На­сле­дие

Ру­ки доб­рой во­ли. Фран­цуз­ские во­лон­те­ры ре­ста­ври­ру­ют рос­сий­ские па­мят­ни­ки

Ogonyok - - В НОМЕРЕ - Ан­на Са­бо­ва

НА ФОНЕ РАЗМАШИСТЫХ РА­БОТ ПО ПЕРЕУСТРОЙСТВУ МОСК­ВЫ И ЦЕ­ЛО­ГО БУКЕТА ОТ­КРЫ­ТИЙ И СКАН­ДА­ЛОВ, СВЯ­ЗАН­НЫХ С НИ­МИ, ЭТА АРХЕОЛОГИЧЕСКАЯ ПРЕ­МЬЕ­РА ПРО­ШЛА НЕЗАМЕЧЕННОЙ. А ОНА, УВЕ­РЯ­ЮТ ПРО­ФЕС­СИ­О­НА­ЛЫ, ЗНАЧИМА: К РЕСТАВРАЦИИ ДОНСКОГО МОНАСТЫРЯ И ДО­МА ПАЛИБИНА (НА­ЧА­ЛО XIX ВЕ­КА) ВПЕР­ВЫЕ ПРИСОЕДИНИЛИСЬ ФРАН­ЦУЗ­СКИЕ ВО­ЛОН­ТЕ­РЫ. «ОГО­НЕК» ИЗУЧИЛ ЭТОТ ОПЫТ, ЧТО­БЫ ПО­НЯТЬ, ПО­ЧЕ­МУ В ГРАЖ­ДАН­СКОМ ОБ­ЩЕ­СТВЕ ИС­ТО­РИЮ ДА­ЮТ ТРОГАТЬ СВО­И­МИ РУ­КА­МИ

Ло­мать — не стро­ить: ка­мен­ные сте­ны кре­по­сти, по­стра­дав­шие от бом­бе­жек еще в Первую ми­ро­вую, раз­ру­ша­лись так быст­ро, что вла­сти мах­ну­ли ру­кой и про­да­ли па­мят­ник. По­ку­па­те­ли же пред­при­им­чи­во пре­вра­ти­ли его в от­кры­тый ка­рьер — ты­ся­че­лет­ние кам­ни при­ня­лись вы­во­зить для стро­и­тель­ных нужд. И вот, ко­гда от ста­рин­ной кре­по­сти остал­ся лишь гроз­ный си­лу­эт на хол­ме, на по­мощь при­шли мест­ные жи­те­ли. Обу­стро­и­ли ла­герь, про­ду­ма­ли куль­тур­но­раз­вле­ка­тель­ную про­грам­му и по­зва­ли мо­ло­дежь сов­ме­щать при­ят­ное с по­лез­ным: про­ве­сти ле­то сре­ди жи­во­пис­ных окрест­но­стей, за­од­но вклю­чив­шись в ре­став­ра­ци­он­ные ра­бо­ты на све­жем воз­ду­хе…

Эта ис­то­рия, в груст­ном де­бю­те ко­то­рой мог­ли бы узнать се­бя мно­гие рос­сий­ские па­мят­ни­ки, про­изо­шла на се­ве­ре Фран­ции, в ком­муне Гю­из в Пи­кар­дии. С тех пор про­шло око­ло 60 лет: кре­пость воз­рас­том в 10 ве­ков до сих пор ис­прав­но при­вле­ка­ет ту­ри­стов и во­лон­те­ров, а фор­мат доб­ро­воль­че­ской ор­га­ни­за­ции «Клуб Ста­ро­го Зам­ка» (Club du Vieux Manoir) стал до то­го по­пу­ля­рен, что во Фран­ции дей­ству­ют де­сят­ки по­доб­ных объ­еди­не­ний. При­чем их под­ход к со­хра­не­нию куль­тур­но­го на­сле­дия вы­хо­дит да­ле­ко за рам­ки реставрации.

