По­э­зия ге­мо­по­э­за

Про­фес­сор Бо­рис Афа­на­сьев о кро­ве­тво­ре­нии в Рос­сии

Kommersant - - РУСФОНД RUSFOND.RU - ПОРТ­РЕТ ВРА­ЧА Сер­гей Мо­стов­щи­ков, спе­ци­аль­ный кор­ре­спон­дент Ру­с­фон­да

Кост­ный мозг рос­си­я­ни­на сво­бо­ден и сам тво­рит все ком­по­нен­ты кро­ви — не слу­чай­но на на­уч­ном язы­ке это на­зы­ва­ет­ся ге­мо­по­э­зом, а кро­ве­твор­ные ство­ло­вые клет­ки — ге­мо­по­э­ти­че­ски­ми. Но по­э­зия рус­ско­го ге­мо­по­э­за та­ко­ва: за­бо­ле­ва­е­мость раком кро­ви рас­тет, ле­чить его ста­но­вит­ся все до­ро­же, а об­ра­щать­ся за по­мо­щью в по­ис­ке до­но­ров кост­но­го мозга при­хо­дит­ся за гра­ни­цу. Имен­но по­это­му Ру­с­фонд вкла­ды­ва­ет си­лы и сред­ства в со­зда­ние На­ци­о­наль­но­го ре­ги­стра до­но­ров кост­но­го мозга на ба­зе НИИ дет­ской он­ко­ло­гии, ге­ма­то­ло­гии и транс­план­то­ло­гии име­ни Р.М. Гор­ба­че­вой (Санкт-Пе­тер­бург). Зна­чи­тель­ная фи­гу­ра в этом про­цес­се — ди­рек­тор ин­сти­ту­та, док­тор ме­ди­цин­ских на­ук, про­фес­сор Бо­рис Вла­ди­ми­ро­вич Афа­на­сьев. Вот неко­то­рые его мыс­ли о ме­ди­цине, ра­ке, Рос­сии и ге­мо­по­э­зе. Об от­вет­ствен­но­сти и хи­рур­ги­че­ском мыш­ле­нии

Я не ду­мал быть вра­чом, хо­тел по­сту­пать на хи­ми­че­ский фа­куль­тет уни­вер­си­те­та. Но это бы­ло вре­мя, ко­гда о вра­чах мно­го го­во­ри­ли и ду­ма­ли — вы­хо­ди­ли со­от­вет­ству­ю­щие филь­мы и кни­ги. И я ре­шил, что в ме­ди­цине кро­ме соб­ствен­но вра­чеб­но­го де­ла боль­шое зна­че­ние име­ют и хи­мия, и фар­ма­ко­ло­гия, ко­то­рые ме­ня при­вле­ка­ли. Но, ко­неч­но, как человека, для ко­то­ро­го все­гда важ­на кон­кре­ти­ка, ме­ня ин­те­ре­со­ва­ла хи­рур­гия. В ней ты ви­дишь быст­рый эф­фект. Кро­ме то­го, хи­рур­ги — это лю­ди, ко­то­рые при­ни­ма­ют ре­ше­ния и риску­ют. Ни­че­го не имею про­тив, ска­жем, пси­хи­ат­ров. Но там труд, как мне ка­жет­ся, неоче­ви­ден, а вот ру­ки хи­рур­га вид­ны все­гда. По­это­му, не­смот­ря на то что в ито­ге я стал те­ра­пев­том, ста­ра­юсь ча­ще при­ни­мать слож­ные, рис­ко­ван­ные ре­ше­ния, ис­поль­зую хи­рур­ги­че­ский тип мыш­ле­ния.

О разо­ча­ро­ва­нии и спа­се­нии

Я мно­го раз жа­лел о том, что вы­брал се­бе та­кую про­фес­сию. Он­ко­ло­гия — слож­ная об­ласть, в ней мно­го груст­ных со­бы­тий. Осо­бен­ность этих пе­ре­жи­ва­ний в том, что с воз­рас­том они не толь­ко не про­хо­дят, но ста­но­вят­ся еще тя­же­лее. И для то­го что­бы как-то дер­жать­ся, я на­хо­жу спо­со­бы пси­хо­ло­ги­че­ской под­держ­ки. Ска­жем, я люб­лю со­сед­нее ам­бу­ла­тор­ное от­де­ле­ние, там — де­ти и взрос­лые, ко­то­рые спас­лись, вы­жи­ли в пря­мом смыс­ле это­го сло­ва. Я ту­да хо­жу и с эти­ми людь­ми об­ща­юсь. Или они при­хо­дят ко мне. Я встре­чаю док­то­ров и про­шу их: при­во­ди­те ко мне ча­ще сво­их па­ци­ен­тов, и тех и дру­гих — мне важ­но го­во­рить с ни­ми. Я же в си­лу должности ли­шен мно­гих воз­мож­но­стей об­ще­ния. По­это­му я на­ста­и­ваю: при­во­ди­те, го­во­ри­те, что вот два го­да на­зад это­му че­ло­ве­ку бы­ла сде­ла­на транс­план­та­ция кост­но­го мозга (ТКМ) и вот что про­ис­хо­дит сей­час. Это ме­ня спа­са­ет. По­то­му что я знаю мно­гих сво­их кол­лег, ко­то­рые ушли из он­ко­ло­гии, не вы­дер­жа­ли по­сто­ян­но­го на­пря­же­ния, то­го, что пло­хое и хо­ро­шее раз­ви­ва­ет­ся пря­мо на тво­их гла­зах. И я бы, мо­жет, не стал ра­бо­тать, но ме­ди­ци­на как та­ко­вая по уров­ню ди­а­гно­сти­ки и ме­то­дам ле­че­ния за по­след­ние го­ды не про­сто по­ме­ня­лась, а по­ме­ня­лась дра­ма­ти­че­ски. Рань­ше мы мог­ли про­сто об­лег­чить стра­да­ния. До­пу­стим, вы­жи­ва­е­мость де­тей с лей­ко­за­ми бы­ла 10%. А сей­час — 80–90%. Он­ко­ге­ма­то­ло­гия — об­ласть ме­ди­ци­ны, ко­то­рая за­ни­ма­ет­ся зло­ка­че­ствен­ны­ми за­бо­ле­ва­ни­я­ми кро­ви, — очень из­ме­ни­лась. По­яви­лись но­вые пре­па­ра­ты, но­вые ме­то­ды им­му­но­те­ра­пии, ТКМ на­ко­нец. Это аб­со­лют­но дру­гая жизнь. Фан­та­сти­че­ский прогресс. И он бу­дет на­рас­тать.

