ИСТИННАЯ КРАСОТА

Красота вы­зы­ва­ет вос­хи­ще­ние у од­них и за­висть у дру­гих. А быть не про­сто кра­си­вой, но еще и та­лант­ли­вой, ДОБИТЬСЯ ПРИЗНАНИЯ и успе­ха — эта но­ша со­всем не для хруп­ких жен­ских плеч. О том, как важ­но с иро­ни­ей от­но­сить­ся к се­бе и ком­мен­та­ри­ям в ин­тер­не­те, ст

OK! (Russia) - - Персона - Текст: Ев­ге­ния Бе­лец­кая. Фо­то: Оль­га Ту­по­но­го­ва-вол­ко­ва. Стиль: Ири­на Сви­стуш­ки­на Ма­ки­яж: Ан­дрей Шил­ков для Shu Uemura. При­че­ски: На­та­лья Ко­ва­лен­ко­ва Ас­си­стент фо­то­гра­фа: Кон­стан­тин Его­нов

Аня, вы недав­но съез­ди­ли в Кан­ны, где в рам­ках пре­стиж­ной меж­ду­на­род­ной вы­став­ки MIPCOM-2017 про­шла пре­мье­ра «Хож­де­ния по му­кам»…

Я ни­ко­гда до это­го не бы­ла в Кан­нах. И ко­неч­но, ме­ня по­ра­зил мас­штаб ме­ро­при­я­тия — то, ка­кие лю­ди ту­да при­ез­жа­ют, ка­кие сту­дии. Хо­те­лось, есте­ствен­но, са­мим уви­деть ре­зуль­тат на­ших тру­дов.

До­воль­ны тем, что уви­де­ли?

Слу­шай­те, в лю­бой ра­бо­те, ко­неч­но, есть свои ню­ан­сы. Тем бо­лее что мы смот­ре­ли не сто ми­нут, а уре­зан­ные во­семь­де­сят. К ка­ким-то склей­кам есть во­про­сы, но, на мой вкус, наш ки­но­пром ред­ко вы­да­ет нечто по­доб­ное. Во-пер­вых, по­то­му что это су­пер­бе­реж­ное от­но­ше­ние к Тол­сто­му, во-вто­рых, это Кон­стан­тин Пав­ло­вич Ху­дя­ков, и вез­де вид­на его ру­ка. Неко­то­рые ак­тер­ские сце­ны у мо­их парт­не­ров вы­шли про­сто бес­по­доб­но. В-тре­тьих, это всё очень кра­си­во сня­то (Мак­сим Шин­ко­рен­ко, про­сти, по­жа­луй­ста, за все ра­зы, ко­гда мы те­бя дер­га­ли и за­став­ля­ли де­лать еще быст­рее). В об­щем, я с нетер­пе­ни­ем жду вы­хо­да на экра­ны пол­ной вер­сии.

Ин­те­рес­но, ко­гда вы смот­ри­те фильм, в ко­то­ром сни­ма­лись, рас­смат­ри­ва­е­те се­бя на экране? Удач­ный ли грим, на­при­мер?

Во­об­ще на се­бя смот­реть слож­но, осо­бен­но на боль­шом экране. Это та­кое — как бы пра­виль­нее ска­зать — при­ми­ря­ю­щее с ре­аль­но­стью за­ня­тие. А та­кие ве­щи, как иде­ал, со­вер­шен­ство, я в прин­ци­пе не рас­смат­ри­ваю. Это же смеш­но! Сколь­ко лю­дей — столь­ко и мне­ний. Ме­ня, как ак­три­су, вол­ну­ет на экране дру­гое, и я ра­да, что это так. Я все­гда бла­го- дар­на опе­ра­то­рам, и я люб­лю опе­ра­то­ров, ко­то­рые уме­ют де­лать круп­ные пла­ны, по­то­му что, на­до при­знать, уме­ют не все. Ино­гда ты вы­гля­дишь про­сто как кро­ко­дил... Но это уже дру­гой во­прос. Для че­го, соб­ствен­но, ты это де­ла­ла? Что­бы те­бя кра­си­во сня­ли круп­ным пла­ном? Для это­го мож­но бы­ло бы и дру­гую про­фес­сию най­ти. Я по­ни­маю, о чем вы го­во­ри­те, — мне по­дру­га на по­ка­зе мо­жет ска­зать, мол, по­смот­ри, как у те­бя вид­но тон! А я сле­жу за чем-то дру­гим и не сра­зу да­же осо­знаю, что у ме­ня этот тон вид­но. Вид­но и вид­но, гос­по­ди, ну он же там есть!

Ва­ши с Юлей ге­ро­и­ни — де­вуш­ки дру­гой эпо­хи. Они и вос­пи­та­ны ина­че, и жи­вут в дру­гих ре­а­ли­ях. Сей­час в шко­лах силь­но со­кра­ти­ли спи­сок клас­си­ки имен­но по­то­му, что де­ти не вос­при­ни­ма­ют эти тек­сты се­рьез­но. Как вы, со­вре­мен­ная де­вуш­ка, по­гру­жа­е­тесь в те вре­ме­на, не про­ис­хо­дит у вас лом­ки?

