ГЛА­ВА 14 ФИЛЬМ- ПРИ­ЗРАК

«Соль земли» (Гер­берт Би­бер­ман, 1954) про­ект Ми­ха­и­ла Тро­фи­мен­ко­ва

Kommersant Weekend - - Афиша -

«Сво­бо­ден на­ко­нец. Сво­бо­ден » — на­чер­та­но на мо­ги­ле Мар­ти­на Лю­те­ра Кин­га. Отре­шись жерт­вы чер­ных спис­ков от об­ру­шив­ших­ся на них и их се­мьи бед, они то­же мог­ли бы вос­клик­нуть: «Сво­бод­ны!» Сво­бод­ны от гол­ли­вуд­ско­го кон­фор­миз­ма и ли­це­ме­рия — об­рат­ной сто­ро­ны ка­рьер­но­го успе­ха. Воль­ны сни­мать ки­но, не по­сту­па­ясь убеж­де­ни­я­ми. Шанс рас­по­ря­дить­ся этой же­сто­кой сво­бо­дой предо­став­ля­ла, как пра­ви­ло, эми­гра­ция, но нет пра­вил без ис­клю­че­ний. Чер­ным спис­кам ми­ро­вое ки­но обя­за­но уни­каль­ным ше­дев­ром. «Соль земли» пе­ре­ки­ну­ла мо­стик от нео­ре­а­лиз­ма к по­ли­ти­че­ско­му ки­но, обла­го­ро­ди­ла клас­со­вую борь­бу по­чти ан­тич­ны­ми стра­стя­ми.

За­пре­тив в 1950- м сту­ди­ям вла­деть ки­но­те­ат­ра­ми, Вер­хов­ный суд со­здал усло­вия для неза­ви­си­мой дис­три­бу­ции, но эпо­ха не рас­по­ла­га­ла биз­не­сме­нов к ме­та­фи­зи­че­ской сво­бо­де без­ра­бот­ных « крас­ных ». Впро­чем, один бе­зу­мец на­шел­ся. «Чер­ные спис­ки! Да это же зо­ло­то под но­га­ми! » — вос­клик­нул про­дю­сер Сай­мон Ла­за­рус, оце­нив мас­штаб по­гро­ма, оста­вив­ше­го без ра­бо­ты сот­ни про­фес­си­о­на­лов, и учре­дил в 1952 го­ду Independent Production Inс. Его парт­не­ра­ми ста­ли вы­шед­шие из тюрь­мы Гер­берт Би­бер­ман и Ад­ри­ан Скотт, сце­на­рист Пол Джер­ри­ко. Он еще в 1950- м, пред­чув­ствуя ка­та­стро­фу, ис­кал ра­бо­ту для « крас­ных » в Во­сточ­ной Ев­ро­пе, бла­го От­то Кац, в 1930-х об­ра­тив­ший Гол­ли­вуд в ан­ти­фа­шист­скую ве­ру, стал боль­шой шиш­кой в ЧССР. Од­на­ко Ка­ца и дру­гих ста­рых ко­мин­тер­нов­цев сме­ли кро­ва­вые пар­тий­ные чист­ки.

Те­перь Джер­ри­ко меч­тал дать 200 жерт­вам спис­ков ра­бо­ту на ро­дине. Ком­па­ния со­бра­лась от­мен­ная. Сце­на­рист Май­кл Уил­сон по­лу­чил « Оска­ра » за экра­ни­за­цию « Аме­ри­кан­ской тра­ге­дии» Драй­зе­ра («Ме­сто под солн­цем», 1951). Ху­дож­ник Со­ня Даль­Би­бер­ман, ком­по­зи­тор Сол Ка­план, опе­ра­то­ры Ст­эн­ли Ме­ре­дит и Лео­нард Старк, ак­те­ры Уилл Гир, Дэ­вид Вульф, Мер­вин Уи­льямс.

