«ЯКУДЗА СЧИ­ТА­ЮТ, ЧТО Я ИХ ПРОСЛАВИЛ»

В МИ­РО­ВОЙ ПРО­КАТ ВЫ­ШЕЛ НО­ВЫЙ ФИЛЬМ ТАКЭСИ КИТАНО «БЕСПРЕДЕЛ: ПО­СЛЕД­НЯЯ ГЛА­ВА», ЗА­ВЕР­ША­Ю­ЩИЙ ТРИЛОГИЮ. НА­КА­НУНЕ ПРЕМЬЕРЫ СВО­ЕЙ КАР­ТИ­НЫ РЕ­ЖИС­СЕР ДАЛ ЭКСКЛЮЗИВНОЕ ИН­ТЕР­ВЬЮ «ОГОНЬКУ»

Ogonyok - - КУЛЬТУРА|ПЕРСОНА - Бе­се­до­ва­ла Ве­не­ция Та­тья­на Ро­зен­штайн,

Исто­рия ки­но­т­ри­ло­гии, объ­еди­нен­ной сло­вом «беспредел» (ан­гл. Outrage), началась в 2010 го­ду: имен­но то­гда вы­шел оче­ред­ной фильм Китано про якудза. Вско­ре фильм «Беспредел» был но­ми­ни­ро­ван на «Зо­ло­тую паль­мо­вую ветвь» Канн­ско­го ки­но­фе­сти­ва­ля. Про­дол­же­ни­ем его стал фильм «Пол­ный беспредел» (2012). В этих филь­мах в цен­тре по­вест­во­ва­ния — опыт­ный якудза по име­ни Ото­мо, роль ко­то­ро­го ис­пол­ня­ет сам Китано. В но­вом филь­ме три­ло­гии ма­фи­оз­ный мир пе­ре­жи­ва­ет зна­чи­тель­ные из­ме­не­ния. Не­ко­гда мо­гу­ще­ствен­ный син­ди­кат, ко­то­рый кон­тро­ли­ро­вал Во­сточ­ные про­вин­ции Япо­нии и в ко­то­ром со­сто­ял Ото­мо, вы­нуж­ден от­дать ли­дер­ство но­вой ор­га­ни­за­ции Ха­на­би­си­кай, объ­еди­нив­шей под сво­им на­ча­лом весь пре­ступ­ный мир. По­ли­ция пы­та­ет­ся пе­рей­ти в от­кры­тую ата­ку, и, поль­зу­ясь этим, Ото­мо ре­ша­ет так­же рас­пла­тить­ся по ста­рым дол­гам.

Несмот­ря на всю «кри­ми­наль­ность» жан­ра, три­ло­гия Китано — не толь­ко о борь­бе меж­ду кла­на­ми или с по­ли­ци­ей. Вто­рой — и бо­лее глу­бо­кий план каж­до­го филь­ма — вли­я­ние гло­баль­ной сре­ды и куль­ту­ры на япон­ские тра­ди­ции; ча­сто это при­ни­ма­ет аб­сурд­ный ха­рак­тер, но в то же вре­мя яр­ко ха­рак­те­ри­зу­ет кон­фликт или вза­и­мо­дей­ствие, а так­же вза­и­мо­вли­я­ние со­вре­мен­но­сти и тра­ди­ции. — Су­дя по то­му, что на со­зда­ние за­клю­чи­тель­но­го филь­ма три­ло­гии ушло го­раз­до боль­ше вре­ме­ни, чем на преды­ду­щие, мир якудза, ве­ро­ят­но, силь­но из­ме­нил­ся за это вре­мя? По край­ней ме­ре, имен­но внут­рен­няя транс­фор­ма­ция кри­ми­наль­но­го ми­ра и ста­ла, по­хо­же, глав­ным мо­ти­вом но­во­го филь­ма?

