ȼɟɫɧɚ, ɬɭɫɨɜɤɚ, ɩɪɢɝɨɜɨɪ

ЭТО ПО­КО­ЛЕ­НИЕ БО­ЛЕЕ ЧЕЛОВЕЧНОЕ ПО ОТ­НО­ШЕ­НИЮ — К ЛЮ­ДЯМ К ДРУ­ГИМ, К ПОЖИЛЫМ, К ОСОБЕННЫМ

Novaya Gazeta - - ПОРТРЕТ ЯВЛЕНИЯ - Алек­сей МАКАРОВ За­пи­са­ла Ири­на ЛУКЬЯНОВА Фо­то Ан­ны РОДИОНОВОЙ

Алек­сей Макаров — учи­тель об­ще­ст­во­зна­ния, со­труд­ник «Ме­мо­ри­а­ла» и пра­во­за­щит­ник. По­это­му ему ча­ще дру­гих приходится кон­суль­ти­ро­вать под­рост­ков, ко­то­рые вы­хо­дят на ули­цы и пло­ща­ди: в этой си­ту­а­ции непо­ни­ма­ние сво­их прав до­ро­го­го сто­ит. Чем от­ли­ча­ет­ся ны­неш­няя вес­на улич­ных про­те­стов от про­шлой? Дей­стви­тель­но ли ме­сто взрос­лых за­ня­ли под­рост­ки? Что про­ис­хо­дит с те­ми детьми, ко­то­рые по­па­да­ют в поле зре­ния пра­во­охра­ни­тель­ных ор­га­нов?

«Не мо­гу ска­зать, что про­цент про­те­сту­ю­щих вы­ше сре­ди под­рост­ков — про­сто они за­мет­нее ви­зу­аль­но. Они еще ве­рят, что си­сте­му мож­но и нуж­но ме­нять, у них еще нет ра­бо­ты, ко­то­рую мож­но по­те­рять, нет се­мьи, за ко­то­рую они от­ве­ча­ют. Но у них то­же есть цен­но­сти, ко­то­рые для них важ­ны, — и они бу­дут ис­кать, где эти цен­но­сти то­же бу­дут счи­тать­ся важ­ны­ми.

Что это за цен­но­сти? Преж­де все­го сво­бо­да — в ши­ро­ком по­ни­ма­нии сло­ва: от сво­бо­ды ин­тер­не­та до сво­бо­ды пред­при­ни­ма­тель­ства. С дру­гой сто­ро­ны, им важ­но, что­бы в об­ще­стве мож­но бы­ло ком­форт­но су­ще­ство­вать вне за­ви­си­мо­сти от то­го, ка­кой ты: при­над­ле­жишь ли ты к мень­шин­ствам, ка­кие у те­бя есть осо­бен­но­сти, есть ли у те­бя ка­кие-то рас­строй­ства. Мне ка­жет­ся, это по­ко­ле­ние бо­лее человечное по от­но­ше­нию к дру­гим лю­дям — к дру­гим, к пожилым, к особенным.

От­ли­чий от про­шло­го го­да в ны­неш­нем про­тестном се­зоне я по­чти не за­ме­тил. Под­рост­ков на ули­цы по-преж­не­му вы­хо­дит мно­го, но те­ма про­те­ста сме­ни­лась: борь­ба за сво­бо­ду ин­тер­не­та, за Telegram — это ско­рее не по­вод, а симп­том об­ще­го недо­воль­ства си­ту­а­ци­ей.

Впро­чем, я ду­маю, что на ули­цы вы­хо­дят не толь­ко те, кто недо­во­лен неспра­вед­ли­во­стью. Все­гда есть та­кие, ко­го мо­би­ли­зу­ет не по­вест­ка, а оберт­ка про­те­стов: это кру­то, это мод­но, это не страш­но, это ве­се­ло — ура, все вы­хо­дим. Нель­зя, мне ка­жет­ся, недо­оце­ни­вать роль вес­ны и хо­ро­шей по­го­ды в про­тестном дви­же­нии: пер­вый теп­лый день, центр Моск­вы, хо­ро­шая ком­па­ния, мож­но по­ту­со­вать­ся. А вот что ка­са­ет­ся ци­нич­но­го ис­поль­зо­ва­ния мо­ло­де­жи — мне ка­жет­ся, что до­ста­точ­но вдум­чи­во про­чи­тать ин­тер­вью Лео­ни­да Волкова в «Но­вой га­зе­те», что­бы по­нять, кто и в ка­кой ме­ре бе­рет на се­бя от­вет­ствен­ность за тех, кто вы­хо­дит на ак­ции.

