Вир­ту­аль­ная невир­ту­аль­ная реальность на Двор­цо­вой

Про эффект по­гру­же­ния, транс­фор­ма­цию со­зна­ния и неожи­дан­ное со­твор­че­ство

Nezavisimaya Gazeta - - СТИЛЬ ЖИЗНИ -

…Чест­но ска­зать, я со­про­тив­ля­лась. Спасибо, конечно, за честь (из Моск­вы ме­ня од­ну при­гла­си­ли на пи­тер­скую пре­мье­ру. Шоу идет вто­рой се­зон, но его ра­ди­каль­но пе­ре­де­ла­ли и на­зы­ва­ют пре­мье­рой), од­на­ко не пе­ре­бор ли у нас с им­мер­сив­ны­ми те­ат­ра­ми?

На пре­мье­ре «Вер­нув­ших­ся» бы­ла, на го­дов­щине «Вер­нув­ших­ся» бы­ла… В про­ме­жут­ке по­бы­ва­ла на «Пи­ко­вой да­ме» (объ­ек­тив­но­сти ра­ди, там все очень ста­ра­лись, да и опе­ра на рас­сто­я­нии вы­тя­ну­той ру­ки – опыт уни­каль­ный, од­на­ко срав­не­ния с «Вер­нув­ши­ми­ся» она не вы­дер­жи­ва­ла. Один игор­ный стол чего сто­ил – вме­сто зеленого сук­на при­ми­тив­ное видео с кар­точ­ной ко­ло­дой! Уж ка­кие тут до­сто­вер­ность и по­гру­же­ние…).

С от­ве­том на при­гла­ше­ние (весь­ма на­стой­чи­вое) тя­ну­ла до последнего. «Без­ли­кие» – по­ста­нов­ка то­го же Ми­ге­ля и той же аме­ри­кан­ской ре­жис­сер­ши Миа За­нет­ти, и это опять Иб­сен (немнож­ко кри­во­ва­то вы­шло: «Без­ли­кие» – предыс­то­рия слу­чив­ше­го­ся в «Вер­нув­ших­ся»; ло­гич­нее, что­бы сле­до­ва­ла по­сти­сто­рия).

И конечно, не хо­те­лось боль­ше ни­ка­ких срав­не­ний – а ку­да без них? Из­вест­ный факт: ес­ли спер­ва про­чи­тал книгу, а по­том по­смот­рел фильм – он те­бе по­нра­вит­ся мень­ше («То ли де­ло кни­га!»), и на­обо­рот. То есть пер­вые впе­чат­ле­ния все­гда «ру­лят». Ну вот «Вер­нув­ши­е­ся» уже в мо­ем сердце, па­ра­фраз – за­чем?

Рас­суж­да­ла-то, рас­суж­да­ла, но в по­след­ний, в са­мый по­след­ний мо­мент все-та­ки рва­ну­ла на вок­зал. От Бо­ло­го­го до Пи­те­ра си­я­ло солн­це – та­кая чуд­ная осен­няя по­ра, за ок­на­ми толь­ко что па­у­тин­ки не ле­та­ли (мо­жет, и ле­та­ли, но, несясь на ско­ро­сти 200 км в час, разве за­ме­тишь…). Я да­же вы­ну­ла из че­мо­да­на сол­неч­ные очки – и, конечно, зря, по­то­му что Пи­тер встре­тил обыч­ной хму­ро­стью небес, вмиг транс­фор­ми­ро­вав­шей­ся в вет­рю­гу, хо­ло­дю­гу и дождь.

Столь на­стой­чи­во при­гла­шав­шие ока­за­лись ми­лей­ши­ми людь­ми, по­се­ли­ли в слав­ную го­сти­ни­цу в двух ми­ну­тах от пло­щад­ки (особ­ня­ка на Двор­цо­вой на­бе­реж­ной) и в че­ты­рех – от Эр­ми­та­жа и до ве­че­ра предо­ста­ви­ли самой се­бе. С удо­воль­стви­ем и невзи­рая на по­го­ду (вот толь­ко фо­то­гра­фи­ро­вать в ре­жи­ме вы­во­ра­чи­ва­е­мо­го наизнанку зон­ти­ка бы­ло за­труд­ни­тель­но), про­гу­ля­лась по лю­би­мо­му го­ро­ду – от Двор­цо­вой пло­ща­ди до Анич­ко­ва мо­ста, от­ту­да до Спа­са на Кро­ви и Михайловского са­да.

