«ТА­КО­ГО ВЕТ­РА НЕ ВИ­ДЕЛ НИ­ГДЕ В МИ­РЕ»

Чем­пи­он СССР про­вел в рос­сий­ский Дом спор­та нем­ца

Moskovski Komsomolets - - СПОРТ - Улья­на УРБАН.

30 лет на­зад в Кал­га­ри — под со­вет­ским фла­гом сре­ди спортс­ме­нов, в 2018-м в Пхён­чхане — без фла­га сре­ди бо­лель­щи­ков: чем­пи­он СССР в прыж­ках с трам­пли­на Эду­ард Су­боч рас­ска­зы­ва­ет «МК» о раз­ни­це ощу­ще­ний, об ат­мо­сфе­ре внут­ри Игр, о чет­вер­том ме­сте пры­гу­ньи с трам­пли­на Ири­ны Ав­ва­ку­мо­вой и о го­тов­но­сти хок­кей­ной сбор­ной Рос­сии к тур­ни­ру.

— Эду­ард, ров­но 30 лет на­зад 13 фев­ра­ля от­кры­ва­лась Олим­пи­а­да в Кал­га­ри, в ко­то­рой вы при­ни­ма­ли уча­стие в прыж­ках с трам­пли­на. Сей­час вы в Ко­рее как бо­лель­щик. В чем раз­ни­ца ощу­ще­ний?

— Ощу­ще­ния не из­ме­ни­лись. Есть гор­дость за стра­ну, то­гда за СССР, сей­час за Рос­сию. По­хо­жая погода, хо­лод и ве­тер, пол­ный ста­ди­он бо­лель­щи­ков, ат­мо­сфе­ра празд­ни­ка спор­та и тво­е­го лич­но­го сча­стья. То­гда на па­рад во вре­мя от­кры­тия хо­ди­ли и спортс­ме­ны, и го­сти. Пом­ню, обо­ра­чи­ва­юсь на по­стро­е­нии, а ря­дом со мной сто­ит Ген­на­дий Ха­за­нов и шу­тит без оста­нов­ки. У всех сра­зу на­стро­е­ние под­ни­ма­ет­ся, и мо­роз уже не чув­ству­ет­ся. Пе­ви­ца Ка­тя Се­ме­но­ва то­же то­гда при­сут­ство­ва­ла с на­ми на ста­ди­оне, а по ве­че­рам пе­ла под ги­та­ру на­ши род­ные рус­ские пес­ни. А связь с кос­мо­сом! Это бы­ло что-то! То­гда на ор­би­те на­хо­дил­ся Му­са Ма­на­ров, кос­мо­навт, Ге­рой Со­вет­ско­го Со­ю­за. Его сло­ва под­держ­ки мы услышали в боль­шом кон­фе­ренц-за­ле, где со­бра­лась вся сбор­ная. В ре­зуль­та­те у нас бы­ло 11 зо­ло­тых, 9 се­реб­ря­ных и 9 брон­зо­вых наград и пер­вое ме­сто в об­щем за­че­те. Это бы­ло по­след­нее «зим­нее» вы­ступ­ле­ние под фла­гом СССР... И пусть сей­час, 30 лет спу­стя, я уже на три­буне со зри­те­ля­ми, внут­ри я там — со спортс­ме­на­ми.

— С точ­ки зре­ния бо­лель­щи­ка, что ска­же­те про олим­пий­скую ат­мо­сфе­ру?

— Ат­мо­сфе­ра за­ме­ча­тель­ная! Мы по­се­ти­ли мно­гие со­рев­но­ва­ния, вклю­чая от­кры­тие Игр. Бы­ли и на фи­гур­ном ка­та­нии, на би­ат­лоне, лы­жах, прыж­ках с трам­пли­на, жен­ском хок­кее.

— Погода на­стро­е­ние не пор­тит?

— Хо­лод­но, да, но это пол­бе­ды. Тут жут­ко вет­ре­но! Я та­ко­го силь­но­го и, глав­ное, по­сто­ян­но­го вет­ра ни­где в ми­ре не ви­дел. А по­ез­дил я по ми­ру мно­го. Как-то едем в ав­то­бу­се, и во­ди­тель пре­ду­пре­жда­ет: сей­час бу­дут силь­ные по­ры­вы вет­ра, при­го­товь­тесь. Ав­то­бус оста­но­вил­ся, во­ди­тель по­пы­тал­ся дверь от­крыть за­чем-то и не смог, пред­став­ля­е­те! Та­кой силь­ный по­рыв вет­ра, что сдер­жи­вал дверь. Вот ждем, бу­дет хоть один здесь без­вет­рен­ный день?

