БЛИЦИНТЕРВЬЮ

Kommersant Voronezh - - Культура -

Свое пер­вое ин­тер­вью в но­вой долж­но­сти ЛЕО­НИД ДЕ­СЯТ­НИ­КОВ дал СЕР­ГЕЮ ХОДНЕВУ. — У вас бы­ли лич­ные мо­ти­вы для то­го, что­бы при­нять та­кое пред­ло­же­ние? — Это очень ин­тим­ный во­прос, но по­ста­ра­юсь на него от­ве­тить. На­блю­дая за со­бой, я ви­жу ка­кие-то симп­то­мы твор­че­ско­го ста­ре­ния. Скон­цен­три­ро­ван­ность на сво­ей ра­бо­те, мо­жет быть, не все­гда по­зи­тив­но ска­зы­ва­ет­ся на ре­зуль­та­те. И в этом смыс­ле мне ка­жет­ся, что кон­такт с жи­вы­ми людь­ми, а не с но­та­ми мо­жет мне по­мочь в мо­ей ос­нов­ной ра­бо­те. Тем бо­лее ко­гда речь идет о том, что­бы со­труд­ни­чать с Боль­шим те­ат­ром и в ка­че­стве ком­по­зи­то­ра. — Вы мо­же­те при­не­сти в те­атр на сво­ем по­сту что-то уни­каль­но свое? — На этот во­прос у ме­ня нет от­ве­та, я чест­но об этом го­во­рю. Но есть некая склон­ность к им­про­ви­за­ции. До­пу­стим, мне крайне ин­те­ре­сен Те­одор Ку­рент­зис. Ко­неч­но, я по­чту за честь, ес­ли Те­одор про­сто бу­дет за­ни­мать­ся мо­ей му­зы­кой, он за­пла­ни­ро­ван как му­зы­каль­ный ру­ко­во­ди­тель «Утра­чен­ных ил­лю­зий». Я про­сто нач­ну с него, как с са­мо­го ра­ди­каль­но­го ва­ри­ан­та, по­то­му что он че­ло­век экс­цент- рич­ный, экс­тре­мист­ский и все та­кое. По­смот­рю, как бу­дут раз­ви­вать­ся вза­и­мо­от­но­ше­ния с со­ли­ста­ми, с ор­кест­ром. И ес­ли бу­дут воз­ни­кать ка­кие-то про­блем­ные си­ту­а­ции, ес­ли по­на­до­бят­ся мои со­ве­ты, я все­гда бу­ду рад прий­ти на по­мощь. — Пред­пи­са­ли ли вам ка­кой-то круг долж­ност­ных обя­зан­но­стей? — В мо­ем тру­до­вом со­гла­ше­нии есть ряд об­те­ка­е­мых фраз, ко­то­рые мож­но трак­то­вать так, мож­но ина­че, но они в об­щем ме­ня не огра­ни­чи­ва­ют. В ка­ком-то смыс­ле public relations то­же от­но­сят­ся к сфе­ре мо­их обя­зан­но­стей. Ви­ди­те ли, си­ту­а­ция сло­жи­лась та­ким об­ра­зом, что в от­сут­ствие Александра Ве­дер­ни­ко­ва все ре­ше­ния, ко­то­рые бу­дет при­ни­мать ад­ми­ни­стра­ция те­ат­ра, не бу­дут счи­тать­ся ле­ги­тим­ны­ми хо­тя бы по­то­му, что там нет лю­дей с выс­шим му­зы­каль­ным об­ра­зо­ва­ни­ем. Я сво­им при­сут­стви­ем при­зван как бы ле­ги­ти­ми­зи­ро­вать и сде­лать эту си­ту­а­цию бо­лее ком­форт­ной. — Но тот же Алек­сандр Ве­дер­ни­ков, ухо­дя, го­во­рил и о необ­хо­ди­мо­сти ад­ми­ни­стра­тив­ной пе­ре­строй­ки Боль­шо­го. — Ну вот, до­пу­стим, пе­ре­ход от ре­пер­ту­ар­но­го те­ат­ра к си­сте­ме stagione, о ко­то­ром все дав­но го­во­рят, в том чис­ле и Са­ша Ве­дер­ни­ков. Все пре­крас­но, но есть си­сте­ма stagione, и есть су­ро­вая рос­сий- ская ре­аль­ность, есть рос­сий­ское тру­до­вое за­ко­но­да­тель­ство, с ко­то­рым ни­че­го нель­зя сде­лать. Во­об­ще, я не счи­таю, что это мое на­зна­че­ние яв­ля­ет­ся в ка­кой бы то ни бы­ло сте­пе­ни ин­фор­ма­ци­он­ным по­во­дом, это неко­то­рая ин­тер­лю­дия, для­щий­ся мо­мент неко­ей пе­ре­пра­вы. Я бу­ду счаст­лив, ес­ли жур­на­ли­сты бу­дут пи­сать с боль­шим эн­ту­зи­аз­мом не о кад­ро­вых пе­ре­ста­нов­ках в Боль­шом те­ат­ре, а о верх­нем «фа» в арии Ца­ри­цы но­чи из «Вол­шеб­ной флей­ты», ко­то­рое взя­ла или не взя­ла та или иная пе­ви­ца,— вот это по­вод для раз­го­во­ра. — А ес­ли го­во­рить о верх­нем «фа», то, до­пу­стим, ка­стинг пев­цов вы бу­де­те кон­тро­ли­ро­вать? — Я бу­ду этим за­ни­мать­ся, ко­неч­но. — Мо­жем ли мы го­во­рить, что те­перь в Боль­шом есть некая кол­ле­ги­аль­ность при при­ня­тии ре­ше­ний? — Есть чи­сто че­ло­ве­че­ская и про­фес­си­о­наль­ная сим­па­тия друг к дру­гу со сто­ро­ны в первую оче­редь Ик­са­но­ва и Фих­тен­голь­ца. И вза­им­ная. Я ду­маю, что мы вы­сту­па­ем еди­ным фрон­том. — Сей­час в те­ат­ре ре­кон­струк­ция, да еще и с фи­нан­со­вы­ми скан­да­ла­ми. В этой си­ту­а­ции по­яв­ля­е­тесь вы, ко­то­рый для сред­не­го чи­нов­ни­ка свя­зан в первую оче­редь с «Детьми Ро­зен­та­ля», точ­нее го­во­ря, с шу­мом, ко­то­рый то­гда под­нял­ся. Вы не опа­са­е­тесь ка­ко­го-то нега­тив­но­го от­но­ше­ния свер­ху? — На­сколь­ко я знаю, ми­нистр куль­ту­ры со­об­щил о мо­ем на­зна­че­нии на кол­ле­гии. По-мо­е­му, это не вы­зва­ло ни­ка­ких про­те­стов. Ви­ди­мо, «Де­ти Ро­зен­та­ля» — это ка­кой-то за­бы­тый уже сю­жет. Сей­час, на­вер­ное, дру­гая эпо­ха. — Ва­ше ви­де­ние даль­ней­шей си­ту­а­ции с ре­пер­ту­ар­ной по­ли­ти­кой как-то про­дол­жа­ет то, как де­ло об­сто­я­ло с на­ча­ла 2000-х го­дов? — Да, я ду­маю, это про­дол­же­ние. Во-пер­вых, ос­нов­ная мысль, ко­то­рую я по­пы­тал­ся озву­чить на пресс-кон­фе­рен­ции,— это некая все­яд­ность, некая пра­виль­ная неприн­ци­пи­аль­ность. То есть мож­но, ко­неч­но, по­стро­ить этот те­атр так, что в нем бу­дут ид­ти толь­ко «Бо­рис Го­ду­нов», «Хо­ван­щи­на», «Пи­ко­вая да­ма», «Ев­ге­ний Оне­гин» и даль­ше — вплоть до «Вра­жьей си­лы» и «Асколь­до­вой мо­ги­лы», но та­ким об­ра­зом Боль­шой те­атр рис­ку­ет пре­вра­тить­ся в ки­тай­скую оперу, чем он не яв­ля­ет­ся. Долж­но быть аб­со­лют­но все. Ну, мо­жет быть, труд­но се­бе пред­ста­вить, что здесь, на­при­мер, по­явит­ся Ла­хен­ман,— про­сто для него по­ка нет пуб­ли­ки. Но то, что по­яв­ля­ет­ся, на­при­мер, «Воц­цек»,— это очень отрад­но. И это нор­маль­но. ры­тие ис­то­ри­че­ско­го Боль­шо­го, вы­гля­дят весь­ма уме­рен­ны­ми. «Спя­щая кра­са­ви­ца» в ре­дак­ции Юрия Гри­го­ро­ви­ча и де­ко­ра­ци­ях Эцио Фри­дже­рио пой­дет на глав­ной сцене; на но­вой сцене вый­дет обо­жа­е­мая ар­ти­ста­ми все­го ми­ра «Ма­нон» Кен­не­та Мак­мил­ла­на; а за­вер­шат бал все­воз­мож­ные «Валь­сы Ба­лан­чи­на».

