Нетру­до­вые ре­зер­вы

По­че­му мы хра­ним свои день­ги в Аме­ри­ке? Объ­яс­ня­ет Ан­дрей МОВЧАН

Novaya Gazeta - - ПОЛИТИЧЕСКИЙ РЫНОК - Ар­нольд ХАЧАТУРОВ,

— Мно­гих удив­ля­ет, что Рос­сия про­дол­жа­ет вкла­ды­вать­ся в го­соб­ли­га­ции США, несмот­ря на по­ли­ти­че­скую на­пря­жен­ность. По­че­му так про­ис­хо­дит?

— Эко­но­ми­ка — вещь ци­нич­ная. Не ци­нич­ных иг­ро­ков на фи­нан­со­вом рын­ке не бы­ва­ет: они быст­ро разо­ря­ют­ся. Вне за­ви­си­мо­сти от­то­го, как мы от­но­сим­ся к санк­ци­ям и Трам­пу, мы зна­ем, что 45% ми­ро­вых рас­че­тов идет в дол­ла­рах, а аме­ри­кан­ская эко­но­ми­ка се­год­ня са­мая мощ­ная в ми­ре. И ее рост са­мый быст­рый — не в про­цен­тах (они ча­сто вво­дят в за­блуж­де­ние), а в ре­аль­ных дол­ла­рах на ду­шу на­се­ле­ния, ко­то­рые эко­но­ми­ка при­бав­ля­ет каж­дый год. Плюс аме­ри­кан­ская эко­но­ми­ка са­мая ста­биль­ная: ее ко­ле­ба­ния лег­че все­го пред­ска­зы­вать. Она и са­мая ди­вер­си­фи­ци­ро­ван­ная с точ­ки зре­ния от­рас­ле­вой струк­ту­ры. США обес­пе­че­ны при­род­ны­ми ре­сур­са­ми, ге­не­ри­ру­ют огром­ный объ­ем ин­но­ва­ций, у них вы­со­кая до­бав­лен­ная сто­и­мость, они обес­пе­че­ны сба­ла­ни­ро­ван­ны­ми тру­до­вы­ми ре­сур­са­ми.

При этом США на­ра­щи­ва­ют порт­фель внеш­не­го дол­га, ис­поль­зуя его для по­кры­тия де­фи­ци­та бюд­же­та. В по­след­ние го­ды по­ли­ти­ка под­дер­жа­ния де­фи­ци­та бюд­же­та ста­ла в США опре­де­ля­ю­щей. Это для них — по­ли­ти­ка про­во­ка­ции ро­ста: «за счет внеш­не­го дол­га мы вер­нем вам боль­ше, чем вы да­ли в ви­де на­ло­гов. Зав­тра вы про­из­ве­де­те еще боль­ше, мы вер­нем эти день­ги, опять зай­мем и так да­лее». Эта по­ли­ти­ка се­год­ня поз­во­ля­ет аме­ри­кан­ско­му об­ще­ству по­треб­лять боль­ше, чем оно про­из­во­дит, но она яв­ля­ет­ся и важ­ней­шим фак­то­ром под­дер­жа­ния по­зи­тив­ной ди­на­ми­ки в усло­ви­ях пре­дель­но низ­кой ин­фля­ции и близ­кой к ну­лю став­ки ре­фи­нан­си­ро­ва­ния. Мож­но спо­рить о дол­го­сроч­ных по­след­стви­ях этой си­ту­а­ции, но на се­го­дняш­ний день та­кая мо­дель вы­гля­дит наи­бо­лее про­ду­ман­ной. По­это­му с точ­ки зре­ния то­го, ко­му одол­жить де­нег, США — это вы­бор но­мер один. Ко­неч­но, есть еще раз­ви­ва­ю­щи­е­ся рын­ки с ин­те­рес­ны­ми тем­па­ми ро­ста, но вс­пом­ним о том, что ази­ат­ский кри­зис 1998 го­да был все­го 20 лет на­зад. Я бы не хо­тел, что­бы Рос­сия ин­ве­сти­ро­ва­ла свои ре­зер­вы в стра­ны, ко­то­рые его пе­ре­жи­ли и мо­гут пе­ре­жить сно­ва.

