Шорт-лист. Тро­иц­кий де­лил­ся впе­чат­ле­ни­я­ми о про­чи­тан­ном

Metro Russia (St. Petersburg) - - РОССИЯ -

Ве­ду­щий це­ре­мо­нии «Нац­бес­та» по тра­ди­ции де­лил­ся соб­ствен­ным мне­ни­ем о про­из­ве­де­ни­ях из ко­рот­ко­го спис­ка. Кор­ре­спон­дент Metro вни­ма­тель­но слу­шал и за­пи­сы­вал. «Мне по­ка­за­лось, что это не столь­ко ро­ман, сколь­ко по­сле­до­ва­тель­ность аб­со­лют­но за­кон­чен­ных рас­ска­зов. О люб­ви, сек­се, оди­но­че­стве, жиз­ни на гра­ни са­мо­убий­ства. И всё это так убе­ди­тель­но опи­са­но – как ли­ри­че­ско­го ге­роя хва­ти­ло на два­дцать с лиш­ним глав та­кой жиз­ни, не уко­ко­шив­шись при этом, – это да­же стран­но». «Сбор­ник ко­рот­ких по­ве­стей. То, с чем у ме­ня они мгно­вен­но про­ас­со­ци­и­ро­ва­лись, – «Пе­тер­бург­ские по­ве­сти» Го­го­ля. Пря­мо по­то­мок по пря­мой ли­нии. Кни­га не да­ёт ни­ка­ких от­ве­тов, а во­про­сов ста­вит нема­ло». «Един­ствен­ная кни­га, ко­то­рую я про­чи­тал за­дол­го до то­го, как уви­дел шорт-лист. Все чи­та­ли «День оприч­ни­ка» и «Са­хар­ный Кремль». Раз­ви­ва­ет­ся та же те­ма. Па­ра­диг­ма по­след­них со­чи­не­ний Со­ро­ки­на ухо­дит вширь – в Азию, За­пад­ную Ев­ро­пу». «Это не пуб­ли­ци­сти­ка, а доб­рот­ный ро­ман, до­сто­вер­ное и точ­ное в де­та­лях опи­са­ние жиз­ни нор­маль­ной под­мос­ков­ной се­мьи в тот год. За­кан­чи­ва­ет­ся всё не со­всем пло­хо, но и не очень ве­се­ло. Как весь 1993-й, ко­то­рый то­же фи­ни­ши­ро­вал с боль­шим мно­го­то­чи­ем». «Кни­га да­лась мне нема­лы­ми кру­га­ми, что я це­ню. Боль­шой, се­рьёз­ный, мно­го­слой­ный ро­ман в пись­мах – о Рус­ской Ин­тел­ли­ген­ции (оба сло­ва с боль­шой бук­вы). О лю­дях пре­крас­ных, ве­ли­ко­душ­ных, на­хо­дя­щих­ся в ду­хов­ных поисках... Есть толь­ко од­на ма­лень­кая пробле­ма: они ни­как не мо­гут увя­зать­ся с ре­аль­но­стью».

/ ФО­ТО АВ­ТО­РА

Ар­те­мий Тро­иц­кий дал от­зыв о каж­дой кни­ге

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.