Ком­му­низм в од­ном от­дель­но взя­том го­ро­де 500 лет Ре­фор­ма­ции. Про­ект

По­че­му ра­ди­каль­ные вы­во­ды из про­те­стант­ских док­трин ужа­са­ли и са­мих про­те­стан­тов Сер­гей Ход­нев

Kommersant Weekend - - Содержание - Сер­гея Ход­не­ва

1534

Опер­ный те­атр XIX ве­ка очень лю­бил вы­во­дить на сце­ну знат­ных пер­со­на­жей из всам­де­лиш­ней ев­ро­пей­ской ис­то­рии, но вот ли­де­ров Ре­фор­ма­ции де­лать опер­ны­ми ге­ро­я­ми как- то стес­нял­ся. Ни те­бе опе­ры « Лю­тер», ни те­бе опе­ры «Каль­вин »; Ген­ри­ху VIII, прав­да, по­вез­ло боль­ше, но Ген­рих — пер­со­на ги­брид­ная, он и ре­фор­ма­тор, и ры­царь, и Си­няя Бо­ро­да. И толь­ко «Про­рок » Джа­ко­мо Мей­ер­бе­ра (1849) сто­ит особ­ня­ком — да, опе­ра о про­те­стант­ском ли­де­ре, и еще ка­кая! О пя­ти ак­тах, с гран­ди­оз­ны­ми хо­ро­вы­ми сце­на­ми, зре­лищ­ны­ми те­ат­раль­ны­ми чу­де­са­ми (вплоть до взры­ва­ю­ще­го­ся в фи­на­ле двор­ца), ба­ле­том конь­ко­беж­цев (тан­цов­щи­ки па­риж­ской Опе­ры рас­се­ка­ли на ро­ли­ках). И еще с хо­ра­лом « Ad nos, ad salutarem undam» — ко­то­рый так по­нра­вил­ся Ли­сту, что он по­пу­ля­ри­зи­ро­вал его, на­пи­сав на те­му хо­ра­ла ор­ган­ные фан­та­зию и фу­гу. « Ad nos, ad salutarem undam, venite, populi » — при­зыв прий­ти к « спа­си­тель­ной волне », то есть к кре­ще­нию. Речь об ана­бап­ти­стах, ре­ли­ги­оз­ных бун­та­рях пер­вой по­ры Ре­фор­ма­ции, ко­то­рые, по­ми­мо про­че­го ра­ди­ка­лиз­ма, фрап­пи­ро­ва­ли уме­рен­ное на­се­ле­ние от­ри­ца­ни­ем кре­ще­ния мла­ден­цев как недей­стви­тель­но­го; ис­тин­ным хри­сти­а­нам над­ле­жа­ло, зна­чит, за­но­во кре­стить­ся в со­зна­тель­ном воз­расте. А сам «Про­рок » — это Ян Бо­кель­сон, Ян из Лей­де­на, Ио­анн Лей­ден­ский. Мо­ло­дой гол­ланд­ский ре­мес­лен­ник, ока­зав­ший­ся во гла­ве ана­бап­тист­ско­го мя­те­жа — од­но­го из мя­те­жей, но та­ко­го, ко­то­рый за­ни­мал, пу­гал, сму­щал, вол­но­вал несмет­ное ко­ли­че­ство умов от все то­го же Лю­те­ра до Эн­гель­са и Ка­ут­ско­го. Мюн­стер, бо­га­тый вест­фаль­ский го­род, ре­зи­ден­ция кня­зя- епи­ско­па, еще с 1520-х го­да стал скло­нять­ся к лю­те­ран­ско­му уче­нию, при­чем, бла­го­да­ря ста­ра­ни­ям про­по­вед­ни­ка Бер­н­хар­да Рот­ма­на, в край­них фор­мах и с пе­ри­о­ди­че­ски­ми по­гро­ма­ми в ка­то­ли­че­ских хра­мах. Вско­ре во­ин­ствен­ные во­жди ана­бап­ти­стов с се­ве­ра, из Гол­лан­дии, про­слы­ша­ли о том, что в Мюн­сте­ре «сло­во Бо­жие про­по­ве­ду­ет­ся наи­луч­шим об­ра­зом»,— и яви­лись в го­род со