«Это исто­рия о том, как те­ле­ви­зор по­бе­дил в Рос­сии че­ло­ве­ка »

Kommersant Weekend - - Содержание - Иван Да­вы­дов

о пре­зи­дент­ских вы­бо­рах 1996 го­да

Я вклю­чаю т еле­ви­зор, там — Ко­стаРи­ка — Уруг­вай, неил­лю­зор­ная бой­ня, аут­сай­дер тер­за­ет фа­во­ри­та, да еще и че­ло­век по име­ни Ель­цин на по­ле. «Ко­ста-Ри­ка, Ель­цин, Те­хе­да », — ду­маю я. Этот ритм плот­но вбит в го­ло­ву, как за­бу­дешь — те­ле­ви­зор, дру­гой, еще не плос­кий, но уже япон­ский, а в нем — Луж­ков Юрий Ми­хай­ло­вич. Юрий Ми­хай­ло­вич су­ров и бор­дов, как кол­хоз­ная свек­ла. «Рос­сия, Ель­цин, по­бе­да!» — кри­чит Юрий Ми­хай­ло­вич.

По­че­му я во­об­ще на­чи­наю с раз­го­во­ра про те­ле­ви­зор? Ну, по­то­му, на­вер­ное, что исто­рия вы­бо­ров 1996- го — это ведь и есть исто­рия о том, как те­ле­ви­зор по­бе­дил в Рос­сии че­ло­ве­ка. Че­ло­век до сих пор от по­ра­же­ния не опра­вил­ся — сра­жа­ет­ся без эн­ту­зи­аз­ма, несет по­те­ри. Те­ле­ви­зор ру­лит.

Но лич­но для ме­ня, впро­чем, исто­рия тех вы­бо­ров на­ча­лась не с те­ле­ви­зо­ра. По­ли­ти­кой я ин­те­ре­со­вал­ся ма­ло. Де­воч­ка­ми, да. Им­ма­ну­и­лом Кан­том. Джо­ном Бар­том. Сла­бо­ал­ко­голь­ны­ми на­пит­ка­ми. Джой­сом. Шей­ма­сом Хи­ни. Креп­ки­ми ал­ко­голь­ны­ми на­пит­ка­ми. Бер­дя­е­вым. Бер­дя­е­вым мень­ше, чем сле­до­ва­ло бы. Как я мог уга­дать, что он впо­след­ствии ока­жет­ся в та­ком фа­во­ре, что сам пре­зи­дент бу­дет его из те­ле­ви­зо­ра ци­ти­ро­вать? Ну вот, Бер­дя­е­вым мень­ше, чем сле­до­ва­ло бы, а по­ли­ти­кой — еще мень­ше, чем Бер­дя­е­вым.

Ко­нец се­мест­ра. Ле­то. За ок­ном по­ют, на­вер­ное, пта­хи, хоть их и не слыш­но, ко­гда ты си­дишь на 11- м эта­же пер­во­го ГУМа. ГУМ — для не учив­ших­ся в МГУ со­об­щу,— это не то, о чем вы по­ду­ма­ли. Это пер­вый гу­ма­ни­тар­ный кор­пус. В ауди­то­рию, где мы ждем се­ми­на­ра, вхо­дит Ар­се­ний Ни- ко­ла­е­вич Ча­ны­шев, непро­стой по­эт, да и че­ло­век то­же непро­стой, ко­то­рый дол­жен учить нас люб­ви к ан­тич­ным фи­ло­со­фам. Ар­се­ний Ни­ко­ла­е­вич до­ста­ет из кар­ма­на мя­то­го пи­джа­ка еще бо­лее мя­тую бу­маж­ку с печатью. Пускает по ря­дам — смот­ри­те.

«Сим удо­сто­ве­ря­ет­ся, что князь А. Н. Ча­ны­шев на­зна­ча­ет­ся на­блю­да­те­лем на вы­бо­ры от Ка­за­чьей пар­тии Рос­сии ». Пе­чать с пе­ре­кре­щен­ны­ми саб­ля­ми и под­пись ка­ко­го- то там « ге­не­рал- ата­ма­на ». Ча­ны­шев лю­бу­ет­ся про­из­ве­ден­ным эф­фек­том. Эф­фек­та нет, ибо юность же­сто­ка.

— Лад­но,— го­во­рит Ча­ны­шев.— «Князь» — это я сам впи­сал.

