На Украине еще бу­дут ло­вить бан­де­ров­цев

Ки­но­ре­жис­сер, пер­вый зам­пред Ко­ми­те­та Го­с­ду­мы по куль­ту­ре Вла­ди­мир БОРТКО: АНЕК­ДОТ В ТЕ­МУ

Komsomolskaya Pravda Moscow Edition - - Только у нас -

МЫ - ОДИН НА­РОД

- Вла­ди­мир Вла­ди­ми­ро­вич, вы, с од­ной сто­ро­ны, - невъезд­ной на Укра­и­ну. А с дру­гой - вы на­род­ный ар­тист Укра­и­ны.

- Да, я невъезд­ной. Но зва­ния на­род­но­го ар­ти­ста не ли­ши­ли.

- Вы свой пер­вый фильм сня­ли на ки­но­сту­дии До­в­жен­ко.

- Я ро­дил­ся в Москве, отец мой, что на­зы­ва­ет­ся, ру­со­фил, а мать - укра­ин­ка по фа­ми­лии За­ха­рен­ко. Они разо­шлись, и ме­ня в один го­дик увез­ли на Укра­и­ну, и по­сле это­го я 28 лет про­жил на Украине. Прак­ти­че­ски вся мо­ло­дость там. И снял пер­вый фильм. По­том я по­нял, что у ме­ня идео­ло­ги­че­ские рас­хож­де­ния с укра­ин­ца­ми. Они все­гда бы­ли очень вер­но­под­дан­ные. Они бы­ли бОль­ши­ми ком­му­ни­ста­ми, чем те, кто си­дел в Крем­ле. Ну то же са­мое, что сей­час, толь­ко со зна­ком на­обо­рот.

- Об­рат­ный по­во­рот на Украине воз­мо­жен?

- За­про­сто. Все вер­нет­ся на кру­ги своя, и мы опять бу­дем од­ним на­ро­дом. И все бу­дет за­ме­ча­тель­но.

- И они бу­дут брать по­вы­шен­ные обя­за­тель­ства по вы­яв­ле­нию бан­де­ров­цев?

- А как же?! Бу­дут до­хо­дить до по­след­не­го че­ло­ве­ка. Но ду­маю, что в ре­зуль­та­те все об­ра­зу­ет­ся. По­ни­ма­е­те, Рос­сия, Укра­и­на, Бе­ла­русь и Поль­ша, как ни стран­но, - это все один и тот же на­род. Ну по­сколь­ку по­ля­ки ис­по­ве­ду­ют не­сколь­ко дру­гую ре­ли­гию, то они в сто­роне сто­ят… Да, сей­час ру­гань про­ис­хо­дит. Но так страст­но ру­га­ют­ся ведь толь­ко бли­жай­шие род­ствен­ни­ки.

- Но по­ка Укра­и­на сни­ма­ет ан­ти­рос­сий­ские филь­мы о войне в Дон­бас­се.

- Да, они сня­ли и да­же во­зи­ли это де­ло на Канн­ский фе­сти­валь.

- У вас же, ка­жет­ся, бы­ли пла­ны на фильм с ра­бо­чим на­зва­ни­ем, по-мо­е­му, «Убий­ство го­ро­дов»?