— Глав­ная за­слу­га ак­ти­ви­стов в том, что они объ­яс­ни­ли: куль­тур­ное на­сле­дие стра­ны нель­зя раз­би­рать по ка­меш­ку,— рас­ска­зал «Огонь­ку» Пас­каль Ко­ши, профессор ис­то­рии в Па­риж­ском ин­сти­ту­те по­ли­ти­че­ских ис­сле­до­ва­ний и ат­та­ше по уни­вер­си­тет­ско­му со­труд­ни­че­ству По­соль­ства Фран­ции в Рос­сии,— а уже за­тем на­ча­лись рас­коп­ки и ре­став­ра­ция. Бы­ла вы­пол­не­на пол­но­цен­ная ра­бо­та по со­хра­не­нию куль­тур­но­го на­сле­дия, крайне ак­ту­аль­ная и се­го­дня. Ведь во Фран­ции мно­же­ство ис­клю­чи­тель­ных па­мят­ни­ков, ко­то­рые нуж­да­ют­ся в реставрации и охране, но го­су­дар­ство и Ми­ни­стер­ство куль­ту­ры не в си­лах за­бо­тить­ся обо всех сра­зу. Не под си­лу это ни от­дель­ным лю­дям, ни об­ще­ствен­ни­кам. Нуж­но ра­бо­тать всем со­об­ща.

Сло­вом, идея при­гла­сить фран­цуз­ских во­лон­те­ров в Моск­ву свя­за­на не с по­ис­ком но­вых тех­ник и ме­то­дов реставрации. Ее глав­ная цель — на­пом­нить, что за­бо­та об ис­то­ри­че­ском на­сле­дии всем ми­ром воз­мож­на не толь­ко во Фран­ции, где культура «об­ще­ствен­ной» реставрации дав­няя, а каж­дый ше­стой жи­тель 67-мил­ли­он­ной стра­ны хоть раз по­ра­бо­тал на вос­ста­нов­ле­нии па­мят­ни­ков, но и в Рос­сии.

ИС­ТО­РИЯ НА ОЩУПЬ

Осе­нью 2016 го­да Все­рос­сий­ское общество охра­ны па­мят­ни­ков ис­то­рии и куль­ту­ры (ВООПИК) про­ве­ло меж­ду­на­род­ный фо­рум «Во­лон­тер­ство в де­ле со­хра­не­ния куль­тур­но­го на­сле­дия». По его ито­гам ВООПИК и ор­га­ни­за­ция «Рам­пар» (в пе­ре­во­де с фран­цуз­ско­го Rempart — «ба­сти­он, кре­пость») под­пи­са­ли до­го­вор, ко­то­рый под­ра­зу­ме­ва­ет «об­мен луч­ши­ми прак­ти­ка­ми в со­хра­не­нии куль­тур­но­го на­сле­дия, сов­мест­ную ра­бо­ту по ор­га­ни­за­ции во­лон­тер­ских кам­пу­сов, а так­же меж­ду­на­род­ный об­мен во­лон­те­ра­ми». С по­след­не­го и на­ча­ли: че­ты­ре груп­пы рус­ских во­лон­те­ров по­бы­ва­ли в кам­пу­сах «Рам­па­ра», что­бы при­ме­рить фран­цуз­ский фор­мат на рус­ские ре­а­лии.

— Мне сра­зу бро­си­лась в гла­за их неспеш­ность,— при­знал­ся «Огонь­ку» Па­вел Шиш­ма­рёв, ру­ко­во­ди­тель во­лон­тер­ско­го дви­же­ния ВООПИК.— Я ра­бо­тал в кам­пу­се Бер­зи — это кре­пость XIII ве­ка, где все вос­ста­нав­ли­ва­ют по тра­ди­ци­он­ным тех­но­ло­ги­ям. По­лу­ча­ет­ся, что, по су­ти, во­лон­тер­ские кам­пу­сы у фран­цу­зов — цен­тры воз­рож­де­ния тра­ди­ци­он­но­го ре­мес­ла. По­ни­ма­е­те, та­кой под­ход да­ет вду­мать­ся в то, что ты де­ла­ешь, об­су­дить и толь­ко по­том брать­ся за де­ло.

