Мак­сим Аверин: Я ин­те­ре­сен, по­ка оста­юсь за­вид­ным же­ни­хом

Ин­тер­вью ак­те­ра на­ка­нуне его 40-ле­тия

KP-Teleprogramma - - ТИТУЛЬНЫЙ ЛИСТ - Текст: Инна ФЕДОТОВА

День рож­де­ния Мак­сим Аверин отметит с близ­ки­ми людь­ми. Сре­ди них обя­за­тель­но бу­дет Ан­на Яку­ни­на, ко­то­рая ря­дом с ним и в ра­до­сти, и в го­ре. Ак­те­ры по­зна­ко­ми­лись в те­ат­ре по­чти 20 лет на­зад. Мак­сим и Аня ста­ли дру­зья­ми, ко­то­рые по­ни­ма­ют друг дру­га с по­лу­сло­ва. По­это­му жур­нал «Те­ле­про­грам­ма» пред­ло­жил имен­но Анне про­ком­мен­ти­ро­вать мысли о жиз­ни ее кол­ле­ги и дру­га.

«Я счаст­лив, я спра­вил­ся»

- Я сде­лал та­ту­и­ров­ку на спине: «Мы там, где мы есть», - при­зна­ет­ся Мак­сим. - Это для ме­ня вос­при­я­тие и по­ни­ма­ние сча­стья. Оно не пункт назначения, а спо­соб пу­те­ше­ствия по жиз­ни. Нель­зя быть вче­ра счаст­ли­вым в од­ном ме­сте, а се­го­дня несчаст­ли­вым в дру­гом. Мне нра­вит­ся жить лег­ко и свет­ло. Так ин­те­рес­нее и ком­форт­нее и са­мо­му, и

тем, кто ря­дом. Это луч­ше, чем ес­ли бы я был свар­ли­вый, огры­зал­ся на лю­дей, пе­ча­лил­ся. А ко­гда грусть слу­ча­ет­ся, я, как ба­рон Мюнхгаузен, та­щу се­бя за ко­сич­ку вверх. (Мак­сим сме­ет­ся, по­то­му что мно­го лет бре­ет го­ло­ву. - Ред.) Вы­би­ра­ясь из непро­стых си­ту­а­ций, го­во­рю се­бе: я счаст­лив, по­то­му что спра­вил­ся. Жизнь под­бра­сы­ва­ла мне в этом го­ду та­кие сю­же­ты, что ду­мал: «Черт по­бе­ри! Толь­ко бы спра­вить­ся и не сой­ти с ума!»

- Ты про уход из «Са­ти­ри­ко­на»?

- Да. Я 18 лет про­ра­бо­тал в этом те­ат­ре. Про­изо­шла ис­то­рия, о ко­то­рой не хо­чу го­во­рить. В ре­зуль­та­те я по­нял, что счи­тать те­атр се­мьей, где все яко­бы друж­ны меж­ду со­бой, - боль­шое за­блуж­де­ние. Те­атр - не гео­гра­фи­че­ское ме­сто­на­хож­де­ние ак­те­ра, это его смысл жиз­ни, про­фес­сия. Я же не умер, по­сле то­го как ушел. Про­дол­жаю слу­жить те­ат­ру.

- От­но­ше­ния внут­ри кол­лек­ти­ва важ­ны для те­бя?

- Для ме­ня нема­ло­важ­но, с кем я про­во­жу боль­шую часть су­ток. А ко­гда осо­зна­ешь, что, как го­во­рит Кон­стан­тин Ар­ка­дье­вич Рай­кин (худрук те­ат­ра «Са­ти­ри­кон». - Ред.), «ты есть, а те­бя не на­до», - то мне так не на­до. Я вдруг мно­гое по­нял, по­чув­ство­вал, что что-то непра­виль­но де­лаю и не хо­чу жить с этим ощу­ще­ни­ем. Я стес­нял­ся сво­ей по­пу­ляр­но­сти в те­ат­ре, мне бы­ло нелов­ко, неудоб­но. Хо­тя я очень бла­го­да­рен Рай­ки­ну, во мно­гом бла­го­да­ря ему моя жизнь со­сто­я­лась.

- Ты иг­ра­ешь мо­но­спек­та­ли, за­нят в ан­тре­при­зе. Гра­фик остал­ся плот­ным?

- В ре­пер­ту­ар­ном те­ат­ре у ак­те­ра по 20 спек­так­лей в ме­сяц. Это жизнь на из­нос. Из са­мо­ле­та в те­атр, по­том об­рат­но… Хо­тя сей­час я так­же ра­бо­таю на раз­рыв, по­то­му что по-дру­го­му не умею. Мож­но бы­ло со­кра­тить га­строль­ный гра­фик? Мож­но. Но на­ка­нуне юби­лея я бу­ду пе­ре­са­жи­вать­ся из са­мо­ле­та в са­мо­лет и ле­теть на спек­так­ли. Мне неин­те­рес­но си­деть без ра­бо­ты.