К со­жа­ле­нию, об­щей кар­ти­ны то­го, что про­ис­хо­дит с подростками по­сле за­дер­жа­ний, тол­ком пред­ста­вить нель­зя: по на­шим за­ко­нам имя несо­вер­шен­но­лет­не­го нель­зя на­зы­вать в пуб­ли­ка­ции, по­это­му труд­но со­би­рать ин­фор­ма­цию. За ис­клю­че­ни­ем от­дель­ных экс­цес­сов, за­дер­жан­ных на ми­тин­ге обыч­но ожи­да­ет раз­би­ра­тель­ство в ко­мис­сии по де­лам несо­вер­шен­но­лет­них; воз­раст их спа­са­ет, штра­фы вы­пи­сы­ва­ют не ги­гант­ские.

А вот со­вер­шен­но­лет­ним участ­ни­кам ми­тин­гов обыч­но нуж­на стан­дарт­ная пра­во­вая по­мощь (объ­яс­не­ние, ко­пии ка­ких до­ку­мен­тов долж­ны вы­дать, как по­смот­реть де­ло, ка­кие хо­да­тай­ства и как по­да­вать), но преж­де все­го нуж­на мо­раль­ная под­держ­ка. Вз­рос­лый ак­ти­вист, у ко­то­ро­го за пле­ча­ми два де­сят­ка за­дер­жа­ний, уже

ВНЕКЛАССНЫЙ ЧАС

не хо­дит на су­ды, зна­ет, что суд его все рав­но оштра­фу­ет. А те, ко­го за­дер­жи­ва­ют в пер­вый раз, не зна­ют, что де­лать, впер­вые стал­ки­ва­ют­ся с су­дом — и под­держ­ка им нуж­на про­сто для то­го, что­бы они не оста­ва­лись од­ни в за­ле су­да. А боль­ше тол­ку прак­ти­че­ски ни­ка­ко­го: все рав­но при­го­во­ры стан­дарт­ные.

В ОВД-Ин­фо во вре­мя ми­тин­гов, ко­гда про­ис­хо­дят мас­со­вые за­дер­жа­ния, ра­бо­та­ют юрист и ко­ор­ди­на­тор, ко­то­рый от­прав­ля­ет ту­да, где со­всем все пло­хо, кон­крет­ные об­ще­ствен­ные ор­га­ни­за­ции (на­при­мер, ОНК) или му­ни­ци­паль­ных де­пу­та­тов. А вот на ста­дии су­дов у пра­во­за­щит­ных ор­га­ни­за­ций нет ре­сур­сов, что­бы по­мочь каж­до­му: по­сле ми­тин­га бу­дут сот­ни су­дов с пред­ска­зу­е­мым ре­зуль­та­том, и ор­га­ни­зо­вать за­щи­ту для каж­до­го не очень ре­аль­но. За­то су­ще­ству­ет Шко­ла об­ще­ствен­но­го за­щит­ни­ка (сов­мест­ный про­ект «Ру­си си­дя­щей» и Са­ха­ров­ско­го цен­тра), и ес­ли ты ак­ти­вен, то на­до прой­ти эту шко­лу, что­бы знать, как за­щи­щать се­бя, не при­бе­гая к про­фес­си­о­наль­ной по­мо­щи, — кро­ме осо­бо слож­ных слу­ча­ев.

А са­мое глав­ное, мне ка­жет­ся, — ес­ли не да­вать мо­ло­дым лю­дям воз­мож­ность ле­галь­но вы­хо­дить на ми­тин­ги, они ра­ди­ка­ли­зу­ют­ся. И, учи­ты­вая ак­тив­ность ФСБ, мы мо­жем по­лу­чить еще мно­го но­вых дел вро­де де­ла «Но­во­го ве­ли­чия».

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.