Глаз ата­ку­ет

« При­шель­цы в То­кио » на фе­сти­ва­ле 360°

Kommersant Weekend - - Содержание - Алек­сей Ва­си­льев

о «При­шель­цах в То­кио»

Вер­нув­шись до­мой позд­но и силь­но оза­бо­чен­ным, уче­ный- аст­ро­ном Ка­му­ра от­ка­зал­ся от вы­пив­ки и сра­зу про­сле­до­вал в свой ка­би­нет. То­гда взрос­лая дочь Ка­му­ры Тае­ко за­ня­лась его про­мок­шим паль­то и кра­ем гла­за за­ме­ти­ла, как в кухне за­ки­пел чай­ник. Стран­но, она не раз­во­ди­ла под ним огонь. Сле­дом Тае­ко пе­ре­ве­ла взгляд на раз­движ­ные сте­ны- сёд­зи: в осен­ней но­чи по ри­со­вой бу­ма­ге ха­о­тич­но дви­га­лись све­то­вые пят­на, буд­то кто- то во­дил по две­рям фо­на­ри­ка­ми, мощ­ны­ми, как про­жек­то­ры. По­дой­дя бли­же, де­вуш­ка уви­де­ла, что по створ­кам бе­жит огонь, как на го­рел­ке га­зо­вой пли­ты. Со­брав­шись с ду­хом, Тае­ко дер­ну­ла за сёд­зи: из тем­но­ты на дом гля­дел, не мор­гая, огром­ный глаз. При ви­де Тае­ко зра­чок по­лых­нул по­доб­но го­лу­бой лам­пе.

Ко­гда фильм на­зы­ва­ет­ся « При­шель­цы по­яв­ля­ют­ся в То­кио », из­лишне объ­яс­нять, о чем он. Сам за­го­ло­вок вы­пол­ня­ет функ­цию ре­клам­но­го тек­ста, а как и за­чем по­яв­ля­ют­ся при­шель­цы и что с это­го бу­дет жи­те­лям То­кио — так для то­го и ки­но, что­бы вам бы­ло ин­те­рес­но узнать все са­мим в зри­тель­ном за­ле. Фраг­мент для за­трав­ки вы­бран не толь­ко по­то­му, что ил­лю­стри­ру­ет без­упреч­ное чув­ство « ужас­но­го » у япон­цев,— бо­ясь но­чи за ок­ном, мы бо­им­ся на­блю­да­ю­ще­го за на­ми гла­за су­ще­ства на­столь­ко необъ­ят­но­го, что не мо­жем его по­стичь, в то вре­мя как оно нас ви­дит как на ла­до­ни, раз­ве нет? Этот фраг­мент — ключ, от­кры­ва­ю­щий свое­об­ра­зие дан­ной кон­крет­ной кар­ти­ны сре­ди де­сят­ков ей по­доб­ных аме­ри­кан­ских и япон­ских лент 1950- х о при­шель­цах, мон­страх- му­тан­тах и угро­зе то­таль­но­го уни­что­же­ния, рас­пло­див­ших­ся как гри­бы по­сле ядер­ных гри­бов Хи­ро­си­мы и На­га­са­ки и под­стег­ну­тых шу­ми­хой о « крас­ной угро­зе ». От­ли­чие от про­чих кар­тин то­го по­то­ка — в том, что за­ки­пев­ший на уг­лях чай­ник, про­мок­шее паль­то и при­выч­ка япон­ских ста­ри­ков на­пи­вать­ся по­сле ра­бо­ты ин­те­ре­су­ют ав­то­ров боль­ше, чем при­шель­цы, о ко­то­рых мы ска­жем осо­бо.