Ан­на: - Я все­гда го­во­ри­ла Мак­су, что без ра­бо­ты он ни­ко­гда не оста­нет­ся. Но он и 12 ча­сов не мо­жет про­ве­сти без сце­ны. Ко­гда за­кры­ва­ют­ся од­ни две­ри, то от­кры­ва­ют­ся дру­гие.

Мак­сим: - По­чти год вы­ка­раб­ки­вал­ся из этой си­ту­а­ции. В ка­кой-то мо­мент мне на­ча­ли снить­ся от­кры­тые две­ри: я по­ни­мал, что на­хо­жусь в бо­га­том до­ме, ищу вы­ход… Сла­ва бо­гу, все по­за­ди.

Ан­на: - Сей­час Мак­си­ма от­пу­сти­ло. Но ко­гда он ухо­дил из те­ат­ра, мы каж­дый день об­суж­да­ли эту си­ту­а­цию. Труд­но ска­зать, что по­вли­я­ло на его ре­ше­ние: на­вер­ное, взрос­ле­ние, лич­ност­ный и про­фес­си­о­наль­ный рост. Лю­ди на ра­бо­те, как и в се­мье: схо­дят­ся, рас­хо­дят­ся. Знаю, что те­атр из его жиз­ни не уй­дет.

Мак­сим: - Мы на­ча­ли раз­го­вор с те­мы сча­стья. Так вот ча­ще все­го ощу­щаю его на сцене, в те мо­мен­ты, ко­гда во вре­мя спек­так­ля пол­но­стью вла­дею си­ту­а­ци­ей. Или по­сле спек­так­ля, ко­гда идет такая нере­аль­ная лом­ка в су­ста­вах, что хо­чет­ся встать и разо­рвать се­бя на кус­ки. Ис­пы­ты­ваю кайф, ко­гда по­ни­маю, что в кино по­лу­чил­ся кадр, и он про­сто чу­до ка­кое-то...

- Но ведь дол­жен же быть еще ка­кой­то «энер­ге­тик» в жиз­ни.

Мак­сим: - Моя энер­ге­ти­че­ская ба­та­рей­ка - оке­ан. Уви­деть его по­лу­ча­ет­ся при­мер­но раз в год. Сей­час стал ча­ще уле­тать на па­ру дней ку­да-ни­будь по­гу­лять, раз­ве­ять­ся. Что­бы по­быть в ти­шине, са­жусь за руль и еду за го­род. Москва - го­род с жест­ким рит­мом. По­это­му ста­ра­юсь при­ле­тать на га­стро­ли на па­ру дней рань­ше, чем иг­раю спек­такль. Адап­ти­ру­юсь, немно­го от­ды­хаю. По­след­ние яр­кие впе­чат­ле­ния по­лу­чил на Кам­чат­ке. Это был про­сто от­вал баш­ки - уни­каль­ная при­ро­да, уди­ви­тель­ные по кра­со­те ду­шев­ной лю­ди. Я из тех лю­дей, ко­то­рым хо­ро­шо там, где они на­хо­дят­ся. Ес­ли я ку­да-то при­е­хал, то уже люб­лю это ме­сто и все­гда най­ду то, что по­нра­вит­ся. Тер­петь не мо­гу, ко­гда го­во­рят: «Фу, все во­круг та­кое г…». Жизнь за­ви­сит от вос­при­я­тия ее че­ло­ве­ком.

«Влюб­ля­юсь я сра­зу»

- Счи­та­ет­ся, что 40-ле­тие луч­ше не от­ме­чать…

Мак­сим: - Все это суе­ве­рия, бред! Нуж­но от­клю­чить те­ле­фон и си­деть

до­ма? И что? 26 но­яб­ря от это­го не на­сту­пит? Дру­гое де­ло - как я от­ме­чаю день рож­де­ния. Обя­за­тель­но в этот день вы­хо­жу на сце­ну - у ме­ня такая фиш­ка. В про­шлом го­ду - в Пи­те­ре, в этом - в Со­чи в «Зим­нем те­ат­ре» со спек­так­лем «Все на­чи­на­ет­ся с люб­ви». По­том вся моя ком­па­ния со­бе­рет­ся за сто­лом. И я бу­ду ис­пы­ты­вать счастье.

- Твои го­сти при­ле­тят из Моск­вы?

Мак­сим: - Да, сей­час бро­ни­ру­ют­ся для них го­сти­ни­ца, би­ле­ты.

