те­ле­ки­но за неде­лю

Kommersant St. Petersburg - - Спб|культура - Ми­ха­ил Тро­фи­мен­ков ОБО­ЗРЕ­ВА­ТЕЛЬ

Со­бы­тие неде­ли — «И не­ко­то­рые под­бе­жа­ли к нему» (Some Come Running, 1958), горь­кая ме­ло­дра­ма, сня­тая Вин­сен­те Мин­нел­ли так же вир­ту­оз­но, как он сни­мал свои ве­ли­кие без­за­бот­ные мю­зик­лы «Те­ат­раль­ный ва­гон» (1953) или «Аме­ри­ка­нец в Па­ри­же» (1954) (29 июня, «Куль­ту­ра», 21.15, *****). Ли­те­ра­тор-не­удач­ник и пья­ни­ца Дейв воз­вра­ща­ет­ся из ар­мии в род­ной го­ро­док, душ­ную про­вин­цию, где ни­ко­гда ни­че­го не про­ис­хо­дит. Ост­ро­вок сво­бо­ды — опуш­ка, где со­би­ра­ют­ся па­роч­ки, что­бы без­на­ка­зан­но це­ло­вать­ся в осле­пи­тель­но крас­ных каб­ри­о­ле­тах. Дей­ва ни­кто не ждет, ему ни­кто не рад. Брат — ли­це­мер­ный тор­гаш, от ко­то­ро­го да­же род­ная дочь сбе­жа­ла. Жен­щи­на-про­фес­сор, в ко­то­рую Дейв влюб­лен, по­ощ­ря­ет его твор­че­ство, но, ско­ван­ная пред­рас­суд­ка­ми, от­кло­ня­ет уха­жи­ва­ния. Толь­ко двое не­при­ка­ян­ных де­лят с ге­ро­ем его оди­но­че­ство. Бама (Дин Мар­тин) — иг­рок-про­фи, немно­го­слов­ное пе­ре­ка­ти-по­ле, ни­ко­гда не сни­ма­ю­щий ков­бой­скую шля­пу и рас­пла­чи­ва­ю­щий­ся за страсть к иг­ре но­же­вым ра­не­ни­ем. И Джин­ни (Шир­ли Ма­клейн) — шаль­ная дев­чон­ка, по­лушлюш­ка, при­бив­ша­я­ся к Дей­ву в ба­ре и став­шая его же­ной. Она рас­пла­тит­ся за на­ив­ные меч­ты еще страш­нее. Фильм сде­лан ис­клю­чи­тель­но сдер­жан­но, без аф­фек­та­ции: Мин­нел­ли ухит­рил­ся снять ме­ло­дра­му без еди­но­го круп­но­го пла­на, удер­жи­вая зри­те­лей на ди­стан­ции, не ма­ни­пу­ли­руя их эмо­ци­я­ми. Но от этой сдер­жан­но­сти фильм не пе­ре­ста­ет быть об­раз­цо­вой ме­ло­дра­мой. Его мож­но счесть и ре­флек­си­ей о твор­че­стве как из­гой­стве, не­да­ром же пи­са­те­ля по­ни­ма­ют толь­ко по­лу­кри­ми­наль­ный тип и пад­шая де­воч­ка. Иде­аль­ным со­общ­ни­ком Мин­нел­ли ока­зал­ся Фр­энк Си­на­тра, сыг­рав­ший Дей­ва. Сла­ва пев­ца и бра­та­на «крест­ных от­цов» ча­сто за­став­ля­ет за­быть о том, что он был пре­вос­ход­ным ак­те­ром, са­мо­от­вер­жен­ным. Са­мый успеш­ный че­ло­век Аме­ри­ки в луч­ших сво­их филь­мах все­гда иг­рал ро­ли жертв, неудач­ни­ков, че­ло­ве­че­ских об­лом­ков.