Этот фильм во­шел в ис­то­рию преж­де все­го как пер­вый япон­ский — и один из пер­вых во­об­ще — фильм со спе­ц­эф­фек­та­ми, со­здан­ный в цве­те. Но все бо­гат­ство есте­ствен­ной цве­то­вой па­лит­ры в без­упреч­ных ком­по­зи­ци­ях, при­нес­ших опе­ра­то­ру кар­ти­ны приз за луч­шую ра­бо­ту го­да сре­ди ки­не­ма­то­гра­фи­стов Ази­ат­ско-Ти­хо­оке­ан­ско­го ре­ги­о­на и пле­нив­ших Ст­эн­ли Куб­ри­ка на всю остав­шу­ю­ся жизнь, бро­ше­но здесь не на де­мон­стра­цию вы­ду­ман­ных чу­дес, а на уве­ко­ве­че­ние всам­де­лиш­но­го чу­да — уни­каль­но­го мо­мен­та в жиз­ни япон­ско­го сред­не­го клас­са, ко­гда в тра­ди­ци­он­ный мест­ный быт во­шли пер­вые, еще гро­мозд­кие, а по­то­му ди­зай­нер­ски вы­пук­лые об­раз­цы бы­то­вой тех­ни­ки. Се­ро­го­лу­бой с ро­зо­вой ка­ем­кой пе­ре­нос­ной тран­зи­стор у из­лу­чи­ны ре­ки, оби­тая де­ре­вом ра­дио­ла на пол­ке воз­ле сёд­зи, от­ра­жа­ю­щие свет ко­жа­ные ди­ва­ны у ок­на с ви­дом на япон­ский са­дик — все эти взя­тые дол­ги­ми круп­ны­ми пла­на­ми пред­ме­ты ока­зы­ва­ют­ся ге­ро­я­ми филь­ма в боль­шей сте­пе­ни, чем мно­го­го­ло­вая тол­па па­ни­ке­ров, хро­ни­ке­ров, функ­ци­о­не­ров и вы­нуж­ден­ных от­стре­ли­вать­ся от всех них зал­па­ми псев­до­на­уч­но­го бре­да про­фес­со­ров.

Что ка­са­ет­ся по­след­них — ес­ли вы ви­де­ли в дет­стве хоть один япон­ский, как их то­гда на­зы­ва­ли, « ост­ро­сю­жет­ный » фильм, то и все это вы то­же уже ви­де­ли. Та­кой же па­ла­точ­ный ла­герь на бе­ре­гу мо­ря раз­би­ва­ли во­ен­ные и уче­ные в « Ле­ген­де о ди­но­зав­ре». Так же об­ру­ши­ва­лась с со­пок на жи­лой квар­тал вол­на цу­на­ми в « Ги­бе­ли Япо­нии ». Так же щел­ка­ли за­тво­ры и не бы­ло про­ды­ху от шляп- фе­дор, та­бач­но­го ды­ма и гра­да ре­пор­тер­ских во­про­сов ге­рою То­си­ро Ми­фунэ в кри­ми­наль­ной лен­те Ку­ро­са­вы « Злые оста­ют­ся жи­вы­ми ». Так же со­ве­ща­лись от­вет­ствен­ные умы в « Ав­гу­сте без им­пе­ра­то­ра ». Так же кол­го­тил­ся весь фильм в тол­пе ка­кой- ни­будь лы­сый дядь­ка с клоч­ком со­ба­чьей шер­сти под но­сом, что­бы в од­ной- един­ствен­ной сцене

по­дать свою ре­пли­ку: «Мож­но вас от­влечь? Как гла­ва по­ли­ции я дол­жен эва­ку­и­ро­вать всех жи­те­лей То­кио » в « Бом­бе в по­ез­де ». Прав­да, все эти филь­мы бы­ли по­том. А вот эти нео­но­вые ба­шен­ки, по­лез­шие над ко­со­бо­ким квар­та­лом за­ку­соч­ных, где хо­зяй­ки- ма­мы по ста­рин­ке спа­и­ва­ют со­се­дей, эти осве­щен­ные сле­пы­ми от до­ждя и ту­ма­на фо­на­ря­ми плат­фор­мы стан­ций с на­хох­лив­ши­ми­ся, слов­но в ожи­да­нии, ко­гда их ми­рок сне­сут ско­рост­ные син­кан­с­э­ны, де­ре­вян­ны­ми кас­са­ми — этот мо­мент во вре­ме­ни и в ис­то­рии япон­ско­го бы­то­во­го ди­зай­на был за­ду­шев­но щелк­нут лишь здесь — что­бы ка­нуть в ис­то­рию.