— Да, вы пра­вы. Все силь­но из­ме­ни­лось. Се­го­дня груп­пи­ров­ки якудза по­хо­жи на круп­ные де­ло­вые кор­по­ра­ции. Раз­ни­ца лишь в том, что якудза при­ме­ня­ют ору­жие и фи­зи­че­ское на­си­лие для до­сти­же­ния сво­их це­лей. Во всем осталь­ном, да­же во внеш­нем об­ли­ке, со­вре­мен­ные якудза, ес­ли, ко­неч­но, опу­стить тот факт, что мно­гие из них си­де­ли в тюрь­ме и их те­ла укра­ша­ют та­ту­и­ров­ки, вполне мо­гут сой­ти за обык­но­вен­ных биз­не­сме­нов. А неко­то­рые да­же за по­ли­ти­че­ских де­я­те­лей, имен ко­то­рых я по по­нят­ным при­чи­нам упо­ми­нать не бу­ду. Поз­во­лю лишь за­ме­тить, что сю­же­ты мо­их филь­мов го­раз­до гу­ман­нее, чем же­сто­кая ре­аль­ность. И мои ге­рои вы­гля­дят го­раз­до сим­па­тич­нее, чем ре­аль­ные пер­со­на­жи пре­ступ­но­го ми­ра. На­вер­ное, Япо­ния яв­ля­ет­ся един­ствен­ной стра­ной, где вы­став­лять на­по­каз свое кри­ми­наль­ное про­ис­хож­де­ние не счи­та­ет­ся по­стыд­ным. Якудза су­ще­ству­ет вполне от­кры­то, ря­до­вые граж­дане зна­ют на­зва­ния пре­ступ­ных ор­га­ни­за­ций и да­же то, ка­ким спо­со­бом они за­ра­ба­ты­ва­ют свои день­ги. Ино­гда на офи­сах ганг­сте­ров от­кры­то ви­сят таб­лич­ки, ука­зы­ва­ю­щие их име­на и при­над­леж­ность к «кла­ну».

— Ну на­счет «вы­став­лять на­по­каз кри­ми­наль­ное про­шлое» — это от­но­сит­ся не толь­ко к Япо­нии, в Рос­сии до недав­не­го про­шло­го так­же бы­ло по­пу­ляр­но. В но­вой кар­тине вы сно­ва иг­ра­е­те Ото­мо — ка­жет­ся, что ваш ге­рой как раз и не из­ме­нил­ся. По­че­му так?

— Мой ге­рой от­но­сит­ся к ста­рой гвар­дии якудза, той са­мой, у ко­то­рой еще име­лись прин­ци­пы, по­ня­тия чув­ства дол­га и ко­дек­са че­сти. Се­го­дня у лю­дей все мень­ше че­сти, как и обя­зан­но­стей, у всех на уме од­ни лишь пра­ва. Ото­мо в чем­то по­хож на ме­ня. Не толь­ко по воз­рас­ту, но и по­то­му, что он, как и я, вы­рос в ста­ром де­ло­вом квар­та­ле То­кио, где лю­дей вос­пи­ты­ва­ли в ува­же­нии друг к дру­гу, при­уча­ли от­но­сить­ся к ближ­не­му с доб­ро­той. Го­во­рят, мой отец был ра­бо­чим и якудза од­но­вре­мен­но. Я в этом не со­всем уве­рен, по­то­му что отец ред­ко бы­вал до­ма и у ме­ня не бы­ло воз­мож­но­сти его об этом спро­сить. Од­на­ко в на­шем рай­оне жи­ли и дру­гие якудза. Они все­гда лас­ко­во об­ра­ща­лись с на­ми, детьми, и да­ва­ли день­ги на кар­ман­ные рас­хо­ды. Един­ствен­ное, че­го они ни­ко­гда не тер­пе­ли,— ко­гда де­ти не бы­ли веж­ли­вы друг с дру­гом и осо­бен­но ес­ли не вы­ка­зы­ва­ли ува­же­ние сво­им ро­ди­те­лям. Ко­неч­но, моя кар­ти­на — вы­мыш­лен­ная исто­рия, но мне бы­ло важ­но, что­бы сю­жет имел со­лид­ную ос­но­ву, вклю­чал в се­бя эле­мен­ты ре­аль­но­сти, по­то­му что вы­мы­сел без ре­аль­но­сти не убеж­да­ет, а ре­аль­ность без фан­та­зии — скуч­на. Кро­ме то­го, мне бы­ло необ­хо­ди­мо снять раз­вле­ка­тель­ный фильм. Ина­че в Япо­нии кар­ти­ну ни­кто не ста­нет смот­реть. Ре­аль­ность ма­ло ко­го ин­те­ре­су­ет, да и ре­а­лии якудза се­го­дня очень труд­но вос­со­здать. На­при­мер, ко­гда я сни­мал первую часть три­ло­гии, мне до­во­ди­лось встре­чать­ся с якудза и да­же од­на­жды ото­бе­дать. Так они ока­за­ли мне ува­же­ние, счи­тая, что я «прославил» их в ки­но. Од­на­ко че­рез неко­то­рое вре­мя по­сле съе­мок пер­вой кар­ти­ны вы­шел за­кон, за­пре­ща­ю­щий ря­до­вым граж­да­нам об­щать­ся с якудза.

