55

KP-Teleprogramma - - ЗВЕЗДНЫЙ СТИЛЬ -

ге­ния. Она пы­та­лась объ­яс­нить мне хи­мию - чер­ти­ла мел­ком на ас­фаль­те фор­му­лы. По­том по­ня­ла, что я ту­пая. И, сла­ва те­бе, гос­по­ди, от­ста­ла. Но все­гда бра­ла ме­ня с со­бой, за­щи­ща­ла. Она бы­ла очень се­рьез­ная: ес­ли я жа­ло­ва­лась ей, что ме­ня кто-то оби­дел, она сра­зу шла... - ...уби­вать.

- Прак­ти­че­ски. По­том она со­всем вы­рос­ла и по­сту­пи­ла в ин­сти­тут, а я еще учи­лась в шко­ле. Вот то­гда мы разо­шлись в раз­ные сто­ро­ны.

- У нас раз­ные ха­рак­те­ры. В ка­ких-то жиз­нен­ных ве­щах я бы­ваю на­мно­го взрос­лее, чем Ира­да Ав­тан­ди­лов­на.

- В че­ло­ве­че­ских от­но­ше­ни­ях она ум­нее, и жест­че, и рез­че. А я тряп­ка. Все вре­мя ищу ком­про­мис­сы. Я стра­ус, а она ре­аль­но в этих во­про­сах па­цан.

- Ес­ли я де­лаю жиз­нен­ные вы­во­ды, то ста­ра­юсь их при­дер­жи­вать­ся. Ко­гда слу­ча­ют­ся про­бле­мы, Ира­де лег­че сде­лать вид, что их нет и она слиш­ком за­ня­та сво­ей ра­бо­той. А я го­во­рю: «Нет, ми­ну­точ­ку. На­до все про­бле­мы ре­шить и дой­ти в раз­ви­тии ге­шталь­та до нуж­ной точ­ки».

- На­при­мер, ко­гда те­бя пре­да­ет кто-то из дру­зей. Бы­ва­ло это и в Ира­ди­ной жиз­ни, и в мо­ей. Ира­да сна­ча­ла оби­жа­ет­ся. По­том зво­нит и го­во­рит: «Он же это сде­лал не по­то­му, что он пло­хой че­ло­век? На­вер­ное, в сле­ду­ю­щий раз он так боль­ше ни­ко­гда не по­сту­пит?»

- Я все­гда хо­чу оправ­дать чу­жие пло­хие по­ступ­ки.

- Я объ­яс­няю: «Ира­да, в сле­ду­ю­щий раз он по­сту­пит аб­со­лют­но так же! На­вер­ное, это­го че­ло­ве­ка бли­же луч­ше не под­пус­кать». К 37 го­дам я на­учи­лась го­во­рить: «Мо­же­те сю­да боль­ше не зво­нить». А Ира­да так не уме­ет и по­том ис­кренне удив­ля­ет­ся: «Как же так мог­ло по­лу­чить­ся? Он вто­рой раз сде­лал га­дость!»

- На сва­дьбе Свет­ла­ны я уви­де­ла бу­кет, ко­то­рый ле­тит мне в ру­ки. Я его пой­ма­ла, хо­тя бы­ла за­му­жем.

- А я от­би­ра­ла у нее этот бу­кет с кри­ка­ми: «Как те­бе не стыд­но?! У ме­ня есть подруга, ко­то­рая еще не за­му­жем, ей нуж­нее!»

- А у ме­ня со­рев­но­ва­тель­ный ха­рак­тер. Ви­жу, бу­кет ле­тит...

- Она, как Са­бо­нис (Ар­ви­дас Са­бо­нис, ле­ген­дар­ный со­вет­ский бас­кет­бо­лист. - прыг­ну­ла. Ла­ви­руя меж­ду людь­ми, вы­ле­те­ла к бу­ке­ту.

- Че­му неска­зан­но уди­ви­лись на­ши му­жья.

- Ко­неч­но. Мне ни­кто ни­ко­гда в жиз­ни так силь­но не по­мо­гал и не по­ни­мал ме­ня, как моя сест­ра. Она го­то­ва под­дер­жать ме­ня во всех на­чи­на­ни­ях. Да­же ес­ли при этом ме­ня осуж­да­ет.

- Я во­об­ще чем­пи­он по под­держ­кам. Зна­е­те, кто та­кой друг? Это че­ло­век, ко­то­рый, что бы ты ни со­вер­шил, ска­жет: «Ты по­сту­пил ужас­но, но я по­сту­пил бы точ­но так же».

