ТЕЛЕНЕДЕЛЯ

МЕЛЬМАНОМ

Moskovski Komsomolets - - ТЕЛЕГАЗЕТА - С Алек­сан­дром

То­гда опять про фут­бол. Ухо­дит ли­дер ко­ман­ды в дру­гой клуб, и тре­нер дол­жен ду­мать, как ком­пен­си­ро­вать по­те­рю, за­крыть сла­бую по­зи­цию. Мож­но поменять иг­ро­вую схе­му, вме­сто че­ты­рех за­щит­ни­ков по­ста­вить трех цен­траль­ных, ну и т.д. Ме­ня­ет­ся ли от пе­ре­ме­ны сла­га­е­мых сум­ма? — вот во­прос.

По­сле пер­во­го вы­пус­ка по­ка­за­лось, что нет, не ме­ня­ет­ся. То­гда это бы­ла рас­крут­ка шоу «Го­лос» на са­мом де­ле. При­шли все: и быв­шие, и ны­неш­ние, от Град­ско­го до Леп­са, от Пе­ла­геи до По­ли­ны Га­га­ри­ной. И ат­мо­сфе­ра, кон­такт меж­ду ве­ду­щи­ми и го­стя­ми был за­ме­ча­тель­ный, сра­зу торк­ну­ло. Лег­кий, непри­нуж­ден­ный раз­го­вор со зна­ни­ем де­ла. Зна­чит, Ма­ла­хо­ва на Пер­вом мож­но за­быть?

Вто­рую про­грам­му по­свя­ти­ли Ва­ле­рию Леон­тье­ву. А что это зна­чит? Что при­дут Кир­ко­ров, Игорь Ни­ко­ла­ев и дру­гие неофи­ци­аль­ные ли­ца. С ко­то­ры­ми Макс Гал­кин, ко­неч­но же, на «ты». А Юлия Мень­шо­ва на «вы». А что по­лу­чи­лось в ито­ге? Меж­ду­со­бой­чик для сво­их. Мак­сим тут как ры­ба в во­де, Юля смот­рит на весь этот «ак­ва­ри­ум» немно­го со сто­ро­ны. Та­кой хо­ро­ший кор­по­ра­тив. Вам неин­те­рес­но? Ну как же, Ва­ле­рий Леон­тьев — это все­гда ин­те­рес­но. Важ­но толь­ко, как его по­дать. У Гал­ки­на с Мень­шо­вой по­лу­чи­лось ба­наль­но, плос­ко, од­но­мер­но да­же. Все это уже бы­ло, бы­ло… Ну что, про­бле­ма Ан­дрея Ма­ла­хо­ва ре­ше­на? Про Дмит­рия Бо­ри­со­ва от­дель­ная пес­ня, «бу­дем по­смот­реть». А вот «Се­год­ня ве­че­ром»? Те­перь ее ве­дет ду­эт — Мак­сим Гал­кин и Юлия Мень­шо­ва. За од­но­го би­то­го двух неби­тых д да­ют?

В об­щем, « Се­год­ня ве­че­ром » сей­час — это со­всем дру­гая про­грам­ма. С дру­гим по­сы­лом, на­стро­е­ни­ем. Зна­е­те ли, к Ма­ла­хо­ву при­хо­ди­ли не толь­ко Фи­липп Кир­ко­ров и Ал­ла Бо­ри­сов­на. При­хо­ди­ли ста­рые и не очень, но ува­жа­е­мые ар­ти­сты и ре­жис­се­ры, слад­ко и со вку­сом вспо­ми­на­ю­щие ми­нув­шие дни. Ко­гда де­ре­вья бы­ли боль­ши­ми… И вот там воз­ни­ка­ла та­кая ред­кая для на­ше­го ТВ теп­лая и па­мят­ли­вая аура. По­это­му хва­тит меж­ду­со­бой­чи­ков! Пусть но­вые ве­ду­щие по­ка­жут се­бя на лю­дях, со­всем дру­гих

«Ти­ше, то­ва­ри­щи, ти­ше! Слу­ша­ет­ся пер­со­наль­ное де­ло о мо­раль­ном об­ли­ке то­ва­ри­ща Нем­цо­ва Бо­ри­са Ефи­мо­ви­ча. А где, соб­ствен­но, под­су­ди­мый?» — «У него ува­жи­тель­ная при­чи­на. Его уби­ли. Пря­мо у стен Крем­ля». — «Ах, да… Ну ни­че­го, нач­нем без него. Он нам, в об­щем, и не ну­жен».

