НАИВНЫЙ ТЕХАССКИЙ ЮНО­ША

Отец аме­ри­кан­ско­го сту­ден­та, по­лу­чив­ше­го ре­корд­ный срок в Москве, об­ра­тил­ся за по­мо­щью в Кон­гресс США и СПЧ

Moskovski Komsomolets - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Ева МЕРКАЧЕВА.

«Да­же Еф­ре­мо­ву да­ли мень­ше, а ведь сын ни­ко­го не убил и не по­ка­ле­чил», — отец аме­ри­кан­ско­го сту­ден­та Тре­во­ра Ри­да, ко­то­рый по­лу­чил 9 лет за пья­ный де­бош, об­ра­тил­ся в Со­вет по раз­ви­тию граж­дан­ско­го об­ще­ства и пра­вам че­ло­ве­ка. Рид и Еф­ре­мов си­дят в од­ном и том же мос­ков­ском СИЗО №5, толь­ко в раз­ных ка­ме­рах. А по­жи­лой те­ха­сец хо­дит в этот изо­ля­тор, как вы­ра­жа­ет­ся, на «сви­дан­ки». Изу­ча­ет все ню­ан­сы рос­сий­ской тю­рем­ной жиз­ни.

Он по­тря­сен огром­ным сро­ком, ко­то­рый на­зна­чил суд (дей­стви­тель­но, это по­чти что уни­каль­ный слу­чай в су­деб­ной прак­ти­ке). Рид-стар­ший объ­яс­ня­ет пре­дель­но жест­кий при­го­вор слож­ны­ми от­но­ше­ни­я­ми меж­ду США и Рос­си­ей.

За ру­бе­жом о Тре­во­ре ста­ли го­во­рить как о по­ли­ти­че­ском за­клю­чен­ном. Но ни­ка­кой по­ли­ти­ки, на мой взгляд, в этом де­ле нет. Есть толь­ко всем из­вест­ная «па­лоч­ная си­сте­ма» и кру­го­вая по­ру­ка, ко­то­рые в этом слу­чае до­ро­го мо­гут обой­тись не толь­ко се­мье Ри­да, но и всем нам.

Обо всем этом — в ма­те­ри­а­ле обо­зре­ва­те­ля «МК».

По­жи­лой Рид и не меч­тал по­пасть в Моск­ву, вел спо­кой­ную, раз­ме­рен­ную жизнь в род­ном шта­те Те­хас. В до­ро­гу че­рез оке­ан его по­зва­ло не же­ла­ние по­смот­реть на «мед­ве­дей с ба­ла­лай­ка­ми» и да­же не меч­та уви­деть ле­ген­дар­ный мос­ков­ский Кремль, а бе­да. 16 ав­гу­ста 2019 го­да в Москве аре­сто­ва­ли его сы­на Тре­во­ра.

Тре­вор — сту­дент Уни­вер­си­те­та Се­вер­но­го Те­ха­са, учил­ся на меж­ду­на­род­ном фа­куль­те­те, вы­брал се­бе в ка­че­стве ино­стран­но­го рус­ский язык. Так слу­чи­лось, что он по­зна­ко­мил­ся с рус­ской де­вуш­кой, влю­бил­ся (24 сен­тяб­ря у них долж­на бы­ла со­сто­ять­ся сва­дьба). Она ему и опла­ти­ла кур­сы рус­ско­го язы­ка в Москве — в ка­че­стве по­дар­ка.

Но, как го­во­рил один про­фес­сор МГУ, ка­кой ино­стран­ный сту­дент не лю­бит рус­скую вод­ку? Этим ле­том Тре­вор в ком­па­нии рус­ских дру­зей силь­но на­пил­ся. Его ста­ло тош­нить, он по­блед­нел. Не зная, что с ним де­лать, дру­зья вы­зва­ли полицию в на­деж­де, что пар­ня от­ве­зут в боль­ни­цу. По утвер­жде­нию же по­ли­цей­ских, их из­на­чаль­но вы­зва­ли, по­сколь­ку ино­стра­нец бу­я­нил. Де­бош про­дол­жил­ся и в слу­жеб­ной ма­шине. У стра­жей по­ряд­ка на те­ле си­ня­ки — прав­да, у ино­стран­но­го сту­ден­та то­же об­на­ру­жи­ли ге­ма­то­мы (по ма­те­ри­а­лам де­ла, их он по­лу­чил, по­то­му что яко­бы стал бить­ся го­ло­вой). Тре­во­ру вме­ни­ли часть 2-ю 318-й ста­тьи УК РФ «При­ме­не­ние на­си­лия, опас­но­го для жиз­ни и здо­ро­вья, в от­но­ше­нии пред­ста­ви­те­ля вла­сти».