В Ели­се­ев­ском ма­га­зине бы­ла по­ра­же­на не столь­ко са­мо­иг­ра­ю­щим пи­а­ни­но (точно, как в ми­хал­ков­ской картине «Неболь­шая пье­са для ме­ха­ни­че­ско­го пи­а­ни­но»!), сколь­ко на­ли­чи­ем стой­ки с кон­фет­ны­ми на­бо­ра­ми «Ильич» и «Prezident» (с раз­но­об­раз­ны­ми ли­ка­ми Пу­ти­на, 800 руб­лей), а так­же ле­нин­ским бю­стом то ли из мар­ци­па­на, то ли еще из чего съе­доб­но­го. По-моему, бо­го­хуль­ство (я про конфеты, фан­ти­ки от ко­то­рых ком­ка­ешь и вы­бра­сы­ва­ешь в му­сор­ную ур­ну).

В на­зна­чен­ное вре­мя как штык бы­ла на ме­сте. Длинная очередь зрителей в особ­няк (как и у нас), учти­вый при­врат­ник (или кто он там есть) в пуш­кин­ской кры­лат­ке (как и у нас), лест­ни­ца в под­вал (как и у нас)… Сда­ча су­мок в раз­де­вал­ку, бар – все, все как у нас в Москве!

И как у нас, зрителей в Дом за­пус­ка­ли групп­ка­ми с неболь­шим ин­тер­ва­лом вре­ме­ни, ито­го, 200 че­ло­век. (На про­ме­над-опе­ру «Пи­ко­вая да­ма» про­да­ют все­го 54 би­ле­та, по ко­ли­че­ству карт во фран­цуз­ской ко­ло­де.) Пред­ва­ри­тель­но на вхо­де пред­ло­жив на­деть пла­сти­ко­вые мас­ки и за­пре­тив снимать их во вре­мя все­го дей­ствия («Как я бы­ла при­ви­де­ни­ем», – всплы­ло в па­мя­ти назва­ние мо­е­го ма­те­ри­а­ла о «Вер­нув­ших­ся». Еще на­де­вая мас­ку, вспомнила, что не сто­и­ло де­лать ма­ки­яж – че­рез 40 ми­нут из-под нее за­ка­па­ет).

…Дым, пси­хо­де­ли­че­ская му­зы­ка (я бы еще до­ба­ви­ла Хи­та­ро «Шел­ко­вый путь»), ед­ва брез­жу­щий свет от пре­дель­но туск­лых лам­по­чек, неяс­ные зву­ки – по­гру­же­ние на­чи­на­ет­ся. Сра­зу бро­са­ет­ся в гла­за, что в пи­тер­ском До­ме в ра­зы мень­ше пред­ме­тов, неже­ли в мос­ков­ском, хотя и го­во­ри­ли, что бы­ло за­куп­ле­но их по Бло­ши­ным рын­кам бо­лее 20 тыс. (на­вер­ное, это о ко­стю­мах и их де­та­лях, ко­стю­мы – Али­на Гер­ман). Иду по До­му и до­га­ды­ва­юсь: это пра­чеч­ная… Ком­на­та ху­дож­ни­ка… Гри­мер­ка ак­три­сы… Бар­ная стой­ка… Опе­ра­ци­он­ная, по­че­му-то со сто­лом па­та­ло­го­ана­то­ма с углуб­ле­ни­я­ми для сте­ка­ния кро­ви…

А вот очень кра­си­вая ло­ка­ция: люст­ра из под­ве­шен­ных на раз­ной вы­со­те и с раз­но­цвет­ным со­дер­жа­ни­ем колб и кол­бо­чек, под ней – пя­ти­уголь­ная ван­на, на­пол­нен­ная во­дой. Че­рез ка­кое-то вре­мя я на­бре­ду здесь на дей­ствие: Док­тор (Сер­гей Лу­ня­ка) под­во­дит Ак­три­су (Оль­га Ве­че­рик) к ванне, по­мо­га­ет ей рас­шну­ро­вать са­по­ги, она нето­роп­ли­во сни­ма­ет с себя де­та­ли одеж­ды – и пря­мо пе­ред гла­за­ми зри­те­ля возникает пре­крас­ная жен­ская на­го­та.