сво­и­ми го­ря­чеч­ны­ми ре­ча­ми об Ан­ти­хри­сте, кон­це све­та и ты­ся­че­лет­нем цар­стве. К на­ча­лу 1534 го­да но­вое кре­ще­ние при­ня­ли уже 1400 че­ло­век, при­мер­но од­на пя­тая взрос­ло­го на­се­ле­ния го­ро­да. Князь- епи­скоп, по­че­му- то до той по­ры смот­рев­ший на бур­ле­ние в го­ро­де сквозь паль­цы, по­тре­бо­вал пре­кра­тить уже без­об­ра­зие и при­гро­зил каз­ня­ми. Но тут го­род­ской со­вет взбун­то­вал­ся в от­кры­тую. 10 фев­ра­ля, го­во­рят хро­ни­сты, в небе над Мюн­сте­ром яви­лись три солн­ца, всад­ник с ме­чом в ру­ке и че­ло­век с окро­вав­лен­ны­ми ру­ка­ми; ка­то­ли­ки спеш­но бе­жа­ли из го­ро­да. На сле­ду­ю­щий день епи­скоп на­чал оса­ду — од­ну из тех дол­гих ста­рин­ных осад, ко­то­рые до опре­де­лен­но­го мо­мен­та оста­ва­лись крайне ща­дя­щи­ми и оса­жден­ных бо­лее устра­ша­ли, неже­ли мо­ри­ли. Под за­щи­ту го­род­ских стен меж тем сте­ка­лись лю­ди — на­пу­ган­ные кре­стьяне, фа­на­ти­ки и про­сто про­хо­дим­цы. Ян из Лей­де­на, уже по­се­лив­ший­ся в Мюн­сте­ре в ка­че­стве са­мо­го ре­ши­тель­но­го эмис­са­ра ана­бап­тист­ских кру­гов, при­гла­сил из Хар­ле­ма сво­е­го учи­те­ля Яна Ма­ти­са, ко­то­рый и воз­гла­вил го­род. Укреп­ле­ния спеш­но при­во­ди­ли в по­ря­док, но экс­та­ти­че­ские про­по­ве­ди Ма­ти­са — го­ре нече­стив­цам! Бо­же, ра­зи! ей, гря­ди, Гос­по­ди Ии­су­се! — за­став­ля­ли пред­по­ло­жить, что это и ни к че­му, по­то­му что вто­рое при­ше­ствие ожи­да­ет­ся не да­лее как на бли­жай­шую Пас­ху, 5 ап­ре­ля 1534 го­да. Од­на­ко све­то­пре­став­ле­ния не слу­чи­лось. То­гда Ма­тис, кри­ча, что Гос­подь да­ру­ет ему си­лу Ге­део­но­ву су­про­тив нече­сти­вых ма­ди­а­ни­тян, вме­сте с горст­кой охва­чен­ных тем же ра­жем сто­рон­ни­ков по­мчал­ся с ору­жи­ем в рас­по­ло­же­ние оса­жда­ю­щих войск — где немед­лен­но был за­руб­лен епи­скоп­ски­ми на­ем­ни­ка­ми. Так Ян остал­ся один. Ха­риз­ма­тич­но­сти ему бы­ло не за­ни­мать — несо­сто­яв­ше­е­ся яв­ле­ние гне­ва Гос­под­ня на греш­ни­ков жи­те­лей Мюн­сте­ра не толь­ко не разо­ча­ро­ва­ло, но по­бу­ди­ло еще тес­нее спло­тить­ся во­круг но­во­го про­ро­ка. Го­род успеш­но от­ра­жал по­пыт­ки штур­ма, недо­ста­чи в про­ви­ан­те до по­ры не бы­ло, как не бы­ло и недо­стат­ка на­деж­ды на сверхъ­есте­ствен­ную по­мощь. Жен­щи­на по име­ни Хил­ле Фай­кен, вдох­нов­лен­ная рас­ска­зом о Юди­фи, ре­ши­ла да­же про­брать­ся в непри­я­тель­ский ла­герь и по­ра­зить су­по­ста­та — но ей по­счаст­ли­ви­лось ку­да мень­ше, чем вдо­ве из Ве­ти­луи.