Так я и узнаю, что, во- пер­вых, Ча­ны­шев ни­ка­кой не князь, а во- вто­рых, на стра­ну на­дви­га­ют­ся вы­бо­ры.

На­вяз­чи­во на­дви­га­ют­ся, на­до ска­зать. Что ни день, то боль­ше во­круг их при­зна­ков. Вот на па­ра­пе­те у метро пла­кат: «Ку­пи еды в по­след­ний раз». И кар­тин­ка ка­кая- то страш­ная. Не пом­ню те­перь. Пе­ре­черк­ну­тый ба­тон? Ме­ня, ко­неч­но, та­ким не на­пу­га­ешь. Я сту­дент, я и так ее каж­дый день по­ку­паю, как в по­след­ний раз.

Вы­бо­ры от­ча­ян­но ле­зут в те­ле­ви­зор. Дя­дя с боль­ши­ми уса­ми го­во­рит что- то о на­ступ­ле­нии мрач­ных вре­мен и воз­вра­ще­нии ГУЛАГа. Ре­клам­ные ро­ли­ки ме­ша­ют сле­дить за три­ум­фа­ми мос­ков­ско­го « Спар­та­ка ». Да, де­ти, у мос­ков­ско­го « Спар­та­ка » бы­ли три­ум­фы. Хо­чет­ся пра­виль­ных пе­сен, ко­гда у луч­шей ко­ман­ды стра­ны но­вый тре­нер. Жо­ра Яр­цев. Жо­ра! Яр­цев! « За „Спар­так“иг­ра­ет Жо­ра Яр­цев, ну а ко­ни Яр­це­ва бо­ят­ся!» Но вме­сто это­го в те­ле­ви­зо­ре нена­ту­раль­ные кре­стьян­ки по­ют ча­стуш-

ки о ве­ли­чии Гри­го­рия Яв­лин­ско­го. Что- то ры­чит ге­не­рал Ле­бедь, в ко­то­ро­го, по слу­хам, влюб­ле­ны все жен­щи­ны. Это, ко­неч­но, уди­ви­тель­но. Все жен­щи­ны долж­ны быть влюб­ле­ны в ме­ня. На­чи­наю по­гля­ды­вать на жен­щин с опас­кой — стран­ные они ка­кие- то.

Бе­з­усый дя­дя из те­ле­ви­зо­ра пу­га­ет ла­гер­ны­ми выш­ка­ми и обе­ща­ет ба­лан­ду. Непло­хо бы­ло бы сей­час хлеб­нуть ба­лан­ды. Де­нег в об­рез, и по­тра­тить их пред­по­чти­тель­нее на си­га­ре­ты.

Я стою у ларь­ка на опто­вом рын­ке. Вы помни­те, что это — опто­вый ры­нок? Бе­тон­ный блин, за­стро­ен­ный ужас­ны­ми ларь­ка­ми, в ко­то­рых про­да­ет­ся по­чти все пло­хое, что в ми­ре есть. От за­мо­ро­жен­ной ры­бы неиз­вест­но­го про­ис­хож­де­ния и воз­рас­та, пом­ня­щей ес­ли не ди­но­зав­ров, то Ста­ли­на на­вер­ня­ка. До пред­по­ло­жи­тель­но ге­ро­и­на. Я вс­по­ми­наю, как уса­тый дя­дя из те­ле­ви­зо­ра го­во­рил, что ско­ро мы все вс­пом­ним Ста­ли­на. Смот­рю на пач­ку аме­ри­кан­ских си­га­рет и впер­вые пе­ре­жи­ваю что- то вро­де опа­се­ния: а вдруг этот непри­ят­ный тип с бо­ро­дав­кой, ко­то­рый из­ред­ка — очень из­ред­ка — мель­ка­ет в те­ле­ви­зо­ре на фоне крас­ных фла­гов, на са­мом де­ле от­ни­мет у ме­ня аме­ри­кан­ские си­га­ре­ты? И, что, ве­ро­ят­но, да­же ху­же,— Шей­ма­са Хи­ни?

