ИСТЕРНИЗАЦИЯ НА МАРШЕ

Ogonyok - - РОССИЯ И МИР|ВЗГЛЯД -

КАК МЕ­НЯ­ЕТ­СЯ ВЕК­ТОР ЦИВИЛИЗАЦИОННЫХ ПРИ­О­РИ­ТЕ­ТОВ

Что та­кое, вас удив­ля­ет стран­ное сло­во в за­го­лов­ке? Но ко­гда мы го­во­рим про ве­стер­ни­за­цию, то­же ино­стран­ное сло­во, ни­кто вро­де как не тре­бу­ет его пе­ре­во­да или объ­яс­не­ний — все зна­ют, что это. А истернизация… На са­мом де­ле все про­сто. При­мер­но с 1500 го­да, то есть с эпо­хи Ве­ли­ких гео­гра­фи­че­ских от­кры­тий, весь мир без ис­клю­че­ния фор­ми­ро­вал­ся под воз­дей­стви­ем За­па­да. За­пад до­ми­ни­ро­вал в по­ли­ти­че­ском, эко­но­ми­че­ском и куль­тур­ном от­но­ше­ни­ях — ве­стер­ни­зи­ро­вал мир. А при­мер­но с на­ча­ла 2000-х эта эпо­ха за­кон­чи­лась: даль­ше все будет дру­гим, вклю­чая цен­но­сти и куль­ту­ру. При­шла истернизация, от сло­ва East — во­сток.

А еще это на­зва­ние кни­ги. В двух из­да­ни­ях. Пер­вое опуб­ли­ко­ва­но год на­зад. Вто­рое — со­всем недав­но, это та же кни­га, но с пе­ре­ра­бот­ка­ми и уточнениями. Уточ­не­ния нуж­ны бы­ли по­то­му, что из­за про­шло­год­них вы­бо­ров в США опи­сы­ва­е­мые ав­то­ром про­цес­сы по­шли неожи­дан­но быст­ро. Те­перь под­за­го­ло­вок кни­ги зву­чит так: «Подъ­ем Азии и упа­док Аме­ри­ки, от Оба­мы до Трам­па и даль­ше» (Gideon Rachman, «Easternization: Asia’s Rise and America’s Decline From Obama to Trump and Beyond»).

Смысл лю­бой, да­же са­мой тол­стой и ум­ной кни­ги все­гда мож­но сфор­му­ли­ро­вать в од­ной фра­зе или аб­за­це. Вот и сей­час мы го­во­рим о кни­ге, в ко­то­рой наи­бо­лее ин­те­рес­ное да­же не в том, что мир был «за­пад­ным» в те­че­ние 500 лет, а сей­час он ста­но­вит­ся «во­сточ­ным». Ин­те­рес­нее все­го рас­сказ о том, что не толь­ко «сред­ний» за­пад­ник, а да­же спе­ци­а­ли­сты-по­ли­то­ло­ги там ярост­но не же­ла­ют этой оче­вид­но­сти при­зна­вать, и от это­го про­ис­хо­дит мно­го стран­но­стей и несу­раз­но­стей в се­го­дняш­ней меж­ду­на­род­ной по­ли­ти­ке.

Ав­то­ра мы зна­ем в ли­цо, ви­де­ли в про­грам­мах но­во­стей, ну хо­тя бы на за­се­да­ни­ях Да­вос­ско­го эко­но­ми­че­ско­го фо­ру­ма. Ги­де­он Рах­ман — один из са­мых из­вест­ных в ми­ре по­ли­ти­че­ских обо­зре­ва­те­лей. Он ан­гли­ча­нин, дол­го ра­бо­тал на Financial Times, но глав­ное — про­вел мно­го лет в Азии, ба­зи­ру­ясь в Банг­ко­ке. Там мы с ним и по­зна­ко­ми­лись, в ба­ре пресс-клу­ба. И вот сей­час я чи­таю ин­тер­вью с ним в «Ази­ат­ском книж­ном обо­зре­нии» (Гон­конг), ко­то­рое бе­рет аме­ри­ка­но-ки­та­ец Ни­ко­лас Гор­дон (с ним мы то­же пе­ре­се­ка­лись в на­ча­ле 1990-х, прав­да, то­гда Ни­ко­ла­су бы­ло го­да два, ро­ди­те­ли, де­ти двух ве­ли­ких на­ро­дов, с бо­я­ми вы­тас­ки­ва­ли его из бас­сей­на).