— С кон­ца 2016 го­да Рос­сия непре­рыв­но на­ра­щи­ва­ла ин­ве­сти­ции в аме­ри­кан­ский госдолг (US Treasuries) до мак­си­му­ма за 2,5 го­да ($108,7 млрд в мае, но в июне сно­ва со­кра­ти­ла их по­чти на $6 млрд. С чем свя­за­ны эти ко­ле­ба­ния?

— ЗВР — это на­хо­дя­щи­е­ся в рас­по­ря­же­нии Бан­ка Рос­сии сред­ства (то есть сред­ства, пе­ре­дан­ные в Банк Рос­сии в об­мен на руб­ли или про­сто на хра­не­ние), вы­ра­жен­ные в ва­лю­те и зо­ло­те, ко­то­рые Банк Рос­сии мо­жет ис­поль­зо­вать толь­ко для под­дер­жа­ния пла­теж­но­го ба­лан­са стра­ны и обес­пе­че­ния устой­чи­во­сти руб­ля. Фак­ти­че­ски ЗВР ис­поль­зу­ют­ся для то­го, что­бы им­пор­те­ры мог­ли сво­бод­но при­об­ре­тать то­ва­ры, да­же ес­ли при­ход ва­лю­ты в стра­ну ни­же, чем их по­треб­но­сти (то­гда ЦБ про­да­ет им ва­лю­ту за руб­ли из ЗВР), и для то­го, что­бы в мо­мент па­ни­ки на ва­лют­ном рын­ке на­чать ску­пать руб­ли за ва­лю­ту, что­бы под­дер­жать курс руб­ля. Банк Рос­сии ин­ве­сти­ру­ет ЗВР в кон­сер­ва­тив­ные фи­нан­со­вые ин­стру­мен­ты, вы­ра­жен­ные в ва­лю­те, и ба­лан­си­ру­ет порт­фель этих ин­стру­мен­тов в со­от­вет­ствии с есте­ствен­ны­ми прин­ци­па­ми ди­вер­си­фи­ка­ции и с це­лью сни­же­ния рис­ков по­те­ри их сто­и­мо­сти. То есть вкла­ды­ва­ет в са­мые на­деж­ные и лик­вид­ные бу­ма­ги, при­мер­но со­хра­няя про­пор­цию меж­ду раз­лич­ны­ми ва­лю­та­ми.

Раз­ме­ры ин­ве­сти­ций ЗВР в тот или иной ак­тив, в част­но­сти в госдолг США, ме­ня­ют­ся по че­ты­рем при­чи­нам. Во-пер­вых, ме­ня­ет­ся ры­ноч­ная сто­и­мость куп­лен­ных бу­маг, на­при­мер, ко­гда на рын­ках идет со­кра­ще­ние до­ход­но­стей, сто­и­мость бу­маг рас­тет (и на­обо­рот). Во-вто­рых, ме­ня­ет­ся сто­и­мость дол­ла­ра от­но­си­тель­но дру­гих ва­лют (а мы толь­ко что ви­де­ли ослаб­ле­ние дол­ла­ра на 10% по от­но­ше­нию к ев­ро), а ко­гда это про­ис­хо­дит, от­но­си­тель­ная до­ля бу­маг в дол­ла­рах па­да­ет, и что­бы со­хра­нить про­пор­цию, ЦБ по­ку­па­ет бу­ма­ги в дол­ла­рах. В-тре­тьих, ЦБ мо­жет пе­ри­о­ди­че­ски при­ни­мать ре­ше­ние об из­ме­не­нии до­ли той или иной ва­лю­ты в ре­зер­вах. Ес­ли это про­ис­хо­дит, то при­хо­дит­ся по­ку­пать или про­да­вать часть по­зи­ции, что­бы при­ве­сти порт­фель ре­зер­вов в со­от­вет­ствие с но­вы­ми пра­ви­ла­ми. На­ко­нец, в-чет­вер­тых, по ме­ре ро­ста ре­зер­вов (а они у нас рас­тут) необ­хо­ди­мо их вкла­ды­вать про­пор­ци­о­наль­но во все ин­стру­мен­ты, ко­то­рые ЦБ счи­та­ет при­год­ны­ми для ин­ве­сти­ро­ва­ния.