Нет, у ме­ня нет лом­ки. Что ни го­во­ри, а ба­зо­вые ин­стинк­ты в че­ло­ве­ке всё рав­но пре­об­ла­да­ют в лю­бые вре­ме­на: страх смер­ти, же­ла­ние быть лю­би­мой. Дру­гой во­прос, что бы­ло со­вер­шен­но иное вре­мя, со­вер­шен­но иная мо­дель по­ве­де­ния жен­щи­ны в об­ще­стве. Глав­ное, дру­гая ско­рость те­че­ния вре­ме­ни. Взять, на­при­мер, мою ге­ро­и­ню Да­шу. Ее ▶

лю­би­мый про­па­да­ет на войне — и ни слу­ху, ни ду­ху от него. Рань­ше — ну ка­кие мо­биль­ни­ки, о чем речь? Пись­ма, пись­ма, моя до­ро­гая, и жди ме­ся­ца­ми этих пи­сем. И она ждет че­ло­ве­ка, в ко­то­ро­го влю­би­лась, она ему вер­на, по­то­му что дру­гих ва­ри­ан­тов нет. Тут день не по­зво­нит, и уже на­чи­на­ешь: «Что он там о се­бе возо­мнил!» А здесь три ра­за в ме­сяц уви­де­лись в опе­ре, из ло­жи в ло­жу друг на дру­га по­смот­ре­ли, уви­де­лись раз на скач­ках... Со­вер­шен­но иное ка­че­ство флир­та и фле­ра во­об­ще. И ведь это не так пло­хо, это да­же хорошо, про­сто раз­ное, не та­кое, как те­перь.

А нуж­ны ли лю­дям ши­ро­кие воз­мож­но­сти для пра­виль­но­го вы­бо­ра? Рань­ше, ви­ди­те, сто лет прой­дет, по­ка пой­мешь, под­хо­дит

СЕЙ­ЧАС Я УЖЕ В ТОМ ГАРМОНИЧНОМ ВОЗРАСТЕ, КО­ГДА ОЧЕНЬ ХОРОШО РАЗОБРАЛАСЬ, ЧТО МНЕ СА­МОЙ НРА­ВИТ­СЯ, А ЧТО НЕТ

че­ло­век или не под­хо­дит. Сей­час всё го­раз­до быст­рее про­ис­хо­дит, но оши­бать­ся лю­ди не пе­ре­ста­ли.

Мы же не зна­ем, сколь­ко они со­вер­ша­ли оши­бок. Мне важ­но, что­бы у ме­ня бы­ла воз­мож­ность вы­бо­ра. Про­сто я не став­лю знак ра­вен­ства меж­ду все­доз­во­лен­но­стью, рас­пу­щен­но­стью и вы­бо­ром. Я не счи­таю, что жен­щине необ­хо­ди­мо спать со все­ми под­ряд, что­бы по­нять, что вот этот мой, этот мне го­дит­ся. Но раз уж мы боль­ше не жи­вем в си­ту­а­ции «стер­пит­ся-слю­бит­ся», то я счи­таю, что жен­щи­ны мо­гут поз­во­лить се­бе не му­чить­ся с муж­чи­на­ми, ко­то­рые ока­за­лись не те­ми, о ко­то­рых они меч­та­ли. Мне ка­жет­ся, что это за­ме­ча­тель­ное пра­во, ко­то­рое мы по­лу­чи­ли.

Аня, у вас не воз­ни­ка­ет про­блем с тем, что муж­чи­ны, преж­де все­го, ви­дят в вас ак­три­су?

Я по­чти не по­па­даю в ком­па­нии незна­ко­мых мне муж­чин...

То есть в ва­шем окру­же­нии нет про­стых смерт­ных — толь­ко те, что име­ют от­но­ше­ние к ва­шей ра­бо­те?

В по­след­нее вре­мя я во­об­ще ста­ла ад­ским до­мо­се­дом и ес­ли ку­да-то вы­хо­жу, то это в лю­бом слу­чае мои дру­зья и я для них ни­ка­кая не звез­да, а Аня, ко­то­рую они зна­ют сто пять­де­сят пять мил­ли­о­нов лет. С дру­гой сто­ро­ны, есть та­кая ин­те­рес­ная шту­ка. Я недав­но да­ва­ла ин­тер­вью и ска­за­ла, что не на­до ждать от жен­щи­ны-ак­три­сы то­го, че­го бы ты ждал от жен­щи­ны-юри­ста, или бух­гал­те­ра, или от жен­щи­ны-до­мо­хо­зяй­ки. И кто-то имен­но эту фра­зу опуб­ли­ко­вал, и тут же по­яви­лись яз­ви­тель­ные ком­мен­та­рии: «О бо­же, ока­зы­ва­ет­ся, от­но­ше­ние к жен­щине за­ви­сит от ее про­фес­сии». Ну ко­неч­но же, за­ви­сит. Ко­неч­но, да!

