Мир­ная тро­па все уже и уже

Лю­бое кон­фликт­ное уре­гу­ли­ро­ва­ние невоз­мож­но без вы­стра­и­ва­ния ком­про­мисс­ной кон­струк­ции

Novaya Gazeta - - МАНЕВРЫ - Ан­дрей ЛИПСКИЙ обо­зре­ва­тель «Но­вой»

Глав­ный во­прос — спо­соб­ству­ют ли про­шед­шие пер­вое чте­ние за­ко­ны мир­но­му уре­гу­ли­ро­ва­нию в Дон­бас­се? При­бли­жа­ют ли они за­яв­лен­ную в них ре­аль­ную ре­ин­те­гра­цию Во­сточ­но­го Дон­бас­са? На оба вопроса при­хо­дит­ся от­ве­тить от­ри­ца­тель­но.

Лю­бое кон­фликт­ное уре­гу­ли­ро­ва­ние невоз­мож­но без вы­стра­и­ва­ния ком­про­мисс­ной кон­струк­ции. Для это­го нуж­ны: пе­ре­го­вор­ные ме­ха­низ­мы, го­тов­ность ве­сти диа­лог со все­ми яв­ны­ми и неяв­ны­ми участ­ни­ка­ми кон­флик­та (да­же ес­ли они так непри­ят­ны, что про­сто «ку­шать не хо­чет­ся»), из­бе­жа­ние вы­став­ле­ния усло­вий, за­ве­до­мо и ка­те­го­ри­че­ски непри­ем­ле­мых для парт­не­ров по пе­ре­го­во­рам, ре­аль­ная и чест­ная оцен­ка си­ту­а­ции, а не про­па­ган­дист­ский сур­ро­гат для внут­рен­не­го и/или внеш­не­го ис­поль­зо­ва­ния.

Ме­ха­низ­мы фор­маль­но есть — это «нор­манд­ский фор­мат» и Кон­такт­ная груп­па. В их рам­ках (дру­гих нет) тео­ре­ти­че­ски воз­мож­но про­дви­гать уре­гу­ли­ро­ва­ние, при­чем на ос­но­ве един­ствен­ной су­ще­ству­ю­щей в на­ли­чии и при­знан­ной как участ­ни­ка­ми кон­флик­та, так и га­ран­та­ми уре­гу­ли­ро­ва­ния плат­фор­мы — 13 со­гла­со­ван­ных в фев­ра­ле 2015 го­да пунк­тов Мин­ско­го про­то­ко­ла. Прав­да, ни­что уже боль­ше двух лет не «про­дви­га­ет­ся» — нет для это­го до­ста­точ­ной по­ли­ти­че­ской во­ли сто­рон (как офи­ци­аль­ных, так и «скры­тых»). За­то есть же­ла­ние об­ви­нять друг дру­га в невы­пол­не­нии или ис­ка­же­нии Мин­ских до­го­во­рен­но­стей. Есть, прав­да, важ­ное до­сти­же­ние — нет ши­ро­ко­мас­штаб­ных во­ору­жен­ных столк­но­ве­ний.

С осталь­ны­ми ком­по­нен­та­ми непре­мен­ных усло­вий уре­гу­ли­ро­ва­ния все со­всем пло­хо. Нет ни ре­аль­ной оцен­ки со­бы­тий, ни го­тов­но­сти к уступ­кам и пря­мым пе­ре­го­во­рам с «непри­ят­ны­ми» со­бе­сед­ни­ка­ми, ни от­ка­за от за­ве­до­мо непри­ем­ле­мых пред­ло­же­ний. При­чем это ка­са­ет­ся всех сто­рон кон­флик­та, в том чис­ле тех, что та­ко­вы­ми се­бя не счи­та­ют.

К со­жа­ле­нию, при­ня­тые в пер­вом чте­нии укра­ин­ские за­ко­но­про­ек­ты узень­кую, еле за­мет­ную тро­пин­ку к ком­про­мис­су де­ла­ют еще уже. И де­ло да­же не столь­ко в ри­ту­аль­ном пуб­лич­ном непри­я­тии по­ло­же­ний этих за­ко­но­про­ек­тов Крем­лем и дон­бас­ски­ми се­па­ра­ти­ста­ми — это вполне тра­ди­ци­он­ная их ре­ак­ция на лю­бые ини­ци­а­ти­вы Ки­е­ва (как, впро­чем, и на­обо­рот — та­ко­ва же ре­ак­ция Ки­е­ва на лю­бые пред­ло­же­ния Моск­вы и се­па­ра­ти­стов «ДНР—ЛНР»).