— Ве­тер на со­рев­но­ва­ния пры­гу­нов с трам­пли­на как-то по­вли­ял?

— На са­мом ста­ди­оне вет­ра не чув­ство­ва­лось, там за­щи­та сто­ит с трех сто­рон. Я, кста­ти, та­ко­го ни­ко­гда не ви­дел, обыч­но, в Ев­ро­пе, на­при­мер, с од­ной сто­ро­ны за­щи­ту ста­вят. Но ко­гда мы хо­ди­ли пе­ре­ку­сить, смот­ре­ли из ок­на, там, в несколь­ких мет­рах бук­валь­но от трам­пли­нов, был та­кой силь­ный ве­тер, что ел­ки ле­жа­ли! Ес­ли б не эта вет­ро­за­щи­та, о со­рев­но­ва­ни­ях на трам­пли­нах мож­но бы­ло бы за­быть до кон­ца Олим­пи­а­ды. Но, да­же не­смот­ря на эту за­щи­ту, мы очень за­мерз­ли. Мо­жет, по­это­му ста­ди­он был по­лу­пу­стой? По срав­не­нию с Ев­ро­пой на­ро­ду ма­ло бы­ло. На­вер­ное, ор­га­ни­за­то­ры это пред­по­ла­га­ли, по­то­му что точ­ка пи­та­ния на весь ста­ди­он бы­ла толь­ко од­на. Мо­же­те пред­ста­вить, ка­кая ту­да бы­ла оче­редь? Все же по­греть­ся хо­те­ли. А туа­ле­тов сде­ла­ли мно­го. Толь­ко ес­ли лю­ди не едят и не пьют, они ту­да не хо­дят. (Сме­ет­ся.)

— Как счи­та­е­те, мог­ла Ири­на Ав­ва­ку­мо­ва до­тя­нуть до ме­да­ли или чет­вер­тое ме­сто — это уже сказ­ка?

— Мог­ла, по­то­му что прыж­ки с трам­пли­на не все­гда пред­ска­зу­е­мы. Ко­му-то хо­ро­шо ду­нет в прыж­ке, а бы­ва­ют сры­вы у ли­де­ров. Но в по­не­дель­ник у жен­щин все бы­ло по пла­ну. Вот как они за­кон­чи­ли (пер­вая — нор­веж­ка Ма­рен Лунд­бю, вто­рая — нем­ка Ка­та­ри­на Альт­ха­ус и тре­тья — япон­ка Са­ра Та­ка­на­си), так они по се­зо­ну ста­биль­но и вы­сту­па­ют. Я раз­го­ва­ри­вал с Ири­ной по­сле со­рев­но­ва­ний, на­стро­е­ние у нее хо­ро­шее, и по­том это луч­ший наш ре­зуль­тат в жен­ских трам­пли­нах в ис­то­рии. По­че­му бы не по­ра­до­вать­ся?

— Как от­но­сят­ся к рос­си­я­нам ино­стран­цы?

— Зна­е­те, все очень дру­же­люб­но. Осо­бен­но на фи­гур­ном ка­та­нии это чув­ство­ва­лось. Зал очень хо­ро­шо при­ни­мал всех фи­гу­ри­стов, вклю­чая на­ших. На все эле­мен­ты бур­но ре­а­ги­ро­вал, ни­ка­ко­го нега­ти­ва, сви­ста, мы­ча­ния. Фи­гур­ное ка­та­ние я про­пу­стить не мог еще и по­то­му, что Алек­сандр Жу­лин, тре­нер на­ше­го тан­це­валь­но­го ду­э­та Боб­ро­вой и Соловьева, мой друг и кум, его доч­ка Ка­тю­ша — моя крест­ни­ца. Об­ща­лись с Ка­тей и Ди­мой по­сле окон­ча­ния со­рев­но­ва­ний, они очень до­воль­ны «се­реб­ром», как и вся ко­ман­да. Сей­час они спо­кой­но, без нер­вов го­то­вят­ся к сле­ду­ю­щим вы­ступ­ле­ни­ям.

— Рос­сий­ских бо­лель­щи­ков мно­го в Ко­рее?