То-то я удив­ля­лась, что мужчин в мас­ках ед­ва ли не боль­ше, чем жен­щин, – вещь небы­ва­лая, в лю­бом театре вам ска­жут, что льви­ная до­ля зрителей все­гда жен­щи­ны! При­слу­ша­лась к се­бе – ощу­ще­ния ско­рее не эро­ти­че­ские, а «скульп­тур­ные»; по­до­зре­ваю, что в про­дол­же­ние этой до­ста­точ­но длин­ной ми­зан­сце­ны муж­ская часть зрителей ощущала иное… Ко­гда на за­тем­не­нии пре­крас­ная Оль­га ис­чез­ла, я опу­сти­ла ру­ку в ван­ну – и под­прыг­ну­ла: вода бы­ла хо­лод­ной! Ну ни­че­го се­бе, мо­жет быть, Ве­че­рик за­ни­ма­ет­ся мор­же­ва­ни­ем в сво­бод­ное от ис­кус­ства вре­мя?!

Я все­гда оза­бо­чи­ва­юсь удоб­ством и ком­фор­том ак­тер­ско­го су­ще­ство­ва­ния на пло­щад­ке, а тут в ка­кой-то мо­мент ре­аль­но ис­пу­га­лась за актера, иг­рав­ше­го Ху­дож­ни­ка (Ми­ха­ил По­ло­вен­ко). На­блю­да­ла за тем, с ка­ким тру­дом он во­лок по лест­ни­це боль­шу­щий че­мо­дан, а по­том, по­ста­вив его на по­па на верх­ней пло­щад­ке, взо­брал­ся на него – в опас­ной бли­зо­сти от пе­рил и лест­нич­но­го про­ле­та.

В от­ли­чие от «Пи­ко­вой да­мы» здесь те­бя не во­дят по ло­ка­ци­ям – ты сам идешь (спе­шишь) ку­да но­ги несут. Ну как мет­нет­ся в сто­ро­ну че­мо­да­на ка­кой-ни­будь оша­ле­лый от все­го про­ис­хо­дя- ще­го зритель (мы, «ма­соч­ные», пе­ри­о­ди­че­ски стал­ки­ва­лись, кста­ти)?.. Или сам ак­тер по­те­ря­ет рав­но­ве­сие?

Пра­во, кро­ме зре­лищ­но­сти шоу су­ще­ству­ет тех­ни­ка без­опас­но­сти. У ак­те­ров обя­за­тель­но долж­на быть какая-то под­стра­хов­ка. Слож­но ра­бо­тать меж­ду зри­те­ля­ми. Поскольку дей­ствие про­ис­хо­дит не в од­ном ме­сте, а ты, есте­ствен­но, не можешь од­но­вре­мен­но присутствовать вез­де, у каждого на­кап­ли­ва­ет­ся свой опыт. Как не­пре­мен­ный ат­ри­бут – по­сто­ян­ное на­пря­же­ние (не про­пу­стить, успеть раз­гля­деть, рас­слы­шать – ак­те­ры здесь го­во­рят, как в жиз­ни, в ос­нов­ном с по­сы­лом не боль­ше метра).

В ре­зуль­та­те ближе к кон­цу вы­ры­ва­ешь­ся в пря­мом смыс­ле сло­ва из ат­мо­сфе­ры До­ма – глот­нуть чего-ни­будь в ба­ре (глот­нуть све­же­го воз­ду­ха?), но, недо­глот­нув, спе­шишь на­зад: словно на неви­ди­мом ка­на­те тя­нет на­зад.

Фи­на­ла в спек­так­ле три, я ви­де­ла тот, в ко­то­ром Док­тор про­из­но­сит весь­ма зна­чи­тель­ный мо­но­лог, ед­ва ли не об­ра­ща­ясь к нам, «ма­соч­ни­кам», а спра­ва в глу­бине че­ло­век, при­стег­ну­тый рем­ня­ми к стене (к элек­тро­дос­ке?), бьет­ся и кри­чит, что он – это не он, его при­ня­ли за дру­го­го… И тут слу­ча­ет­ся пе­ре­се­че­ние двух миров, ми­ра зри­тель­ско­го и ми­ра персонажей: Ак­три­са вы­би­ра­ет мас­ку-блон­дин­ку и под­во­дит ее к ру­биль­ни­ку. Очень силь­ная сце­на – сле­ва Док­тор гип­но­ти­че­ски твер­дит мас­ке в ухо, что она долж­на по­вер­нуть ру­биль­ник, спра­ва до­но­сят­ся кри­ки: «Я не Ру­дольф, я не он, ну по­вер­ни­тесь же!!» Блондинка вся сжа­лась и оце­пе­не­ла – сце­на за­тя­ги­ва­лась – и вдруг по­вер­ну­ла ру­биль­ник…