На­до объ­яс­нить­ся.

Ес­ли ты вы­брал жен­щи­ну-ак­три­су и у нее, на­при­мер, че­тыр­на­дцать съе­моч­ных ноч­ных смен под­ряд, ты что, бу­дешь на­ле­тать на нее утром с во­про­сом «где ты бы­ла всю ночь»?! А ес­ли ей, не дай бог, нуж­но це­ло­вать­ся с дру­ги­ми муж­чи­на­ми или что-то по­доб­ное, ты бу­дешь на­ле­тать на нее с кри­ка­ми «ах ты та­кая-ся­кая»? Ес­ли твоя жен­щи­на — ак­три­са, то у нее 12-ча­со­вой ра­бо­чий день (с 8 утра и до 8 ве­че­ра). И ес­ли у нее во­семь­де­сят съе­моч­ных дней, как у ме­ня бы­ло в «Хож­де­нии по му­кам», то она ед­ва до­пол­зет до кро­ва­ти и ска­жи спа­си­бо, ес­ли она смо­жет вы­да­вить из се­бя «ми­лый, спо­кой­ной но­чи». Лю­бые вза­и­мо­от­но­ше­ния за­ви­сят от из­дер­жек про- фес­сии. Лю­бая ра­бо­та на­кла­ды­ва­ет от­пе­чат­ки на лич­ную жизнь. Я не знаю, кем ра­бо­та­ет та, что оста­ви­ла этот ком­мен­та­рий, мо­жет, она на­след­ни­ца боль­шо­го со­сто­я­ния...

При­сталь­ное вни­ма­ние к вам, к ва­шей внеш­но­сти, к ва­шим сло­вам — это то­же из­держ­ки про­фес­сии. Вот вы сей­час по­стриг­лись — это но­вость! Аня Чиповская по­стриг­лась!

Обал­деть. Да, но­во­сти у нас!

Но это тем не ме­нее рез­кая сме­на ими­джа…

Слу­шай­те, ни­ка­ких рез­ких дви­же­ний, я очень дав­но это­го хо­те­ла, и да­же мои близ­кие дру­зья бы­ли в кур­се. Но я всё вре­мя бы­ла свя­за­на ка­ки­ми-то обя­за­тель­ства­ми, а сей­час про­сто слу­чил­ся та­кой мо­мент, что эти огром­ные «Хож­де­ния по му­кам» за­кон­чи­лись, а мой но­вый про­ект еще не на­чал­ся. В те­ат­ре мы спе­ци­аль­но ку­пи­ли экс­тен­шн, но я уже два спек­так­ля сыг­ра­ла, где мне со­вер­шен­но это не при­го­ди­лось. Дру­гое де­ло, что этот год был са­мым ужас­ным и слож­ным в мо­ей жиз­ни. Я ре­ши­ла ко­рен­ным об­ра­зом по­ме­нять всё по­сле это­го го­да. Во-пер­вых, я по­те­ря­ла сра­зу не­сколь­ко близ­ких лю­дей. Плюс я ни­ко­гда не ра­бо­та­ла столь­ко, сколь­ко в этом го­ду. Ко­гда я иг­ра­ла по пят­на­дцать спек­так­лей в ме­сяц и па­рал­лель­но у ме­ня бы­ли съем­ки, я уста­ва­ла так... Та­ко­го рань­ше ни­ко­гда не бы­ло. По­это­му я ре­ши­ла, что боль­ше ни­ко­гда не бу­ду столь­ко ра­бо­тать. Я у се­бя од­на. И в этом го­ду за очень дол­гое вре­мя я по­еха­ла от­ды­хать на две неде­ли. Я по­счи­та­ла, что в по­след­ний раз боль­ше неде­ли от­ды­ха­ла, ко­гда мне бы­ло две­на­дцать лет. Это то­же пол­ный при­вет. И ор­га­низм мой мне всё объ­яс­нил вес­ной, на спек­так­ле, он мне всё про ме­ня рас­ска­зал. По­это­му мне за­хо­те­лось ра­ди­каль­но об­ну­лить­ся и по­ме­нять­ся. И я, тьфу-тьфу, чув­ствую се­бя пре­крас­но. От­ра­щи­вать во­ло­сы не со­би­ра­юсь, мне очень ком­форт­но, стриж­ка от­ве­ча­ет мо­е­му внут­рен­не­му со­сто­я­нию, я слов­но ста­ла са­мой со­бой. Та­кой, ка­кая я есть на са­мом де­ле.

О вку­сах, ко­неч­но, не спо­рят. А у твор­че­ства мо­гут быть судьи? Сей­час вы­шла «Арит­мия» — кто-то пла­чет в за­ле, кто-то спра­ши­ва­ет, за­чем ее сня­ли.

