Ко­ро­но­ван­ное воль­но­дум­ство

По­че­му воз­ник фе­но­мен мо­нар­ха в при­ват­ном ре­ли­ги­оз­ном по­ис­ке Сер­гей Ход­нев

Kommersant Weekend - - афиша -

1655

Рим XV I I век а, го­во­рят, не ви­дал ни­че­го осле­пи­тель­ней, чем непре­кра­ща­ю­ща­я­ся че­ре­да празд­неств, тя­нув­ша­я­ся с со­чель­ни­ка 1655 го­да до кар­на­ва­ла 1656- го. Все со­шлось: Ев­ро­па при­хо­ди­ла, на­ко­нец, в се­бя по­сле Трид­ца­ти­лет­ней вой­ны, пап­ство успо­ко­и­лось, убе­див­шись, что от его по­ли­ти­че­ско­го пре­сти­жа все- та­ки уда­лось мно­гое со­хра­нить, Бер­ни­ни и Бор­ро­ми­ни на­про­па­лую со­рев­ну­ют­ся в про­из­вод­стве об­раз­цо­вых контр­ре­фор­ма­ци­он­ных чу­дес. И в этот- то мо­мент в Рим тор­же­ствен­но при­ез­жа­ет Кри­сти­на, ко­ро­ле­ва Шве­ции — вер­нее, быв­шая ко­ро­ле­ва, оста­вив­шая и трон, и про­те­стан­тизм ра­ди рим­ской ве­ры и рим­ских утех. Это бы­ло тем бо­лее сен­са­ци­он­но, что имен­но Шве­ция во вре­мя вой­ны фак­ти­че­ски воз­гла­ви­ла про­те­стант­ский ла­герь, а Густав Адольф, гро­за ка­то­ли­че­ских дер­жав, ко­ро­ле­ве- от­ступ­ни­це при­хо­дил­ся род­ным от­цом. И на­ча­лось: три­ум­фаль­ный въезд в го­род, кон­фир­ма­ция, ко­то­рую но­во­из­бран­ный па­па Алек­сандр VII тор­же­ствен­но пре­по­да­ет Кри­стине в недав­но до­стро­ен­ной ба­зи­ли­ке св. Пет­ра, про­цес­сии, бан­ке­ты, ка­валь­ка­ды, опе­ры, мас­ка­ра­ды, в устрой­стве ко­то­рых ста­ра­ют­ся пе­ре­ще­го­лять друг дру­га знат­ней­шие се­мей­ства го­ро­да. Ко­ро­ле­ва ве­се­лит­ся — на­ко­нец- то тот раз­мах и то ве­ли­ко­ле­пие, ко­то­рых ей так не хва­та­ло на се­ве­ре. Хо­тя и там, в Сток­голь­ме, она то­же не без­дей­ство­ва­ла. На­ло­жи­ла ру­ку на при­над­ле­жав­шие им­пе­ра­то­ру Ру­доль­фу II бес­чис­лен­ные со­кро­ви­ща, ху­до­же­ствен­ные и книж­ные, вы­ве­зен­ные шве­да­ми из Пра­ги во вре­мя вой­ны. За­ка­зы­ва­ла кар­ти­ны, пье­сы, на­уч­ные трак­та­ты и опе­ры. Учи­ла древ­не­ев­рей­ский и ма­те­ма­ти­ку, пра­во и фи­ло­со­фию, пе­ре­пи­сы­ва­лась с луч­ши­ми ума­ми своего вре­ме­ни (а Де­кар­та да­же вы­пи­са­ла к сво­е­му дво­ру — тот, прав­да, под­хва­тил вос­па­ле­ние лег­ких и умер). И все это не без ущер­ба для дел прав­ле­ния, ко­неч­но. Вос­пи­ты­ва­ли ее су­ро­во, не как ки­сей­ную ба­рыш­ню, а как на­след­ни­ка пре­сто­ла; от­ца она ед­ва пом­ни­ла, а мать — стро­гая, хо­лод­ная и слом­лен­ная смер­тью му­жа — бы­ла нелас­ко­ва. Хит­рым аген­там Ри­ма, про­брав­шим­ся в при­бли­жен­ные Кри­сти­ны, оста­ва­лось толь­ко сыг­рать на ее свое­нрав­но­сти, сво­бо­до­лю­бии и сла­бом по­чте­нии к се­мей­ной ве­ре и го­су­дар­ствен­ной церк­ви. Они, ко­неч­но, ме­ти­ли вы­ше и рас­счи­ты­ва­ли при­об­ре­сти не толь­ко ко­ро­ле­ву, но и ко­ро­лев­ство — од­на­ко чем бо­га­ты, тем и ра­ды. Во­пи­ю­ще экс­цен­трич­ная, воль­но­дум­ная, де­мон­стра­тив­но неряш­ли­вая, обо­жа­ю­щая муж­ские на­ря­ды и муж­ские ма­не­ры Кри­сти­на об­раз­цом по­каз­но­го бла­го­че­стия так и не ста­ла. Она пре­пи­ра­лась с па­па­ми, уез­жа­ла из Италии во Фран­цию, скан­да­ли­зо­ва­ла об­ще­ствен­ность там, воз­вра­ща­лась, уез­жа­ла сно­ва — но упо­ко­и­лась все- та­ки в Ри­ме. И свя­той пре­стол скре­пя серд­це раз­ре­шил с ве­ли­ки­ми по­че­стя­ми по­хо­ро­нить « лю­без­ней­шую дочь церк­ви» в Ва­ти­кане. Не то что­бы про­те­стант­ская пра­ви­тель­ни­ца, ре­шив­шая сме­нить ве­ру, бы­ла по од­но­му это­му фак­ту чем- то ис­клю­чи­тель­ным. Кри­сти­ны еще не бы­ло на све­те, ко­гда Ген­рих На­варр­ский, по­жав пле­ча­ми, вто­рой раз в сво­ей жиз­ни пе­ре­шел в ла­тин­ство — на сей раз по­то­му, что ко­ро­на и Па­риж сто­и­ли-де мес­сы. Кри­сти­ны на све­те уже не бу­дет, ко­гда ра­ди поль­ской ко­ро­ны ка­то­ли­че­ство при­мет еще один це­ни­тель рос­ко­ши, Ав­густ Силь­ный, кур­фюрст Сак­со­нии (Сак­со­нии, ко­лы­бе­ли Ре­фор­ма­ции! Сак­со­нии, твер­ды­ни лю­те­ран­ства!). И это мы еще не го­во­рим о мно­го­чис­лен­ных немец­ких прин­цес­сах, по всей фор­ме при­ни­мав­ших пра­во­сла­вие ра­ди то­го, что­бы вой­ти в рос­сий­ский им­пе­ра­тор­ский дом.