«Я ни­че­го не пом­ню про тот ужас­ный день, — го­во­рил мне по­том в СИЗО на ло­ма­ном рус­ском Тре­вор. — Я пер­вый раз в жиз­ни пил вод­ку. Вод­ка бы­ла плохой. Как у вас на­зы­ва­ют ее — фальшь? А, вспом­нил: фаль­си­фи­кат. Я при­е­хал в Моск­ву, что­бы вы­учить рус­ский язык… В СИЗО я стал непло­хо по­ни­мать и го­во­рить. Та­кие уско­рен­ные кур­сы, как шу­тят со­ка­мер­ни­ки. Но луч­ше бы учил язык в дру­гих усло­ви­ях, а не в тюрь­ме…»

30 июля 2020 го­да Го­ло­вин­ский суд при­знал его ви­нов­ным и дал 9 лет ко­ло­нии.

Ска­зать, что отец его был рас­стро­ен, — зна­чит, ни­че­го не ска­зать. Он был в шо­ке.

И вот Джой Рид — в ре­дак­ции, си­дит пе­ре­до мной. Он хо­чет рас­ска­зать свою вер­сию всей этой ис­то­рии.

По­ра­зи­тель­но, но Джой — чуть ли не точ­ная ко­пия од­но­го аме­ри­кан­ско­го про­хо­же­го, ко­то­ро­го я ин­тер­вью­и­ро­ва­ла в 2013 го­ду в США, ко­гда бы­ла там по пер­вой рос­сий­ско­аме­ри­кан­ской про­грам­ме об­ме­на жур­на­ли­ста­ми. То­гда пре­зи­ден­ты Вла­ди­мир Пу­тин и Ба­рак Оба­ма сов­мест­но утвер­жда­ли эту про­грам­му в пе­ри­од от­но­си­тель­ной «от­те­пе­ли». На ули­цах аме­ри­кан­ских го­ро­дов я спра­ши­ва­ла про­хо­жих про Рос­сию и сде­ла­ла ро­лик, ко­то­ро­му по­том ап­ло­ди­ро­ва­ли обе сто­ро­ны рос­сий­ско­аме­ри­кан­ско­го диа­ло­га. Ро­лик был о том, что все мы по боль­ше­му сче­ту по­хо­жи, и про­бле­мы у нас од­ни — че­ло­ве­че­ские. И вот спу­стя столь­ко лет буд­то бы один из тех про­хо­жих при­е­хал в Моск­ву, что­бы дать ин­тер­вью уже здесь…

— Джой, а рас­ска­жи­те о ва­шей се­мье.

— У нас са­мая обыч­ная аме­ри­кан­ская се­мья. Я по про­фес­сии по­жар­ный (был в долж­но­сти глав­но­го по­жар­но­го, имею мно­го за­слуг), же­на — ме­дик. Двое де­тей: стар­ший сын Тре­вор и млад­шая доч­ка. Рос­си­ей я, чест­но признать­ся, не осо­бо ин­те­ре­со­вал­ся. Про­стые аме­ри­кан­цы за­ня­ты со­бой, сво­и­ми се­мья­ми, они не об­суж­да­ют меж­ду­на­род­ную по­ли­ти­ку на кухне. А по­том Тре­вор по­зна­ко­мил нас со сво­ей неве­стой, ко­то­рая оказалась рус­ской. Очень хо­ро­шая де­вуш­ка. Мы лю­бим ее. Она у нас до­ма жи­ла по­чти два го­да. По­том они ре­ши­ли по­же­нить­ся, и Тре­вор в пер­вый раз по­ехал в Моск­ву — по­про­сить у ее ро­ди­те­лей ру­ки и серд­ца. А вто­рой раз он по­ехал в Моск­ву учить рус­ский (его де­вуш­ка ор­га­ни­зо­ва­ла кур­сы). Он нам ска­зал, что ему обя­за­тель­но нуж­но хо­ро­шо знать язык, по­сколь­ку в уни­вер­си­те­те тре­бу­ют. Техасский сту­дент Тре­вор Рид со сво­и­ми близ­ки­ми. С тех пор я ви­дел его толь­ко за ре­шет­кой…

— Ваш сын — лю­би­тель по­ху­ли­га­нить?