В це­лом, из­ме­не­ние до­ли то­го или ино­го ин­стру­мен­та в порт­фе­ле ре­зер­вов не долж­но вы­зы­вать во­про­сов: прин­ци­пы управ­ле­ния ЦБ ме­ня­ет ред­ко и все­гда пуб­лич­но озву­чи­ва­ет из­ме­не­ния, а осталь­ное — тех­ни­че­ские ре­ак­ции на из­ме­не­ния ры­ноч­ных цен и объ­е­мов ре­зер­вов.

— По­че­му нель­зя ин­ве­сти­ро­вать в бо­лее до­ход­ные ин­декс­ные фон­ды и в ино­стран­ные ак­ции, как это де­ла­ет, на­при­мер, Но­р­веж­ский пен­си­он­ный фонд?

— ЗВР это не соб­ствен­ность ЦБ, ко­то­рой он мо­жет рис­ко­вать, а все­го лишь ак­ти­вы в рас­по­ря­же­нии ЦБ, гру­бо го­во­ря — сред­ства во вре­мен­ном управ­ле­нии. По­это­му ЦБ под­дер­жи­ва­ет в со­ста­ве ЗВР ва­лют­ные ин­стру­мен­ты в несколь­ких наи­бо­лее лик­вид­ных ва­лю­тах, от­да­вая пред­по­чте­ние го­су­дар­ствен­ным обя­за­тель­ствам, и в фи­зи­че­ском зо­ло­те. И ко­неч­но боль­шая до­ля «при­над­ле­жит» дол­ла­ру как са­мой боль­шой по объ­е­му эмис­сии и до­ле в меж­ду­на­род­ных рас­че­тах ва­лю­те, и каз­на­чей­ским об­ли­га­ци­ям США как са­мо­му лик­вид­но­му ин­стру­мен­ту.

У Пен­си­он­но­го же фон­да со­всем дру­гие за­да­чи и дру­гая от­вет­ствен­ность. Их день­ги не обре­ме­не­ны без­услов­ны­ми обя­за­тель­ства­ми: сколь­ко они за­ра­бо­та­ли, столь­ко и вы­пла­чи­ва­ют. Ре­зер­вы же — это по­душ­ка без­опас­но­сти, ко­то­рая обес­пе­чи­ва­ет ста­биль­ность го­су­дар­ства. Ре­зер­вы кос­вен­но при­над­ле­жат эко­но­ми­че­ским аген­там внут­ри стра­ны, они сфор­ми­ро­ва­ны сче­та­ми субъ­ек­тов эко­но­ми­ки: пра­ви­тель­ства, экс­пор­те­ров, на­се­ле­ния. Что де­лать, ес­ли ры­нок, в ко­то­рый вы про­ин­ве­сти­ро­ва­ли, упал на 15%? Как вы бу­де­те от­ве­чать по обя­за­тель­ствам? По­это­му во всем ми­ре ре­зер­вы вкла­ды­ва­ют­ся в са­мые кон­сер­ва­тив­ные про­дук­ты. Да­же ки­тай­цы, у ко­то­рых зо­ло­то­ва­лют­ные ре­зер­вы со­став­ля­ют $3 трлн, де­ла­ют то же са­мое. Да и Но­р­веж­ский пен­си­он­ный фонд ин­ве­сти­ру­ет до­ста­точ­но кон­сер­ва­тив­но, с дол­го­сроч­ной до­ход­но­стью око­ло 4% го­до­вых, в то вре­мя как US Treausuries обыч­но при­но­сят 2–3%.

