теп­ло из ссс р

Об уни­фи­ка­ции и в то же вре­мя «ка­сто­во­сти» со­вет­ской зим­ней одеж­ды вспом­ним с но­сталь­ги­че­ской улыб­кой.

Krestyanka - - мода -

Сво­бо­да пах­нет ов­чи­ной

Во вре­ме­на Со­вет­ско­го Со­ю­за дуб­лен­ка бы­ла не про­сто зим­ней одеж­дой – она во­пло­ща­ла в се­бе меч­ту о до­стат­ке, сво­бо­де и кра­со­те. Нель­зя ска­зать, что она бы­ла пред­ме­том мо­ды. Как не бы­ли пред­ме­та­ми мо­ды «Вол­га», те­ле­ви­зор «Ру­бин» и ру­мын­ский ме­бель­ный гар­ни­тур. Это бы­ли зна­ки ста­ту­са – не столь­ко бо­гат­ства, сколь­ко по­ло­же­ния. Дуб­лен­ки по­верх при­лич­ных юго­слав­ских ко­стю­мов но­си­ли в ос­нов­ном «вы­езд­ные» функ­ци­о­не­ры и ра­бот­ни­ки внеш­ней тор­гов­ли. Тем, кто имел про­пус­ка в «двух­со­тую сек­цию» ГУМа (за­кры­тый ма­га­зин для но­мен­кла­ту­ры), до­ступ­на бы­ла вы­вер­ну­тая ци­гей­ка – ов­чи­на бол­гар­ско­го и чеш­ско­го про­из­вод­ства. К на­ча­лу 1970-х со­че­та­ние дуб­лен­ки с джин­са­ми ста­ло уни­фор­мой про­грес­сив­ных мо­ло­деж­ных де­я­те­лей из ЦК ком­со­мо­ла, то­ва­ро­ве­дов из уни­вер­ма­гов «Москва» и «Лейп­циг», а та­к­же воль­но­дум­ных пи­са­те­лей. Вер­ши­ну бла­го­по­лу­чия де­мон­стри­ро­ва­ли те, кто на­де­вал под дуб­лен­ку бор­до­вую во­до­лаз­ку и ко­жа­ный ар­ген­тин­ский пи­джак из ва­лют­но­го ма­га­зи­на «Бе­рез­ка». Оде­тых та­ким об­ра­зом лю­дей мож­но бы­ло уви­деть на хок­кей­ном мат­че с ка­над­ца­ми или че­ха­ми, в гар­де­робе те­ат­ра на Та­ган­ке, в ве­сти­бю­ле Дома жур­на­ли­стов или Цен­траль­но­го дома ли­те­ра­то­ров. За­по­вед­ни­ком, оби­та­те­ли ко­то­ро­го, при всех сво­их воз­мож­но­стях, не но­си­ли дуб­ле­нок, был Цен­траль­ный ко­ми­тет Ком­му­ни­сти­че­ской пар­тии. Там на им­порт­ную ов­чи­ну су­ще­ство­вал неглас­ный запрет. Ви­ди­мо, счи­та­лось, что несе­рьез­но для хо­зя­ев стра­ны хо­дить в по­лу­шуб­ках, лю­би­мых сом­ни­тель­ной ча­стью на­се­ле­ния. Пар­тий­но­му ру­ко­вод­ству ре­ко­мен­до­ва­лись фин­ские се­рые ра­ти­но­вые паль­то и оте­че­ствен­ный мех в ви­де во­рот­ни­ков и ша­пок. Су­ще­ство­ва­ла стро­гая иерар­хия: со­боль для чле­нов по­лит­бю­ро и кан­ди­да­тов, нор­ка для за­ве­ду­ю­щихх от­де­ла­ми, пы­жик для ря­до­вых ин­струк­то­ров.рук­то­ров. Во вре­ме­на стро­и­тель­ства Бай­ка­лоА­мур­ской ма­ги­стра­ли доб­ро­воль­цев ста­ли по­ощ­рять мон­голь­ски­ми дуб­лен­ка­ми, кри­во сши­ты­ми и пло­хо про­кра­шен­ны­ми. БАМов­ский де­фи­цит был ги­бри­дом сто­ро­же­во­го ту­лу­па и ча­па­ев­ской бе­ке­ши, что не ме­ша­ло ему рас­пол­зать­ся по всей стране. А в пе­ри­од Аф­ган­ской вой­ны лет­чи­ки чуть ли не тон­на­ми пе­ре­прав­ля­ли в Со­юз на бом­бар­ди­ров­щи­ках сто­ив­шие гро­ши мест­ные дуб­лен­ки. Так к нам с за­поз­да­ни­ем лет на пят­на­дцать лет при­шла хип­по­в­ско-эт­ни­че­ская мо­да на вы­ши­тые при­та­лен­ные ту­луп­чи­ки с длин­но­шерст­ны­ми во­рот­ни­ка­ми и ото­роч­кой по­до­лов из коз­ла. В них хо­ди­ли ре­ши­тель­но все – и то­нень­кие де­воч­ки, ко­то­рым это дей­стви­тель­но шло, и пол­но­раз­мер­ные да­мы, с тру­дом стя­ги­вав­шие та­лию на услов­но по­ло­жен­ном ей ме­сте. Неко­то­рые по­ку­па­ли за­гра­ни­цей так на­зы­ва­е­мые «об­лив­ные» дуб­лен­ки с по­ли­ро­ван­ной,по­ли­ро­ван а не об­ра­бо­тан­ной под зам­шу на­ру на­руж-