— Нет, ни­ко­гда не драл­ся да­же в дет­стве! Он был ве­се­лым, за­бав­ным и очень от­кры­тым ре­бен­ком. Мы над ним под­шу­чи­ва­ли, по­то­му что он не мог врать ни при ка­ких об­сто­я­тель­ствах. Та­кая у него осо­бен­ность или стран­ность. В шко­ле он и в фут­бол иг­рал, и в бас­кет­бол, и в бейс­бол. Он был бой­ска­ут. Мил­ли­о­ны аме­ри­кан­ских под­рост­ков яв­ля­ют­ся бой­ска­у­та­ми, но толь­ко один про­цент или да­же мень­ше по­лу­ча­ют на­гра­ду «Игл-ска­ут». Так вот, Тре­вор ее по­лу­чил. Она ви­сит у него над кро­ва­тью.

— Он успел по­слу­жить в ар­мии?

— В Аме­ри­ке мно­гие ре­бя­та доб­ро­воль­но идут в ар­мию, по­сколь­ку в этом слу­чае го­су­дар­ство опла­чи­ва­ет обу­че­ние в кол­ле­дже, уни­вер­си­те­те. Мы небо­га­тая се­мья. По­сле ар­мии он и стал учить­ся в уни­вер­си­те­те.

— Ко­гда вы узна­ли об аре­сте сы­на, что по­ду­ма­ли?

— Что это ка­кая-то ошиб­ка. Мы с ува­же­ни­ем от­но­сим­ся к по­ли­цей­ским, в ка­кой бы стране они ни бы­ли. Это у нас в кро­ви. В Аме­ри­ке лю­ди счи­та­ют по­ли­цей­ских сво­и­ми боль­ши­ми дру­зья­ми, за­щит­ни­ка­ми и по­мощ­ни­ка­ми в бе­де. Это очень ува­жа­е­мая про­фес­сия. Ес­ли вы спро­си­те лю­бо­го про­хо­же­го в Те­ха­се: «Бо­ишь­ся ли ты по­ли­ции?» — он не пой­мет во­про­са. Мне и в страш­ном сне не при­сни­лось бы, что сын на­пал на по­ли­цей­ско­го. Мно­гие дру­зья Тре­во­ра — по­ли­цей­ские.

Тест, ко­то­рый сде­ла­ли Тре­во­ру на сле­ду­ю­щее утро по­сле происшеств­ия, по­ка­зал, что у него был силь­ней­ший уро­вень ин­ток­си­ка­ции. На­ши экс­пер­ты счи­та­ют, что он фак­ти­че­ски был без со­зна­ния и не мог ни на ко­го на­пасть. А его об­ви­ни­ли имен­но в умыш­лен­ном на­па­де­нии и «зна­нии» ре­зуль­та­тов сво­их дей­ствий.

— И все же суд при­знал, что на­па­де­ние бы­ло.

— Все об­ви­не­ние стро­ит­ся толь­ко на по­ка­за­ни­ях по­ли­цей­ских. Они их ме­ня­ли три­жды. В пер­вый раз ска­за­ли, что ко­гда Тре­вор буд­то бы бу­я­нил в ма­шине, то она вы­еха­ла на встреч­ную по­ло­су. Мы за­про­си­ли за­пи­си с ка­мер ви­део­на­блю­де­ния: по­ли­цей­ская ма­ши­на еха­ла ров­но. Вто­рой раз они ска­за­ли, что ма­ши­на ви­ля­ла. Мы на это сно­ва предо­ста­ви­ли за­пи­си: тра­ек­то­рию дви­же­ния она не ме­ня­ла. И то­гда в тре­тий раз они при­зна­ли, что она не вы­ез­жа­ла на встреч­ную и не ви­ля­ла, но про­сто за­тор­мо­зи­ла. Мы предо­ста­ви­ли тре­тью экс­пер­ти­зу, ко­то­рая до­ка­за­ла, что ма­ши­на не тор­мо­зи­ла, а по­сле­до­ва­тель­но уско­ря­лась…

На суд бы­ло пред­став­ле­но ве­ще­ствен­ное до­ка­за­тель­ство: по­рван­ная крут­ка по­ли­цей­ско­го. Но экс­пер­ти­за по­ка­за­ла, что ее по­рва­ли ру­ка­ми вот так (по­ка­зы­ва­ет), а не с од­ной сто­ро­ны, как ес­ли бы по­тя­нул Тре­вор.

