Че­ло­век идеи

Novaya Gazeta - - ЛЮБИМЫЕ ЛЮДИ - Юлия ЛАТЫНИНА, обо­зре­ва­тель «Но­вой»

ок­тяб­ря в Лос-Ан­дже­ле­се умер ака­де­мик В.В. Ива­нов — линг­вист, ан­тро­по­лог, се­ми­о­тик, один из ос­но­ва­те­лей Тар­тус­кой шко­лы и один из по­след­них в ми­ре уче­ных воз­рож­ден­че­ско­го ти­па. Он был че­ло­ве­ком, ко­то­рый про­фес­си­о­наль­но раз­би­рал­ся в са­мых да­ле­ких друг от дру­га об­ла­стях на­у­ки: от ма­шин­но­го пе­ре­во­да до ан­тро­по­ло­гии; от фи­зио­ло­ги­че­ских осо­бен­но­стей стро­е­ния го­лов­но­го моз­га до про­ис­хож­де­ния ин­до­ев­ро­пей­цев, — сло­вом, от ке­тов до хет­тов.

То есть от кет­ских па­лео­ази­ат­ских язы­ков, на ко­то­рых го­во­рят вы­ми­ра­ю­щие на­ро­ды на Ени­сее (Вя­че­слав Все­во­ло­до­вич ез­дил ту­да в экс­пе­ди­ции и за­пи­сы­вал язы­ки и мифы), до хетт­ско­го язы­ка, на ко­то­ром в XIII ве­ке до н.э. го­во­ри­ли в Хетт­ском цар­стве — сверх­дер­жа­ве то­гдаш­не­го Древ­не­го Во­сто­ка. Как-то, пом­ню, Вя­че­слав Все­во­ло­до­вич ска­зал мне, что у них в Лос-Ан­дже­ле­се есть ма­лень­кое со­об­ще­ство зна­то­ков хетт­ско­го язы­ка, и они ино­гда со­би­ра­ют­ся и го­во­рят по­хетт­ски.

Он был мо­им на­уч­ным ру­ко­во­ди­те­лем. Кто-то по­шу­тил, что Латынина хо­ро­шо под­го­тов­ле­на к то­му, что­бы за­ни­мать­ся со­вре­мен­ной рос­сий­ской эко­но­ми­кой, — она изу­ча­ла ми­фо­ло­гию у Ива­но­ва.

Как-то ему в Крем­ле вру­ча­ли как вы­да­ю­ще­му­ся уче­но­му цац­ку, и он, с ака­де­ми­че­ским спо­кой­стви­ем, спро­сил Пу­ти­на про Хо­дор­ков­ско­го.

Но я бы хо­те­ла рас­ска­зать о неко­то­рых дру­гих ве­щах, ко­то­рые мы с ним об­суж­да­ли на пра­вах про­фес­со­ра и уче­ни­цы, а так­же на пра­вах со­се­дей: так по­лу­чи­лось, что жи­ли мы стен­ка в стен­ку, и от пе­чаль­ной га­зо­вой ата­ки, ко­то­рая в этом го­ду вы­гна­ла ме­ня и мо­их родителей на улицу в два ча­са но­чи, по­стра­да­ли так­же род­ствен­ни­ки Ива­но­ва. Сам он в этот год в Рос­сию, по со­сто­я­нию здо­ро­вья, не при­е­хал. Ина­че бы и ему при­ва­ли­ло. Как бы его, со­хра­нив­ше­го аб­со­лют­ную жи­вость ума и па­мя­ти, но все­гда пло­хо пе­ре­дви­гав­ше­го­ся, а к де­вя­но­ста го­дам — осо­бен­но, — эва­ку­и­ро­ва­ли на­ру­жу, и ка­кие бы­ли б по­след­ствия, — не пред­став­ляю.

Так вот: от га­зо­вой ата­ки к ан­тро­по­ло­гии. У Вя­че­сла­ва Все­во­ло­до­ви­ча, имен­но как у ан­тро­по­ло­га и куль­ту­ро­ло­га, бы­ло несколь­ко важ­ных идей, свя­зан­ных с непри­я­ти­ем дик­та­ту­ры.