- Я вме­сте с писателем Про­ха­но­вым и с за­ме­ча­тель­ным ре­жис­се­ром и ак­те­ром Вла­ди­ми­ром Мень­шо­вым еще три го­да на­зад за­ду­мал фильм о войне в Дон­бас­се по ро­ма­ну Про­ха­но­ва «Убий­ство го­ро­дов». - Ко­го сни­мать пла­ни­ро­ва­ли? - Мень­шо­ва я вам на­звал. По­том Алек­сей Ча­дов. Они там раз­дво­е­ны. У пи­са­те­ля Про­ха­но­ва в ро­мане был один че­ло­век - пи­са­тель, ко­то­рый дей­ству­ет в Москве, но пред­став­ля­ет се­бя там, в око­пах Дон­бас­са. - А в Дон­бас­се вы бы­ли? - Ко­неч­но! На­чи­ная от За­хар­чен­ко (глава ДНР. - Ред.), с ко­то­рым встре­ча­лись, и до пе­ре­до­вой. За­хар­чен­ко ме­ня на­гра­дил имен­ным пи­сто­ле­том, он остал­ся там, я при­вез толь­ко удо­сто­ве­ре­ние. Там и За­хар При­ле­пин во­ю­ет. Ни­кто не за­став­лял его ту­да ехать, сам, по зо­ву серд­ца. Мно­гое там уви­де­ли. И, зна­е­те, я не силь­но ве­рю в эти мин­ские до­го­во­рен­но­сти. По­сколь­ку они аб­со­лют­но невы­пол­ни­мы ни с той ни с дру­гой сто­ро­ны. - А с филь­мом что? - В этом го­ду вдруг ре­ши­ли, что сце­на­рий, ко­то­рый не ме­нял­ся в прин­ци­пе, нехо­рош. Его за­бра­ко­ва­ли. Вер­ну­ли сце­на­рий. А это был, по­жа­луй, един­ствен­ный фильм на со­вре­мен­ную те­му в сле­ду­ю­щем го­ду в стране. Там в плане муль­ти­ки, ужа­сти­ки, филь­мы­ка­та­стро­фы - все что угод­но. А вот со­вре­мен­но­сти, тем бо­лее та­кой, ко­то­рая, что на­зы­ва­ет­ся, во­пи­ет… увы, те­перь не бу­дет ни­че­го. Вот это весь­ма пе­чаль­но. Что за этим сто­ит? Не знаю.

- Ка­кие кон­крет­ные пре­тен­зии вы­ска­за­ны к сце­на­рию о войне в Дон­бас­се?

- Не­хо­ро­ший сце­на­рий и все… Мне так вслух ни­кто и не го­во­рил ни­че­го. Ми­нистр куль­ту­ры Мединский ска­зал, что он в прин­ци­пе под­дер­жит, но: «Вы по­ни­ма­е­те, я-то не мо­гу ко­ман­до­вать людь­ми, ко­то­рые там опре­де­ля­ют сце­на­рии».

- В Ми­ни­стер­стве куль­ту­ры есть лю­ди мощ­нее ми­ни­стра?

- Не лю­ди в ми­ни­стер­стве, а опре­де­лен­ная часть мос­ков­ской эли­ты. Я толь­ко что вер­нул­ся из ко­ман­ди­ров­ки в Гер­ма­нию, со встре­чи пар­ла­мен­та­ри­ев Бал­тий­ско­го мо­ря. И пер­вый день ее от­кры­вал про­фес­сор, немец, ко­то­рый жа­ло­вал­ся, что у них в Ев­ро­со­ю­зе по­пу­ли­сты одо­ле­ва­ют. Ока­зы­ва­ет­ся, лю­дей, вы­ра­жа­ю­щих свое недо­воль­ство тем, что про­ис­хо­дит сей­час в Ев­ро­пе, про­сто на­зы­ва­ют по­пу­ли­ста­ми. То есть ли­бе­ра­лы все­гда пра­вы. А вот те, кто про­тив, те - нехо­ро­шие. Эта точ­ка зре­ния при­сут­ству­ет и у нас: «Мы все­гда пра­вы». А б о л ь ш и н - ство, ко­то­рое хо­те­ло бы ви­деть что-то дру­гое, ду­мать по-дру­го­му, оно непра­во. И в ито­ге го­лос ли­бе­раль­ной ин­тел­ли­ген­ции за­глу­ша­ет все осталь­ное. - На­при­мер? - На­при­мер, и в Гер­ма­нии, и здесь каж­дый день я ви­жу ата­ки на од­но­го че­ло­ве­ка, на­ше­го пре­зи­ден­та! Ну лад­но, уй­дет, до­пу­стим, он. И что нач­нет­ся в стране? У вас де­ти есть, дру­зья мои, что­бы так под­ры­вать ос­но­вы го­су­дар­ства? Зна­е­те, ста­но­вит­ся немнож­ко страш­но при мыс­ли, что даль­ше.

- При­чем имен­но те лю­ди и слои вы­стра­и­ва­ют эту ата­ку, ко­то­рые по­лу­ча­ют от него день­ги.

- Да, на­гра­ды, день­ги и все осталь­ное. Я, кста­ти, ду­маю, что он по­ни­ма­ет, ко­му он да­ет на­гра­ды.

- На ваш фильм де­нег не да­ют, а Се­реб­рен­ни­ко­ву - мил­ли­ард. Как-то мож­но на это воз­дей­ство­вать?