Я счи­таю, что ме­рил во­об­ще быть не долж­но. Ина­че мы ока­жем­ся в си­ту­а­ции, ко­гда кто-то смо­жет эти ме­ри­ла уста­нав­ли­вать. Ка­кие-то лю­ди нам уже рас­ска­зы­ва­ют, что в ис­кус­стве мож­но, а че­го в ис­кус­стве нель­зя. На мой взгляд, это са­мое опас­ное для ис­кус­ства. По­то­му что твор­че­ство не точ­ная на­у­ка. Для ко- го-то Го­голь-центр — это Со­дом и Го­мор­ра, а кто-то счи­та­ет, что это про­грес­сив­ный пе­ре­до­вой те­атр со све­жим взгля­дом на ак­тер­ское су­ще­ство­ва­ние. И не на­до за­ты­кать ни пер­вых, ни вто­рых. Я хо­чу, что­бы мы жи­ли в об­ще­стве, где и пер­вые, и вто­рые име­ют пра­во вы­бо­ра. Ни­кто же не ме­ша­ет лю­дям по­се­щать Ма­лый те­атр, на­при­мер. Я хо­чу, что­бы у ме­ня был вы­бор. И я счи­таю, что вы­бор — са­мая ос­нов­ная на­ша сво­бо­да, ко­то­рую мы долж­ны все­ми си­ла­ми за­щи­тить. По­то­му что ес­ли мы не за­щи­тим это, то нам, в прин­ци­пе, уже за­щи­щать бу­дет нече­го, по­то­му что даль­ше мы пой­дем про­сто по ком­про­мис­сам.

А вам в прин­ци­пе мож­но стро­го-на­стро­го что­то за­пре­тить?

Важ­но кто за­пре­тит и смот­ря что. Но в це­лом мои ро­ди­те­ли очень быст­ро по­ня­ли, что со мной за­пре­ты не ра­бо­та­ют. Я очень мно­го сво­бо­ды все­гда име­ла.

Вы до­воль­ны со­бой? Вам ка­жет­ся, что вы кра­си­вая?

Все мне­ния очень субъ­ек­тив­ны, но в мо­ем лич­ном вос­при­я­тии я кра­си­вая, и я ра­да, что па­па с ма­мой по­да­ри­ли мне та­кую внеш­ность. И мне нра­вит­ся, как я вы­гля­жу, а те­перь, с ко­рот­кой стриж­кой, мне во­об­ще всё очень нра­вит­ся. И сла­ва бо­гу, ме­ня окру­жа­ют лю­ди, ко­то­рые та­кую мою уве­рен­ность под­дер­жи­ва­ют, а не раз­ру­ша­ют. По­то­му что я мно­го все­го про се­бя слы­ша­ла — и что уша­стая, и ка­кая толь­ко ни­ка­кая. Но я же не мо­гу жить и бес­ко­неч­но ори­ен­ти­ро­вать­ся на то, что го­во­рят дру­гие. Да мне по­фиг, из­ви­ни­те. Ко­гда мне бы­ло два­дцать и я нуж­да­лась в чьей-то под­держ­ке, я еще как-то на это об­ра­ща­ла вни­ма­ние. Сла­ва бо­гу, сей­час я уже в том гармоничном возрасте, ко­гда очень хорошо разобралась, что мне са­мой нра­вит­ся, а что нет, что мне идет, что не идет, ка­кие ро­ле­вые мо­де­ли я хо­чу под­дер­жи­вать, ка­кие не хо­чу. По­это­му мне взрос­ле­ние в кайф. Чест­но ска­жу, мне ка­жет­ся, что мое ре­аль­ное вре­мя при­дет лет че­рез де­сять. Я чув­ствую, что с го­да­ми ста­нов­люсь рас­слаб­лен­нее.

Уве­рен­нее в се­бе?

Имен­но рас­слаб­лен­нее. По­то­му что ну не уве­ре­на и не уве­ре­на. В сле­ду­ю­щий раз бу­ду уве­ре­на.

Вы про­сто на­учи­лись по­лу­чать от се­бя удо­воль­ствие?

Аб­со­лют­но! Ну и по­ня­ла, что сво­и­ми нер­ва­ми ни­че­го не из­ме­ню: сколь­ко ни на­ма­ты­вай кру­ги по ком­на­те, ни­че­го не по­ме­ня­ет­ся. Это не дей­ствен­но, а как раз на­обо­рот. ▶

ТА­КИЕ ВЕ­ЩИ, КАК ИДЕ­АЛ, СО­ВЕР­ШЕН­СТВО, Я В ПРИН­ЦИ­ПЕ НЕ РАС­СМАТ­РИ­ВАЮ. ЭТО ЖЕ СМЕШ­НО! СКОЛЬ­КО ЛЮ­ДЕЙ — СТОЛЬ­КО И МНЕ­НИЙ

