«Не­го­дя­ев мож­но иг­рать и на ро­дине»

Ак­тёр Алек­сандр Ба­лу­ев — о рус­ских в Гол­ли­ву­де, ре­цеп­те люб­ви и ал­ко­голь­ных скан­да­лах

Izvestia - - Первая страница - На­та­лья Ва­си­лье­ва

Ак­тёр Алек­сандр Ба­лу­ев — о рус­ских в Гол­ли­ву­де, ре­цеп­те люб­ви и ал­ко­голь­ных скан­да­лах

Об­ви­нять Ми­ха­и­ла Ефремова мо­гут лишь те, кто сам не пьёт, слу­хи про ал­ко­го­лизм Алек­сан­дры За­ха­ро­вой не име­ют под со­бой ос­но­ва­ний, а сни­мать­ся в Гол­ли­ву­де в ро­ли рус­ских бан­ди­тов непа­три­о­тич­но. Об этом ак­тёр Алек­сандр Ба­лу­ев рас­ска­зал «Из­ве­сти­ям» в пе­ре­ры­вах меж­ду съём­ка­ми в ка­че­стве ре­жис­сё­ра сво­е­го де­бют­но­го филь­ма «Отель».

Алек­сандр Ни­ко­ла­е­вич, вы впер­вые в ре­жис­сёр­ском крес­ле. Это но­вые об­сто­я­тель­ства, нер­вы, стресс... Признай­тесь, кри­чи­те на съё­моч­ной пло­щад­ке?

В про­цес­се съё­мок бы­ли мо­мен­ты неудо­вле­тво­рён­но­сти со­бой — я очень злил­ся. По­рой это про­ры­ва­лось в ка­кую-то лиш­нюю, ду­рац­кую энер­гию. Но она ни на ко­го не бы­ла на­прав­ле­на, кро­ме ме­ня са­мо­го. Я не то что на лю­дей го­лос не по­вы­сил, я да­же ко­ман­ду «Мо­тор!» ни ра­зу не крик­нул. По­счи­тал, что не имею пра­ва.

В об­щем, вы не дик­та­тор?

Дик­та­том не за­ни­ма­юсь, по­то­му как знаю, что та­кое ак­тёр в кад­ре. Ко­гда в си­лу ха­рак­те­ра или об­сто­я­тельств ре­жис­сёр поз­во­ля­ет се­бе по­вы­шать го­лос, сры­вать­ся, это все­гда нега­тив­но от­кли­ка­ет­ся в ар­ти­стах. У нас со­дру­же­ство, со­твор­че­ство — мы ле­пим, при­ду­мы­ва­ем и осу­ществ­ля­ем всё вме­сте.

О чём ваш фильм?

Всё про­сто — про любовь. Что ред­ко в на­шем се­го­дняш­нем ки­но, ведь у нас всё ча­ще про нелю­бовь сни­ма­ют... Мо­ло­дая па­ра от­пра­ви­лась в сва­деб­ное пу­те­ше­ствие, за­блу­ди­лась и по­па­ла к стран­но­му че­ло­ве­ку, ко­то­рый рань­ше дер­жал го­сти­ни­цу. Отель за­бро­шен, но на од­ну ночь он их всё же при­ютил.

Вла­дель­ца оте­ля иг­ра­е­те вы. Ваш ге­рой вы­сту­па­ет как ка­та­ли­за­тор даль­ней­ше­го раз­ви­тия их от­но­ше­ний?

Он их сби­ва­ет с вол­ны при­выч­ных, дав­но сло­жив­ших­ся вза­и­мо­от­но­ше­ний — уже не очень ис­крен­них, до­воль­но удоб­ных. Они, по­ни­ма­е­те, как бы при­стро­е­ны друг к дру­гу... Мой ге­рой их про­во­ци­ру­ет на ис­крен­ность, от­кро­вен­ность, пе­ре­оцен­ку чувств.

Что для вас любовь?

Чу­до, ко­то­рое да­но по­стичь нам всем. Это не хи­мия. Любовь — яв­ле­ние, непод­власт­ное на­у­ке. Ес­ли бы у лю­дей

был ре­цепт люб­ви и за ней мож­но бы­ло бы хо­дить в ап­те­ку, вы­пи­сы­вать её се­бе при острой необ­хо­ди­мо­сти, то­гда бы кон­чи­лись жи­во­пись, му­зы­ка, ли­те­ра­ту­ра. По­то­му что всё это об од­ном — о по­ис­ке и на­хож­де­нии люб­ви, о её воз­мож­но­сти или по­те­ре. Ес­ли ре­цепт бу­дет най­ден, с искусством по­ра бу­дет за­вя­зы­вать.