При­мер­но так это бы­ло в про­грам­ме «Пусть го­во­рят» в под­тек­сте. Те­ма-то бла­го­дат­ная: у Нем­цо­ва сын ро­дил­ся! Дав­но уже, несколь­ко лет на­зад. А мо­ло­дая ма­ма про­сто хо­чет уста­но­вить от­цов­ство, хо­чет, что­бы фа­ми­лия сы­на бы­ла Нем­цов. По та­ко­му слу­чаю сто­ит со­брать­ся ува­жа­е­мым лю­дям в боль­шой сту­дии, не прав­да ли?

У ис­кус­ства, без­услов­но, нет за­прет­ных тем. И у те­ле­ви­де­ния, ко­то­рое ред­ко бы­ва­ет ис­кус­ством, то­же нет за­прет­ных тем. Мож­но го­во­рить о ком и о чем угод­но, да про­сто обо всем на све­те. Важ­но как.

В «Пусть го­во­рят» по­лу­чил­ся микст, сме­ше­ние жан­ров. С од­ной сто­ро­ны, дра­ма­ти­че­ская исто­рия жен­щи­ны, ко­то­рая лю­би­ла Бо­ри­са Ефи­мо­ви­ча и ро­ди­ла от него. Она про­сто хо­чет спра­вед­ли­во­сти. И тут же, са­мо со­бой, на­жи­ва­ет се­бе вра­гов. Сра­зу по­яв­ля­ет­ся код­ла лю­дей, ва­та­га, ко­то­рая обя­за­тель­но бу­дет кри­чать во всю мощь сво­их лег­ких: она пре­тен­ду­ет на на­след­ство! От­лич­но за­кру­чен­ная за­вяз­ка дей­ствия, на­сто­я­щий кон­фликт, ну как им не вос­поль­зо­вать­ся.

Но вторая часть мар­ле­зо­н­ско­го ба­ле­та — о том са­мом мо­раль­ном об­ли­ке. В та­ких слу­ча­ях все­гда най­дет­ся в сту­дии па­ра му­жи­ков (ху­же баб!), ко­то­рые ска­жут: «Ну как муж­чи­на он, на­вер­ное, был о-го-го. Но с точ­ки зре­ния нрав­ствен­но­сти — со­мни­тель­ная лич­ность». А от­дель­ные жен­щи­ны, ко­неч­но, под­дак­нут, по­ка­ча­ют го­лов­ка­ми. Они что там, под­сад­ные?

Нет че­ло­ве­ка, нет и про­бле­мы. Те­перь о нем мож­но го­во­рить аб­со­лют­но все. По­то­му что про­бле­ма есть: он и мерт­вый не да­ет им спать спо­кой­но. Они и с мерт­вым го­то­вы рас­прав­лять­ся, су­дить его. Нет, не силь­но, да­же на «дву­шеч­ку» не по­тя­нет, про­сто по­ста­вят на вид. Был, мол, та­кой че­ло­век, шал­тай-бол­тай, ни ры­ба ни мя­со, за де­вуш­ка­ми ухле­сты­вал. Был да весь вы­шел.

Это уже не в пер­вый раз про­ис­хо­дит на на­шем ТВ. То на од­ном ка­на­ле, то на дру­гом, то на тре­тьем Бо­рис Нем­цов пред­ста­ет в главной ро­ли. Хо­тя с мо­мен­та убий­ства про­шло два с по­ло­ви­ной го­да. Но раз­ве ко­го-то это оста­нав­ли­ва­ло?!

Итак, слу­ша­ли, по­ста­но­ви­ли: Бо­рис Ефи­мо­вич Нем­цов не был иде­а­лом. Пе­чать, под­пись, чис­ло про­пи­сью. И это всё?

