« По­ко­ле­ние — не ор­ден гу­ма­ни­стов, не литературное на­прав­ле­ние. И ра­не­ных там не дер­жа­ли: толь­ко уби­тые. Сколь­ко бы лет они ни про­жи­ли по­сле то­го, как их уби­ли в 1914- м »

Од­но­вре­мен­но со смер­тью эрц­гер­цо­га Фран­ца Фер­ди­нан­да, од­но­вре­мен­но с ги­бе­лью ста­рой Ев­ро­пы, 28 июня 1914 го­да на свет ро­ди­лось по­ко­ле­ние, ко­то­рое мы на­зы­ва­ем «по­те­рян­ным» и гра­ни­цы ко­то­ро­го — гео­гра­фи­че­ские и хро­но­ло­ги­че­ские — бла­го­душ­но ста­ра­ем­ся очер­тит

Kommersant Weekend - - Первая Страница - Кто был убит в Са­ра­е­во

Раз­го­вор о « по­те­рян­ном по­ко­ле­нии » лег­ко и при­ят­но де­валь­ви­ро­вать до уров­ня ско­ро­го­вор­ки: Хе­мин­гу­эй- Ре­марк- Фиц­д­же­ральд- Ол­динг­тон, « Три то­ва­ри­ща » - « Фи­е­ста » - « Смерть ге­роя » - «Ночь неж­на ». Ну, еще кар­ти­ны От­то Дик­са, хо­тя тош­но­твор­ное че­ло­ве­че­ское же­ле в тран­ше­ях оста­ет­ся на пе­ри­фе­рии ми­фа, со­здан­но­го еще « ше­сти­де­сят­ни­ка­ми ». Про­чи­тав в «Ино­стран­ке » « Праздник, ко­то­рый все­гда с то­бой », они опо­зна­ли в ге­ро­ях « сво­их ». Разо­ча­ро­ван­ных, но вер­ных « об­ще­че­ло­ве­че­ским » иде­а­лам, ци­нич­ных и неж­ных. Ху­дож­ни­ков, ра­нен­ных ве­ком. Гу­ма­ни­стов, умуд­рен­ных страш­ным опы­том.

Сме­ним ракурс: « по­ко­ле­ние » — не ор­ден гу­ма­ни­стов, не литературное на­прав­ле­ние. И ра­не­ных там не дер­жа­ли: толь­ко уби­тые. Сколь­ко бы лет они ни про­жи­ли по­сле то­го, как их уби­ли в 1914-м.

* С раз­ни­цей в шесть ап­рель­ских дней 1889 го­да в Ав­стрии ро­ди­лись два маль­чи­ка. Один стал бо­гем­ным ху­дож­ни­ком, «ко­сил» от ар­мии так, что его объ­яви­ли в ро­зыск. Вто­рой учил­ся в Кем­бри­дже у Бер­тра­на Рас­се­ла. На фронт оба по­шли доб­ро­воль­ца­ми. Один во­е­вал храб­ро — грудь в Же­лез­ных кре­стах — про­шел Изер, Ипр, Ар­рас, Сом­му, был ра- нен, кон­ту­жен, ед­ва не ослеп. Вто­рой по­пал в плен, где на­пи­сал трак­тат, в ко­то­ром вы­вел фор­му­лу функ­ции ис­тин­но­сти и пред­ло­жил «мол­чать о том, о чем го­во­рить невоз­мож­но». Адольф Гит­лер и Лю­двиг Вит­ген­штейн. Два маль­чи­ка, ро­див­ших­ся « ря­дом » — 29 ок­тяб­ря 1897- го и 10 фев­ра­ля 1898- го,— рва­лись на фронт. Один был без­уте­шен: врож­ден­ная хро­мо­та ли­ши­ла его сча­стья уме­реть за кай­зе­ра. Вто­рой, уго­див в са­ни­та­ры, про­зрел и на­пи­сал же­сто­кую «Бал­ла­ду о мерт­вом сол­да­те». Йо­зеф Геб­бельс и Бер­тольт Брехт. Ме­чен­ный шрап­не­лью бе­ше­ный Эрнст Рем и па­ци­фист- ка­то­лик Жорж Бер­на-

нос. Фриц Ланг, от­ка­зав­ший­ся сни­мать « на­цист­ский „ Бро­не­но­сец По­тем­кин“» . Ру­дольф Хёсс, бу­ду­щий ко­мен­дант Ос­вен­ци­ма, 16- лет­ним сбе­жав­ший на фронт. «Отец » фо­то­мон­та­жа, сме­нив­ший — на пи­ке ан­ти­ан­глий­ской ис­те­рии — арий­ское имя Хель­мут Хер­ц­фельд на « Джон Харт­филд ». Жаж­ду­щий немед­лен­но­го ми­ро­во­го по­жа­ра Жак До­рио, сын куз­не­ца, во­жак фран­цуз­ско­го ком­со­мо­ла, кон­чив­ший жизнь фю­ре­ром фран­цуз­ских на­ци­стов.

Все они ге­рои- ор­де­но­нос­цы, бра­тья по кро­ви, все они «по­те­рян­ное по­ко­ле­ние».