Го­во­ря о « При­шель­цах », по­не­во­ле при­хо­дит­ся го­во­рить слов­но о двух филь­мах, так как кар­ти­на стра­да­ет раз­дво­е­ни­ем лич­но­сти. С од­ной сто­ро­ны, это сен­са­ци­он­ный фильм о втор­же­нии вне­зем­но­го. С дру­гой — пас­то­раль­ный, за­пе­чат­лев­ший пер­вые ша­ги по­гло­ще­ния япон­ской куль­ту­рой пе­ре­до­вых тех­но­ло­гий. Он от­ра­зил необыч­ную смесь ин­те­ре­сов сво­е­го со­зда­те­ля, под­лин­ное от­кры­тие ко­то­ро­го За­па­ду еще пред­сто­ит. Для нас же япон­ское ки­но на­ча­лось не с Ку­ро­са­вы и Мид­зо­гу­ти, как для всех, а имен­но с него, с Код­зи Си­мы, ко­гда на пер­вый Мос­ков­ский фе- сти­валь от Япо­нии при­е­хал его фильм «Не­за­бы­ва­е­мая тро­пин­ка » — цвет­ная ши­ро­ко­экран­ная, уто­пав­шая в цве­ту­щей са­ку­ре ду­ше­щи­па­тель­ная исто­рия о сле­пом маль­чи­ке- скри­па­че и устро­ив­ших его судь­бу хо­ро­ших лю­дях. В ней спол­на от­ра­зил­ся пер­вый ин­те­рес Си­мы — фик­си­ро­вать в цве­те, лю­бов­но и вы­год­но, как для ре­клам­но­го ка­та­ло­га, оча­ро­ва­ние ис­то­ри­че­ской пе­ре­ме­ны в бы­те но­во­го для Япо­нии за­жи­точ­но­го сред­не­го клас­са 1950–1960х. Вто­рой его ин­те­рес — фо­то­кол­лаж. Его ра­бо­ты по сей день яв­ля­ют­ся кол­лек­ци­он­ным объ­ек­том и име­ют спрос на аук­ци­о­нах, и в « При­шель­цах » эти свои уме­ния он ре­а­ли­зо­вал в фи­наль­ных сце­нах ка­та­стро­фы, остав­ших­ся об­раз­цом и в 1970-х, ко­гда их, уже на 70- мил­ли­мет­ро­вой плен­ке, ко­пи­ро­ва­ли со­зда­те­ли упо­ми­нав­шей­ся «Ги­бе­ли Япо­нии».