«Те, кто ста­нет су­дить мое по­ве­де­ние по обык­но­вен­ным че­ло­ве­че­ским мер­кам, бу­дут, без со­мне­ния, упре­кать ме­ня; од­на­ко я не удо­су­жусь со­чи­нять оправ­да­ния: я не на­ме­ре­ва­юсь тра­тить ни мгно­ве­ния на та­кие без­де­ли­цы »

Ко­ро­ле­ва Шве­ции с 1632 го­да (фак­ти­че­ски — с 1644- го). Од­на из са­мых об­ра­зо­ван­ных жен­щин своего вре­ме­ни, знав­шая семь язы­ков и на рав­ных бе­се­до­вав­шая с вид­ны­ми ев­ро­пей­ски­ми уче­ны­ми об аст­ро­но­мии, фи­зи­ке, ма­те­ма­ти­ке и сло­вес­но­сти. В 1654 го­ду от­рек­лась от пре­сто­ла в поль­зу своего дво­ю­род­но­го бра­та и уеха­ла из Шве­ции. Оста­ток жиз­ни, при­няв ка­то­ли­че­ство, про­ве­ла в ос­нов­ном в Ри­ме. На по­кое ве­ла эпи­ку­рей­ский об­раз жиз­ни, ши­ро­ко по­кро­ви­тель­ствуя по­этам и му­зы­кан­там, вхо­див­шим в ос­но­ван­ную ей Ар­кад­скую ака­де­мию. Умер­ла в 1689 го­ду в воз­расте 62 лет.