«Ес­ли вы име­е­те боль­ше, чем вам по­треб­но, мы за­бе­рем у вас лиш­нее ра­ди Гос­по­да и от­да­дим нуж­да­ю­щим­ся. Ес­ли вам че­го-ли­бо недо­ста­ет, мы ра­ди Гос­по­да воз­ме­стим ва­шу нуж­ду » Про­кла­ма­ция к жи­те­лям Мюн­сте­ра

Жен­щин в го­ро­де бы­ло втрое боль­ше, неже­ли муж­чин; ре­сур­са­ми в усло­ви­ях оса­ды нуж­но бы­ло рас­по­ря­жать­ся осмот­ри­тель­но. И ту и дру­гую про­бле­му Ян ре­шил в сво­ем ро­де да­же эф­фек­тив­но, но толь­ко вы­бран­ные им ме­то­ды вы­зва­ли у сле­див­ших за мюн­стер­ски­ми со­бы­ти­я­ми шок. Сна­ча­ла Ян (ко­неч­но, по на­и­тию свы­ше) объ­явил се­бя ца­рем « Но­во­го Ие­ру­са­ли­ма », ко­то­рый пол­но­ту вла­сти сло­жит толь­ко к но­гам име­ю­ще­го во­твот явить­ся Су­дии. Вме­сто го­род­ско­го со­ве­та де­ла­ми ста­ли за­прав­лять две­на­дцать « ста­рей­шин Из­ра­и­ле­вых ». Каж­до­му муж­чине бы­ло пред­пи­са­но взять столь­ко жен, сколь­ко бу­дет воз­мож­но, что­бы каж­дая жен­щи­на с 11–12 лет име­ла су­пру­га и гос­по­ди­на; здесь ал­лю­зия, ви­ди­мо, не толь­ко на по­ли­га­мию вет­хо­за­вет­ных про­ро­ков и ца­рей, но и на эс­ха­то­ло­ги­че­ские про­ри­ца­ния Исайи: « И ухва­тят­ся семь жен­щин за од­но­го муж­чи­ну в тот день, и ска­жут: „свой хлеб бу­дем есть и свою одеж­ду бу­дем но­сить, толь­ко пусть бу­дем на­зы­вать­ся тво­им име­нем,— сни­ми с нас по­зор“». Сам « царь » по­да­вал при­мер, за­ве­дя сна­ча­ла че­ты­ре же­ны, по­том шесть, по­том и все шест­на­дцать. И еще Ян по­пы­тал­ся сде­лать из ган­зей­ско­го ку­пе­че­ско­го рая со­ци­ум, где, ров­но как у апо­сто­лов, все бы­ло об­щее. Зо­ло­то и се­реб­ро при­брал к ру­кам го­род, остав­шу­ю­ся сель­ско­хо­зяй­ствен­ную зем­лю то­же. День­ги бы­ли за­пре­ще­ны, все кни­ги, кро­ме Би­б­лии, уни­что­же­ны, тор­гов­ля упразд­не­на, ре­мес­лен­ни­ки ра­бо­та­ли опять- та­ки на го­род, ко­то­рый рас­пре­де­лял все по­треб­ное меж­ду го­ро­жа­на­ми в ду­хе рав­но­пра­вия и спра­вед­ли­во­сти. Не всем, прав­да, нра­ви­лось, что при этой апо­столь­ской про­сто­те царь яв­лял­ся вер­шить суд и рас­пра­ву в дра­го­цен­ной ман­тии и зо­ло­той ко­роне, окру­жен­ный столь же пыш­но раз­ря­жен­ным дво­ром. Го­лыть­ба, мо­жет, и не воз­ра­жа­ла, с тол­пой Ян во­об­ще пре­крас­но ла­дил. Но остат­кам быв­ше­го пат­ри­ци­а­та был все ме­нее по вку­су этот жут­кий угар — про­по­ве­ди, каз­ни, раз­врат в об­ли­чии биб­лей­ско­го бра­ка, сви­ре­пый мас­со­вый транс на гра­ни от­ча­я­ния, сно­ва про­по­ве­ди, а хле­ба все мень­ше, а войск под сте­на­ми все боль­ше. 25 июня 1535 го­да, по­сле 14 ме­ся­цев оса­ды, пре­да­тель от­крыл во­ро­та сол­да­там епи­ско­па. Ян Лей­ден­ский умер семь ме­ся­цев спу­стя — и не в ре­зуль­та­те взры­ва, как у Мей­ер­бе­ра, а на эша­фо­те, где его вме­сте с дву­мя спо­движ­ни­ка­ми мед­лен­но рас­тер­за­ли на ку­соч­ки рас­ка­лен­ны­ми щип­ца­ми. Раз­гром Мюн­сте­ра не был три­ум­фом ка­то­ли­ков; Лю­тер гад­ли­во го­во­рил об ана­бап­тист­ской воль­ни­це, что