Что ка­са­ет­ся опер­ных спек­так­лей, то их на пред­сто­я­щие три го­да за­пла­ни­ро­ва­но семь. В этих спек­так­лях и в кон­церт­ных про­ек­тах те­ат­ра бу­дут за­дей­ство­ва­ны все пять ди­ри­же­ров, о со­труд­ни­че­стве с ко­то­ры­ми те­атр объ­явил прак­ти­че­ски сра­зу по­сле ухо­да Александра Ве­дер­ни­ко­ва: Те­одор Ку­рент­зис, Ва­си­лий Си­най­ский, Алек­сандр Ла­за­рев, Вла­ди­мир Юров­ский­иКи­рил­лПет­рен­ко.За пре­де­лы этой пя­тер­ки те­атр вый­дет лишь еди­но­жды — для по­ста­нов­ки «Ле­ту­чей мы­ши» Штра­у­са (ее те­атр пред­ста­вит 17 мар­та 2010 го­да) при­гла­шен на­ря­ду с ре­жис­се­ром Ва­си­ли­ем Бар­ха­то­вым швей­цар­ский ди­ри­жер Кри­стоф Мюл­лер.Апер­ва­я­по­ста­нов­ка­это­го се­зо­на, «Воц­цек» Аль­ба­на Бер­га (пре­мье­ра 24 но­яб­ря), как уже со­об­ща­лось, ста­нет пер­вой ра­бо­той в те­ат­ре Те­одо­ра Ку­рент­зи­са и тре­тьей Дмит­рия Чер­ня­ко­ва.