Нет, не всё. Сам-то Бо­рис Ефи­мо­вич си­дел в это вре­мя где-то там, на об­лач­ке, смот­рел свы­со­ка на весь этот спек­такль, бол­тал но­га­ми и ве­се­ло, очень ве­се­ло сме­ял­ся. «Ну лю­ди, лю­ди. За­бав­ные они ка­кие, смеш­ные. И жал­кие», — ду­мал он про се­бя. И опять сме­ял­ся. лю­дях. У них долж­но по­лу­чить­ся, я ве­рю. Ведь Гал­кин и Мень­шо­ва са­ми от­ту­да, из со­вет­ско­го недав­не­го про­шло­го. И все по­ни­ма­ют про это про­шлое, несмот­ря на то что хо­ро­шо впи­са­ны в се­го­дняш­ний день. По­нят­но, что Макс и Юля, что на­зы­ва­ет­ся, аб­со­лют­но из раз­ных ту­со­вок. Мень­шо­вой по­ка не так ком­форт­но, но она ста­ра­ет­ся, ведь очень мно­гое уме­ет. А Гал­кин… У него про­сто фиш­ка по­пер­ла, вро­де всё на Пер­вом по­лу­ча­ет­ся. На­де­юсь, что по­лу­чит­ся и « Се­год­ня ве­че­ром ». « Бу­дем по­смот­реть ».

Как по­ка­зать ду­шу че­ло­ве­ка, его бес­смерт­ную ду­шу? Как в до­ку­мен­таль­ном филь­ме об­на­жить его со­мне­ния, стра­хи, ком­плек­сы, пер­вые ра­до­сти? Без на­зи­да­ний, нра­во­уче­ний. Как?

Это фильм на Пер­вом «Ген­на­дий Шпа­ли­ков. Жизнь оба­я­тель­но­го че­ло­ве­ка». Он идет в но­чи, по­то­му что сде­лан не для всех. Ос­нов­ная мас­са уже креп­ко спит, ви­дит де­ся­тый сон. А мы смот­рим.

Ка­тер, про­гу­лоч­ный. На нем мо­ло­дые лю­ди, юно­ши и де­вуш­ки. Это 2017 год. На ка­те­ре флаг, на нем на­пи­са­но: «Ге­на Шпа­ли­ков». Ум­ные ли­ца, тон­кие чер­ты, ги­та­ра, ба­ян. Ум­ные пес­ни про­шло­го ве­ка для тех, кто по­ни­ма­ет.

Здесь нуж­но толь­ко всмот­реть­ся в их ли­ца. Или по­слу­шать му­зы­ку. Или по­нять, что хо­чет нам ска­зать ре­жис­сер Оле­ся Фо­ки­на. А она не рас­ска­зы­ва­ет — она по­ка­зы­ва­ет.

На­сто­я­щая те­ле­кар­тин­ка — это ко­гда ма­ло слов, очень ма­ло. Все ви­зу­аль­но, на нер­ве, на изоб­ра­же­нии. И вот мы ви­дим, чув­ству­ем ме­ту­щу­ю­ся ду­шу че­ло­ве­ка. Очень со­вет­ско­го че­ло­ве­ка. Очень сво­бод­но­го че­ло­ве­ка. Очень тра­ги­че­ско­го че­ло­ве­ка. И необык­но­вен­но та­лант­ли­во­го. Его сце­на­рии «Я ша­гаю по Москве» и «Заста­ва Ильи­ча» аб­со­лют­но по­ляр­ны — от ще­ня­чьей ра­до­сти от жиз­ни до дра­ма­ти­че­ско­го ее пе­ре­осмыс­ле­ния. Аб­со­лют­но раз­ные, но оба ге­ни­аль­ные. И очень со­вет­ские. И очень сво­бод­ные. А по­том бы­ла «Дол­гая счаст­ли­вая жизнь» — фильм, ко­то­рый по­ста­вил сам Шпа­ли­ков. И за­ме­ча­тель­ные сти­хи. И труд­но­сти непо­ни­ма­ния в лич­ном. И пол­ная ни­ще­та. Без­на­де­га. За­б­ве­ние. Смерть. Он по­ве­сил­ся. В 37 лет. Про Пуш­ки­на здесь не бу­дем.

Жизнь Ген­на­дия Шпа­ли­ко­ва про­яв­ле­на в му­зы­ке, ТВкар­тин­ке и от­сы­ла­ет нас к бу­ду­ще­му. Ведь Шпа­ли­ков, он для бу­ду­ще­го. Толь­ко нет ни­ка­кой на­деж­ды, ее про­сто не оста­лось. Это так да­вит, и серд­це сжи­ма­ет­ся. Луч­ше по­мол­чать… Ведь в до­ме по­ве­шен­но­го… Ко­нец филь­ма.

Мак­сим+Юля=Ан­дрей?

Дол­гая счаст­ли­вая жизнь

Нем­цов суд

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.