— По­ло­ви­на филь­ма по­свя­ще­на бес­ко­неч­ным пе­ре­го­во­рам о день­гах и на­ка­за­ни­ях. Мы ждем от филь-

«Се­го­дня, ко­гда раз­ви­тие тех­но­ло­гий при­об­ре­ло необык­но­вен­ный раз­мах, мне ка­жет­ся, что че­ло­век вско­ре мо­жет по­те­рять и эту свою уни­каль­ную спо­соб­ность — ис­пы­ты­вать чув­ства»

ма про кри­ми­наль­ные груп­пи­ров­ки боль­ше дей­ствий, чем диа­ло­гов. Что это — со­вре­мен­ная фор­ма ве­де­ния кри­ми­наль­ных дел? — Да, я бы на­звал это «ду­хом вре­ме­ни». С од­ной сто­ро­ны, со­вре­мен­ная ин­ду­стрия раз­вле­че­ния в Япо­нии ста­ла при­ни­мать но­вые фор­мы. Рань­ше, ко­гда те­ма на­си­лия бы­ла необыч­ной для боль­шо­го экра­на, по­доб­ны­ми сце­на­ми пы­та­лись «раз­влечь» зри­те­ля. Се­го­дня, зри­тель стал бо­лее чув­стви­тель­ным и изощ­рен­ным. Он не хо­чет ви­деть гру­бых кро­ва­вых рас­прав, до­ста­точ­но лишь на­ме­ка на них. Да и в са­мом кри­ми­наль­ном ми­ре си­ту­а­ция из­ме­ни­лась. Рань­ше сра­зу пе­ре­хо­ди­ли к дей­стви­ям. А се­го­дня кри­ми­наль­ные груп­пи­ров­ки боль­ше вре­ме­ни про­во­дят в об­суж­де­ни­ях дей­ствий и пла­нов, опять же со­всем как со­вре­мен­ные кор­по­ра­ции. — По­че­му, ко­гда речь за­хо­дит о кри­ми­наль­ных груп­пи­ров­ках, по сво­ей струк­ту­ре они все­гда на­по­ми­на­ют се­мью? Шеф об­ща­ет­ся с под­чи­нен­ны­ми, как «отец с детьми». То и де­ло упо­треб­ля­ют­ся та­кие тер­ми­ны, как «клан», «се­мья», «бра­тья»… — Мне ка­жет­ся, что се­мей­ствен­ность у япон­ской ма­фии но­сит иной ха­рак­тер. В япон­ском кри­ми­наль­ном ми­ре от­сут­ству­ют эле­мен­ты ро­ман­тиз­ма, ко­то­ры­ми лю­бят зло­упо­треб­лять ев­ро­пей­ские или аме­ри­кан­ские ре­жис­се­ры, бе­рясь за по­доб­ные те­мы. Ес­ли Фр­эн­сис Форд Коп­по­ла на­зы­ва­ет свою кар­ти­ну «Крест­ный отец», то в его кар­тине дей­стви­тель­но при­сут­ству­ет пер­со­наж, ко­то­рый ве­дет се­бя как отец во всех смыс­лах, и в со­ци­аль­ном то­же: он как бы «отец» все­му квар­та­лу, в ко­то­ром все так или ина­че «род­ствен­ни­ки». Аме­ри­кан­ский ре­жис­сер оправ­ды­ва­ет та­кое по­ве­де­ние сво­е­го пер­со­на­жа тем, что аме­ри­кан­ское пра­ви­тель­ство не мо­жет га­ран­ти­ро­вать им­ми­гран­там со­блю­де­ние их