— Очень мно­го! Бо­ле­ют гром­ко и друж­но. На фи­гур­ном ка­та­нии под­хо­дит ко мне маль­чик лет один­на­дца­ти. Мож­но, го­во­рит, ря­дом с ва­ми сесть? Сел, раз­го­во­ри­лись. Зо­вут Ва­ня, ока­зы­ва­ет­ся, па­па у него ди­пло­мат, а он по­про­сил­ся на со­рев­но­ва­ния, его при­вез­ли. И он та­кой мо­ло­дец, при­шел с фла­гом! Весь день с на­ми на фи­гур­ном ка­та­нии про­вел, бо­лел.

— В рос­сий­ском До­ме бо­лель­щи­ков бы­ли? Или как он те­перь на­зы­ва­ет­ся — До­ме спор­та?

— Да, ко­неч­но. Там от­лич­но. При­хо­дят спортс­ме­ны, все ве­се­лят­ся. Есть там сво­е­го ро­да ис­то­ри­че­ская вы­став­ка: все об ис­то­рии олим­пи­ад, об ис­то­рии всех ви­дов спор­та. Исто­ри­че­ские хок­кей­ные сви­те­ра, клюшки, коньки. Ди­ва­ны и по­душ­ки ва­ля­ют­ся, что­бы мож­но бы­ло по­смот­реть транс­ля­ции со­рев­но­ва­ний по те­ле­ви­зо­ру. Все­гда сто­ит са­мо­вар и блины, для ино­стран­цев — эк­зо­ти­ка.

— Ино­стран­цев то­же пус­ка­ют?

— Да! С на­ми как-то по­про­сил­ся немец. Ока­за­лось, жур­на­лист. Ну, преж­де чем его про­ве­сти в Дом спор­та, спра­ши­ваю: а ты про нас хо­ро­шо пи­шешь? Или ру­га­ешь? Он гла­за­ми хло­па­ет: го­во­рит, я пи­шу толь­ко ней­траль­но. Его, ко­неч­но, про­пу­сти­ли, да­же не спро­си­ли, кто и от­ку­да.

— Ор­га­ни­за­ция, пи­та­ние, все нра­вит­ся?

— Да вро­де все нор­маль­но. Тут еда и ко­рей­ская, и япон­ская, и ев­ро­пей­ская. Смеш­но бы­ло вче­ра. При­хо­жу пе­ре­ку­сить, а пер­со­нал во­об­ще не по­ни­ма­ет по-ан­глий­ски. Де­вуш­ка пы­та­лась под­су­нуть мне те­ле­фон, что­бы про­грам­ма с ан­глий­ско­го на ко­рей­ский перевела. Не по­лу­чи­лось. Хо­ро­шо, что по­до­шла се­мья ко­рей­цев, ко­то­рые на ан­глий­ском го­во­рят, по­мог­ли. Спра­ши­ваю: есть суп? Суп, ока­зы­ва­ет­ся, мож­но, толь­ко ес­ли за­ка­жешь к нему мя­со. А я не хо­чу мя­са! Но что по­де­лать, при­шлось взять. При­но­сят ку­сок сы­ро­го мя­са. Смот­рю на него. Что с ним де­лать? А на каж­дом сто­ле го­ря­щие уг­ли, и это мя­со на­до са­мо­му на них жа­рить. Объ­яс­няю им, что не умею. Ни­че­го, го­во­рят, сей­час при­шлем офи­ци­ан­та. И она так лов­ко мне это мя­со на­шин­ко­ва­ла, на­жа­ри­ла пря­мо на сто­ле. Ин­те­рес­ная у них кух­ня.

— Вы по дол­гу служ­бы мно­го об­ща­е­тесь с хок­ке­и­ста­ми. 14 фев­ра­ля стар­ту­ет олим­пий­ский хок­кей­ный тур­нир. Как на­стро­е­ние у ре­бят?

— Мы со всей муж­ской сбор­ной хо­ди­ли по­бо­леть за дев­чо­нок на­ших, хок­ке­и­сток, ко­гда они иг­ра­ли с Ка­на­дой. На­строй у них от­лич­ный, ни­ка­ких про­блем нет.

Рос­сий­ских бо­лель­щи­ков в Ко­рее мно­го.

На фи­гур­ном ка­та­нии на­шу сбор­ную при­ни­ма­ли очень теп­ло.

Эду­ард Су­боч вме­сте с муж­ской сбор­ной Рос­сии по хок­кею бо­ле­ет за рос­сий­ских хок­ке­и­сток.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.