Во-пер­вых, он счи­тал, что у выс­ших обе­зьян — то есть на­ших бли­жай­ших род­ствен­ни­ков шим­пан­зе, го­рилл и оран­гу­та­нов — силь­но умень­ше­на роль аль­фа-сам­ца. Это мо­жет по­ка­зать­ся стран­ным, по­то­му что возь­ми­те лю­бую кни­гу Джейн Гу­долл, и вы най­де­те там убе­ди­тель­ное опи­са­ние аль­фа-сам­ца. Но тут все познается в срав­не­нии. У низ­ших обе­зьян аль­фа-са­мец дей­стви­тель­но очень яр­ко вы­ра­жен. Что же ка­са­ет­ся шим­пан­зе, то у них речь идет ско­рее о ко­а­ли­ции. Аль­фа-са­мец прак­ти­че­ски ни­ко­гда не мо­жет по­лу­чить власть, ес­ли не бу­дет всту­пать в слож­ные по­ли­ти­че­ские со­ю­зы. По­нят­но зна­че­ние это­го об­сто­я­тель­ства для ор­га­ни­за­ции вла­сти у че­ло­ве­че­ства.

Во-вто­рых, Вя­че­сла­ву Все­во­ло­до­ви­чу очень до­ро­го бы­ло то об­сто­я­тель­ство, что в пер­вых го­ро­дах че­ло­ве­че­ства нет цар­ских двор­цов. Эта вещь сколь и уди­ви­тель­ная, столь и ар­хео­ло­ги­че­ски до­ка­зан­ная. Цар­ских двор­цов нет ни в древ­ней­ших сло­ях Ие­ри­хо­на — воз­мож­но, пер­во­го го­ро­да в ис­то­рии че­ло­ве­че­ства, ни в Ча­тал-Гу­ю­ке, ни в древ­ней­ших сло­ях шу­мер­ских городов, ни в до­ин­до­ев­ро­пей­ских го­ро­дах Ин­дии, на­при­мер, Мо­хен­джо-Да­ро.

И это, ра­зу­ме­ет­ся, не слу­чай­но — в шу­мер­ских го­ро­дах не бы­ло ца­рей в при­выч­ном для нас смыс­ле сло­ва. За­то в них бы­ли жре­цы и хра­мы. Го­род был ор­га­ни­зо­ван по очень жест­ким са­краль­ным пра­ви­лам. Что же до по­ли­ти­че­ской жиз­ни, то ее ре­гу­ли­ро­ва­ло со­бра­ние (как пра­ви­ло, со­бра­ние ста­рей­шин и со­бра­ние во­и­нов) и вы­бор­ный гла­ва. Шу­мер­ское «лу­галь», ко­то­рое обыч­но пе­ре­во­дят как «царь», с немень­шим ос­но­ва­ни­ем мож­но пе­ре­ве­сти как «президент». Гиль­га­меш, вполне ре­аль­ное ис­то­ри­че­ское ли­цо, пра­вив­ший в ХХVII в. до н.э. в го­ро­де Уру­ке, был лу­га­лем, а не ца­рем Уру­ка, и эпос о Гиль­га­ме­ше опи­сы­ва­ет, как в де­ле вой­ны с го­ро­дом Киш он со­ве­ту­ет­ся с мест­ным двух­па­лат­ным пар­ла­мен­том. Дру­гое де­ло, что лу­га­ли, как и мно­гие пре­зи­ден­ты, лю­би­ли ста­но­вить­ся по­жиз­нен­ны­ми и да­же на­след­ствен­ны­ми.

С этим, са­краль­ным, прин­ци­пом ор­га­ни­за­ции пер­во­на­чаль­ных городов-го­су­дарств бы­ла свя­за­на еще од­на ар­хео­ло­ги­че­ская на­ход­ка, чрез­вы­чай­но вдох­нов­ляв­шая Вя­че­сла­ва Все­во­ло­до­ви­ча — речь идет о Гё­бек­лиТе­пе.

Это необык­но­вен­ное ар­хео­ло­ги­че­ское от­кры­тие бы­ло сде­ла­но со­всем недав­но, в 1996 го­ду, ар­хео­ло­гом Клау­сом Шмид­том. О нем мно­го го­во­рит­ся в на­де­лав­шей шу­ма кни­ге Но­э­ля Юва­ля Ха­ра­ри «Крат­кая история че­ло­ве­че­ства». Клаус Шмидт ко­пал холм, на­хо­див­ший­ся в Юго-Во­сточ­ной Ана­то­лии, то есть ров­но в том ме­сте, где на­ча­лась нео­ли­ти­че­ская ре­во­лю­ция: бли­жай­ший род­ствен­ник од­но­го из ви­дов одо­маш­нен­ной че­ло­ве­ком пше­ни­цы до сих пор про­из­рас­та­ет в ди­ком ви­де в го­рах в 20 ми­лях от­ту­да.