О ра­ке и веч­но­сти

Че­ло­ве­че­ство так пе­чет­ся се­год­ня о се­бе и сво­ем здо­ро­вье, по­то­му что по­яви­лись та­кие воз­мож­но­сти. Рань­ше че­ло­ве­че­ство бы­ло обес­по­ко­е­но толь­ко тем, что­бы вы­жить в окру­жа­ю­щей его сре­де. На­до бы­ло най­ти, чем пи­тать­ся. Спа­стись от хо­ле­ры, чу­мы и оспы. Те­перь ци­ви­ли­за­ция ре­ша­ет эти про­бле­мы, вы­рос­ла про­дол­жи­тель- ность жиз­ни. В чем ее смысл? Толь­ко в том, что­бы жить. Жить — вот главный смысл се­го­дняш­ней жиз­ни. На­сту­пил век, ко­гда че­ло­ве­че­ство мо­жет об­ра­тить вни­ма­ние на се­бя и за­ду­мать­ся о про­дле­нии сво­е­го ве­ка. Со­от­вет­ствен­но ме­ня­ет­ся и фи­ло­со­фия бо­лез­ни. То есть ес­ли пред­ста­вить се­бе, что в сред­нем мы мог­ли бы жить 100 и боль­ше лет, то, несо­мнен­но, в этой жиз­ни все боль­шую роль иг­ра­ли бы не го­лод, трав­ма­тизм и эпи­де­мии, а имен­но он­ко­ло­ги­че­ские за­бо­ле­ва­ния, по­то­му что они тра­ди­ци­он­но ас­со­ци­и­ру­ют­ся со ста­ро­стью. То есть рак в ка­ком-то смыс­ле сви­де­тель­ство веч­но­сти. Рак — это клет­ки, ко­то­рые вы­рва­лись из-под кон­тро­ля че­ло­ве­че­ской по­все­днев­но­сти, они ве­дут се­бя как асо­ци­аль­ные ор­га­низ­мы. В ка­кой-то мо­мент эти клет­ки по­лу­ча­ют пре­иму­ще­ство над си­сте­мой, они на­чи­на­ют угне­тать здо­ро­вые клет­ки, до­би­вать­ся боль­ше­го, чем они.

О мед­сест­рах и про­грес­се

Оче­вид­но, что прогресс че­ло­ве­че­ства невоз­мо­жен без ма­те­ри­аль­ной ба­зы. Упро­щен­но это деньги. Но. Ес­ли деньги по­па­да­ют не в те ру­ки или тра­тят­ся на ненуж­ные про­ек­ты — это не прогресс, а де­гра­да­ция. По­это­му я счи­таю, что ты никогда не по­те­ря­ешь деньги, ес­ли они бу­дут вло­же­ны в об­ра­зо­ва­ние. В ко­неч­ном ито­ге не деньги де­ла­ют лю­дей, а лю­ди де­ла­ют деньги. И чем боль­ше вло­же­но в лю­дей, тем боль­ше от­да­ча. В ме­ди­цине, я счи­таю, важ­нее все­го на­чи­нать с ее ос­но­вы — с мед­се­стер, они все­гда за­бро­ше­ны, за­бы­ты, а это рав­но­силь­но то­му, что за­бро­ше­на и за­бы­та ме­ди­ци­на. Не нуж­но льстить се­бе по­куп­ка­ми до­ро­го­го обо­ру­до­ва­ния. Ес­ли ты по­стро­ишь сверх­со­вре­мен­ные ме­ди­цин­ские цен­тры, но не най­дешь ква­ли­фи­ци­ро­ван­ных лю­дей, не со­здашь мо­ти­ва­цию, все это зда­ние бу­дет мерт­во. Так что об­ра­зо­ва­ние и лю­ди — вот ос­но­ва бу­ду­ще­го.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.