— Нет ли рис­ка, что при оче­ред­ном уже­сто­че­нии санк­ций США про­сто аре­сту­ют рос­сий­ские вло­же­ния?

— Тео­ре­ти­че­ски та­кой риск есть, но арест ре­зер­вов па­ра­ли­зу­ет внеш­не­эко­но­ми­че­скую де­я­тель­ность го­су­дар­ства и невоз­мо­жен в ка­че­стве изо­ли­ро­ван­ной ме­ры — толь­ко в со­во­куп­но­сти, в част­но­сти, с эм­бар­го на рос­сий­ский экс­порт:

Арест ре­зер­вов — ме­ра экс­тра­ор­ди­нар­ная, ко­то­рая в но­вей­шей ис­то­рии при­ме­ня­лась па­ру раз про­тив со­всем уж кан­ни­баль­ских ре­жи­мов. Рос­сия по­ка не от­но­сит­ся к чис­лу са­мых ужас­ных стран

ес­ли это про­изой­дет, у им­пор­те­ра не по­лу­чит­ся рас­пла­тить­ся за первую же ци­стер­ну рос­сий­ской неф­ти, ко­то­рая уй­дет за гра­ни­цу. Для Ев­ро­пы это до­ста­точ­но боль­шой во­прос, по­сколь­ку рос­сий­ский экс­порт за­ни­ма­ет боль­шую до­лю их рын­ка энер­го­но­си­те­лей и си­ту­а­ция не ме­ня­ет­ся и вряд ли из­ме­нит­ся в ско­ром вре­ме­ни.

С дру­гой сто­ро­ны, арест ре­зер­вов — ме­ра экс­тра­ор­ди­нар­ная, ко­то­рая в но­вей­шей ис­то­рии при­ме­ня­лась па­ру раз про­тив со­всем уж кан­ни­баль­ских ре­жи­мов. Рос­сия по­ка не от­но­сит­ся (в аме­ри­кан­ском та­бе­ле о ран­гах) к чис­лу са­мых ужас­ных стран, та­ких как Се­вер­ная Ко­рея, или про­сто ужас­ных стран, как Иран. Ско­рее ее вос­при­ни­ма­ют как стра­ну бес­по­ко­я­щую, непра­виль­ную. По­это­му и санк­ции про­тив Рос­сии по­ка ско­рее де­ко­ра­тив­ные, боль­ше по­хо­жие на мо­раль­ное дав­ле­ние и от­чет пе­ред сво­и­ми из­би­ра­те­ля­ми.

Что­бы до­бить­ся эм­бар­го и аре­ста ре­зер­вов нуж­но ак­тив­но спон­си­ро­вать меж­ду­на­род­ный тер­ро­ризм и на­пря­мую угро­жать Аме­ри­ке, да еще и быть до­ста­точ­но «ма­лень­ким», что­бы в слу­чае ес­ли санк­ции вы­зо­вут се­рьез­ные про­бле­мы, это не де­ста­би­ли­зи­ро­ва­ло бы ре­ги­он или всю пла­не­ту. Из-за тер­ри­то­ри­аль­но­го спо­ра с дру­гой, да­ле­кой от Аме­ри­ки, стра­ной, не чле­ном НАТО и не стра­те­ги­че­ским парт­не­ром США, Шта­ты та­кие санк­ции ни­ко­гда не вво­ди­ли и вряд ли бу­дут, тем бо­лее в ад­рес стра­ны, чья де­ста­би­ли­за­ция угро­жа­ет ми­ро­вой ка­та­стро­фой.

— По­пу­ляр­ная кон­спи­ро­ло­ги­че­ская тео­рия гла­сит, что мы спон­си­ру­ем эко­но­ми­ку США, по­ку­пая аме­ри­кан­ский госдолг, хо­тя мог­ли бы вло­жить эти день­ги в соб­ствен­ную стра­ну.