Что до соб­ствен­но при­шель­цев, этих од­но­гла­зых мор­ских звезд, их на­фан­та­зи­ро­вал зна­ме­ни­тый аван­гар­дист Та­ро Ока­мо­то — и от них ру­кой по­дать до его хре­сто­ма­тий­ной Баш­ни Солн­ца в Оса­ке, вы­стро­ен­ной к ЭКСПО-70. Спут­ник же ино­пла­не­тян, ко­мок рас­тру­бов вро­де клар­нет­ных,— ре­пе­ти­ция бу­ду­щей Дет­ской баш­ни в то­кий­ском рай­оне Си­буя. На­сколь­ко Ока­мо­то до­ро­га те­ма глаз, ко­то­рые зыр­ка­ют ото­всю­ду са­ми по се­бе, зна­ет каж­дый, кто бы­вал на пе­ре­са­доч­ной стан­ции Си­буя и про­хо­дил ми­мо пан­но его ра­бо­ты. Эта часть пред­став­ля­ет ин­те­рес для по­клон­ни­ков со­вре­мен­но­го ис­кус­ства, в то вре­мя как ки­нош­ни­ки оце­нят при­ем для со­зда­ния ир­ре­аль­ной ат­мо­сфе­ры, ко­то­рый в на­ши дни пе­ре­ко­чу­ет в са­мый убе­ди­тель­ный об­ра­зец со­вре­мен­ной ки­но­фу­ту­ри­сти­ки — фильм Спай­ка Джон­за « Она »: ве­сти на­тур­ные съем­ки толь­ко в час по­сле вос­хо­да и за час до за­ка­та, ко­гда пред­ме­ты не от­бра­сы­ва­ют те­ней, а сте­ны и ас­фальт при­об­ре­та­ют ро­зо­ва­тый от­те­нок. Ну и, ко­неч­но, Куб­рик: аме­ри­кан­ское ки­но еще во вре­ме­на « При­шель­цев » от­ка­за­лось от квад­рат­но­го кад­ра 1:1,33, а он, впе­чат­лен­ный глу­бин­ны­ми ми­зан­сце­на­ми Си­мы, про­дол­жал ис­поль­зо­вать его вплоть до «Си­я­ния» и «Цель­но­ме­тал­ли­че­ской обо­лоч­ки».

И ес­ли « При­шель­цам » и мож­но по­ста­вить ди­а­гноз « ши­зо­фре­ния », то в этом они адек­ват­ны объ­ек­ту сво­е­го жи­во­пи­са­ния: за­кры­то­му япон­ско­му укла­ду, пе­ре­жи­ва­ю­ще­му первую инъ­ек­цию пе­ре­до­вых тех­но­ло­гий и за­пад­но­го ди­зай­на. Ино­гда это сли­я­ние ор­га­нич­но, ино­гда — крик­ли­во, и то­гда ино­пла­не­тя­нин, что­бы вой­ти в кон­такт с людь­ми, при­ни­ма­ет фор­му звез­ды япон­ско­го ва­рье­те, до­воль­но безум­ной со сво­и­ми рас­ко­сы­ми гла­за­ми и ак­ва­рель­ной гра­ци­ей в на­ря­дах и тан­цах под Мо­н­ро. Но так и Япо­ния в пер­вые го­ды от­кры­тия ее За­па­дом ка­за­лась ди­вом по­чи­ще ино­пла­не­тян, а ведь пе­ре­пон­ча­тый го­лу­бой глаз с жел­той ра­дуж­кой, сверх­круп­ным пла­ном ко­то­ро­го от­кры­ва­ет­ся фильм, сто­ит ка­ме­ре отъ­е­хать — на по­вер­ку ока­зы­ва­ет­ся все­го лишь рас­кры­тым зон­ти­ком в ру­ке пред­ста­ви­тель­ни­цы но­во­го клас­са 1950-х, япон­ских слу­жа­щих жен­щин. По­сле ра­бо­ты в на­сту­па­ю­щих су­мер­ках она се­ме­нит в ки­мо­но под до­ждем на элек­трич­ку так обы­ден­но, так при­выч­но, как Свет­ла­на Не­мо­ля­е­ва в «Слу­жеб­ном ро­мане». Ки­но­те­атр «Ок­тябрь», 26 ок­тяб­ря, 19.00, 27 ок­тяб­ря, 21.00

Алек­сей Ва­си­льев

В про­грам­ме клас­си­ки на­уч­но- фан­та­сти­че­ско­го ки­но «Не­со­вер­шен­ное бу­ду­щее» фе­сти­ва­ля 360° по­ка­жут «При­шель­цев в То­кио», сня­тых в 1956 го­ду Код­зи Си­мой. О филь­ме и ре­жис­се­ре, ко­то­рый вдох­нов­лял Ст­эн­ли Куб­ри­ка и от­крыл япон­ское ки­но со­вет­ско­му зри­те­лю, рас­ска­зы­ва­ет

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.