Кри­сти­на Швед­ская

И все- та­ки об­ра­ще­ние Кри­сти­ны — это со­всем дру­гое. С пе­ре­ме­ной ве­ро­ис­по­ве­да­ния она ни­ка­ко­го внеш­не­го мо­гу­ще­ства не при­об­ре­та­ла — на­про­тив, да­же те­ря­ла. То бы­ло не хлад­но­кров­ное по­ли­ти­че­ское де­я­ние, по­доб­ное ди­на­сти­че­ско­му бра­ку, в ко­то­ром — как знать — мо­жет, слю­бит­ся, а мо­жет, нет, од­на­ко raison d’etat важ­нее ка­ких- то сан­ти­мен­тов. Нет, здесь вполне ис­крен­нее дви­же­ние от­ча­сти ду­ши, от­ча­сти со­ве­сти, от­ча­сти — да, рас­суд­ка, но рас­суд­ка твор­че­ско­го и ищу­ще­го но­во­го опы­та, ду­хов­но­го, эмо­ци­о­наль­но­го и эс­те­ти­че­ско­го. ( И труд­но упре­кать швед­скую ко­ро­ле­ву, имея в ви­ду ту стать, с ка­кой этот са­мый опыт мог ей пред­ста­вить Рим вре­мен Бер­ни­ни и Бор­ро­ми­ни.) Это мож­но срав­нить ско­рее с та­ки­ми же по­ли­ти­че­ски бес­смыс­лен­ны­ми « кон­вер­си­я­ми » по­след­них Стю­ар­тов — Карл II тай­но при­нял ка­то­ли­че­ство на смерт­ном од­ре, его брат Яков II ана­ло­гич­ный шаг пред­при­нял вполне в доб­ром здра­вии, и это в кон­це кон­цов сто­и­ло ему ко­ро­ны (и его на­след­ни­ки, что ха­рак­тер­но, по сто­пам Кри­сти­ны при­жи­лись в кон­це кон­цов в том же Ри­ме). Или да­же с ку­да бо­лее позд­ни­ми и со­всем не мо­нар­ши­ми об­ра­ще­ни­я­ми в ка­то­ли­цизм, ка­ких бы­ло мно­го уже в XIX ве­ке. На­при­мер, ан­глий­ские эс­те­ты вик­то­ри­ан­ской по­ры. Или рус­ские дис­си­дент­ству­ю­щие ла­ти­но­фи­лы. В ис­то­рии по­след­них че­ты­рех сто­ле­тий пе­ре­хо­ды в ка­то­ли­че­ство из про­те­стан­тиз­ма во­об­ще ка­жут­ся бо­лее за­мет­ны­ми, чем об­рат­ные пе­ре­ме­ны ве­ры. Но, как ни па­ра­док­саль­но это про­зву­чит, и эти част­ные ша­ги мно­гим обя­за­ны имен­но что Ре­фор­ма­ции. Или, ес­ли точ­нее, воз­ник­ше­му в ка­кой- то мо­мент по­сре­ди ее бур­ле­ния ра­зум­но­му ощу­ще­нию, что ве­ра — лич­ное де­ло кон­крет­ной человеческой со­ве­сти. Да­же ес­ли го­су­дар­ствен­ные за­ко­ны го­во­рят об­рат­ное (хо­тя и с за­ко­на­ми эти­ми все мед­лен­но, ино­гда страш­но и невы­но­си­мо мед­лен­но, но ме­ня­лось). Мож­но воз­ра­зить, что это для ма­лень­ко­го че­ло­ве­ка ме­ня­лись за­ко­ны, а мо­нарх — на то и мо­нарх, что­бы не толь­ко в XVII сто­ле­тии, но да­же и сей­час оста­вать­ся субъ­ек­том, на ко­то­ро­го об­ще­при­ня­тые че­ло­ве­че­ские сво­бо­ды рас­про­стра­ня­ют­ся с боль­ши­ми ого­вор­ка­ми или да­же не рас­про­стра­ня­ют­ся во­все. Еще лет пять­де­сят на­зад по­треб­ность же­нить­ся по люб­ви во­пре­ки ди­на­сти­че­ским за­ко­нам для пред­ста­ви­те­ля пра­вя­щей ди­на­стии вос­при­ни­ма­лась как блажь; сей­час, ко­неч­но, и в этой об­ла­сти права нра­вы смяг­чи­лись, но все рав­но труд­но по­ка пред­ста­вить се­бе ме­то­ди­ста ко­ро­лем Ан­глии или лю­те­ра­ни­на кня­зем Лих­тен­штей­на. Хо­чешь быть мо­нар­хом, хо­чешь воз­глав­лять боль­шую или кро­хот­ную на­цию — знай в сво­их ре­ли­ги­оз­ных по­ры­вах бе­ре­га. Как вы­ра­зил­ся твой пре­муд­рый кол­ле­га из древ­не­го Из­ра­и­ля, «не пе­ре­дви­гай ме­жи дав­ней, ко­то­рую про­ве­ли от­цы твои» ( Притч. 