Иду к по­друж­ке в го­сти, до­стаю из поч­то­во­го ящи­ка ли­стов­ку. « Вме­сто Борь­ки пья­но­го вы­бе­рем Зю­га­но­ва!» Отец ее си­дит на кухне и, по­прав­ляя еже­ми­нут­но оч­ки, чи­та­ет «МК ». «По­лю­би­ла да­ве­ча Бо­ри­са Ни­ко­ла­и­ча, не хо­чу та­пе­ри­ча Ген­на­дия Ан­дре­и­ча », — со­об­ща­ет мне об­шир­ная да­ма с ка­ри­ка­ту­ры. Гру­ди у нее еще та­кие, зна­е­те. Би­до­на­ми. Мне нра­вят­ся по­мень­ше. Как у мо­ей по­друж­ки. Но отец ее, ка­жет­ся, не со­би­ра­ет­ся ни­ку­да ухо­дить. По­друж­ка, про­яв­ляя по­до­зри­тель­ную по­ли­ти­че­скую гра­мот­ность, скло­ня­ет ро­ди­те­ля го­ло­со­вать за Ама­на Ту­ле­е­ва: — Люб­лю убо­гонь­ких. Но рус­скую ли­те­ра­ту­ру, ви­ди­мо, боль­ше. Ина­че от­ку­да эта тя­га к убо­гонь­ким? Ах, будь я то­гда по­ум­нее хоть немно­го, ме­ня бы эта мысль коль­ну­ла. Убо­гонь­ких, зна­чит. Но не коль­ну­ла.

В те­ле­ви­зо­ре бес­ну­ют­ся пло­хие рус­ские ро­ке­ры. И сре­ди них — Бо­рис Ни­ко­ла­е­вич Ель­цин. Пля­шет. Неуме­ло, за­то от ду­ши. Это от­че­го- то вы­зы­ва­ет гнев стар­ших. Пре­зи­дент не дол­жен и так да­лее. А мне нра­вит­ся. Я и сам при­мер­но так же тан­цую. Осо­бен­но ес­ли вы­пью. Ну, так ведь он, на­вер­ное, то­же вы­пил. « Го­ло­суй или про­иг­ра­ешь!» — хо­ром кри­чат участ­ни­ки ве­че­рин­ки. По­том дя­дя, ка­жет­ся, с лы­си­ной, рас­ска­зав для на­ча­ла о но­вых по­гиб­ших где- то там, в Чечне, пе­ре­клю­ча­ет­ся на неиз­беж­ное. При­зрак Ста­ли­на. Угро­за мас­со­вых ре­прес­сий. Неиз­беж­ный крах эко­но­ми­ки. Мы по­рва­ли «Ро­тор ». На­ко­нец- то. С это­го сле­до­ва­ло на­чи­нать.

Ах да, не все те­перь и зна­ют, что та­кое «Ро­тор». Фут­боль­ная ко­ман­да из Вол­го­гра­да. Или как там нын­че этот го­род на­зы­ва­ет­ся. Раз уж тут по­всю­ду при­зрак Ста­ли­на. Мы опа­са­лись, что « Ро­тор » вы­иг­ра­ет чем­пи­о­нат, но обо­шлось.

Неиз­беж­ный крах эко­но­ми­ки где- то со­всем ря­дом: я ку­пил по­друж­ке здо­ро­вен­но­го плю­ше­во­го ко­та. А мог бы жить неде­ли две на эти день­ги. Лад­но, сес­сия ведь, по­лез­но немно­го по­го­ло­дать. Тем бо­лее, го­сти се­го­дня при­дут, при­не­сут че­го- ни­будь.

Го­сти, они же од­но­курс­ни­ки, при­но­сят не­сколь­ко бу­ты­лок вод­ки « При­вет », ко­то­рая в на­ших кру­гах счи­та­ет­ся при­лич­ной. Мы, в кон­це кон­цов, лю­ди утон­чен­ные. И один, вот уж ко­го не по­до­зре­ва­ли мы в по­ли­ти­че­ской под­ко­ван­но­сти, на­чи­на­ет вдруг объ­яс­нять, что ре­фор­мы за­ве­ли стра­ну в ту­пик, вой­на фак­ти­че­ски про­иг­ра­на и толь­ко мяг­кий, ак­ку­рат­ный и по­сле­до­ва­тель­ный воз­врат в про­шлое, а так­же обес­пе­че­ние ре­аль­но­го на­ро­до­вла­стия… Да ты че­го, да­вай луч­ше вы­пьем. Из те­ле­ви­зо­ра дя­дя с ше­ве­лю­рой го­во­рит, что нель­зя дать ком­му­ни­стам шан­са еще раз при­ве­сти стра­ну к кра­ху и от­пра­вить нас в ла­ге­ря. В ла­ге­ря, ко­неч­но, не хо­чет­ся. Лич­но мне да­же в пи­о­нер­ских ни­ко­гда не нра­ви­лось.