Юля, ко­гда вы иг­ра­ли Ека­те­ри­ну Вто­рую, то рас­ска­зы­ва­ли, как тща­тель­но го­то­ви­лись к ро­ли: чи­та­ли ме­му­а­ры, рас­ка­пы­ва­ли ка­кие-то де­та­ли об им­пе­ра­три­це. В этот раз у вас есть толь­ко текст. Это луч­ше или ху­же? Луч­ше, ко­неч­но. До­ку­мен­таль­но­го филь­ма, до­сто­вер­но­го, не по­лу­чит­ся ни­ко­гда, это все­гда ху­до­же­ствен­ное про­из­ве­де­ние. И чем боль­ше ты зна­ешь прав­ды, чем боль­ше по­гру­жа­ешь­ся в это, тем боль­ше те­бя раз­дра­жа­ет то, что по­лу­ча­ет­ся в ито­ге. По­то­му что по­ни­ма­ешь, на­сколь­ко это да­ле­ко от жиз­ни и от прав­ды. Мне во­об­ще ка­жет­ся, что изоб­ра­жать в ки­но вы­мыш­лен­ный пер­со­наж — чест­нее. Я не очень люб­лю био­гра­фии, то есть я их люб­лю смот­реть, но участ­во­вать в них... все­гда как-то со­вест­но. ( Улы­ба­ет­ся.)

Ва­ша ге­ро­и­ня Катя изменила мужу и по это­му по­во­ду неве­ро­ят­но стра­да­ет. Се­го­дня та­кая си­ту­а­ция мно­гим не ка­жет­ся про­блем­ной. Как сыг­рать так, что­бы вам, точ­нее ва­шей Ка­те, по­ве­ри­ли? Ну ко­гда Ка­те­ри­на в «Гро­зе» уто­пи­лась, то, на­вер­ное, у ко­го-то то­же мо­жет воз­ник­нуть ощу­ще­ние, что это невоз­мож­но в на­ше вре­мя. В ме­ня Ка­те­ри­на по­па­да­ла все­гда. Мне ка­жет­ся, что ве­ли­кие писатели, дра­ма­тур­ги, они по­это­му и ве­ли­кие, что все­гда по­нят­ны. И ка­кие-то уни­вер­саль­ные по­ня­тия про лю­бовь, из­ме­ну, нена­висть, по­иск се­бя — это ве­щи на все вре­ме­на. Для ме­ня Катя очень ак­ту­аль­ный пер­со­наж. Да­же бо­лее ак­ту­аль­ный, чем мо­жет по­ка­зать­ся на пер­вый взгляд. Она уби­ва­ет­ся не из-за из­ме­ны, про­сто из­ме­на ее окон­ча­тель­но раз­ру­ша­ет. Ло­ви­ли ли вы се­бя ко­гда-ни­будь на та­кой мыс­ли: «А вдруг я где-то в этой жиз­ни не ту­да свер­ну­ла и жи­ву дру­гой жиз­нью?» Вот ме­ня эта мысль все­гда очень пу­га­ет. Я ду­маю: а что бы­ло бы, ес­ли бы я... ну не знаю, де­сять лет на­зад не ста­ла ак­три­сой. И ес­ли ты на­чи­на­ешь за­го­нять­ся, это мо­жет при­ве­сти к ка­кой-то жут­кой де­прес­сии и внут­рен­не­му опу­сто­ше­нию. И мне ка­жет­ся, это есть в мо­ей Ка­те: она изменила мужу, она не лю­бит его, не по­ни­ма­ет во­об­ще, как даль­ше жить... Это не уста­ре­ет ни­ко­гда.

Есть ощу­ще­ние, что вы очень при­дир­чи­вы к се­бе. По­че­му?

Я не знаю. Мне ка­жет­ся, всё же из дет­ства идет. На­вер­ное, вос­пи­та­ние.

Вас не хва­ли­ли, не го­во­ри­ли: «ты пра­виль­но де­ла­ешь, ты мо­ло­дец»?

Мне са­мой все­гда хо­те­лось де­лать боль­ше, чем я де­ла­ла.

«По­че­му че­ты­ре, по­че­му не пять», да?

Да, я бы­ла от­лич­ни­цей. И ко­гда пе­ре­шла из обыч­ной шко­лы в гим­на­зию, мне бы­ло очень тя­же­ло: у ме­ня не все пя­тер­ки сна­ча­ла бы­ли, и я ни­как не мог­ла с этим сми­рить­ся. Не бы­ло стремления быть пер­вой, луч­ше дру­гих, я соревновалась исключительно с со­бой — про­ве­ря­ла се­бя на прочность.

Вам нра­вит­ся пе­ре­смат­ри­вать свои филь­мы?