ной сто­ро­ной. В то же вре­мя пе­ре­до­вая часть муж­ско­го на­се­ле­ния на­ча­ла пе­ре­хо­дить на «ду­тые» фин­ские пу­хо­ви­ки.

Ме­хом на­ру­жу

Аль­тер­на­ти­вой дуб­лен­кам бы­ли или зим­ние паль­то с ме­хо­вым во­рот­ни­ком (бюд­жет­ный ва­ри­ант), или шу­бы. Паль­то но­си­ли ли­бо чи­нов­ни­ки, ли­бо ин­тел­ли­ген­ты, у ко­то­рых не хва­та­ло де­нег на шу­бу или дуб­лен­ку. Шу­бы оте­че­ствен­но­го про­из­вод­ства бы­ли на­ту­раль­ны­ми, но, как пра­ви­ло, неве­ро­ят­но тя­же­лы­ми. Боль­ше осталь­ных поль­зо­ва­лись спро­сом ци­гей­ко­вые и му­то­но­вые шуб­ки. Сра­зу ого­во­рим­ся, что и му­тон, и ци­гей­ка – раз­лич­ные на­зва­ния все той же ов­чи­ны, толь­ко стри­же­ной и кра­ше­ной. Та­кие шуб­ки вы­гля­де­ли «плю­ше­вы­ми» и бы­ли очень мяг­ки­ми на ощупь. Сло­во «ци­гей­ка» воз­ник­ло от на­зва­ния ци­гай­ской по­ро­ды овец, по внеш­не­му ви­ду и ка­че­ству шер­сти близ­кой к тон­ко­рун-