Шмидт рас­ко­пал ги­гант­ский са­краль­ный ком­плекс из со­тен ко­лонн, укра­шен­ных зо­оморф­ны­ми изоб­ра­же­ни­я­ми; мно­гие ко­лон­ны вен­ча­ли Т-об­раз­ные по­пе­ре­чи­ны из из­вест­ня­ка. Ну и что, спросите вы? Че­ло­ве­че­ство стро­и­ло хра­мы и кру­че. Но де­ло в том, что рас­ко­пан­ная часть Гё­бек­ли-Те­пе да­ти­ру­ет­ся 10—8-ми ты­ся­че­ле­ти­я­ми до н.э.; ни­же рас­по­ла­га­ют­ся слои, ко­то­рые, пред­по­ло­жи­тель­но, древ­нее на 3—4 ты­ся­че­ле­тия. Ина­че го­во­ря, этот ги­гант­ский куль­то­вый центр воз­ве­ден охот­ни­ка­ми и со­би­ра­те­ля­ми.

Гё­бек­ли-Те­пе опро­вер­га­ет все, что мы зна­ли о нео­ли­ти­че­ской ре­во­лю­ции. Мы все­гда счи­та­ли, что че­ло­ве­че­ство сна­ча­ла на­учи­лось се­ять пше­ни­цу, по­сле это­го уве­ли­чи­лась плот­ность на­се­ле­ния, по­яви­лись из­лиш­ки про­дук­та, на­ча­лось социальное рас­сло­е­ние, и жре­цы ста­ли стро­ить хра­мы. Имен­но так — в рус­ле стро­го­го ма­те­ри­а­лиз­ма — пред­став­лял се­бе нео­ли­ти­че­скую ре­во­лю­цию изоб­ре­та­тель это­го тер­ми­на ар­хео­лог и марк­сист Гор­дон Чайлд.

Гё­бек­ли-Те­пе по­ка­зы­ва­ет, что де­ло об­сто­я­ло на­обо­рот. Че­ло­ве­че­ство сна­ча­ла стро­и­ло хра­мы, а точ­нее, то, что в Би­б­лии на­зы­ва­ет­ся мас­се­бот — стол­пы для по­кло­не­ния. Для то­го что­бы по­стро­ить храм, на­до бы­ло со­брать в од­ном ме­сте огром­ные, по мер­кам со­би­ра­тель­ской эко­но­ми­ки, груп­пы. И, что­бы эти груп­пы мог­ли чем-то пи­тать­ся, пришлось на­учить­ся се­ять зер­но.

Ива­но­ва очень вдох­нов­ля­ла эта идея — что че­ло­ве­че­ство ста­ло объ­еди­нять­ся в огром­ные груп­пы имен­но на ос­но­ве идеи. Это, кста­ти, еще од­но важ­ное от­ли­чие че­ло­ве­ка от шим­пан­зе.

Он был че­ло­ве­ком, ко­то­рый про­фес­си­о­наль­но раз­би­рал­ся в са­мых да­ле­ких друг от дру­га об­ла­стях на­у­ки: от ма­шин­но­го пе­ре­во­да до ан­тро­по­ло­гии; от фи­зио­ло­ги­че­ских осо­бен­но­стей стро­е­ния го­лов­но­го моз­га до про­ис­хож­де­ния ин­до­ев­ро­пей­цев, — сло­вом, от ке­тов до хет­тов

Де­ло в том, что по­ве­де­ние че­ло­ве­ка в неболь­ших кол­лек­ти­вах очень ма­ло от­ли­ча­ет­ся от по­ве­де­ния шим­пан­зе в стае. Раз­ни­ца меж­ду че­ло­ве­ком и шим­пан­зе начинается то­гда, ко­гда кол­лек­тив ста­но­вит­ся боль­шим. Шим­пан­зе обыч­но жи­вут ста­я­ми по 25—30 осо­бей (в ис­клю­чи­тель­ных слу­ча­ях — до 100). Стая боль­ше­го раз­ме­ра тут же рас­па­да­ет­ся. Че­ло­век мо­жет лег­ко со­брать­ся в со­об­ще­ство из де­ся­ти или ста ты­сяч, мил­ли­о­на и боль­ше осо­бей. И каж­дое та­кое со­об­ще­ство ор­га­ни­зо­ва­но иде­ей. Иде­ей бо­га, де­мон­стра­ции, кон­цер­та, ар­мии, ком­мер­че­ской ком­па­нии, на­ции, го­су­дар­ства — че­го угод­но. Но — иде­ей.

Вя­че­слав Все­во­ло­до­вич счи­тал, что лю­дей по-на­сто­я­ще­му объ­еди­ня­ют идеи, а не во­жди. И что имен­но идеи да­ют че­ло­ве­че­ству кон­ку­рент­ное пре­иму­ще­ство.

На этом, соб­ствен­но, и ос­но­вы­ва­лось его глу­бо­кое от­ча­я­ние при ви­де то­го, что про­ис­хо­дит с на­шей стра­ной.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.