Спе­ци­а­лист объ­яс­ня­ет: ре­став­ра­ция мно­гих па­мят­ни­ков в Рос­сии хо­дит по кру­гу. Ед­ва ос­нов­ные ра­бо­ты за­кан­чи­ва­ют­ся, как уже нуж­на про­фи­лак­ти­ка, а там и кос­ме­ти­че­ский ре­монт; все это из­за силь­но­го пе­ре­па­да тем­пе­ра­тур, во­ды, ко­то­рая по­па­да­ет в по­ры, тре­щин и про­чих фак­то­ров.

Еще од­но удив­ле­ние — необ­хо­ди­мость пла­тить за про­жи­ва­ние в кам­пу­се и уча­стие в реставрации, что во Фран­ции вос­при­ни­ма­ет­ся как нечто са­мо со­бой ра­зу­ме­ю­ще­е­ся.

— У нас под­ход дру­гой: я при­шел — но­си­те ме­ня на ру­ках! — сме­ет­ся Па­вел Шиш­ма­рёв.— Но это идет от праг­ма­ти­ки. У нас объ­ек­тов мно­го, фи­нан­си­ро­ва­ния ма­ло, а про­из­вод­ство ма­те­ри­а­ло­ем­кое: спец­одеж­да, пер­чат­ки, кас­ки, оч­ки, под­го­тов­ка и уста­нов­ка ле­сов, про­ек­ти­ро­ва­ние, кир­пич, гид­ро­фо­бы, грун­тов­ки, ки­я­ноч­ки — вы­хо­дит неде­ше­во...

«Я ра­бо­тал в кам­пу­се Бер­зи — это кре­пость XIII ве­ка, где все вос­ста­нав­ли­ва­ют по тра­ди­ци­он­ным тех­но­ло­ги­ям. По су­ти, во­лон­тер­ские кам­пу­сы у фран­цу­зов — цен­тры воз­рож­де­ния ре­мес­ла»

Но­вый этап об­ме­на во­лон­те­ра­ми на­чал­ся этим ле­том с при­ез­дом пер­вых фран­цу­зов в Моск­ву. Обос­но­вав­шись на тер­ри­то­рии Донского монастыря, они присоединились к рус­ским ре­став­ра­то­рам и доб­ро­воль­цам на его тер­ри­то­рии, а так­же на участ­ке воз­ле од­ной из ста­рей­ших де­ре­вян­ных по­стро­ек Моск­вы — до­ма кол­леж­ско­го со­вет­ни­ка Палибина (воз­ве­ден в 1818-м). По­ка фор­мат проб­ный: две неде-

ли на оба па­мят­ни­ка, хо­тя, по сло­вам спе­ци­а­ли­стов, ре­став­ра­ция Донского монастыря уже за­ня­ла лет пять и да­ле­ка от за­вер­ше­ния, как и ра­бо­ты в до­ме Палибина. Но ведь и за­да­ча не уло­жить­ся в сро­ки, а усво­ить иной под­ход к реставрации.