Стать ки­но­ре­жис­сё­ром — это спо­соб утвер­дить себя на роль, в ко­то­рой про­дю­се­ры вас не ви­дят?

Нет, я при­вык, что мне пред­ла­га­ют то, че­го я не ожи­даю. Во вся­ком слу­чае, так бы­ло на про­тя­же­нии всей мо­ей ки­не­ма­то­гра­фи­че­ской жиз­ни — всё, что

я от­ме­чаю в сво­ей филь­мо­гра­фии, раз­рыв шаб­ло­на для ме­ня. В этот раз мне до­ста­лась роль ре­жис­сё­ра, ко­то­рую я ни­ко­гда не иг­рал.

То есть вы не идё­те по пу­ти мно­гих гол­ли­вуд­ских ак­тё­ров, ко­то­рые са­ми со­зда­ют ки­но, в ко­то­ром хо­тят сни­мать­ся? Мы не в Гол­ли­ву­де и ни­ко­гда уже там не бу­дем. Точ­нее, мы там уже по­бы­ва­ли, и нам всё про это из­вест­но. У ме­ня в дан­ном слу­чае дру­гая ис­то­рия, я не удо­вле­тво­ряю свои ам­би­ции, не ис­пол­няю меч­ту. Я ни­ко­гда ре­жис­сё­ром быть не хо­тел. Им на­до ро­дить­ся. Хо­тя есть мас­са при­ме­ров в том же Гол­ли­ву­де, ко­гда за­ме­ча­тель­ные ар­ти­сты де­ла­ют хо­ро­шие филь­мы. На­при­мер, Клинт Иствуд.

Од­на из при­чин, по ко­то­рой вы не за­хо­те­ли про­дол­жать ра­бо­тать в Гол­ли­ву­де, — стрем­ле­ние аме­ри­кан­ских про­дю­се­ров снимать на­ших ар­ти­стов в ро­ли «пло­хих рус­ских»?

Это прав­да.

По той же при­чине от съё­мок за ру­бе­жом стали впо­след­ствии от­ка­зы­вать­ся Кра­вчен­ко, Пус­ке­па­лис. Как ду­ма­е­те, мы стали бо­лее пат­ри­о­тич­ны­ми?

Мы стали по-дру­го­му от­но­сить­ся к сво­ей стране, за­ду­ма­лись, ка­кое у нас ли­цо. Не­го­дя­ев мож­но иг­рать и здесь — кор­рум­пи­ро­ван­ные и про­даж­ные чи­нов­ни­ки есть во всех стра­нах. Но ко­гда в ки­но­про­из­вод­стве стали ак­цен­ти­ро­вать вни­ма­ние имен­но на том, что ты рус­ский, а зна­чит, пло­хой по опре­де­ле­нию, я пе­ре­стал со­гла­шать­ся на эти ро­ли, мои кол­ле­ги то­же.

Од­на из глав­ных тем этой осе­ни — при­го­вор Ми­ха­и­лу Еф­ре­мо­ву. Од­ни его осуж­да­ют, дру­гие жа­ле­ют, всё-та­ки ал­ко­го­лизм — это бо­лезнь. Ка­кой по­зи­ции при­дер­жи­ва­е­тесь вы?

Это боль­шая бе­да и тра­ге­дия для се­мьи по­гиб­ше­го Сер­гея За­ха­ро­ва. Ми­ша то­же по­пал в ужас­ное положение. Но я бы не стал осуж­дать его огуль­но... Кто у нас не вы­пи­ва­ет? На­вер­ное, в Рос­сии мень­ше 1% тех, кто во­об­ще не пьёт и не ку­рит. Лишь они впра­ве ска­зать: «Ты ал­ко­го­лик!» Я и сам под­вер­жен — люб­лю вы­пить. Но, ко­неч­но, са­дить­ся за руль в та­ком со­сто­я­нии недо­пу­сти­мо. У ме­ня эта си­ту­а­ция вы­зы­ва­ет со­жа­ле­ние и со­чув­ствие, в том чис­ле к Ми­ше. Ведь не толь­ко се­мья За­ха­ро­ва по­те­ря­ла сво­е­го от­ца и му­жа...

В ав­гу­сте СМИ пи­са­ли, что ле­чит­ся от ал­ко­го­лиз­ма и Алек­сандра За­ха­ро­ва... Са­ша не пьёт во­об­ще. Это ка­кой-то бред. Я дав­но её знаю: не толь­ко по ра­бо­те в те­ат­ре по­след­ние семь лет, а во­об­ще. Это оче­ред­ной вброс на те­му, ко­то­рую у нас очень лю­бят му­со­лить.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.