— Пер­вый во­прос, ко­то­рый бы я за­дал: «А кто эти мы?» Ре­зер­ва­ми управ­ля­ет Цен­траль­ный Банк. У него есть ман­дат на управ­ле­ние, от ко­то­ро­го он не мо­жет от­сту­пить. Так что к нему пре­тен­зий быть не мо­жет. Со­от­вет­ствен­но речь идет о том, что­бы из­ме­нить ман­дат, а ско­рее — за­брать у ЦБ часть или все ре­зер­вы и пе­ре­дать их неко­е­му ор­га­ну, ко­то­рый бу­дет про­из­во­дить эти вло­же­ния пу­тем кре­ди­то­ва­ния или по­куп­ки ак­ций рос­сий­ских ком­па­ний.

И вот тут на­до вспом­нить, как фор­ми­ру­ют­ся ре­зер­вы. Ре­зер­вы в ос­нов­ном рас­тут за счет пре­вы­ше­ния сумм в ва­лю­те, вы­ру­чен­ных за экс­порт над сум­ма­ми в ва­лю­те, по­тра­чен­ны­ми на им­порт. То есть некие экс­пор­те­ры вы­вез­ли то­ва­ров на Х дол­ла­ров, Х дол­ла­ров при­шло в стра­ну, осе­ло на сче­тах этих экс­пор­те­ров в бан­ках, некие им­пор­те­ры ре­ши­ли ку­пить то­ва­ров на Y дол­ла­ров, ку­пи­ли у бан­ков эти Y дол­ла­ров (а бан­ки ку­пи­ли их в свою оче­редь у экс­пор­те­ров, что­бы не брать на се­бя рис­ки от­кры­той ва­лют­ной по­зи­ции), Y дол­ла­ров ушли за гра­ни­цу, оста­лось Х ми­нус Y дол­ла­ров на сче­тах у бан­ков, бан­ки дер­жат эти дол­ла­ры на сво­их сче­тах в ЦБ, ЦБ дер­жит их, в част­но­сти, в аме­ри­кан­ском госдол­ге. То есть ре­зер­вы — это не сред­ства ЦБ, это, гру­бо го­во­ря, и не учи­ты­вая част­но­сти, сред­ства ка­ких-то экс­пор­те­ров (ну и ко­неч­но тех, кто внут­ри стра­ны про­сто ку­пил се­бе ва­лю­ту и дер­жит в бан­ках).

И сра­зу ста­но­вят­ся по­нят­ны две при­чи­ны, по­че­му го­во­рить об ис­поль­зо­ва­нии ре­зер­вов для вло­же­ния в сво­ей стране бес­смыс­лен­но. Во-пер­вых, ес­ли бы та­кие вло­же­ния бы­ли бы нуж­ны (то есть ко­му-то в Рос­сии бы­ло бы нуж­но им­пор­ти­ро­вать то­ва­ры или услу­ги сверх то­го, что и так про­ис­хо­дит — ина­че за­чем еще нуж­на ва­лю­та?), то те, ко­му эти вло­же­ния нуж­ны, взя­ли бы сред­ства в руб­лях, ку­пи­ли бы ва­лю­ту, как и осталь­ные им­пор­те­ры, и ввез­ли бы им­порт, да­же не спра­ши­вая ЦБ — ЗВР умень­ши­лись бы без вся­ко­го ре­ше­ния об из­ме­не­нии пра­вил опе­ри­ро­ва­ния с ни­ми. Ес­ли это­го не про­ис­хо­дит, зна­чит, ли­бо нет спро­са, ли­бо — средств, но средств не «из ре­зер­вов», а нор­маль­ных, вы­ра­жен­ных в руб­лях.

