«В муж­чине це­ню уме­ние при­ни­мать ре­ше­ния»

KP-Teleprogramma - - КАКИЕ ЛЮДИ! -

Един­ствен­ное ис­клю­че­ние сде­ла­ла для Ми­хал­ко­ва. Ни­ки­та Сер­ге­е­вич при­гла­сил спеть и вру­чить пре­мию мо­е­му лю­би­мо­му Ста­ни­сла­ву Го­во­ру­хи­ну на «Зо­ло­том ор­ле». А по­сколь­ку Го­во­ру­хин от­крыл для ме­ня ки­но (Аглая впер­вые сня­лась в его кар­тине «...В сти­ле jazz». -

как я мог­ла от­ка­зать­ся?

- Мне ком­форт­но в оди­но­че­стве, и я по­ня­ла это еще в дет­стве. И у ме­ня нет де­фи­ци­та об­ще­ния, на­обо­рот, - пе­ре­из­бы­ток! Кто-то дру­гой на мо­ем ме­сте ска­зал бы, что у ме­ня ку­ча дру­зей. Но к сво­им 22 го­дам я очень ча­сто об­жи­га­лась в об­ще­нии с людь­ми. Так что те­перь у ме­ня есть то­ва­ри­щи и зна­ко­мые, а не дру­зья. Сво­бод­но­го вре­ме­ни ма­ло, и я го­то­ва по­свя­щать его близ­ким лю­дям. К ба­буш­ке и де­душ­ке, с ко­то­ры­ми жи­ву в од­ном го­ро­де, до­е­хать не мо­гу - сты­до­ба! У ме­ня есть 95-лет­няя пра­ба­буш­ка, и к ней не успе­ваю. По­это­му, ко­гда ме­ня зо­вут на ту­сов­ки, я пря­мо го­во­рю им нет.

- Нет. У нас да­же был та­кой слу­чай. Раз­го­ва­ри­ва­ли с ба­буш­кой, и вдруг она мне при­во­дит при­мер: «Вот посмот­ри, та де­воч­ка по­сту­пи­ла в ин­сти­тут, окон­чи­ла его». А я го­во­рю: «Ба­буль, я во­об­ще-то то­же в ин­сти­ту­те учусь!» На что ба­буш­ка от­ве­ча­ет: «Да что у вас там... те­ат­раль­ный». Я то­гда обал­де­ла, мы да­же по­ру­га­лись. Но ба­буш­ка с де­душ­кой ви­дят, че­рез ка­кие де­бри я про­ры­ва­юсь и что со мной про­ис­хо­дит, ка­кие чув­ства я ис­пы­ты­ваю во вре­мя съе­мок шоу. Ведь это со­рев­но­ва­ния! Каж­дый ар­тист дей­ству­ет в экс­тре­маль­ных об­сто­я­тель­ствах: нуж­но вый­ти, вы­дать об­раз. По­том все за­быть и че­рез неде­лю вы­дать дру­гой. По­это­му ба­буш­ка с де­душ­кой очень пе­ре­жи­ва­ют за ме­ня, спра­ши­ва­ют: «Ой, ка­кая ты ху­дая! Не­до­еда­ние?» Жа­ле­ют ме­ня, на да­чу зо­вут. А мне все это очень близ­ко: дач­ка, гряд­ка, шаш­лык, га­мак. В бу­ду­щем мечтаю жить за го­ро­дом. Прав­да, есть еще од­на лю­бовь - Та­и­ланд. Мы с мо­им мо­ло­дым че­ло­ве­ком Фе­дей (ак­тер Фе­дор Во­рон­цов, слу­жит в Те­ат­ре Вах­тан­го­ва. - по­бы­ва­ли на ост­ро­ве Са­муи в Та­и­лан­де про­шлым ле­том, и с тех пор я гре­жу им. Хо­чу при­ле­тать на этот ост­ров как к се­бе до­мой, знать там каж­дый уголок. Хо­дить без ма­ки­я­жа и мод­ных шмо­ток. Ма­ма ча­сто мне го­во­рит: «По­че­му ты опять в лох­мо­тьях?» А мне так нра­вит­ся. По­хо­ды на ту­сов­ки ме­ня про­сто убивают. Ме­ня нет в со­ци­аль­ных се­тях, ме­ня тря­сет от них. Все эти сел­фи, оди­на­ко­вые де­вуш­ки с гу­ба­ми, утро в кро­ва­ти - трын­дец!