Стар­то­вые 25 ты­сяч предо­ста­ви­ли Ла­за­рус и со­чув­ству­ю­щий про­дю­сер, со­хра­нив­ший ано­ним­ность. Проф­со­юз ра­бот­ни­ков гор­ной и ме­тал­лур­ги­че­ской про­мыш­лен­но­сти за­ин­те­ре­со­вал­ся про­ек­том до­ку­мен­таль­но­го цик­ла о ра­бо­чих и до­ба­вил еще 100 ты­сяч. Окры­лен­ный Би­бер­ман при­нял во­ле­вое ре­ше­ние сни­мать пол­но­мет­раж­ный иг­ро­вой фильм о 15-ме­сяч­ной стач­ке шах­те­ров в Нью- Мек­си­ко (1950–1952), сви­де­те­лем ко­то­рой он был. Лишь од­но му­чи­ло его: страх, что за гол­ли­вуд­ские го­ды «крас­ные» « ра­зу­чи­лись рас­ска­зы­вать о ре­аль­ных лю­дях в ре­аль­ных си­ту­а­ци­ях ». Убе­речь ки­нош­ни­ков от от­ры­ва от ре­аль­но­сти пред­стоя-

ло гор­ня­кам: они ис­пол­ня­ли боль­шую часть ро­лей и при­дир­чи­во оце­ни­ва­ли ва­ри­ан­ты сце­на­рия.

Несмот­ря на эту « про­лет­куль­тов­щи­ну », фильм бес­ко­неч­но да­лек от вуль­гар­но­го агит­про­па. На­род­ный кон­троль гар­мо­нич­но ужил­ся с во­ле­вой ре­жис­су­рой. Би­бер­ман вы­шел за рам­ки ре­кон­струк­ции со­бы­тий, сняв пла­сти­че­ски мощ­ную тра­ге­дию о борь­бе « про­кля­тьем за­клей­мен­ных » с клас­со­вым ро­ком. Бун­та­ри то сли­ва­ют­ся в « кол­лек­тив­ное те­ло », то со­ли­ру­ют. Уже то, что ге­рои — мек­си­кан­цы, со­вре­мен­ни­ки со­чли ре­во­лю­ци­он­ным нов­ше­ством. Ну а роль жен­щин в этой ис­то­рии, как в жиз­ни, так и на экране, всех про­сто оше­ло­ми­ла — до втор­же­ния фе­ми­нист­ских идей в ки­но оста­ва­лось еще лет де­сять. По­ли­ти­че­ски под­ко­ван­ные гор­ня­ки в бы­ту оста­ва­лись ла­тин­ски­ми ма­чо, но их же­ны и сест­ры взя­ли свою судь­бу в соб­ствен­ные ру­ки. Ко­гда суд за­пре­тил шах­те­рам пи­ке­ти­ро­вать шах­ты, их ме­сто за­ня­ли жен­щи­ны, и си­лы пра­во­по­ряд­ка впа­ли в ко­гни­тив­ный дис­со­нанс, не пред­став­ляя, как про­ти­во­сто­ять их вак­хи­че­ско­му на­по­ру.

В Нью- Мек­си­ко Би­бер­ма­ну ре­ко­мен­до­ва­ли об­ра­тить­ся к 70-лет­не­му Аль­фор­ду Рос­су, вла­дель­цу ран­чо в ты­ся­чу ак­ров, изоб­ре­та­те­лю, по­ли­гло­ту, пу­те­ше­ствен­ни­ку, чуть ли не при­няв­ше­му ис­лам (прав­да, пре­ду­пре­ди­ли: он та­кой, мо­жет с крыль­ца спу­стить, а то и вы­стре­лить). Апо­стол « джеф­фер­со­нов­ских цен­но­стей » мг­но­вен­но на­шел об­щий язык с ком­му­ни­стом. Би­бер­ман так пе­ре­дал их диа­лог.

«Так ты, зна­чит, из этой гол­ли­вуд­ской бан­ды? » — «Так, сэр». — «В тюрь­ме си­дел? » — « Да, сэр». — « Доб­ро по­жа­ло­вать, ста­ри­на, доб­ро по­жа­ло­вать!»

Би­бер­ма­ну ка­за­лось по­рой, что из охва­чен­ной « крас­ной па­ни­кой » Аме­ри­ки он пе­ре­нес­ся в ка­кую- то дру­гую стра­ну. Но это и бы­ла незна­ко­мая ему преж­де, под­лин­ная, сво­бо­до­лю­би­вая Аме­ри­ка. Ко­гда « бди­тель­ные граж­дане » пы­та­лись бук­валь­но смять съе­моч­ную груп­пу сво­и­ми гру­зо­ви­ка­ми, фер­ме­ры оста­но­ви­ли их вы­стре­ла­ми. Шеф по­ли­ции вы­слал на охра­ну съе­мок по­ло­ви­ну сво­их лю­дей, а свя­щен­ни­ки по ра­дио при­зва­ли при­хо­жан не да­вать ки­но­груп­пу в оби­ду по­гром­щи­кам.