От­дель­но мож­но об­су­дить, на­до ли, ска­жем, да­вать льгот­ные кре­ди­ты или за­те­вать го­су­дар­ствен­ные эко­но­ми­че­ские про­ек­ты в долг (то есть кре­ди­то­вать пра­ви­тель­ство), но ре­зер­вы тут ни при чем. Во-вто­рых, пред­ставь­те се­бе, что бу­дет, ес­ли экс­пор­те­ры при­дут за сво­ей ва­лю­той, а ЦБ вло­жил ее в рос­сий­скую эко­но­ми­ку, и вме­сто лик­вид­ных аме­ри­кан­ских об­ли­га­ций она вло­же­на, на­при­мер, в стро­и­тель­ство «Зе­нит-Аре­ны», то есть ее фак­ти­че­ски нет? ЦБ при­дет­ся пе­ча­тать руб­ли и по­ку­пать ва­лю­ту на внеш­нем рын­ке — это вы­зо­вет всплеск ин­фля­ции, па­де­ние сто­и­мо­сти руб­ля и про­чие пре­ле­сти «Ве­не­су­эль­ско­го сце­на­рия». Вряд ли мы хо­тим про­во­дить та­кие экс­пе­ри­мен­ты.

— Что на­счет по­куп­ки ре­аль­ных то­ва­ров вме­сто цен­ных бу­маг? Это по­мог­ло бы рос­сий­ской эко­но­ми­ке?

— Я мо­гу толь­ко по­вто­рить: ес­ли бы субъ­ек­ту эко­но­ми­ки бы­ло что-то нуж­но, он са­мо­сто­я­тель­но взял бы ва­лют­ный кре­дит или ку­пил бы дол­ла­ры за свои руб­ли, по­шел бы на ры­нок и ку­пил этот то­вар. Это ка­са­ет­ся и пра­ви­тель­ства. В этом от­но­ше­нии ЦБ ни­как не вли­я­ет на по­ве­де­ние субъ­ек­тов эко­но­ми­ки и не мо­жет это­го де­лать — у него нет та­ко­го ман­да­та. ЦБ мо­жет толь­ко кон­сер­ва­тив­но ме­нять струк­ту­ру ре­зер­вов, но не пе­ре­на­прав­лять их на по­куп­ку ре­аль­но­го то­ва­ра. Ес­ли же са­ми субъ­ек­ты это­го не де­ла­ют, то, ви­ди­мо, по ка­ким-то при­чи­нам, не за­ви­ся­щим от ЦБ, им это не на­до. И на ко­го то­гда мы пе­ня­ем?

Есть, ко­неч­но, пра­ви­тель­ство, ко­то­рое тео­ре­ти­че­ски мо­жет взять «кре­дит на раз­ви­тие эко­но­ми­ки» у ЦБ — и есть мно­го же­ла­ю­щих толк­нуть пра­ви­тель­ство на та­кое «воль­ное» ис­поль­зо­ва­ние средств. Тут воз­ни­ка­ет са­кра­мен­таль­ный во­прос об эф­фек­тив­но­сти го­су­дар­ствен­ных трат на раз­ви­тие эко­но­ми­ки. Мы ви­дим ин­ве­сти­ции в «Рос­на­но», ОАК, «Урал­ва­гон­за­вод», си­ту­а­цию с ВЭБом, ВТБ, про­ек­ты ти­па «Си­бир­ско­го Крем­ния», да хоть «Зе­нит-Аре­ну», и так да­лее. Вез­де, где ока­зы­ва­ет­ся го­су­дар­ство, как пра­ви­ло, воз­ни­ка­ют убыт­ки, по­то­му что у го­су­дар­ствен­но­го чи­нов­ни­ка нет мо­ти­ва­ции раз­ви­вать эко­но­ми­ку: его мо­ти­ва­ция от­чи­тать­ся в срок и, ес­ли по­лу­чит­ся, за­ра­бо­тать на по­то­ке.