22, 28). Или от­ре­кай­ся — но то­гда этот по­сту­пок мно­гие на­зо­вут ма­ло­ду­ши­ем и ка­при­зом. Как это бы­ло, про­дол­жим «брач­ную» ас­со­ци­а­цию, со мно­ги­ми же­нив­ши­ми­ся по люб­ви по­тен­та­та­ми вплоть до Эду­ар­да VIII. Что до ка­при­за — то тут весь во­прос в том, на­сколь­ко воз­дер­жа­ние от это­го ре­ли­ги­оз­но­го ка­при­за мог­ло бы дей­стви­тель­но спо­соб­ство­вать этим са­мым го­су­дар­ствен­ным ин­те­ре­сам. Ну, пе­ре­ду­ма­ла бы Кри­сти­на от­ре­кать­ся от ве­ры и пре­сто­ла, и что? Бы­ла бы все та же вы­со­ко­уче­ная мо­тов­ка и су­ма­сброд­ка, с та­ки­ми за­дат­ка­ми на­вер­ня­ка про­фу­кав­шая бы швед­скую им­пе­рию зна­чи­тель­но рань­ше, чем это в си­лу из­вест­ных об­сто­я­тельств сде­лал Карл XII. Зна­ли бы мы что- ни­будь о ней? А зна­ем ли мы на­вскид­ку что-ни­будь ко­ло­рит­ное о ее ку­зене Кар­ле X Густа­ве, сме­нив­шем ее на троне, или о его сыне Кар­ле XI? А так — есть ски­та­ния по Ев­ро­пе, есть при­чу­ды и стран­но­сти, есть ос­но­ван­ная ей в Ри­ме ве­ли­кая Ар­кад­ская ака­де­мия, опре­де­лив­шая, в част­но­сти, раз­ви­тие ев­ро­пей­ско­го му­зы­каль­но­го те­ат­ра вплоть до мо­цар­тов­ских вре­мен, есть от­но­си­тель­ное бес­смер­тие в бес­чис­лен­ных кни­гах, спек­так­лях и филь­мах, вы­во­дя­щих ее глав­ной ге­ро­и­ней. И са­мое глав­ное: она- то и в свои вре­ме­на бы­ла уве­ре­на, что мир уже из­ме­нил­ся, что ее до­сто­чти­мый отец сра­жал­ся в выс­шем смыс­ле за сво­бо­ду, а не толь­ко за на­ци­о­наль­ную ко­рысть или уз­ко­про­те­стант­ские ин­те­ре­сы. И что в этом по- преж­не­му бла­го­че­сти­вом на раз­ные ла­ды, но из­ме­нив­шем­ся ми­ре она име­ет пра­во на что угод­но. Не всту­пать в брак во­все. Пре­да­вать­ся « муж­ским » за­ня­ти­ям без огляд­ки на ко­го бы то ни бы­ло. Отречь­ся от ко­ро­ны — про­сто так, по дви­же­нию ду­ши. Сме­нить ве­ру, на­ко­нец. Все­го это­го в ми­ре до 1517 го­да дей­стви­тель­но не мог­ло быть — про­сто по­то­му, что за­прос на все эти воль­но­сти стал ка­зать­ся не про­сто воз­мож­ным, но и ре­а­ли­зу­е­мым толь­ко по­сле Лю­те­ро­ва афрон­та вме­сте с по­сле­ду­ю­щим ва­лом со­бы­тий.

Фи­лип­по Джа­льяр­ди, Фи­лип­по Ла­у­ри. «Тур­нир­ка­ру­сель“(на пьяц­ца Бар­бе­ри­ни)»,” 1656–1659 го­ды

Нильс Фор­с­берг. «Ко­ро­ле­ва Кри­сти­на и Рене Де­карт», 1884 год

Се­бастьян Бур­дон. «Кри­сти­на Швед­ская», 1653 год

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.