прав, за­щи­тить их биз­нес и да­же жизнь. И то­гда эту за­да­чу бе­рут на се­бя кри­ми­наль­ные груп­пи­ров­ки, од­ну из ко­то­рых воз­глав­ля­ет «крест­ный отец». А в Япо­нии… хо­тя бос­сы фор­маль­но и на­зы­ва­ют друг дру­га «бра­тья­ми» или име­ют при­над­леж­ность к той или иной «се­мье», но струк­ту­ра этих ор­га­ни­за­ций го­раз­до боль­ше на­по­ми­на­ет ар­мию, чем се­мью. Там в ос­но­ву по­ло­же­ны не от­но­ше­ния меж­ду «от­цом» и «сы­ном», а ско­рее, меж­ду ко­ман­ди­ром и под­чи­нен­ны­ми, со­глас­но при­ня­то­му уста­ву. В за­пад­ном ки­не­ма­то­гра­фе спло­чен­ность ма­фии и мо­ти­ва­ция ча­сто ос­но­вы­ва­ет­ся на чув­стве «брат­ства», а в Япо­нии боль­шую роль иг­ра­ет идея «ис­пол­не­ния дол­га». Ес­ли в клан при­ни­ма­ют но­вых якудза, это со­про­вож­да­ет­ся ря­дом ри­ту­а­лов, в том чис­ле и тех, ко­то­рые ука­зы­ва­ют на ме­сто и обя­зан­но­сти но­вич­ков в иерар­хии криминальной си­сте­мы. Мо­жет быть, меж­ду ре­аль­ны­ми якудза и име­ют­ся неко­то­рые лич­ные, эмо­ци­о­наль­ные свя­зи, но я пы­тал­ся из­бе­жать лю­бых эмо­ций на экране. Я не хо­чу, что­бы у зри­те­ля со­зда­ва­лось впе­чат­ле­ние, что я чем-то да­же в незна­чи­тель­ной ме­ре со­чув­ствую по­доб­ным ге­ро­ям. — На­сколь­ко ва­ше ре­ше­ние снять «по­след­нюю гла­ву» «Бес­пре­де­ла» окон­ча­тель­ное? Или воз­мож­ны еще про­дол­же­ния? — Мне тя­же­ло сни­мать фильм, где мно­го на­си­лия. Ко­гда я за­кон­чил съем­ки пер­вой кар­ти­ны «Беспредел», ее ожи­дал неве­ро­ят­ный успех в Япо­нии, и ме­ня по­про­си­ли про­дол­жить ра­бо­ту. Я да­же по­ду­мы­вал сде­лать из это­го те­ле­ви­зи­он­ные се­рии, но во вре­мя ра­бо­ты над вто­рой и за­тем тре­тьей кар­ти­ной я по­нял, что у ме­ня не хва­та­ет мо­ти­ва­ции. Для за­вер­ше­ния ис­то­рии мне нуж­но бы­ло убрать Ото­мо. Но ес­ли и тре­тья часть ока­жет­ся по­пу­ляр­ной, а про­дю­се­ры нач­нут на­ста­и­вать на про­дол­же­нии те­мы, то­гда я не бу­ду знать, как это осу­ще­ствить без Ото­мо, ко­то­ро­го уже не бу­дет в жи­вых. До­жив до съе­мок тре­тьей кар­ти­ны, я так устал от ганг­сте­ров и убийств, что мне хо­чет­ся для раз­но­об­ра­зия снять что­ни­будь дру­гое, на­при­мер фильм о любви. Ко­неч­но, у ме­ня уже