Те­одор Ку­рент­зис бу­дет так­же му­зы­каль­ны­мру­ко­во­ди­те­лем­по­ста­нов­ки­мо­цар­тов­ско­го«ДонЖу­а­на»:этотс­пек­такль,на­ме­чен­ный на осень 2010 го­да, ста­нет пер­вой за несколь­ко лет ра­бо­той в Москве зна­ме­ни­то­го ре­жис­се­ра Ана­то­лия Ва­си­лье­ва. За­вер­шать же се­зон 2010/11 бу­дет «Зо­ло­той пе­ту­шок» Рим­ско­го-Кор­са­ко­ва, с ко­то­рым свя­за­на еще од­на па­ра громких имен: ре­жис­сер Ки­рилл Се­реб­рен­ни­ков (опять-та­ки де­бют в Боль­шом­те­ат­ре)иди­ри­жерВа­си­лий­Си­най­ский.Фак­ти­че­ски­жев этом се­зоне есть и еще од­на пре­мье­ра, при­чем ми­ро­вая: 27 но­яб­ря те­атр в пер­вый раз пред­ста­вит кон­церт­ное ис­пол­не­ний но­во­на­пи­сан­ной опе­ры фран­цу­за Фи­лип­па Фе­не­ло­на «Виш­не­вый сад», ко­то­рую по­сле это­го бу­дут ста­вить уже во Фран­ции.

О на­ча­ле се­зо­на 2011/12 ру­ко­вод­ство те­ат­ра ду­ма­ет с по­нят­ным бес­по­кой­ством. 3 ок­тяб­ря ис­то­ри­че­ская сце­на те­ат­ра долж­на от­крыть­ся по­сле ре­кон­струк­ции пре­мье­рой «Русла­на и Люд­ми­лы» с ре­жис­су­рой Дмит­рия Чер­ня­ко­ва и с Вла­ди­ми­ром Юров­ским­за­ди­ри­жер­ским­пуль­том. Но по­спе­ет ли к этой да­те, с ко­то­рой, по сло­вам Ана­то­лия Ик­са­но­ва, те­атр свя­зы­ва­ет «все планы и ча­я­ния», ре­кон­струк­ция, уже ослож­нен­ная еще и вме­ша­тель­ством Счет­ной па­ла­ты и про­ку­ра­ту­ры,— во­прос, увы, от­кры­тый. Лео­нид Де­сят­ни­ков при­знал, что на край­ний слу­чай у те­ат­ра есть и некий за­пас­ной ва­ри­ант. Ес­ли же ис­хо­дить из офи­ци­аль­но­го оп­ти­ми­сти­че­ско­го про­гно­за, то по­сле «Русла­на» те­атр дол­жен по­ка­зать еще две опер­ных пре­мье­ры, обе на ос­нов­ной сцене. Это, во-пер­вых, не ис­пол­няв­ший­ся еще в Боль­шом «Ка­ва­лер ро­зы», над ко­то­рым бу­дут ра­бо­тать Ва­си­лий Си­най­ский и бри­тан­ский ре­жис­сер Сти­вен Ло­улесс. «У вас бу­дет слу­чай от­дох­нуть от эс­те­ти­ки длин­ных чер­ных паль­то»,— сар­ка­сти­че­ски ввер­нул Лео­нид Де­сят­ни­ков, от­ме­чая при­стра­стие ре­жис­се­ра к тра­ди­ци­он­ным по­ста­но­воч­ным ре­ше­ни­ям.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.