ным ме­ри­но­сам. «Му­тон» – во­об­ще по­фран­цуз­ски «баран», но в на­шей стране это назва­ние при­ме­ня­лось к ме­ху, вы­де­лан­но­му осо­бым спо­со­бом: шку­ры об­ра­ба­ты­ва­лись в фор­ма­лине, бла­го­да­ря че­му каж­дый во­ло­сок «кон­сер­ви­ро­вал­ся» и ста­но­вил­ся устой­чи­вым к воз­дей­ствию мок­ро­го сне­га. За ру­бе­жом та­кое про­из­вод­ство счи­та­лось вред­ным, так что это бы­ло оте­че­ствен­ным ноу-хау. Кро­ме то­го, бы­ли по­пу­ляр­ны спо­со­бы по­ши­ва шуб «в ро­спуск» и «из ку­соч­ков». Оба спо­со­ба бы­ли при­зва­ны сде­лать на­ту­раль­ный мех бо­лее до­ступ­ным для на­се­ле­ния. Для шу­бы «из ку­соч­ков» вме­сто цель­ных шку­рок бра­ли их об­рез­ки и сши­ва­ли меж­ду со­бой по прин­ци­пу пэч­вор­ка. В од­ном из­де­лии по­па­да­лись ку­соч­ки раз­но­го ка­че­ства и да­же цве­та. Что ка­са­ет­ся шуб «в ро­спуск», они вы­г­ля- де­ли го­раз­до кра­си­вее, так как ча­сто ши­лись из бо­лее до­ро­го­го ме­ха, на­при­мер из нор­ки. Толь­ко шкур­ку на­ре­за­ли длин­ны­ми уз­ки­ми ку­соч­ка­ми, ко­то­рые ис­кус­ствен­ным об­ра­зом рас­тя­ги­ва­ли, при­да­вая им нуж­ную фор­му. Шу­бы «в ро­спуск» ча­сто бы­ли «раз­ле­тай­ка­ми» и име­ли эф­фект­ный сво­бод­ный си­лу­эт. Увы, из-за ис­тон­че­ния шку­рок и боль­шо­го ко­ли­че­ства швов, ко­то­рые мог­ли ид­ти па­рал­лель­но че­рез каж­дые 0,5 см, та­кие шу­бы не все­гда ока­зы­ва­лись теп­лы­ми.

На­дви­нуть на гла­за

Ка­ких ак­сес­су­а­ров тре­бо­ва­ла со­вет­ская верх­няя одеж­да? Смот­ри­те в ка­че­стве хре­сто­ма­тии «Иро­нию судь­бы, или С лег­ким па­ром». Ли­сья шап­ка Бар­ба­ры Брыль­ской уже ста­ла ле­ген­дой – в то же вре­мя она про­сто от­ра­жа­ла мо­ду 1970-х и лю­бовь к фа­со­ну под на­род­ным на­зва­ни­ем «во­ро­нье гнез­до». Та­кие шап­ки жен­щи­ны ча­сто не сни­ма­ли да­же в по­ме­ще­ни­ях: при от­сут­ствии хо­ро­шей стриж­ки и уклад­ки пыш­ные «во­ро­ньи гнезда» за­ме­ня­ли да­мам дав­но вы­шед­шие из мо­ды па­ри­ки. Дру­гое, бо­лее сдер­жан­ное назва­ние ана­ло­гич­но­го фа­со­на – «стог». Та­кие шап­ки тре­бо­ва­ли одеж­ды А-си­лу­эта: паль­то, рас­кле­шен­ной шуб­ки, ко­рот­ко­го при­та­лен­но­го жа­ке­та в сти­ле «сне­гу­роч­ка» (с опуш­кой по ни­зу). Са­мой же­лан­ной обу­вью бы­ли зам­ше­вые са­по­ги на «ман­ке» – так на­зы­ва­лась ли­тая цель­ная плат­фор­ма «зер­ни­стой» фактуры свет­ло­го цве­та. Плат­фор­ма-тан­кет­ка бы­ла из­вест­на та­к­же как «ска­ла» и об­ла­да­ла тя­же­ло­вес­ным ав­то­ри­те­том: при сво­ей мас­се она бы­ла неуби­ва­е­ма в лю­бую по­го­ду. Кста­ти, от­ку­да в филь­ме взя­лась та са­мая ле­ген­дар­ная шап­ка? Де­ло в том, что сна­ча­ла съем­ки дол­го не утвер­жда­ли из-за при­сталь­но­го вни­ма­ния к ал­ко­голь­ной те­ме (впро­чем, по ны­неш­ним мер­кам фильм во­об­ще мог­ли за­пре­тить «за про­па­ган­ду»). По­том чи­нов­ни­ки на­сто­я­тель­но ре­ко­мен­до­ва­ли Ря­за­но­ву вме­сто поль­ки Брыль­ской сни­мать в глав­ной ро­ли со­вет­скую ак­три­су. Ря­за­нов сво­е­го до­бил­ся, но сшить на поль­скую звез­ду зим­нюю одеж­ду ко­стю­ме­ры не успе­ли. Брыль­ска так и сни­ма­лась в соб­ствен­ных паль­то

и шап­ке.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.