Я по­том спро­шу Ми­ге­ля: а ес­ли по­па­дет­ся тот, кто ма­ло не захочет по­вер­нуть ру­биль­ник, но и рванет осво­бож­дать парня от рем­ней, то есть пол­но­стью вклю­чит­ся в дей­ствие? Как бу­дут ре­а­ги­ро­вать ак­те­ры – и как им обыг­ры­вать неожи­дан­ное со­твор­че­ство? За себя скажу сра­зу – не по­вер­ну­ла бы ру­биль­ник. Ес­ли бы Док­тор шеп­нул на ухо: не ло­май дра­ма­тур­гию, иди по мо­ей линии – де­ло дру­гое, под­чи­ни­лась бы. На что Ми­гель, хмык­нув, ска­зал: «Ты не знаешь, как бы ты себя по­ве­ла. Давай, по­са­дим те­бя к ру­биль­ни­ку и по­смот­рим». А давай, лов­лю на сло­ве! …Как ни за­тер­то зву­чит – им­мер­сив­ное шоу за­став­ля­ет тру­дить­ся не толь­ко но­ги, но и ду­шу. Ко­гда зритель вы­нуж­ден три ча­са ме­тать­ся по об­шир­ной пло­ща­ди, вы­ис­ки­вая и на­сти­гая, оно го­раз­до луч­ше все усва­и­ва­ет­ся, неже­ли ко­гда он ба­ри­ном си­дит в мяг­ком крес­ле.

И опять срав­не­ние не в поль­зу Моск­вы: та­мош­ний зритель пре­бы­ва­ет как бы на оче­ред­ной мод­ной ту­сов­ке – с лю­бо­пыт­ством, но без осо­бых эмо­ций, осе­дая по­сле «Вер­нув­ших­ся» в ба­ре. Здесь же чув­ству­ет­ся, что зри­те­ли при­шли в необыч­ный, но те­атр, с на­ме­ре­ни­ем что-то для себя по­нять и в чем- то разо­брать­ся. Очень быст­ро они рас­хо­дят­ся по­сле « Без­ли­ких » , ма­ло­раз­го­вор­чи­вые и по­гру­жен­ные в себя, в ба­ре на­блю­да­ют­ся лишь свои – ак­те­ры и при­част­ные к шоу.

На сле­ду­ю­щий день бы­ла премьера филь­ма «Без­ли­кие», в ко­то­ром Ми­гель го­во­рит: «Пе­тер­бург со­здан для по­доб­но­го ро­да спек­так­лей, здесь лю­ди от­кры­ты та­ко­го ро­да экс­пе­ри­мен­там». В кад­ре – как все начиналось, на­чи­ная с ре­мон­та особ­ня­ка, за кад­ром – мо­но­ло­ги со­зда­те­лей. Продюсер Алек­сандр Ни­ку­лин: «По су­ти, вы про­во­ди­те с со­бой на­едине три ча­са, у вас воз­ни­ка­ют фруст­ра­ции, по­то­му что вы не мо­же­те успеть вез­де сра­зу и обя­за­тель­но что- то про­пус­ка­е­те » . Ген­про­дю­сер Вя­че­слав Ду­сму­ха­ме­тов: «На сты­ке жан­ров – это все­гда ин­те­рес­но». Ми­гель: «Я осу­ще­ствил то, о чем ду­мал и что бо­ял­ся сде­лать всю жизнь». И про внут­рен­нюю им­мер­сив­ность каждого из нас, и про транс­фор­ма­цию со­зна­ния, и про саспенс.

Са­мое уди­ви­тель­ное – этим про­ек­том, по­хо­же, дви­жет твор­че­ство, а не день­ги (в новом се­зоне цена на би­ле­ты бы­ла сни­же­на с 5 до 3,5 тыс. руб.).

Не­пре­мен­ный ат­ри­бут – по­сто­ян­ное на­пря­же­ние. Не про­пу­стить, успеть раз­гля­деть, рас­слы­шать

Ве­ра Лео­ни­дов­на Цвет­ко­ва – обо­зре­ва­тель «НГ», те­ле­кри­тик.

Фото © «Без­ли­кие»

Сце­на с Пасто­ром – до нее до­бра­лось не так мно­го «ма­соч­ни­ков».

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.