За­то съем­ки ед­ва стар­то­ва­ли, как (в фев­ра­ле 1953- го) До­нальд Джек­сон, член КРАД, за­явил, что фильм « раз­жи­га­ет ра­со­вую нена­висть и вы­став­ля­ет США вра­гом цвет­но­го на­се­ле­ния », и разо­слал де­сят­кам ки­но­во­ро­тил те­ле­грам­му: « Су­ще­ству­ет ли ка­кая- ни­будь воз­мож­ность вос­пре­пят­ство­вать окон­ча­нию по­ста­нов­ки филь­ма и по­ка­зу его здесь и за гра­ни­цей? ». Вик­тор Ри­зель, жур­на­лист, об­ла­дав­ший нефор­маль­ны­ми, бес­кон­троль­ны­ми и не под­ле­жа­щи­ми об­жа­ло­ва­нию пол­но­мо­чи­я­ми до­нос­чи­ка, сле­до­ва­те­ля, об­ви­ни­те­ля и судьи в од­ном ли­це, пред­по­ло­жил, что съем­ки непо­да­ле­ку от Лос- Ала­мо­са лишь при­кры­тие для со­вет­ско­го ядер­но­го шпи­о­на­жа.

В раз­гар съе­мок аре­сто­ва­ли двух ак­те­ров. Клин­то­на Дженк­са, ор­га­ни­за­то­ра за­ба­стов­ки, иг­рав­ше­го са­мо­го се­бя, об­ви­ни­ли в лже­сви­де­тель­стве при под­пи­са­нии сер­ти­фи­ка­та о том, что он не со­сто­ит в ком­пар­тии: его тю­рем­ные мы­тар­ства тя­ну­лись че­ты­ре го­да. Ис­пол­ни­тель­ни­цу глав­ной ро­ли, мек­си­кан­скую ки­но­звез­ду Ро­за­у­ру Ре­ву­эль­тас вы­сла­ли из США. Сце­ны с ее уча­сти­ем при­шлось до­сни­мать в Мек­си­ке. По­лу­чить раз­ре­ше­ние на ра­бо­ту там Би­бер­ма­ну не уда­лось. По ле­ген­де, спря­тав­шись в за­рос­лях ку­ку­ру­зы, он ру­ко­во­дил Ро­за­урой по ра­ции, а ре­жис­се­ра на пло­щад­ке изоб­ра­жал под­став­ной мек­си­ка­нец. Но мест­ные вла­сти кон­фис­ко­ва­ли плен­ку: не по­мог­ло да­же за­ступ­ни­че­ство экс-пре­зи­ден­та и на­ци­о­наль­но­го ге­роя Ла­са­ро Кар­де­на­са, в свое вре­мя при­ютив­ше­го Троц­ко­го и ис­пан­ских рес­пуб­ли­кан­цев. Би­бер­ман вы­крал и спас нега­тив, но про­яв­лять его от­ка­за­лись все ла­бо­ра­то­рии: их кон­тро­ли­ро­вал ан­ти­ком­му­ни­сти­че­ский проф­со­юз. Фильм по ча­стям разо­сла­ли по мел­ким ла­бо­ра­то­ри­ям, а мон­ти­ро­ва­ли в туа­ле­те за­бро­шен­но­го ки­но­те­ат­ра.

Про­ка­ты­вать его со­гла­сил­ся Grand Theatre на 86- й ули­це НьюЙор­ка, где он про­дер­жал­ся де­вять недель. В Дет­рой­те ки­но­ме­ха­ни­ки са­бо­ти­ро­ва­ли по­ка­зы, в Чи­ка­го их от­ме­ни­ли из- за угро­зы взры­ва бом­бы. В Лос-Ан­дже­ле­се не при­шел ни один зри­тель — га­зе­ты от­ка­за­лись ре­кла­ми­ро­вать фильм. Ав­то­ры 18 лет тщет­но су­ди­лись с 72 фир­ма­ми, проф­со­ю­за­ми и част­ны­ми ли­ца­ми, об­ви­няя их в на­ру­ше­нии ан­ти­тре­стов­ско­го за­ко­но­да­тель­ства и за­го­во­ре про­тив част­ной ини­ци­а­ти­вы. Это еще пу­стя­ки: до 1965- го «Соль », по­лу­чив­шая гран-при в Кар­ло­вых Ва­рах, не чис­ли­лась ни в од­ном аме­ри­кан­ском спра­воч­ни­ке. Дру­го­го та­ко­го « при­зра­ка » исто­рия не зна­ет, «Соль» ока­за­лась уни­каль­на во всех от­но­ше­ни­ях.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.