Ан­на: - Очень кра­си­вую тра­ди­цию при­ду­мал Макс. Сесть и на­чать вы­пи­вать - это не про него. Сна­ча­ла в этот день я смот­рю его мо­но­спек­такль, где Мак­сим вы­плес­ки­ва­ет на сцене всю свою энер­гию.

Мак­сим: - Я люб­лю нескуч­но жить. Мы мо­жем с дру­зья­ми взять би­ле­ты и по­ехать в Пе­тер­бург смот­реть ба­лет Бо­ри­са Эйф­ма­на. А ес­ли скуч­но и не по­лу­ча­ет­ся уехать из го­ро­да, мож­но по­ехать на при­ро­ду или на­чать чи­тать книж­ку.

Ан­на: - Макс не лю­бит ску­ку. Он спо­со­бен на яр­кие сюр­при­зы: неожи­дан­ные по­езд­ки, пры­га­нье с кры­ши и мно­го та­ко­го, от че­го дух за­хва­ты­ва­ет!

- Ан­на, как из­ме­нил­ся Мак­сим Аверин к 40 го­дам?

Ан­на: - Рань­ше я ему ча­сто го­во­ри­ла: «Да ты про­сто мо­ло­дой!» От­но­си­тель­но вос­при­я­тия неко­то­рых си­ту­а­ций или ко­лос­саль­ных на­гру­зок, ко­то­рые он вы­дер­жи­вал. Мак­сим - из тех му­жи­ков и ар­ти­стов, ко­то­рым воз­раст идет на поль­зу. Он на­учил­ся не оби­жать­ся. К недру­гам и за­вист­ни­кам стал от­но­сить­ся ра­зум­нее - с по­ни­ма­ни­ем то­го, что, ес­ли те­бе плю­ют в спи­ну, зна­чит, ты впе­ре­ди. Он не ста­ре­ет, а взрос­ле­ет и с боль­шим здра­вым умом под­хо­дит к

сво­ей жиз­ни. И несколь­ко мор­щи­нок у глаз ему идут.

- Мак­сим, как к мор­щи­нам от­но­сишь­ся?

Мак­сим: - Во­круг глаз они по­яви­лись дав­но, по­то­му что ча­сто улы­ба­юсь. Я смот­рю на лю­дей, ко­то­рые до­стой­но ста­ре­ют, и про­ни­ка­юсь к ним ува­же­ни­ем. Нет ни­че­го ху­же, чем изоб­ра­жать мо­ло­дость. Осо­бен­но это лю­бят де­лать жен­щи­ны: они так под­ре­за­ют глаз­ки, что у них все вре­мя удив­лен­ный взгляд. Мне бли­же при­мер ита­льян­ской ак­три­сы Ан­ны Ма­нья­ни. Она го­во­ри­ла, что с каж­дой из мор­щи­нок что-то свя­за­но, каж­дая ей слиш­ком до­ро­го обо­шлась, что­бы от нее из­бав­лять­ся. Вот и ко­гда гри­ме­ры на­чи­на­ют за­ма­зы­вать мне си­ня­ки под гла­за­ми или мор­щи­ны у глаз, го­во­рю: «Стоп! Я столь­ко ра­бо­тал над этой фак­ту­рой!» (Сме­ет­ся.) Я ор­га­нич­ный че­ло­век, ко­то­ро­му ком­форт­но в лю­бом состоянии. А вот мой зву­ко­ре­жис­сер го­во­рит, что сей­час я вы­гля­жу го­раз­до луч­ше, чем на фото 10-лет­ней дав­но­сти. В 30, по ее сло­вам, я был «про­сто ля­гу­шо­нок»! (Сме­ет­ся.)

- В ин­тер­не­те гу­ля­ет за­пись про­грам­мы «Да­вай по­же­ним­ся!», в ко­то­рую ты при­шел как раз 30-лет­ним...

Мак­сим: - Да это про­сто ужас! Как де­ло бы­ло: нас с ре­бя­та­ми из «Глу­ха­ря» при­гла­си­ли на но­во­год­нюю про­грам­му. Мол, при­хо­ди­те, бу­дем шу­тить, ве­се­лить­ся. Мы об­су­ди­ли: «Ну что, па­ца­ны, пой­дем? Пор­жем хо­тя бы!» При­шли, а там все на пол­ном се­рье­зе. Мо­е­му воз­му­ще­нию не бы­ло пре­де­ла. Я не из тех лю­дей, ко­то­рые бу­дут с по­мо­щью пе­ре­да­чи устра­и­вать судь­бу. Тер­петь не мо­гу вы­но­сить на все­об­щее обо­зре­ние свои от­но­ше­ния. Счи­таю, что лич­ная

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.