Здесь на­до до­ба­вить, что о при­хо­де «ве­ка Азии» во­сто­ко­ве­ды, то есть лю­ди, знав­шие боль­ше сред­не­ста­ти­сти­че­ских «за­пад­ни­ков», пи­са­ли еще в 80-е го­ды про­шло­го ве­ка как о ги­по­те­зе. По­том в 1990-е то­же, но уже ку­да уве­рен­нее. Сей­час го­во­рят об этом как об оче­вид­ном.

Мы зна­ем фак­ты, ко­то­рые ис­тер­ни­за­цию под­твер­жда­ют. Это пре­жде все­го подъ­ем Ки­тая, пре­вра­ще­ние его в од­ну из двух пер­вых эко­но­мик ми­ра, (да вот хо­тя бы по по­во­ду за­вер­шив­ше­го­ся в Пе­кине 19-го съез­да Ком­пар­тии Ки­тая этих цифр бук­валь­но по все­му ми­ру бы­ло столь­ко, что да­же че­рес­чур). Но са­мое ин­те­рес­ное у Рах­ма­на — не его циф­ры, а его чи­та­тель. Кни­га на­пи­са­на для стра­у­сов, упор­но пря­чу­щих го­ло­ву в пе­сок. Для оби­та­те­лей за­пад­но­го ми­ра, ко­то­рые уже в об­щем чув­ству­ют, что про­ис­хо­дит, но не мо­гут при­нять оче­вид­ное. А как вы хо­те­ли, ес­ли с ди­кой ско­ро­стью ру­шит­ся их мир, ко­то­рый су­ще­ство­вал по­ло­ви­ну ты­ся­че­ле­тия…

И вот Рах­ман рас­ска­зы­ва­ет Гор­до­ну о нью-йорк­ском ре­цен­зен­те на свою кни­гу, жен­щине, впав­шей в при­па­док от­ри­ца­ния ре­аль­но­сти. А это, меж­ду про­чим, Джес­си­ка Мэтьюз, па­ру де­ся­ти­ле­тий быв­шая пре­зи­ден­том Фон­да Кар­не­ги за меж­ду­на­род­ный мир. И как же ей сей­час не кри­чать, что за­пад­ное до­ми­ни­ро­ва­ние — это на­все­гда? Вся жизнь, по­лу­ча­ет­ся, про­шла на­прас­но… Но «на­все­гда» ни­че­го не бы­ва­ет. И нам есть смысл вни­ма­тель­но по­смот­реть на мно­же­ство вто­ро­сте­пен­ных по­дроб­но­стей то­го, ка­кой мир нам опи­сы­ва­ет и пред­ска­зы­ва­ет этот ав­тор (да и де­сят­ки дру­гих — Рах­ман ведь в сво­их оцен­ках ни­как не уни­ка­лен). Ведь на са­мом де­ле пе­ре­ход ми­ра из рук в ру­ки, от За­па­да к Во­сто­ку — это долж­на быть те­ма но­мер один для всех се­го­дняш­них оби­та­те­лей Зем­ли. Она, те­ма, ка­са­ет­ся каж­до­го. От­ри­цать оче­вид­ное не на­до, на­до читать и спо­рить о част­но­стях.

И вот они, част­но­сти. Мысль пер­вая: ав­тор кни­ги об ис­тер­ни­за­ции на­по­ми­на­ет, что «Во­сто­ка во­об­ще» нет. Это для ан­тич­ных рим­лян все, что бы­ло даль­ше Бос­фо­ра, на­зы­ва­лось Ази­ей. Азия — это бы­ло то, что да­ле­ко и непо­нят­но. Так вот, се­го­дня, за­ме­ча­ет Рах­ман, для су­деб ми­ра на мно­го бли­жай­ших лет важ­но то, как раз­бе­рут­ся меж­ду со­бой ги­ган­ты Во­сто­ка — Ки­тай, Ин­дия, Япо­ния. Это важ­но по­то­му, что — ес­ли вспом­нить ми­ро­вую ис­то­рию за ушед­шие 500 лет — ве­стер­ни­за­ция со­про­вож­да­лась по­сто­ян­ны­ми вой­на­ми за­пад­ных стран меж­ду со­бой. Дра­лись за то, кто глав­ный в ве­стер­ни­за­ции. Де­ли­ли ко­ло­нии.