Ре­тро­спек­ти­ву к 80-ле­тию за­слу­жи­ла Джи­на Лол­ло­бри­джи­да. Ее щед­ро­го те­лес­но­го при­сут­ствия до­ста­точ­но, что­бы при­дать смысл лю­бо­му филь­му: та­ких секс-бомб де­ла­ли толь­ко в 1950-х. Един­ствен­ный зна­ко­мый зри­те­лям фильм ре­тро­спек­ти­вы — «Хлеб, лю­бовь и фан­та­зия» (Pane, amore e fantasia, 1953) Лу­и­джи Ко­мен­чи­ни, ко­ме­дия в ду­хе ро­зо­во­го нео­ре­а­лиз­ма, где пас­туш­ка Ма­рия по прозвищу Бер­са­лье­ра, то есть сол­дат­ка, сво­им тем­пе­ра­мен­том сму­ща­ет по­кой по­жи­ло­го бри­га­ди­ра ка­ра­би­не­ров и его юно­го за­стен­чи­во­го под­чи­нен­но­го (4 июля, «Куль­ту­ра», 23.55, ****). В жгу­чей ме­ло­дра­ме Ма­рио Сол­да­ти «Про­вин­ци­ал­ка» (La provinciale, 1953) Лол­ло­бри­джи­да — юная су­пру­га про­фес­со­ра (3 июля, «Куль­ту­ра», 23.55, ***). Ни с то­го ни с се­го она ра­нит но­жом обос­но­вав­шу­ю­ся в их до­ме ру­мын­скую гра­фи­ню Эль­ви­ру. Вый­дя из со­сто­я­ния шо­ка, рас­ска­зы­ва­ет близ­ким о сво­ей несчаст­ной судь­бе — ры­да­ют все. Эль­ви­ра ока­зы­ва­ет­ся по­чти повелительницей тьмы, как свой­ствен­но ру­мын­ским псев­до­ари­сто­крат­кам. С од­ной ей ве­до­мы­ми це­ля­ми она скло­ня­ла и без то­го трав­ми­ро­ван­ную неудач­ным ро­ма­ном бед­няж­ку к про­сти­ту­ции. В «Пре­крас­ном но­яб­ре» (Un bellissimo novembre, 1968), ве­ли­ко­свет­ской эро­ти­ке Ма­у­ро Бо­ло­ньи­ни, Лол­ло­бри­джи­да, на­про­тив, цве­ту­щая по­жи­ра­тель­ни­ца муж­чин, сво­дя­щая с ума сво­е­го пле­мян­ни­ка (5 июля, «Куль­ту­ра», 23.55, ***). Уже ко­гда она про­сит его по­мочь ей разо­брать че­мо­да­ны, раз­гу­ли­вая по ком­на­те в негли­же, всем, кро­ме са­мо­го Ни­ко, по­нят­но, к че­му неиз­беж­но при­ве­дут ее сле­ду­ю­щие прось­бы по­мочь при­нять душ и отой­ти ко сну. Но за­то она так ис­кренне изум­ля­ет­ся, по­лу­чив от со­блаз­нен­но­го род­ствен­нич­ка град по­ще­чин, ко­гда тот за­сти­га­ет ее с лю­бов­ни­ком, рас­ка­ты­ва­ю­щим на ши­кар­ном спор­тив­ном ав­то­мо­би­ле. Дар те­лес­но­го при­сут­ствия на экране, но со­всем ино­го ро­да де­мон­стри­ру­ет фут­бо­лист Эрик Кан­то­на в ко­мик­се «Об­жо­ра» (L'outremangeur, 2003) Тьер­ри Би­ни­сти (30 июня, «Рос­сия», 0.55, **). Его 160-ки­ло­грам­мо­вый по­ли­цей­ский ин­спек­тор из Мар­се­ля не про­сто об­жо­ра — по­чти что лю­до­ед, ко­то­рый ест, по­сколь­ку бо­ит­ся быть съе­ден­ным. В об­мен на свое мол­ча­ние он за­став­ля­ет де­вуш­ку-убий­цу ужи­нать с ним в те­че­ние го­да: по­сле ги­пер­ре­а­ли­сти­че­ских сцен пир­ше­ства осо­бо нерв­ные зри­те­ли риску­ют за­бо­леть ано­рек­си­ей. Но, к со­жа­ле­нию, фильм быст­ро идет под от­кос. Тех, кто чи­та­ет сказ­ки, во­об­ще-то не ин­те­ре­су­ет, как лю­до­ед до­шел до жиз­ни та­кой. Но Би­ни­сти по­дроб­но, в ра­пи­де и фл­эш­бе­ках, рас­тол­ко­вы­ва­ет зри­те­лям, как сло­жил­ся ха­рак­тер об­жо­ры: да-да-да, ви­ной все­му опять-та­ки трав­ма, по­лу­чен­ная лю­до­едом в неж­ном воз­расте.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.