны. Отец Вла­ди­мир со свой­ствен­ным ему спо­кой­стви­ем во­дил нас по го­ро­ду, рас­ска­зы­вая о его ар­хи­тек­ту­ре. Про­гул­ка за­вер­ши­лась в ре­сто­ране, ко­то­рый по­се­щал еще Гоф­ман. Слу­шая от­ца Вла­ди­ми­ра, я ду­мал, что куль­ту­ра — луч­шее, ви­ди­мо, сред­ство для обез­вре­жи­ва­ния бомб.

5 ок­тяб­ря. Сток­гольм. Имен­но там — неза­ви­си­мо от сво­е­го те­лес­но­го пре­бы­ва­ния — в этот день на­хо­ди­лись все, кто пи­шет или чи­та­ет. Но­бе­лев­ская пре­мия — у пер­во­класс­но­го пи­са­те­ля Кад­зуо Иси­гу­ро. Я ду­мал, что ла­у­ре­а­том бу­дет ве­те­ран Ми­лан Кун­де­ра, но это не по­ме­ша­ло мне от ду­ши по­ра­до­вать­ся за Иси­гу­ро. «Не от­пус­кай ме­ня» — за­ме­ча­тель­ный ро­ман. Все от на­ча­ла до кон­ца услов­ное, не­по­нят­но, от­ку­да, что и за­чем, но про­ис­хо­дя­щее тра­гич­но. О Дик­кен­се, ко­то­ро­го упре­ка­ли в сла­бо­сти сю­же­та, Че­стер­тон ска­зал, что лест­ни­цы, по ко­то­рым при­хо­дят дик­кен­сов­ские ге­рои, от­ва­ли­ва­ют­ся. А те си­дят се­бе и бе­се­ду­ют, слов­но на небе­сах, и уже со­вер­шен­но не важ­но, как они ту­да по­па­ли. Иси­гу­ро про лест­ни­цы во­об­ще не ду­ма­ет и ни­че­го не объ­яс­ня­ет. Про­чи­тав его, я по­нял: не на­до ни­че­го объ­яс­нять.

Ны­неш­нее ре­ше­ние Но­бе­лев­ско­го ко­ми­те­та зна­ме­на­тель­но сво­им воз­вра­ще­ни­ем к ли­те­ра­ту­ре в уз­ком смыс­ле. По­след­ние па­ру лет пре­мия да­ва­лась ве­щам в сво­их об­ла­стях до­стой­ным, но эти об­ла­сти пе­ре­се­ка­лись с ли­те­ра­тур­ной лишь ча­стич­но. Ко­гда в про­шлом го­ду кто-то из нем­цев спро­сил ме­ня, ка­кой вы­вод рус­ские пи­са­те­ли сде­ла­ли по­сле на­граж­де­ния Бо­ба Ди­ла­на, я при­за­ду­мал­ся. Но, вспом­нив ста­рый анек­дот, ска­зал, что те­перь нам нуж­но еще немно­жеч­ко петь.

12 ок­тяб­ря. В Боль­шом те­ат­ре вру­ча­ли пре­мию «Яс­ная По­ля­на». В ка­че­стве чле­на жю­ри мо­гу ска­зать, что в но­ми­на­ции «Со­вре­мен­ная рус­ская про­за» ко­рот­кий спи­сок по­лу­чил­ся до­стой­ным и ров­ным, так что вы­брать по­бе­ди­те­ля бы­ло непро­сто. Им стал Ан­дрей Ру­ба­нов с ро­ма­ном «Пат­ри­от». Ла­у­ре­ат пре­мии в но­ми­на­ции «Ино­стран­ная ли­те­ра­ту­ра» — ве­ли­кий Ма­рио Вар­гас Льо­са, но­бе­ли­ат и жи­вой клас­сик. Тол­стов­скую пре­мию он по­лу­чил за ро­ман «Скром­ный ге­рой». С вве­де­ни­ем этой но­ми­на­ции «Яс­ная По­ля­на» при­об­ре­ла ка­че­ства боль­шой меж­ду­на­род­ной пре­мии. Це­ре­мо­ния на­граж­де­ния по­бе­ди­те­лей вы­зы­ва­ет те­перь осо­бый ин­те­рес. Хо­чет­ся ве­рить, что уже вско­ре вы­ра­же­ние «ок­тябрь­ские празд­ни­ки» бу­дет под­ра­зу­ме­вать имен­но ее.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.