Вто­рая его мысль: про­ис­хо­дя­щее сей­час в ми­ре ослож­ня­ет­ся тем, что три ос­нов­ных иг­ро­ка — США, Ки­тай, Ин­дия — очень по­хо­жи в смыс­ле то­го, что они оза­бо­че­ны пре­жде все­го внут­рен­ни­ми про­бле­ма­ми. Так все­гда бы­ва­ет с боль­ши­ми стра­на­ми, а вот ма­лень­кие по есте­ствен­ным при­чи­нам луч­ше ви­дят мир во­круг. Да­же эли­ты боль­ших стран пре­жде все­го ду­ма­ют о том, что тво­рит­ся внут­ри их ме­ня­ю­щих­ся об­ществ, а не о том, кто в ми­ре будет глав­ным че­рез 5 или 10 лет. Все это де­ла­ет гло­баль­ный пе­ре­ход нера­ци­о­наль­ным и непред­ска­зу­е­мым.

Кста­ти, очень пра­виль­ная и хо­ро­шая мысль. По­че­му мы го­во­рим о раз­ва­ле си­сте­мы управ­ле­ния в США? По­че­му мы в удив­ле­нии на­блю­да­ем, как в один и тот же день спец­служ­бы США ле­зут в на­ше кон­суль­ство в Сан-Фран­цис­ко, а но­вый по­сол тех же США Джон Хантс­ман го­во­рит, при­быв в Моск­ву, что нуж­на ре­ани­ма­ция на­ших от­но­ше­ний? Где ло­ги­ка? А она где-то глу­бо­ко внут­ри аме­ри­кан­ско­го об­ще­ства в его ны­неш­нем со­сто­я­нии. Там ма­ло кто ду­ма­ет о за­ка­те 500-лет­ней эпо­хи и о том, как сле­до­ва­ло бы се­бя ве­сти в этот пе­ри­од. Там со­всем дру­гие мыс­ли и эмо­ции.

Да да­же упо­мя­ну­тый Ки­тай с его 19-м пар­тий­ным съез­дом: ко­неч­но, там очень

О при­хо­де «ве­ка Азии» во­сто­ко­ве­ды пи­са­ли еще в 80-е го­ды про­шло­го ве­ка как о ги­по­те­зе. Сей­час го­во­рят об этом как об оче­вид­ном

гром­ко зву­ча­ла док­три­на но­вой мо­де­ли гло­баль­но­го управ­ле­ния в но­вую эпо­ху. Это был, ска­жем так, са­мый «внеш­не­по­ли­ти­че­ский» съезд из всех за по­след­ние де­ся­ти­ле­тия. Но во мно­же­стве ре­ше­ний съез­да ки­тай­цы все рав­но ру­ко­вод­ству­ют­ся внут­рен­ни­ми со­бы­ти­я­ми, а за­бо­та об устрой­стве ми­ра идет уже на вто­ром ме­сте.

Са­мый непо­сред­ствен­ный вы­вод, ко­то­рый я бы сде­лал из кни­ги Рах­ма­на (и бук­валь­но со­тен по­доб­ных пуб­ли­ка­ций),— это что в се­го­дняш­ней жиз­ни вы­иг­ра­ет тот, кто уме­ет раз­би­рать­ся в про­бле­мах, о ко­то­рых рань­ше и слыш­но не бы­ло. Ну, на­при­мер: что про­ис­хо­дит меж­ду Ин­ди­ей и Ки­та­ем, на чью сто­ро­ну скло­ня­ют­ся вла­сти Та­и­лан­да, ка­кую по­ли­ти­ку про­во­дит Мон­го­лия… Все эти ве­щи все­рьез вли­я­ют на мир в эпо­ху ис­тер­ни­за­ции. А то, что тво­рит­ся в глу­хой ми­ро­вой про­вин­ции — Ев­ро­пе, ну да, ин­те­рес­но. Эк­зо­тич­но. И толь­ко…

На Во­сто­ке убеж­де­ны: эпо­ха за­пад­но­го до­ми­ни­ро­ва­ния кло­нит­ся к за­ка­ту

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.