Пе­ре­смат­ри­вать? Дол­гое вре­мя лю­бой фильм, в ко­то­ром я сня­лась, для ме­ня уже не со­от­вет­ство­вал мо­мен­ту. Мы сня­ли кар­ти­ну, до­пу­стим, год на­зад. К ее вы­хо­ду я столь­ко дру­го­го успе­ла сде­лать, пе­ре­вер­ну­ла уже не од­ну, а не­сколь­ко стра­ниц. Так бы­ло все эти го­ды, до, по­жа­луй, вы­хо­да «Хож­де­ния по му­кам». Еще у ме­ня вый­дет «Кро­ва­вая ба­ры­ня» (Юлия иг­ра­ет Да­рью Сал­ты­ко­ву, из­вест­ную в на­ро­де как Сал­ты­чи­ха. — Прим. ОК!). Не знаю по­ка, что там по­лу­чи­лось, но ни­как не по­ки­нет ме­ня вся эта ис­то­рия, мне очень тя­же­ло с ней рас­стать­ся. А в слу­чае с «Хож­де­ни­ем по му­кам» та же си­ту­а­ция — на­вер­ное, из-за ре­жис­се­ра, ко­то­ро­го я бес­ко­неч­но ува­жаю и ко­то­рый мне очень мно­гое дал в про­фес­сии... У ме­ня пер­вые та­кие опы­ты, я та­ко­го еще не ис­пы­ты­ва­ла. Обыч­но я быст­ро те­ряю ин­те­рес к про­де­лан­ной ра­бо­те. ( Улы­ба­ет­ся.)

Глав­ное — быть чест­ным с со­бой имен­но в тот мо­мент, ко­гда ты что-то де­ла­ешь?

Не врать се­бе — во­об­ще глав­ный жиз­нен­ный прин­цип. По­то­му что об­ще­ствен­ное мне­ние — да чье угод­но мне­ние, да­же дру­зей, по­то­му что дру­зья то­же субъ­ек­тив­ны, — со­вер­шен­но не от­ра­жа­ет дей­стви­тель­но­сти. Мне-то уж боль­ше, чем ко­му бы то ни бы­ло, это из­вест­но. Это во­об­ще та­кая смеш­ная шту­ка: в по­след­нее вре­мя, по раз­ным жиз­нен­ным об­сто­я­тель­ствам, я на­учи­лась к это­му пра­виль­но от­но­сить­ся — я толь­ко с со­бой све­ряю, что прав­да, а что нет. Как-то так.

Юля, а вам го­во­ри­ли в дет­стве, что вы кра­си­вая?

Нет, в дет­стве не го­во­ри­ли.

Вы сей­час об этом жа­ле­е­те?

Да.

Де­воч­кам на­до го­во­рить о том, что они кра­си­вые?

Слож­ный во­прос, я не знаю. Мне нра­вит­ся, что я на этот счет адек­ват­на. По­то­му что ино­гда де­воч­ки, ко­то­рым та­ко­го не го­во­ри­ли, по­том пы­та­ют­ся до­ка­зать всем, что они кра­си­вые. А есть та­кие, ко­то­рым го­во­ри­ли, и они уж очень уве­ре­ны в сво­ей красоте. Мне ка­жет­ся, что у ме­ня нет ни то­го, ни дру­го­го. Хо­тя я мо­гу вы­не­сти мозг по по­во­ду фо­то­гра­фии во вре­мя фо­то­сес­сии, ес­ли мне что-то не нра­вит­ся. ( Улы­ба­ет­ся.) Но во­прос не в красоте, а в чем­то да­же не очень объ­яс­ни­мом — вот не нра­вит­ся мне, и всё. Но в це­лом я по-фи­ло­соф­ски лег­ко к это­му от­но­шусь, хо­тя мне хо­те­лось бы боль­ше самоиронии в та­ких во­про­сах. Мне во­об­ще ка­жет­ся, что мне ее не хва­та­ет — в ра­бо­те, в жиз­ни. Мо­жет, по­это­му мне боль­ше пред­ла­га­ют та­кие ро­ли — ка­кие-то очень тя­же­лые. И я сей­час как раз ищу лег­ко­сти и раз­ду­мы­ваю, брать­ся мне за но­вую дра­му ли­бо в дру­гую сто­ро­ну се­бя про­ве­рить.

Вы не хо­ти­те сыг­рать ка­кую-ни­будь дур­нуш­ку, как ча­сто меч­та­ют кра­си­вые ак­три­сы?

Кра­си­вым ак­три­сам при­хо­дит­ся боль­ше до­ка­зы­вать: ты здесь не за кра­си­вые гла­за... Я сей­час вспом­ни­ла, как Аня, ко­гда мы ле­те­ли в Кан­ны, рас­ска­зы­ва­ла про то, что она од­на­жды на­блю­да­ла за сбо­ром пи­ло­тов. Ко­ман­ди­ром на­ше­го эки­па­жа бы­ла жен­щи­на — и по­это­му Аня об этом за­го­во­ри­ла. Так вот ее по­ра­зи­ло, что жен­щин-пи­ло­тов бы­ло на этом сбо­ре не очень мно­го и они все бы­ли в та­ком ги­пер­то­ну­се. Я ду­маю, что им то­же при­хо­дит­ся вдвойне до­ка­зы­вать, что они по пра­ву за­ни­ма­ют­ся этим де­лом. Дру­гой во­прос, что есть про­фес­сии, в ко­то­рых у муж­чин дей­стви­тель­но по­лу­ча­ет­ся луч­ше, чем у жен­щин. Я в этом смыс­ле не очень фе­ми­нист­ка. Мне ка­жет­ся, что жен­ская при­ро­да в неко­то­рых про­фес­си­ях все-та­ки боль­ше ме­ша­ет.