— На са­мом де­ле мы и яв­ля­ем­ся рос­сий­ским ана­ло­гом «Рам­па­ра», про­сто мы в 90-х очень про­се­ли,— объ­яс­нил «Огонь­ку» Ар­тем Де­ми­дов, пред­се­да­тель Цен­траль­но­го со­ве­та ВООПИК.— Ведь как дей­ству­ет «Рам­пар»? Они, по боль­шо­му сче­ту, ни­че­го уже не ор­га­ни­зо­вы­ва­ют. Это ас­со­ци­а­ция. Услов­но го­во­ря, сто­ит где-то во фран­цуз­ской про­вин­ции кре­пост­ная сте­на, по­яв­ля­ют­ся лю­ди, го­во­рят: «Да­вай­те при­ве­дем ее в при­лич­ное со­сто­я­ние». Мест­ный му­ни­ци­па­ли­тет, за­ин­те­ре­со­ван­ный в этом, сам об­ра­ща­ет­ся в «Рам­пар», а уже те при­гла­ша­ют доб­ро­воль­цев и объ­яс­ня­ют, как ра­бо­тать с па­мят­ни­ком. На­ша за­да­ча как фе­де­раль­ной ор­га­ни­за­ции — со­здать эту ос­но­ву и сде­лать так, что­бы к ней уже все под­клю­ча­лись ав­то­ма­ти­че­ски.

ОТ­КРЫТЬ СТРА­НУ ЧЕ­РЕЗ ПА­МЯТ­НИК

Сквозь стро­и­тель­ные ле­са про­гля­ды­ва­ют крас­ные сте­ны Квад­рат­ной баш­ни Донского монастыря. Где-то на уровне ее зуб­цов хо­дят ра­бо­чие и про­ве­ря­ют креп­ле­ния, у ос­но­ва­ния — де­ся­ток во­лон­те­ров в кас­ках. Во­круг не сти­ха­ет пе­ре­стук мо­лот­ков. От­би­вать крас­ку, по­ло­жен­ную лет 40 на­зад на кир­пич XVI ве­ка, непро­сто: ка­мень ве­дет се­бя непред­ска­зу­е­мо. Оче­ред­но­му уда­ру вто­рит вос­кли­ца­ние на фран­цуз­ском: «О нет! Он раз­ру­ша­ет­ся!»

— Ни­че­го страш­но­го, это с ни­ми не в пер­вый раз: стук­нут по кир­пи­чу и пу­га­ют­ся,— успо­ка­и­ва­ет жур­на­ли­стов ор­га­ни­за­тор Да­рья.— Во Фран­ции нет зам­ков или мо­на­сты­рей, по­кры­тых крас­кой и тем бо­лее воз­ве­ден­ных из кир­пи­ча. Ра­бо­тать с та­ким па­мят­ни­ком для них впер­вые — они при­вык­ли об­те­сы­вать бо­лее твер­дый ка­мень. Вот и удив­ля­ют­ся.

По­сле то­го как со стен сни­мут ста­рый слой крас­ки, за­да­ча —осво­бо­дить вход в по­чти 400-лет­нюю баш­ню, ко­то­рая осе­ла так, что дверь ушла в зем­лю. По­том при­дет че­ред ра­бот в по­ме­ще­нии, где в во­ен­ные го­ды дер­жа­ли за­клю­чен­ных. Вся ра­бо­та укла­ды­ва­ет­ся в гра­фик с де­вя­ти до ше­сти, пе­ре­рыв на обед в мо­на­стыр­ской тра­пез­ной (осо­бым успе­хом поль­зу­ют­ся ща­ве­ле­вый суп и щи). Вме­сто кам­пу­са или па­ла­точ­но­го ла­ге­ря, как во Фран­ции, две ком­на­ты па­лом­ни­че­ской го­сти­ни­цы монастыря. В дождь груп­па пе­ре­би­ра­ет­ся в усы­паль­ни­цу Го­ли­цы­ных — чи­стить по­тем­нев­шие скульп­ту­ры и над­гроб­ные пли­ты. По су­ти, труд во­лон­те­ров сво­дит­ся к рас­чист­ке ра­бо­че­го ме­ста для про­фес­си­о­наль­ных ре­став­ра­то­ров. И эта схе­ма ра­бо­ты не в но­вин­ку для оте­че­ствен­ных спе­ци­а­ли­стов.