Де­ло в том, что в «ре­ин­те­гра­ци­он­ных» за­ко­но­про­ек­тах не про­гля­ды­ва­ют пу­ти к соб­ствен­но ре­ин­те­гра­ции, за­то мно­го та­ко­го, что де­ла­ет по­иск ра­зум­но­го ком­про­мис­са для воз­вра­ще­ния Во­сточ­но­го Дон­бас­са в Укра­и­ну еще бо­лее труд­ным. Рас­смот­рим са­мые опас­ные для пер­спек­тив уре­гу­ли­ро­ва­ния «но­вел­лы».

При­зна­ние са­мо­про­воз­гла­шен­ных рес­пуб­лик тер­ри­то­ри­я­ми, «вре­мен­но ок­ку­пи­ро­ван­ны­ми» Рос­си­ей вслед­ствие ее «агрес­сии» про­тив Укра­и­ны. Хо­тя опре­де­ле­ние «стра­ны-агрес­со­ра» уже ис­поль­зо­ва­лось в от­но­ше­нии Рос­сии в до­ку­мен­тах Вер­хов­ной ра­ды, а так­же в пуб­лич­ных по­ли­ти­че­ских за­яв­ле­ни­ях укра­ин­ских по­ли­ти­ков и укра­ин­ской про­па­ган­де, Рос­сия как «стра­на-агрес­сор» впер­вые фи­гу­ри­ру­ет в укра­ин­ском за­ко­но­да­тель­ном ак­те. Экс­пер­ты счи­та­ют, что кро­ме про­па­ган­дист­ско­го эф­фек­та, «ра­бо­ты на элек­то­рат» и воз­дей­ствия на умо­на­стро­е­ния за­пад­ных со­юз­ни­ков это нуж­но Укра­ине, на­при­мер, что­бы из­бе­жать вы­дви­же­ния ка­ких-ли­бо юри­ди­че­ских пре­тен­зий со сто­ро­ны граж­дан, про­жи­ва­ю­щих на непод­кон­троль­ных ей тер­ри­то­ри­ях До­нец­кой и Лу­ган­ской об­ла­стей (ОРДЛО). В меж­ду­на­род­ных су­дах уже на­хо­дит­ся несколь­ко ты­сяч ис­ков граж­дан, про­жи­ва­ю­щих в ОРДЛО, на дей­ствия укра­ин­ских вла­стей и во­ен­ных (ги­бель род­ствен­ни­ков, раз­ру­ше­ние до­мов, уте­ря иму­ще­ства). Ес­ли же Рос­сия стра­на-агрес­сор, то все пре­тен­зии ис­клю­чи­тель­но к ней.

Од­на­ко воз­ни­ка­ет опас­ная юри­ди­че­ская кол­ли­зия, ко­то­рая спо­соб­на тор­пе­ди­ро­вать Минск-2. По­лу­ча­ет­ся, что Рос­сия яв­ля­ет­ся од­но­вре­мен­но и «агрес­со­ром», и од­ним из га­ран­тов Мин­ских со­гла­ше­ний — на­ря­ду с Гер­ма­ни­ей и Фран­ци­ей. Кста­ти, за­пад­ные участ­ни­ки «нор­манд­ско­го фор­ма­та», по­ни­мая юри­ди­че­ские тон­ко­сти, ни­ко­гда не на­зы­ва­ли Рос­сию «сто­ро­ной кон­флик­та» в от­но­ше­нии си­ту­а­ции в Дон­бас­се (при этом счи­тая «ан­нек­си­ей» при­со­еди­не­ние Кры­ма, но Крым не фи­гу­ри­ру­ет в Мин­ских до­го­во­рен­но­стях), пред­по­чи­тая име­но­вать ее сто­ро­ной, «ко­то­рая вли­я­ет на си­ту­а­цию в Дон­бас­се» и мо­жет ока­зы­вать дав­ле­ние на се­па­ра­ти­стов.