В поч­то­вом ящи­ке пач­ка ли­сто­вок. Мар­тин Лю­ци­а­но­вич Шак­кум. Лю­ци­а­но­вич, смеш­но. « О за­щи­те граж­дан от про­из­во­ла и кор­руп­ции ». « Об­ра­зо­вать вер­ти­каль вла­сти ». Вер­ти­каль, на­до же. Я за­чем- то за­по­ми­наю это сло­во­со­че­та­ние — « вер­ти­каль вла­сти ». Эта­кий неза­мыс­ло­ва­тый фал­ло­цен­тризм. Ввер­ну ку­да- ни­будь при слу­чае.

16 июня, вы­бо­ры. Я до­зрел. Очень не хо­чет­ся в ла­ге­ря. Ре­шаю про­го­ло­со­вать. Впер­вые в жиз­ни. До это­го как- то со­всем ме­ня вы­бо­ры не за­ни­ма­ли. А тут. При­зрак. Ко­лю­чая про­во­ло­ка. Я уви­дел оку­ро­чек с крас­ной по­ма­дой и так да­лее.

На­вер­ное, ду­маю я, там бу­дут жур­на­ли­сты. И они ме­ня спро­сят: а по­че­му ты, Да- вы­дов, ре­шил про­го­ло­со­вать и за ко­го? И в от­вет я ска­жу на­сто­я­щую речь о сво­бо­де. Там бу­дет все. Джойс. И де­воч­ки. И аме­ри­кан­ские си­га­ре­ты. И недо­пу­сти­мость возвращения ре­прес­сий. Ах, что это бу­дет за речь! Уж я то знаю про сво­бо­ду по­боль­ше, чем все эти уса­тые и лы­сые. Нач­ну с Пла­то­на. То есть нет. Ко­неч­но, с кри­ти­ки Пла­то­на Поп­пе­ром. Как там это у него.

Я на­ты­ка­юсь на Се­реж­ку, школь­но­го еще дру­га . Се­реж­ка мо­ден до непри­ли­чия и увле­чен, ка­жет­ся, нар­ко­ти­ка­ми. То­же идет на вы­бо­ры. « За ко­го го­ло­су­ешь? » — спра­ши­ваю. Се­реж­ка за­га­доч­но улы­ба­ет­ся.

На участ­ке жур­на­ли­стов нет, и во­об­ще на­ро­ду немно­го. За сто­лом — за­вуч из шко­лы, где мы с Се­реж­кой учи­лись. Что за вид у вас! По­правь­те хоть одеж­ду и бюл­ле­те­ни не взду­май­те ис­пор­тить! Я го­ло­сую за Ель­ци­на. Се­реж­ка впи­сы­ва­ет — но­ме­ром 12 — ко­го- то из со­ли­стов груп­пы « Де­пеш Мод ». Сов­мест­ны­ми уси­ли­я­ми мы оста­нав­ли­ва­ем на­ступ­ле­ние то­та­ли­та­риз­ма.

По­том был еще один тур, а по­том мно­го все­го дру­го­го. А вот на вы­бо­ры я боль­ше ни­ко­гда не хо­дил. Так сло­жи­лось, что на сле­ду­ю­щих я ра­бо­тал в од­ной кон­то­ре с гром­ким име­нем, по­мо­гал се­рень­ко­му кан­ди­да­ту с со­мни­тель­ным про­шлым оста­но­вить, не до­пу­стить, а за­од­но мно­го про вы­бо­ры в Рос­сии узнал. Же­ла­ние го­ло­со­вать от­па­ло.

И толь­ко спу­стя 16 лет, в 2012- м я при­шел на уча­сток. Впи­сал в бюл­ле­тень Че­ло­ве­ка- па­у­ка и про­го­ло­со­вал за него. На­до все- та­ки спа­сать Россию. Я не смог — так, мо­жет, хоть Че­ло­век- па­ук.

Под­счет ре­зуль­та­тов го­ло­со­ва­ния в Цен­траль­ной из­би­ра­тель­ной ко­мис­сии

Из­би­ра­тель­ный уча­сток

Акция в под­держ­ку Бо­ри­са Ель­ци­на на вы­бо­рах пре­зи­ден­та РФ, Ке­ме­ро­во

Бо­рис Ель­цин на му­зы­каль­ном кон­цер­те в Ро­сто­ве, 10 июня 1996 го­да

Ген­на­дий Зю­га­нов (в цен­тре) по­сле го­ло­со­ва­ния на из­би­ра­тель­ном участ­ке

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.