- Во­об­ще я не по­ни­маю, по­че­му лю­ди так ин­те­ре­су­ют­ся жиз­нью друг дру­га. На­столь­ко, что неин­те­рес­но жить сво­ей. Они за­ви­сят от этих лай­ков, смот­рят, сколь­ко лю­дей их оце­нит, по­хва­лит. И мне ка­жет­ся, что ста­но­вит­ся толь­ко ху­же. Я сде­лаю все воз­мож­ное, что­бы у мо­их бу­ду­щих де­тей не бы­ло ни вре­ме­ни, ни же­ла­ния за­ни­мать­ся ни­чем по­доб­ным. Сла­ва бо­гу, мои ро­ди­те­ли да и Фе­дя со мной со­ли­дар­ны.

- Со­всем нет. По­ка ра­но ду­мать о та­ких се­рьез­ных ве­щах - мне 22 го­да, все толь­ко на­чи­на­ет­ся. И во­об­ще я очень силь­но хо­чу по­доль­ше оста­вать­ся ре­бен­ком. А де­тям на­до по­свя­щать се­бя без остат­ка. Не хо­чет­ся ро­жать и че­рез два ме­ся­ца бежать с пла­ка­том «Я в строю!» и впа­хи­вать где при­дет­ся. За­чем? Про­сто для га­лоч­ки? Я ро­ди­ла ре­бен­ка, вот, дер­жи­те? Я не хо­чу, что­бы мо­их де­тей вос­пи­ты­ва­ла няня. Ма­ма по­да­ла мне хо­ро­ший при­мер: ко­гда я ро­ди­лась, она пе­ре­ста­ла ра­бо­тать и за­ни­ма­лась толь­ко мной. Мне хо­те­лось бы сде­лать что-то по­хо­жее для сво­их де­тей. И что­бы они по­том ме­ня то­же ува­жа­ли.

- Я ба­рыш­ня взбал­мош­ная, им­пуль­сив­ная. Но я учусь управ­лять сво­им гне­вом, ме­ди­ти­рую. Очень не люб­лю хам­ство. Дру­зья мне го­во­рят: «Что ты так вклю­ча­ешь­ся сра­зу? Не трать­ся». А я не мо­гу. Мой пунк­тик: об­ра­ще­ния на ты и на вы. В те­ат­ре ак­те­ры на­зы­ва­ют друг дру­га по име­ни-от­че­ству, хо­тя зна­ко­мы три ты­ся­чи лет. Мне нра­вит­ся та­кая фор­ма об­ще­ния. Бы­ва­ет, под­хо­дит ко мне стар­ший по воз­рас­ту че­ло­век и поз­во­ля­ет се­бе ты­кать, объ­яс­няя это тем, что он про­сто стар­ше. Хо­чет­ся за­дать ему во­прос: «А ес­ли Пре­зи­дент Рос­сии ока­жет­ся млад­ше вас, вы ему то­же бу­де­те ты­кать?» Для ме­ня это за гра­нью, ме­ня так вос­пи­ты­ва­ли. Я и сво­е­го мо­ло­до­го че­ло­ве­ка зо­ву по име­ни-от­че­ству, прав­да, в шут­ку. Кста­ти, по ба­тюш­ке мой Фе­дор - Ми­хай­ло­вич, как Достоевский. А ме­ня на­зва­ли в честь Аглаи Епан­чи­ной, ге­ро­и­ни ро­ма­на «Иди­от» До­сто­ев­ско­го. Про­сто знак судь­бы!

- Я люб­лю быть ли­сич­кой, ка­приз­ни­чать Это мое нор­маль­ное со­сто­я­ние. По­это­му по­ка хо­чу по­жить так, что­бы ме­ня ба­ло­ва­ли, как ма­лень­кую де­воч­ку. Я во­об­ще не люб­лю ни­че­го ре­шать. «Ку­да пой­дем?» - «Не знаю, ку­да хо­чешь, при­ду­май». Не люб­лю ини­ци­а­ти­ву с жен­ской сто­ро­ны. У нас в се­мье за­ве­де­но так: па­па - глав­ный, он все ре­ша­ет.

- Я це­ню по­ступ­ки и уме­ние при­ни­мать ре­ше­ния. Я долж­на чув­ство­вать, что с этим че­ло­ве­ком не про­па­ду. Как го­во­рит мой па­па: «На­до ду­мать не о том, по­че­му не по­лу­чи­лось, а как сде­лать так, что­бы по­лу­чи­лось». Вот та­кая мо­дель по­ве­де­ния для мо­е­го муж­чи­ны иде­аль­на.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.