2. Ис­клю­че­ние из пер­во­на­чаль­ной вер­сии ста­тьи 7 за­ко­на «О ре­ин­те­гра­ции» пря­мой ссыл­ки на мин­ский про­цесс. Это се­рьез­ный ре­ве­ранс в сто­ро­ну той зна­чи­тель­ной ча­сти укра­ин­ско­го об­ще­ства и по­ли­ти­че­ско­го клас­са, ко­то­рая счи­та­ет Минск-2 вред­ной для ин­те­ре­сов Укра­и­ны вы­нуж­ден­ной уступ­кой «агрес­со­ру». Не­слу­чай­но рос­сий­ские по­ли­ти­ки и про­па­ган­да об­ру­ши­лись в ос­нов­ном на устра­не­ние со­от­вет­ству­ю­ще­го пас­са­жа из за­ко­но­про­ек­та. Впро­чем, его ав­то­ры, по­ни­ма­ю­щие, что пол­ное от­сут­ствие от­сыл­ки к Мин­ску вряд ли по­ра­ду­ет за­пад­ных парт­не­ров по «нор­манд­ско­му фор­ма­ту», сде­ла­ли юри­ди­че­ский трюк. Пря­мое упо­ми­на­ние Мин­ска изъ­ято, но вме­сто него есть ссыл­ка на ре­зо­лю­цию Сов­беза ООН по Дон­бас­су от 17 фев­ра­ля 2015 го­да, в ко­то­рой речь идет о под­держ­ке Мин­ских со­гла­ше­ний и необ­хо­ди­мо­сти их пре­тво­ре­ния в жизнь все­ми сто­ро­на­ми. Од­на­ко пол­но­стью по­до­зре­ния в от­ка­зе Ки­е­ва от Мин­ских со­гла­ше­ний это снять не мо­жет — мол, ес­ли вы им при­вер­же­ны, то по­че­му же не ска­зать об этом впря­мую?

3. Про­дле­ние за­ко­на об осо­бом ста­ту­се Дон­бас­са.

При­ня­тие в пер­вом чте­нии за­ко­но­про­ек­та о про­дле­нии на год за­ко­на об осо­бом ста­ту­се Дон­бас­са (при­ня­то­го Ра­дой еще осе­нью 2014 го­да) вно­сит в про­це­ду­ру его вве­де­ния в дей­ствие весь­ма су­ще­ствен­ную по­прав­ку, ко­то­рая ни­как не мо­жет устро­ить се­па­ра­ти­стов. Пол­но­стью из­ме­не­на ста­тья 10 это­го за­ко­на (о пе­ре­ход­ных по­ло­же­ни­ях), в ко­то­рой — в со­от­вет­ствии с Мин­ски­ми до­го­во­рен­но­стя­ми — осо­бый по­ря­док ре­а­ли­зу­ет­ся ор­га­на­ми мест­но­го са­мо­управ­ле­ния, из­бран­ны­ми на вы­бо­рах. Те­перь же в ка­че­стве ос­нов­но­го усло­вия вступ­ле­ния в си­лу за­ко­на ука­зы­ва­ет­ся вы­вод «всех неза­кон­ных во­ору­жен­ных фор­ми­ро­ва­ний и во­ен­ной тех­ни­ки, а так­же бо­е­ви­ков и на­ем­ни­ков». С точ­ки зре­ния Ки­е­ва — это во­ору­жен­ные фор­ми­ро­ва­ния се­па­ра­ти­стов. Но по­нят­но, что они ни при ка­ких усло­ви­ях не пой­дут на ро­спуск сво­их фор­ми­ро­ва­ний, ес­ли не бу­дут до это­го про­ве­де­ны ам­ни­стия «участ­ни­ков со­бы­тий» и мест­ные вы­бо­ры.

По­лу­ча­ет­ся, что Рос­сия яв­ля­ет­ся од­но­вре­мен­но и «агрес­со­ром», и од­ним из га­ран­тов Мин­ских со­гла­ше­ний — на­ря­ду с Гер­ма­ни­ей и Фран­ци­ей

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.