В этом смыс­ле вы вы­бра­ли пра­виль­ную про­фес­сию.

На­вер­ное, да, хо­тя это толь­ко на пер­вый взгляд ка­жет­ся. Мно­гие ду­ма­ют: вот в чем за­клю­ча­ет­ся про­фес­сия ак­три­сы? хо­дят та­кие все кра­си­вые. Это немнож­ко не так. Не са­мое это жен­ское де­ло, не про­сто же так у нас та­кое ко­ли­че­ство ве­ли­ких ак­те­ров. Хо­тя кто сей­час возь­мет­ся ве­сти счет, боль­ше ве­ли­ких ак­те­ров или ак­трис?

У вас есть лю­би­мые ак­те­ры?

На са­мом де­ле их очень мно­го. Есть та­кие, кто, на­при­мер, См­ок­ту­нов­ско­го счи­та­ет ужас­ным ар­ти­стом, что он про­сто крив­ля­ка. А я его очень люб­лю. И мы сно­ва вер­ну­лись к то­му, что о вку­сах не спо­рят... Для ме­ня Ев­стиг­не­ев, Лео­нов — ве­ли­кие ар­ти­сты.

И ведь они не кра­сав­цы со­всем.

У МЕ­НЯ НЕ БЫ­ЛО СТРЕМЛЕНИЯ БЫТЬ ПЕР­ВОЙ, ЛУЧ­ШЕ ДРУ­ГИХ, Я СОРЕВНОВАЛАСЬ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО С СО­БОЙ

Во­об­ще-то, муж­чи­на-кра­са­вец — боль­шой во­прос для ме­ня. Я не знаю, что та­кое муж­чи­на-кра­са­вец. Это ко­гда пра­виль­ный нос? Мне, по­жа­луй, боль­ше нра­вит­ся ха­рак­тер в ли­це, чем стро­е­ние ли­ца, его леп­ка. В красоте черт я ви­жу ка­кую-то жен­ствен­ность ско­рее.

Юля, вы все­гда помни­те о том, что ста­тус ак­три­сы обя­зы­ва­ет вас по­сто­ян­но быть в иде­аль­ной фор­ме? Недав­но в ин­тер- нете ак­тив­но об­суж­да­лась од­на гол­ли­вуд­ская ак­три­са, ко­то­рая вы­шла из до­ма с немы­той го­ло­вой…

Слу­шай­те, ме­ня все эти раз­го­во­ры силь­но удив­ля­ют. Лю­дям ка­жет­ся, что, ес­ли ты ак­три­са, зна­чит, за всё от­чи­ты­вай­ся. Ты как бы всем долж­на. Это до­ста­точ­но стран­но, по­то­му что, во­об­ще-то, есть лич­ная жизнь, а есть про­фес­си­о­наль­ная. Я не знаю, ку­да там ▶

вы­шла кон­крет­но эта несчаст­ная ак­три­са, но я не очень по­ни­маю это­го за­гля­ды­ва­ния в за­моч­ную сква­жи­ну. Ко­гда я вы­хо­жу на ули­цу, я о «ста­ту­се ак­три­сы» не ду­маю. Но ес­ли со­би­ра­юсь на крас­ную до­рож­ку, на ка­кое-то ме­ро­при­я­тие, то, на­вер­ное, на­до про­явить ува­же­ние и по­ин­те­ре­со­вать­ся дресс-ко­дом. В осталь­ном, чест­но ска­зать, мне всё рав­но. Это мое лич­ное пра­во, и ни­кто не мо­жет мне ука­зы­вать, что не так.

А что для вас са­мой красота?

Это что-то, су­ще­ству­ю­щее толь­ко в на­шем во­об­ра­же­нии. Я во­об­ще не люб­лю сло­во «кра­си­вый». Про­сто я в него не ве­рю: од­но­му — кра­си­во, дру­го­му — нет. Вот мы се­го­дня сни­ма­ли первую фо­то­гра­фию — мне по­ка­за­лось, что некра­си­во, а Ане очень по­нра­ви­лось. Вот как мы до­го­во­рим­ся? Кто прав? Все пра­вы по-своему. Всё ил­лю­зор­но. Помни­те в «Мат­ри­це»: «лож­ка гнет­ся, лож­ка не гнет­ся»... Это всё мат­ри­ца ка­кая-то, мы в ней су­ще­ству­ем. Мы яр­лы­ки раз­ве­си­ли — так и жи­вем.