бы­ли филь­мы на эти те­мы — «Сце­ны у мо­ря» (1991) или «Фей­ер­верк» (1997), но в них име­ют­ся лишь неко­то­рые лю­бов­ные эле­мен­ты. Те­перь я со­зрел для съе­мок ис­то­рии о на­сто­я­щей любви. — Итак, ваш сле­ду­ю­щий про­ект — о любви? — Не со­всем так. Недав­но я за­кон­чил пи­сать ро­ман, ко­то­рый вый­дет осе­нью 2017 го­да. Мой из­да­тель на­ста­и­ва­ет на том, что­бы я пре­вра­тил его в сце­на­рий. Этот ро­ман по­свя­щен од­но­му муж­чине, ко­то­рый не дру­жит с со­вре­мен­ной тех­ни­кой, он так­же про­тив мо­биль­ных те­ле­фо­нов и дру­гих нов­шеств — по­ка не влюб­ля­ет­ся в жен­щи­ну. Да­лее он на­чи­на­ет меч­тать о том, что­бы как-то всту­пить с ней в от­но­ше­ния. И вдруг убеж­да­ет­ся, что ни­ка­кие от­но­ше­ния в со­вре­мен­ном об­ще­стве невоз­мож­ны без мо­биль­но­го те­ле­фо­на. По­это­му мо­е­му ге­рою при­хо­дит­ся пе­ре­смот­реть свои жиз­нен­ные уста­нов­ки. До сих пор ме­ня успо­ка­и­ва­ла мысль, что на про­тя­же­нии мно­гих мил­ли­о­нов лет че­ло­век не ме­нял­ся толь­ко в од­ном плане — эмо­ци­о­наль­ном. Эмо­ции нель­зя бы­ло от­нять — ра­дость, грусть, лю­бовь, не­на­висть… Од­на­ко се­го­дня, ко­гда раз­ви­тие тех­но­ло­гий при­об­ре­ло необык­но­вен­ный раз­мах, мне ка­жет­ся, что че­ло­век вско­ре мо­жет по­те­рять и эту свою уни­каль­ную спо­соб­ность — ис­пы­ты­вать чув­ства. И на­обо­рот, лю­ди, воз­мож­но, ско­ро при­ду­ма­ют ма­ши­ну, ко­то­рая в со­сто­я­нии бу­дет за­ме­нить че­ло­ве­ка, вклю­чая его спо­соб­ность вы­ра­жать эмо­ции. Ес­ли я до­жи­ву до тех вре­мен, то про­дол­жу сни­мать ко­ме­дии, по­то­му что лишь юмор еще как-то по­мо­га­ет от­но­сить­ся к ми­ру с со­чув­стви­ем или хо­тя бы бес­при­страст­но на­блю­дать за его из­ме­не­ни­я­ми. А ес­ли я до той по­ры не до­жи­ву, то­же не страш­но. Ведь смерть — са­мое неиз­беж­ное со­бы­тие в жиз­ни лю­бо­го че­ло­ве­ка, к ко­то­ро­му тот дол­жен быть все­гда го­тов.

(кадр из филь­ма «Беспредел: По­след­няя гла­ва»)

Се­го­дня груп­пи­ров­ки якудза по­хо­жи на круп­ные де­ло­вые кор­по­ра­ции

Роль опыт­но­го якудза по име­ни Ото­мо во всех трех филь­мах сыг­рал сам Такэси Китано (сле­ва)

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.