там «бе­сы ки­шат, как жа­бы», и кня­зю- епи­ско­пу при­шли на под­мо­гу и те свет­ские кня­зья, ко­то­рые к Лю­те­ро­ву уче­нию от­но­си­лись бла­го­склон­но. Соб­ствен­но, при­мер­но так же бы­ло и де­ся­тью го­да­ми ра­нее, ко­гда в Гер­ма­нии вос­ста­ли — и то­же как буд­то бы с ре­ли­ги­оз­ны­ми мо­ти­ва­ми — ты­ся­чи кре­стьян. Лю­те­ру (как, впро­чем, и Каль­ви­ну) ка­те­го­ри­че­ски не нра­ви­лась в ана­бап­тиз­ме же­сто­кая ис­те­рич­ность, по­ры­ви­стость, че­ре­да не зна­ю­щих удер­жу про­ро­честв и ви­де­ний. И Лю­тер, и Каль­вин ис­хо­ди­ли из то­го, что ис­то­ри­че­ская цер­ковь с ее по­чтен­ны­ми прак­ти­ка­ми вро­де кре­ще­ния мла­ден­цев — по при­ро­де сво­ей не «си­на­го­га са­та­ны», а цер­ковь апо­сто­лов, ко­то­рую толь­ко на­до ре­ши­тель­но и ме­то­дич­но очи­стить от вкрав­ших­ся зло­упо­треб­ле­ний. Ана­бап­ти­сты же, об­ру­бая все кор­ни, тво­ри­ли что­то свое, гроз­ное и ир­ра­ци­о­наль­ное. Марк­си­сты с по­хва­лой от­зы­ва­лись о мюн­стер­ских си­дель­цах, ви­дя в них пря­мых пред­ше­ствен­ни­ков ком­му­ни­сти­че­ско­го дви­же­ния. Вра­ги Ио­ан­на Лей­ден­ско­го дей­стви­тель­но ста­ви­ли ему в ви­ну вве­де­ние но­вых (и пре­ступ­ных) об­ще­ствен­ных по­ряд­ков, но за­пи­сы­вать его в пла­мен­ные ком­му­ни­сты — де­ло на лю­би­те­ля; ан­ти­ка­то­ли­че­ские пуб­ли­ци­сты XVIII ве­ка то­же раз­ду­ли скан­дал по по­во­ду то­го, что иезу­и­ты-де по­ку­ша­ют­ся на за­кон и по­ря­док пу­тем то­го, что в сво­их « ре­дук­ци­ях» в Па­раг­вае обоб­ществ­ля­ют сред­ства про­из­вод­ства,— а иезу­и­тов в ком­му­ни­сти­че­ский ма­ни­фест за­пи­сы­вать со­всем неудоб­но. Здесь важ­но дру­гое: с мла­ден­че­ской сво­ей по­ры ма­ги­страль­ный про­те­стан­тизм на­щу­пал очень важ­ный « предо­хра­ни­тель » в сво­их воз­зре­ни­ях на об­ще­ство. Го­су­дар­ство, вся­ко­го ми­сти­че­ско­го оре­о­ла ли­шен­ное,— вещь по­лез­ная, чем в сво­их се­ку­ляр­ных де­лах оно спра­вед­ли­вее и доб­ро­со­вест­нее, тем луч­ше и на­ро­ду Бо­жье­му. И вся­кая ви­зи­о­нер­ская тео­кра­тия, и вся­кое «вос­ста­ние масс » в кон­тек­сте го­род­ской Ев­ро­пы XVI–XVII ве­ков бы­ли об­ре­че­ны на ис­то­ри­че­скую неуда­чу. Ино­гда, прав­да, ко­ло­рит­ную — для опе­ры в са­мый раз.

«Казнь Ио­ан­на Лей­ден­ско­го», XIX век

От­крыт­ка с изоб­ра­же­ни­ем сце­ны из пя­то­го ак­та опе­ры «Про­рок», XIX век

От­крыт­ка с изоб­ра­же­ни­ем сце­ны из чет­вер­то­го ак­та опе­ры «Про­рок», XIX век

Де­я­тель « на­род­ной Ре­фор­ма­ции » , ли­дер ана­бап­тист­ско­го мя­те­жа в Мюн­сте­ре 1534–1535 го­дов. Про­ис­хо­дил из кре­стьян Юж­ной Гол­лан­дии. В Лей­дене по­сту­пил под­ма­сте­рьем к порт­но­му и там же впер­вые столк­нул­ся с уче­ни­ем ра­ди­каль­ных ана­бап­ти­стов. Про­воз­гла­сив се­бя « ца­рем » вос­став­ше­го Мюн­сте­ра, ввел в го­ро­де ком­му­ни­сти­че­скую тео­кра­тию, дабы при­бли­зить цар­ство Хри­ста на зем­ле. Каз­нен в воз­расте 26 лет.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.