Юля, а у вас есть «ра­бо­чая» сто­ро­на? Помни­те, в «Лан­ды­ше се­реб­ри­стом» ак­три­са устро­и­ла скан­дал: «Не сни­май­те ме­ня с этой сто­ро­ны! Она не ра­бо­чая!»

Нет, у ме­ня это­го ни­ко­гда не бы­ло. Во­об­ще, что ка­са­ет­ся ки­но, у ме­ня нет та­кой те­мы, что мне обя­за­тель­но нуж­но быть хо­ро­шень­кой. Мы шу­ти­ли на съем­ках «Хож­де­ния по му­кам» — у ко­го пла­тьиш­ко луч­ше, кто луч­ше по­лу­чил­ся. Я на­де­ва­ла на се­бя де­сять сло­ев все­го, по­то­му что бы­ло про­хлад­но, и немнож­ко вы­хо­ди­ла та­ким пон­чи­ком. Но мне бы­ло важ­нее не за­мерз­нуть и не вы­гля­деть уми­ра­ю­щим ле­бе­дем в кад­ре про­сто для то­го, что­бы быть строй­ной. А я знаю, что ес­ли я за­мерз­ла — то всё, при­вет. Кто-то мо­жет так ра­бо­тать и вы­да­вать, а я всё — за­мерз­ла и умер­ла.

Аня при­зна­лась, что к трид­ца­ти го­дам она смог­ла рас­сла­бить­ся и на­учи­лась по­лу­чать удо­воль­ствие от жиз­ни и от се­бя преж­де все­го. Вы пе­ре­жи­ва­ли по­доб­ное?

Да, та­кое есть, я толь­ко сей­час на­чи­наю по­ни­мать свою при­ро­ду, не бун­то­вать про­тив нее. Это, кста­ти, есть и у Ка­ти, мо­ей ге­ро­и­ни. Та­кая же ис­то­рия. То есть с воз­рас­том при­хо­дит ка­кая-то гар­мо­ния, спо­кой­ствие — это прав­да.

Еще очень ме­ня­ет жен­щи­ну ма­те­рин­ство.

Ко­неч­но, рождение ре­бен­ка во­об­ще всё в тво­ей го­ло­ве ста­вит на свои ме­ста — ты сра­зу по­ни­ма­ешь, что важ­но в этой жиз­ни, а что нет. Вот и всё.

А рас­слаб­лен­ность, о ко­то­рой го­во­рит Аня, у вас по­яви­лась?

Не знаю. Вот се­го­дня на съем­ке Аня бы­ла рас­слаб­лен­ная, а я нет. По­нят­но, на это мил­ли­он ка­ких-то дру­гих об­сто­я­тельств на­кла­ды­ва­ет­ся, но всё рав­но. Я еще вспыль­чи­вая до ку­чи, на­чи­наю за­во­дить­ся... Это то, о чем я го­во­ри­ла: мне не­сколь­ко не хва­та­ет самоиронии. Вот у Ани, ка­жет­ся, она есть. Не­смот­ря на то, что у ме­ня есть ре­бе­нок, а у Ани его по­ка нет. Мне ка­жет­ся, что для ак­те­ра очень важ­но до­ве­рять се­бе. По­то­му что ес­ли ты не до­ве­ря­ешь сво­ей при­ро­де — ты ни­ко­гда не вы­рвешь­ся за пре­де­лы сво­их воз­мож­но­стей, ты бу­дешь всё вре­мя дер­жать се­бя в опре­де­лен­ных рам­ках: ой, там вот я не хо­ро­ша, там у ме­ня не по­лу­чит­ся. В этом смыс­ле, на­при­мер, я ува­жаю в Ане то, что она дерз­кая, она не рас­суж­да­ет, по­лу­чит­ся или нет, за­то по­про­бу­ет.

А это не про вас?

Я ра­бо­таю в этом на­прав­ле­нии и по­это­му ино­гда со­гла­ша­лась на ка­кие-то ро­ли, да­же по­ни­мая, что по уму не на­до это­го де­лать. На­при­мер, ко­гда взя­лась за роль Ека­те­ри­ны. Я не ве­ри­ла в то, что я — Ека­те­ри­на, и до сих пор у ме­ня боль­шие во­про­сы к се­бе. Мне, до­пу­стим, очень нра­вит­ся, как в «Кро­ва­вой ба­рыне» эту роль ис­пол­ня­ет Се­ве­рия Яну­ша­ус­кай­те. Мне ка­жет­ся, это та­кое точ­ное по­па­да­ние, с этим ее ак­цен­том, с та­ким ум­ным, хо­лод­ным взгля­дом — очень точ­но... А я же со­гла­си­лась толь­ко по­то­му, что пы­та­лась вый­ти из при­выч­ных ра­мок.

НЕ ВРАТЬ СЕ­БЕ — ВО­ОБ­ЩЕ ГЛАВ­НЫЙ ЖИЗ­НЕН­НЫЙ ПРИН­ЦИП

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.