* «Ко­гда я слы­шу сло­во „ куль­ту­ра“, я сни­маю с предо­хра­ни­те­ля свой бра­у­нинг »: реплика из дра­мы « Шла­ге­тер » — о мо­ло­дом ветеране, про­дол­жав­шем ми­ро­вую вой­ну в оди­ноч­ку, пус­кая под от­кос фран­цуз­ские по­ез­да,— ста­ла си­но­ни­мом на­цист­ско­го вар­вар­ства. Еще бы: ее ав­тор — Ганс Йост, бу­ду­щий груп­пен­фю­рер СС, пре­зи­дент Па­ла­ты пи­са­те­лей рей­ха, по­свя­тил пье­су « Адоль­фу Гит­ле­ру с лю­бо­вью и непо­ко­ле­би­мой вер­но­стью». На­пи­ши ее кто дру­гой, и зву­ча­ла бы она ина­че. А на­пи­сать ее мог кто угод­но. Под ней под­пи­са­лись бы лю­бые — « черные», «крас­ные» — фрон­то­ви­ки, уби­вав­шие друг дру­га в улич­ных ру­ко­паш­ных.

Раз­ве не то же са­мое вы­кри­ки­ва­ли на сво­ем пти­чьем язы­ке да­да­и­сты — ин­тер­на­ци­о­нал-де­зер­ти­ры и укло­ни­сты, укрыв­ши­е­ся на швей­цар­ском « ков­че­ге » по­сре­ди кро­ва­во­го оке­а­на. Их Ве­ли­кое Ни­что, как и ав­то­ма­ти­че­ское пись­мо сюр­ре­а­ли­стов, бы­ло без­услов­но пред­по­чти­тель­нее куль­ту­ры, до­пу­стив­шей, на­кли­кав­шей вой­ну.

Йост гре­зил смер­тью за фа­тер­ланд. Луи Ара­гон (фрон­то­вой са­ни­тар, ка­ва­лер Во­ен­но­го кре­ста) клял­ся, что сюр­ре­а­ли­сты « все­гда про­тя­нут вра­гу ру­ку », Макс Эрнст ( ар­тил­ле­рист, тя­же­ло ра­нен­ный) яко­бы уда­рил 64-лет­нюю пи­са­тель­ни­цу Ра­шильд, ска­зав­шую, что честная фран­цу­жен­ка ни­ко­гда не вый­дет за нем­ца. Но это все де­та­ли.

В 1914- м слу­чи­лась не ми­ро­вая вой­на. На­звать ее ве­ли­чай­шей гео­по­ли­ти­че­ской ка­та­стро­фой всей новой ис­то­рии спра­вед­ли­во, но недо­ста­точ­но. Слу­чил­ся Страш­ный суд.

Мясорубка тран­шей; сот­ни ты­сяч по­лег­ших в бо­ях « за до­мик па­ром­щи­ка » под Вер­де­ном; за­град­от­ря­ды и солдаты, рас­стре­лян­ные, « чтоб дру­гим непо­вад­но бы­ло»; тол­пы безум­ных слепцов, на свое го­ре пе­ре­жив­ших га­зо­вую ата­ку,— это бы­ло не са­мым страш­ным. Страш­нее все­го то, что суд­ные тру­бы взвы­ли, как и по­ло­же­но, ни с то­го ни с се­го.

В 1939- м все зна­ли, что бу­дет вой­на, за что предстоит сра­жать­ся. В 1914-м вой­ну — та­кую вой­ну — не су­ли­ли ни­ка­кие зна­ме­ния. Про­гресс, мо­раль, пат­ри­о­тизм, ве­ра в од­но­ча­сье ока­за­лись на­пе­ва­ми « кры­со­ло­вов ». По­пы, учи­те­ля, де­пу­та­ты, по­эты увлек­ли на­ро­ды на бой­ню. «Ве­нец тво­ре­нья, бо­ров, че­ло­век, // Сту­пай ку­да по­ло­же­но — в сви­нар­ник!» ( Гот­ф­рид Бенн).

Ци­ви­ли­за­ция ши­кар­но по­кон­чи­ла с со­бой, ли­шив «пу­шеч­ное мя­со» лю­бых ил­лю­зий и иде­а­лов. Ча­сы Ев­ро­пы ука­зы­ва­ли не на пол­ночь, а на 00 ча­сов, 00 ми­нут. Уце­лев­шие вы­би­ра­ли « дру­гое вре­мя».

Аб­стракт­ное вре­мя вы­жив­ших цен­но­стей: су­хих пор­тя­нок, креп­ких баш­ма­ков, ко­тел­ка ка­ши.

Пер­во­быт­ное вре­мя: « Ныне мы воз­вра­ща­ем­ся к то­му, что бы­ло шесть сто­ле­тий на­зад » ( Гит­лер).

Бу­ду­щее вре­мя все­мир­ной Ком­му­ны, от­ме­ня­ю­щее вре­мя как та­ко­вое.

В об­мен на смысл жиз­ни по­ко­ле­ние по­лу­чи­ло ору­жие. « Джон­ни да­ли вин­тов­ку » — так на­зы­вал­ся ве­ли­кий ро­ман Даль­то­на Трам­бо о юно­ше, пре­вра­щен­ном в жи­вой об­ру­бок. Во­ору­жен­ные лю­ди зна­ли од­но: с этим миром по-хо­ро­ше­му нель­зя. Так не все ли рав­но, ку­да по­дать­ся: в штур­мо­ви­ки или ко­мис­са­ры, к Тель­ма­ну или Мус­со­ли­ни. «Бе­лый» и «крас­ный» тер­рор ста­ли неиз­беж­ны уже в ав­гу­сте 1914-го.

От­то Дикс. Три­птих «Вой­на», 1929–1932 го­ды

«Ан­ге­лы ада». Ре­жис­сер Го­вард Хьюз, 1930 год

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.