— Мы воз­рож­да­ем дви­же­ние, ко­то­рое су­ще­ство­ва­ло в Рос­сии до 1990-х, ко­гда у на­ших ре­став­ра­то­ров бы­ло мно­го по­мощ­ни­ков и це­лые сту­ден­че­ские от­ря­ды при­ез­жа­ли в раз­ные мо­на­сты­ри и хра­мы,— объ­яс­нил «Огонь­ку» Па­вел Шиш­ма­рёв.— Фран­цуз­ский при­мер под­твер­жда­ет: же­ла­ю­щих так ра­бо­тать хва­та­ет, а их опыт по­сте­пен­но на­кап­ли­ва­ет­ся. Ска­жем, в до­ме Палибина ра­бо­та­ет во­лон­тер, отец ко­то­ро­го свя­зан с со­хра­не­ни­ем куль­тур­но­го на­сле­дия. Пар­ню 20 лет, толь­ко по­сту­пил в уни­вер­си­тет, но он аб­со­лют­но кор­рект­но и без ма­лей­шей под­сказ­ки с мо­ей сто­ро­ны вы­брал нуж­ную ме­то­ди­ку и рас­чи­стил квад­рат­ный метр 200-лет­ней дос­ки. Мы со­зда­ли все усло­вия, но он сам зна­ет, что де­лать. Пе­ре­хо­жу на дру­гую сто­ро­ну до­ма, а там фран­цу­жен­ка сде­ла­ла то же са­мое. Это по­ка­за­тель вы­со­кой об­щей куль­ту­ры. У нас же ча­сто бы­ва­ет так, что и за­каз­чи­ки ре­став­ра­ци­он­ных про­ек­тов не зна­ют, ка­ким объ­ект дол­жен стать в ито­ге.

Для са­мих во­лон­те­ров ре­став­ра­ци­он­ные ра­бо­ты — спо­соб от­крыть дру­гую куль­ту­ру че­рез ее па­мят­ни­ки ли­бо по­зна­ко­мить­ся с но­вы­ми гра­ня­ми куль­ту­ры соб­ствен­ной. Кри­стоф Па­жес, сту­дент фа­куль­те­та ис­кусств в Ту­лу­зе, убеж­ден, что ис­то­рию нуж­но изу­чать на ощупь — толь­ко так есть шанс «по­нять, из че­го и как стро­и­ли до нас». Свой вы­бор он объ­яс­ня­ет и тем, что про­чел мно­го ро­ма­нов о на­шей стране (лю­би­мый — «Ми­шель Стро­гов» Жю­ля Вер­на). А вот ин­же­нер из Па­ри­жа Фран­с­уа Ни­ко­ля пред­по­чи­та­ет До­сто­ев­ско­го, но по­ра­бо­тать в Дон­ском мо­на­сты­ре ре­шил бла­го­да­ря сво­им де­тям: трое уже не раз «во­лон­те­ри­ли» в Rempart, и он ре­шил не от­ста­вать. По­лин Ри­вьер, книж­ный ре­став­ра­тор из биб­лио­те­ки Свя­той Же­не­вье­вы в Па­ри­же, дав­но хо­те­ла по­ра­бо­тать с бо­лее проч­ным ма­те­ри­а­лом, чем бу­ма­га: «Дав­но хо­те­лось уста­но­вить связь не толь­ко с кни­га­ми, но лишь сво­и­ми гла­за­ми уви­де­ла клад­ку XVI ве­ка, по­ня­ла, как ве­ли­че­ствен этот (Донской.— «О») мо­на­стырь!». Го­тье Ле­перс (изу­ча­ет энер­ге­ти­ку и тер­мо­ди­на­ми­ку в Па­риж­ском уни­вер­си­те­те) од­на­ж­ды уже пе­ре­сек Рос­сию по пу­ти на во­лон­тер­ские ра­бо­ты в Ки­тай, но по­том уви­дел ра­бо­ты до­ре­во­лю­ци­он­но­го фо­то­гра­фа Сер­гея Про­ку­ди­на-Гор­ско­го: «В них за­пе­чат­ле­на очень про­стая Рос­сия, без рос­ко­ши. Там бы­ли и сним­ки Донского монастыря. По­это­му ко­гда я уви­дел объ­яв­ле­ние о во­лон­тер­ских ра­бо­тах в Москве, по­нял, что дол­жен на них по­бы­вать». Искус­ство­вед Ка­ро­лин Бер­нар пред­по­чи­та­ет про­сто пу­те­ше­ство­вать по ми­ру в ка­че­стве во­лон­те­ра: «Я здесь, по­то­му что хо­чу узнать но­вую куль­ту­ру. Ра­бо­тая во­лон­те­ром, я мо­гу уви­деть стра­ну из­нут­ри — не гла­за­ми ту­ри­ста».