Мы об­ра­ща­лись толь­ко к го­су­дар­ствен­ным экс­пер­там — спе­ци­аль­но не об­ра­ща­лись в ка­кие-то част­ные ком­па­нии. На суд при­хо­дил экс­перт Ми­ни­стер­ства юс­ти­ции. Как сле­до­ва­те­ли, так и со­труд­ни­ки по­ли­ции при­зна­ли, что в день происшеств­ия ра­бо­та­ли ка­ме­ры в по­ли­цей­ском ав­то­мо­би­ле и ка­ме­ры в по­ли­цей­ском участ­ке. Они не смог­ли объ­яс­нить, по­че­му за­пи­си не бы­ли со­хра­не­ны, хо­тя ад­во­ка­ты сра­зу же за­про­си­ли их! По­ни­ма­е­те, все за­пи­си умыш­лен­но уни­что­жи­ли. За­чем?..

Мы считали, что пол­но­стью раз­би­ли до­ка­за­тель­ства об­ви­не­ния. Сре­ди на­ших ад­во­ка­тов был быв­ший рос­сий­ский су­дья (мы спе­ци­аль­но взя­ли про­фес­си­о­на­ла). Он был уве­рен, что де­ло вы­иг­рыш­ное.

— При­го­вор шо­ки­ро­вал, на­до ду­мать?

— Я не знал, что ожи­дать от рос­сий­ско­го су­да, по­то­му что не знал, как в прин­ци­пе у вас все устро­е­но, не знал за­ко­ны. Уже по­сле аре­ста Тре­во­ра чи­тал мно­го о ва­шей си­сте­ме пра­во­су­дия. Я на­шел в Ин­тер­не­те ин­фор­ма­цию про быв­ше­го аме­ри­кан­ско­го по­жар­но­го Гей­ле­на Гранд­стаф­фа, ко­то­рый про­си­дел два го­да в мос­ков­ском СИЗО за по­куп­ку че­рез Ин­тер­нет чи­стя­ще­го сред­ства. Но не ве­ри­лось в та­кое.

— Аме­ри­кан­ским по­жар­ным как-то не ве­зет в Москве…

— В США три мил­ли­о­на по­жар­ных. И око­ло двух мил­ли­о­нов из них — это во­лон­те­ры, то есть они бесплатно ра­бо­та­ют. Это я к то­му, что по­жар­ный — очень по­пу­ляр­ная про­фес­сия в Аме­ри­ке.

А при­го­вор Тре­во­ру ме­ня по­тряс. По­ни­ма­е­те, он сам го­во­рил: «Не пом­ню ни­че­го, но ес­ли ви­но­ват, то го­тов по­не­сти на­ка­за­ние». Од­на­ко нет ни­ка­ких объ­ек­тив­ных до­ка­за­тельств его ви­ны. Ни его, ни ме­ня след­ствие не убе­ди­ло, что бы­ло со­вер­ше­но пре­ступ­ле­ние.

Вто­рой мо­мент — огром­ный срок. Ад­во­ка­ты про­ана­ли­зи­ро­ва­ли су­деб­ную прак­ти­ку: столь­ко по 318-й ста­тье УК не да­ют. Ни­кто из по­ли­цей­ских се­рьез­но не по­стра­дал. Один по­ли­цей­ский ска­зал, что у него неболь­шой си­няк на жи­во­те, ко­то­рый он по­лу­чил во вре­мя но­ше­ния бро­не­жи­ле­та, но это не бы­ло под­твер­жде­но ни­чем в су­де — толь­ко его сло­ва­ми. В аб­со­лют­но ана­ло­гич­ном уго­лов­ном де­ле в Став­ро­по­ле нетрез­вый муж­чи­на, на­хо­дясь на зад­нем си­де­нье по­ли­цей­ской ма­ши­ны, схва­тил во­ди­те­ля, уда­рил дру­го­го по­ли­цей­ско­го в глаз и ра­нил его. Этот че­ло­век был осуж­ден по ста­тье 318 УК РФ часть 1 и толь­ко за­пла­тил штраф.

Мы с ад­во­ка­та­ми изу­чи­ли рос­сий­скую су­деб­ную прак­ти­ку: за по­след­ние 12–20 лет ни один че­ло­век в Рос­сии не был при­го­во­рен к бо­лее чем 8 го­дам ли­ше­ния сво­бо­ды по ка­кой­ли­бо ча­сти ста­тьи 318 УК РФ. Ли­ца, ко­то­рые со­зна­тель­но на­па­да­ли на со­труд­ни­ков по­ли­ции и на­но­си­ли им мно­же­ствен­ные уда­ры но­жом, по­лу­чи­ли бо­лее ко­рот­кие сро­ки на­ка­за­ния.