- Но при этом он по­про­бу­ет от­крыть те­бе гла­за на то, что ты тво­ришь ка­кую-то ерун­ду.

- Я же ез­жу на вой­ну не для то­го, что­бы по­ра­до­вать­ся, как там ве­се­ло, как здо­ро­во стре­ля­ют, как там о-го-го. Это не пейнт­бол.

- Она ра­бо­то­за­ви­си­мый че­ло­век. Ей нуж­но что-то де­лать и ви­деть ре­зуль­тат, быть в про­цес­се про­из­вод­ства че­го-то очень важ­но­го и пра­виль­но­го. Ко­гда у Ира­ды нет те­ку­щей очень важ­ной ра­бо­ты, но есть вре­мя, что­бы по­быть на­едине с со­бой, на­чи­на­ет­ся са­мое страш­ное в ее жиз­ни. Она на­чи­на­ет схо­дить с ума, в го­ло­ву ей при­хо­дят ненуж­ные мыс­ли.

- С гор­до­стью и ра­до­стью. У нас спе­ци­фи­че­ские ро­ди­те­ли. Па­па был жур­на­ли­стом од­но вре­мя. Ко­гда у него ро­ди­лись де­ти, он по­нял, что нуж­но их про­кор­мить, и по­шел ра­бо­тать в ми­ни­стер­ство. Влю­бил­ся в сель­ское хо­зяй­ство. А ма­ма ра­бо­та­ла ин­же­не­ром, про­ек­ти­ро­ва­ла те­ле­ви­зо­ры, по­том ста­ла до­мо­хо­зяй­кой.

- Па­па учил­ся со все­ми ве­ли­ки­ми и все­гда го­во­рил: «Да, до­чень­ка, ни­ко­гда ты не бу­дешь ра­бо­тать в про­грам­ме «Вре­мя», как мой друг та­кой-то». «Ни­ко­гда ты не по­едешь в Ан­глию, как мой друг Все­во­лод Шиш­ков­ский. Ни­ко­гда ты не смо­жешь ра­бо­тать на Ближ­нем Во­сто­ке, как мой друг Сей­фуль­Му­лю­ков».

- Это не спе­ци­аль­но. - Я по­ня­ла, что он всю жизнь ми­рил­ся с тем, что у него две де­воч­ки: «Ну, та­кая судьба».

- По­это­му мы в се­мье обе в ка­кой-то сте­пе­ни вы­пол­ня­ем ро­ли маль­чи­ков. Ира­да - глав­ная на­деж­да се­мьи всю жизнь. - Я стар­шая по­то­му что.

- На ме­ня бы­ла мень­шая на­деж­да. Ес­ли Ира­да долж­на пой­ти и сде­лать, то Све­та... Она же де­воч­ка, че­го с нее взять, соб­ствен­но?

- По­это­му я долж­на бы­ла до 20 лет в де­вять ве­че­ра быть же­лез­но до­ма, ни­ку­да не хо­дить.

- А я во сколь­ко при­ду, во столь­ко при­ду.

- Мы не ссоримся. - Я не умею ми­рить­ся. Ес­ли она при­хо­дит и с ну­ля го­во­рит: «При­вет. Как де­ла?» - то­гда да. А вот так, что­бы ми­рить­ся... У ме­ня пси­хо­ло­ги­че­ский ба­рьер. Я бо­юсь это­го страш­но­го раз­го­во­ра: «Ну да­вай по­го­во­рим». Мне про­ще про­стить, чем раз­би­рать­ся.

- По­шла в пе­ре­ры­ве, на­жа­ри­ла кот­лет и по­еха­ла на ра­бо­ту.

- Я уже нет - спи­на по­ба­ли­ва­ет. Но до это­го са­ма. И все­гда, ко­гда жи­ла се­мьей - с му­жем и ре­бен­ком, я го­то­ви­ла.

- У ме­ня суб­бо­та на­чи­на­ет­ся с то­го, что мы вста­ем, ва­рим ка­ши, мо­ем, сти­ра­ем, гла­дим. По­том друж­но хва­та­ем пы­ле­сос. По­мощ­ни­ца по хо­зяй­ству - это очень здо­ро­во, но она же не мо­жет у те­бя каж­дый день ра­бо­тать. Мы по­ка еще столь­ко не за­ра­ба­ты­ва­ем.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.