РЕ­МОНТ ПО МЕТОДУ ТО­МА СОЙЕРА

Фран­цу­зы, при­е­хав­шие в Моск­ву в рам­ках до­го­во­ра ВООПИК и «Рам­па­ра», не пер­во­про­ход­цы. Еще в 2016-м несколь­ко доб­ро­воль­цев из Фран­ции и Гол­лан­дии при­ня­ли уча­стие в «Том Сой­ер Фе­сте». За­ду­ман­ный и за­пу­щен­ный в Са­ма­ре, в этом го­ду он до­брал­ся до Ка­лу­ги, Том­ска, Ка­за­ни, Орен­бур­га и еще 20 го­ро­дов РФ. Идея про­ста: по­ло­жить в ос­но­ву фе­сти­ва­ля по вос­ста­нов­ле­нию ис­то­ри­че­ской сре­ды ме­тод ге­роя Мар­ка Тве­на, ко­то­ро­му очень не хо­те­лось в оди­ноч­ку кра­сить за­бор. Ор­га­ни­за­то­ры фе­сти­ва­ля са­ми вы­би­ра­ют ста­рин­ный де­ре­вян­ный дом в цен­тре го­ро­да и кра­сят его си­ла­ми го­ро­жан. Про­ект не укла­ды­ва­ет­ся в рам­ки пол­но­цен­ной реставрации или цен­тра­ли­зо­ван­но­го во­лон­тер­ства, но при­гла­ша­ет лю­бо­го про­хо­же­го по­участ­во­вать в вос­ста­нов­ле­нии сво­е­го го­ро­да, при­кос­нуть­ся к его ис­то­рии хоть шпа­те­лем, хоть ки­сточ­кой. Имен­но этот при­мер под­толк­нул ру­ко­вод­ство ВООПИК всту­пить в диа­лог с ино­стран­ны­ми во­лон­те­ра­ми. В сле­ду­ю­щем го­ду уже боль­ше 100 фран­цуз­ских во­лон­те­ров ждут Донской мо­на­стырь и Яс­ная По­ля­на.

— Со­хра­не­ние на­сле­дия тре­во­жит всех, но во что кон­вер­ти­ро­вать эту тре­во­гу? — го­во­рит «Огонь­ку» Ар­тём Де­ми­дов из ВООПИК.— Охра­на па­мят­ни­ков очень важ­на, но не ме­нее важ­но — со­здать ин­фра­струк­ту­ру, ко­то­рая поз­во­лит не толь­ко в ин­тер­не­те пи­сать, что все пло­хо, но прий­ти и что-то сде­лать сво­и­ми ру­ка­ми. Я вам вот что ска­жу: на­сле­дие — это об­щее де­ло, ни в од­ной стране ми­ра, тем бо­лее у нас, его не спа­сти толь­ко уси­ли­я­ми го­су­дар­ства или день­га­ми.

При­со­еди­нить­ся к во­лон­те­рам в Дон­ском мо­на­сты­ре се­го­дня мо­жет лю­бой. Но с по­ня­ти­ем «об­ще­ствен­ной» реставрации в Рос­сии все еще ма­ло зна­ко­мы

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.