С Тре­во­ром в ка­ме­ре си­дит за­клю­чен­ный, ко­то­ро­му мень­ше да­ли за убий­ство. Ва­ше­му по­пу­ляр­но­му ак­те­ру да­ли 8 лет, и все кри­ча­ли, что это мно­го, хо­тя ведь по­гиб че­ло­век под ко­ле­са­ми его ма­ши­ны!

— Как в Аме­ри­ке ва­ши род­ные и дру­зья от­нес­лись к при­го­во­ру?

— Ужас­но! 150 стран на­пи­са­ли о слу­чае с Тре­во­ром в кон­тек­сте, что рос­сий­ский суд из-за по­ли­ти­че­ской си­ту­а­ции же­сто­ко от­нес­ся к аме­ри­кан­ско­му сту­ден­ту. В Аме­ри­ке об этой ис­то­рии рас­ска­за­ли та­кие из­вест­ные из­да­ния, как New York Times, Washington Post и Wall Street Journal. В Ва­шинг­тоне со­сто­я­лось за­се­да­ние Кон­грес­са, по­свя­щен­ное Тре­во­ру. Кон­гресс­ме­ны и се­на­то­ры изу­ча­ли рос­сий­ское за­ко­но­да­тель­ство и при­шли к вы­во­ду, что это неспра­вед­ли­вый при­го­вор. Сей­час речь идет о при­зна­нии его по­ли­ти­че­ским за­клю­чен­ным. Но мы очень на­де­ем­ся, что апел­ля­ци­он­ная ин­стан­ция раз­бе­рет­ся. Мы не хо­те­ли, что­бы это был меж­ду­на­род­ный кон­фликт. Но по­ка по­лу­ча­ет­ся, что все вы­гля­дит имен­но так.

Я для се­бя ре­шил, что не уеду из Рос­сии, по­ка не вос­тор­же­ству­ет спра­вед­ли­вость. Я про­стой че­ло­век, я да­лек от по­ли­ти­ки. Я и об­ра­тил­ся в СПЧ, по­то­му что ве­рю в объ­ек­тив­ное рас­сле­до­ва­ние. Как бы ни от­но­си­лись друг к дру­гу пра­ви­тель­ства на­ших стран, обыч­ные лю­ди не долж­ны стра­дать от это­го.

На­ша се­мья очень бла­го­дар­на всем ми­лым и за­бот­ли­вым лю­дям, ко­то­рых мы встре­ти­ли в Москве. У на­ших на­ро­дов боль­ше сход­ства, чем от­ли­чий. Рос­сия — пре­крас­ная стра­на, здесь очень мно­го хо­ро­ших лю­дей.

По­след­ние тро­га­тель­ные сло­ва по­жи­лой те­ха­сец го­во­рит с осо­бым вол­не­ни­ем. Во­об­ще вид­но, что он до сих пор в шо­ке от слу­чив­ше­го­ся. Еще недав­но сын был успеш­ным сту­дент­ом­меж­ду­на­род­ни­ком, а стал за­клю­чен­ным на чуж­бине. Но его утвер­жде­ние, что в судь­бу пар­ня вме­ша­лась ис­клю­чи­тель­но по­ли­ти­ка, все же, ду­ма­ет­ся мне, невер­но. Ско­рее все­го, де­ло бы­ло так: кон­крет­ные по­ли­цей­ские за­хо­те­ли «сру­бить пал­ку», а ино­стра­нец, не зна­ю­щий язы­ка и за­ко­нов, от­лич­ная ми­шень. Ну а суд не стал вни­кать в суть.

Ошиб­ки след­ствия, жест­кость су­да — обо всем этом мы го­во­рим по­сто­ян­но. Как ду­ма­е­те, сколь­ко рос­си­ян об­ра­ща­ют­ся на имя пре­зи­ден­та по по­во­ду неспра­вед­ли­во­го су­да и след­ствия? Пол­мил­ли­о­на в год!

Аме­ри­ка, на­до ду­мать, сво­е­го граж­да­ни­на не оста­вит. Как не остав­ля­ем и мы сво­их, по­пав­ших за ре­шет­ку там. Но так не хо­чет­ся, что­бы рядовое уго­лов­ное де­ло бы­ло по­во­дом для то­го, что­бы нас в оче­ред­ной раз «по­лос­ка­ли» в меж­ду­на­род­ной сре­де. Мо­жет, за это сто­ит преду­смот­реть от­вет­ствен­ность в от­но­ше­нии кон­крет­ных по­ли­цей­ских и су­дей?

Неве­ста Ри­да под­дер­жи­ва­ла его в су­де.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.