- У нас за­ко­но­да­тель­ная власть, к со­жа­ле­нию, прак­ти­че­ски ни­че­го не мо­жет, кро­ме вы­ступ­ле­ния с три­бу­ны. Мы мо­жем при­ни­мать за­ко­ны, ко­неч­но, ко­то­рые, прав­да, ча­ще все­го транс­ли­ру­ют из пра­ви­тель­ства и даль­ше утвер­жда­ют 300 че­ло­век «Еди­ной Рос­сии». Вот и все.

И, вы зна­е­те, я бы не ру­гал здесь Се­реб­рен­ни­ко­ва или Учи­те­ля - они де­ла­ют то, что хо­тят. Су­дить ху­дож­ни­ка за его ра­бо­ты - не силь­но хо­ро­шо. Но брать день­ги у го­су­дар­ства и по­том рас­ска­зы­вать, ка­кое оно пло­хое, на мой взгляд, стран­но.

БЫЛ ВЫ­СОЦ­КИЙ, ТЕ­ПЕРЬ - ШНУР

- На­шим ку­ми­ром был Вы­соц­кий. У ны­неш­ней мо­ло­де­жи его ме­сто за­нял Шнур...

- За­да­чей со­вет­ской вла­сти бы­ло не толь­ко стро­и­тель­ство Дне­проГЭСа и за­пуск спут­ни­ка, а еще и по­вы­ше­ние куль­тур­но­го уров­ня на­ро­да. Что уда­лось в пол­ной ме­ре. А те­перь мы по­лу­чи­ли то, что рас­про­стра­не­но по все­му ми­ру. Мы хо­тим, не очень на­пря­га­ясь, раз­вле­кать­ся.

- Но ауди­то­рия ла­бу­те­нов все ши­рит­ся…

- Она и бы­ла та­кой… А кто си­дит в ки­но - 4% на­ше­го на­се­ле­ния. И эти че­ты­ре про­цен­та - мо­ло­дые лю­ди, на мой взгляд, с не силь­но хо­ро­шим об­ра­зо­ва­ни­ем.

- То есть ес­ли рань­ше в ки­но хо­ди­ли, что­бы…

- ...по­лу­чить от­ве­ты на во­про­сы, ко­то­рые слож­нее, чем по­есть-раз­влечь­ся. А сей­час - пой­дем, поржем… Да ра­ди бо­га, но па­рал­лель­но долж­но быть еще что-то. Не мо­гу ска­зать, что мы бы сня­ли фильм про Дон­басс ге­ни­аль­ный - но мы хо­те­ли го­во­рить о важ­ном.

- Мо­жет, вам вне­сти за­кон о фи­нан­си­ро­ва­нии пат­ри­о­ти­че­ской куль­ту­ры?

- Да не нуж­но это­го - на­до про­сто не га­дить! Лю­ди, ко­то­рые за­ни­ма­ют­ся этим со сто­ро­ны го­су­дар­ства, долж­ны чет­ко по­ни­мать, чем они за­ни­ма­ют­ся. Сде­лать это про­сто: твор­цам не ме­шать. Но по­ни­мать, на что да­ют­ся день­ги.

- В об­ще­стве рас­тет на­пря­же­ние. 1917-й мо­жет по­вто­рить­ся?

- На­зна­че­ния, ко­то­рые про­ис­хо­дят, толь­ко уси­ли­ва­ют ли­бе­раль­ную по­зи­цию в на­шем пра­ви­тель­стве. Не знаю, по­че­му так про­ис­хо­дит. Как и не по­ни­ма­ет на­род, ко­то­рый, не­смот­ря на ре­ля­ции, что мы жи­вем все луч­ше, по­ни­ма­ет, что в ре­аль­но­сти - ху­же. Да, мы пла­тим за Крым - бес­спор­но. Но есть за что пла­тить! Но ведь ос­нов­ное пло­хое, что есть, - не от Кры­ма и не от санк­ций, а от дей­ствий соб­ствен­но­го пра­ви­тель­ства. - Что нас ждет? - Рос­сия оста­нет­ся. Да­же ес­ли ис­чез­нут рос­си­яне, рус­ские - оста­нут­ся. Ко­гда я го­во­рю рус­ские - я имею в ви­ду и юж­ную ветвь на­шу, и за­пад­ную, и украинцев, и бе­ло­ру­сов. Это один на­род, ко­то­рый бу­дет жить не од­ну ты­ся­чу лет.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.