Ес­ли бы вло­же­ния, ко­то­рые хо­чет сде­лать го­су­дар­ство, бы­ли ре­аль­но эф­фек­тив­ны­ми, биз­нес бы сам за­нял эти ни­ши. Ес­ли же ни­кто кро­ме го­су­дар­ства не идет в тот или иной про­ект, — зна­чит, про­ект не вы­го­ден. Го­су­дар­ство мо­жет по­мочь льго­та­ми и да­же, в ред­ких и ис­клю­чи­тель­ных слу­ча­ях, до­та­ци­я­ми, но точ­но не долж­но со­зда­вать биз­не­сы. И ес­ли в Рос­сии ма­ло кто го­тов ин­ве­сти­ро­вать, по­то­му что у нас очень пло­хие ин­сти­ту­ты и пло­хое за­ко­но­да­тель­ство — за­ни­мать­ся биз­не­сом неудоб­но, до­ро­го, страш­но и так да­лее, то го­су­дар­ствен­ные ин­ве­сти­ции тем бо­лее не по­мо­гут. Вме­сто то­го что­бы тра­тить ре­зер­вы, луч­ше за­ду­мать­ся над про­бле­ма­ми биз­не­са.

— Рост зо­ло­то­ва­лют­ных ре­зер­вов ЦБ, ко­то­рый про­ис­хо­дит в этом го­ду, от­ра­жа­ет ка­кие-то по­зи­тив­ные сдви­ги в эко­но­ми­ке?

— Ди­на­ми­ка зо­ло­то­ва­лют­ных ре­зер­вов свя­за­на с ба­лан­сом по­треб­ле­ния и по­лу­че­ния ва­лю­ты в Рос­сии. Но­вые дол­ла­ры в ре­зер­вах по­яв­ля­ют­ся дву­мя ос­нов­ны­ми пу­тя­ми: ко­гда вы про­да­ли боль­ше за ва­лю­ту, а ку­пи­ли — мень­ше, и ко­гда на­се­ле­ние и ком­па­нии в стране умень­ша­ют до­лю сво­их ва­лют­ных сбе­ре­же­ний и уве­ли­чи­ва­ют до­лю руб­ле­вых.

Та­ким об­ра­зом, рост ре­зер­вов мо­жет от­ра­жать по­зи­тив­ные из­ме­не­ния в эко­но­ми­ке (экс­порт рас­тет), уве­ли­че­ние до­ве­рия к руб­лю (ин­ве­сто­ры ухо­дят из дол­ла­ра и по­ку­па­ют руб­ли) или — ухуд­ше­ние со­сто­я­ния внут­рен­не­го рын­ка (умень­ша­ет­ся им­порт).

Се­год­ня рост ре­зер­вов в боль­шой сте­пе­ни обу­слов­лен имен­но стаг­на­ци­ей эко­но­ми­ки: па­де­ни­ем по­тре­би­тель­ско­го спро­са в со­че­та­нии с па­де­ни­ем ин­фля­ции и по­то­му — ро­стом до­ве­рия к руб­лю. Уро­вень жиз­ни и по­треб­ле­ние па­да­ют, внут­рен­ние ин­ве­сти­ции ну­ле­вые — мы не за­ку­па­ем обо­ру­до­ва­ние из-за ру­бе­жа. При бо­лее или ме­нее ста­биль­ном уровне экс­пор­та мы мень­ше им­пор­ти­ру­ем. Все это вы­зы­ва­ет умень­ше­ние спро­са на ва­лю­ту. Наз­вать это улуч­ше­ни­ем эко­но­ми­ки нель­зя, раз­ве что уве­ли­че­ни­ем эко­но­мии.

В этом смыс­ле ста­биль­ность го­су­дар­ства и на­деж­ность фи­нан­со­во­го рын­ка ме­рить раз­ме­ром ре­зер­вов мож­но, а эко­но­ми­че­скую успеш­ность — нель­зя. В на­шем слу­чае рост ре­зер­вов — это ско­рее при­знак нездо­ро­вья эко­но­ми­ки.

— Что сто­ит за по­след­ни­ми дан­ны­ми Рос­ста­та о ре­корд­ном ро­сте ВВП на 2,5% во вто­ром квар­та­ле это­го го­да? На ос­но­ва­нии этих цифр мно­гие сде­ла­ли вы­вод о том, что рос­сий­ская эко­но­ми­ка, на­ко­нец, по­шла на подъ­ем.

— Квар­таль­ных ре­зуль­та­тов не бы­ва­ет — это ил­лю­зия. На та­кой ко­рот­кой пер­спек­ти­ве да­же сда­ча но­во­го ки­ло­мет­ра Кер­чен­ско­го мо­ста ме­ня­ет ВВП. Что­бы уви­деть что-то ре­аль­ное, на­до смот­реть сколь­зя­щие сред­ние за один-два го­да. Кро­ме то­го, вы­рос­ло про­из­вод­ство и це­на уг­ле­во­до­ро­дов. Год на­зад сред­няя це­на неф­ти на ми­ро­вом рын­ке бы­ла на 7% ни­же, чем во вто­ром квар­та­ле 2017 го­да. Про­из­вод­ство неф­ти вы­рос­ло при­мер­но на 1,6% (2-й квар­тал 2017-го ко 2-му квар­та­лу 2016-го), про­из­вод­ство га­за в Рос­сии за год вы­рос­ло на 7,7%. Так что у это­го ро­ста ВВП вполне ста­рые при­чи­ны — мы как бы­ли неф­тя­ной ком­па­ни­ей, так и оста­лись.

На­ко­нец, на по­ка­за­те­ли 2017 го­да дей­ству­ет и еще один фак­тор. Ко­гда в эко­но­ми­ке воз­ни­ка­ет шок, как бы­ло в 2014–2015 го­дах, по­тре­би­те­ли рез­ко от­кла­ды­ва­ют по­куп­ки. Круп­ные по­тре­би­те­ли пе­ре­но­сят пла­ны по мо­дер­ни­за­ции, мел­кие от­кла­ды­ва­ют по­куп­ки ско­во­ро­док или ав­то­мо­би­лей. Ес­ли вы рань­ше ме­ня­ли ав­то­мо­биль каж­дые 4 го­да, но из-за шо­ка при­ня­ли ре­ше­ние по­до­ждать, вы все рав­но сде­ла­е­те это — но по­том. И ко­гда вол­на за­ме­ны ав­то­мо­би­лей та­ки­ми, как вы, на­ло­жит­ся на вол­ну ре­гу­ляр­ных по­ку­пок, воз­ник­нет пик от­ло­жен­но­го спро­са. Сей­час на­сту­пил имен­но та­кой мо­мент, воз­ник пик от­ло­жен­но­го спро­са: по­тре­би­те­ли несколь­ко успо­ко­и­лись, их ожи­да­ния несколь­ко улуч­ши­лись, и они по­шли по­ку­пать то, что от­ло­жи­ли в про­шлые пе­ри­о­ды. Это, од­на­ко, не зна­чит, что рост спро­са устой­чив. Прой­дет вол­на, он про­дер­жит­ся еще неко­то­рое вре­мя, но по­том мы вер­нем­ся к ре­аль­ной кри­вой, а она мед­лен­но спол­за­ет вниз, вслед за па­да­ю­щи­ми до­хо­да­ми.

Тем временем ин­декс про­мыш­лен­но­го про­из­вод­ства без уг­ле­во­до­ро­дов в Рос­сии па­да­ет на 2% уже несколь­ко лет, ре­аль­ные до­хо­ды до­мо­хо­зяйств по ито­гам го­да опу­стят­ся еще на 2–3%. Так что го­во­рить о том, что мы вы­шли из ре­цес­сии, я бы не стал.

В на­шем слу­чае рост ре­зер­вов — это ско­рее при­знак нездо­ро­вья эко­но­ми­ки

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.