НОВАЯ ЭНЕРГИЯ

OK! (Russia) - - Персона - Фо­то: Игорь Павлов. Стиль: Ири­на Свистушкина. Макияж и прически: Лю­бовь Литошко —

В свя­зи с этим ме­ня удив­ля­ет вот что: почему по­сле шко­лы ты не по­шла в ак­три­сы, что, ка­за­лось бы, бы­ло так оче­вид­но? Ты же в сво­ем род­ном Пс­ко­ве по­сту­пи­ла в вуз, не име­ю­щий ни­ка­ко­го от­но­ше­ния к те­ат­ру и ки­но. Па­ра­докс.

На са­мом де­ле, Ва­дик, это сей­час вро­де бы всё оче­вид­но — и для окру­жа­ю­щих, и для ме­ня са­мой. Но то­гда... Во-пер­вых, я не из те­ат­раль­ной се­мьи.

Ну и что?

Ну как: ты всё рав­но все­гда слу­ша­ешь и слы­шишь то окру­же­ние, в ко­то­ром жи­вешь. Ко­гда я го­во­ри­ла, что хо­те­ла бы стать ак­три­сой, од­ни уми­ра­ли от сме­ха, а дру­гие вы­ра­жа­ли свое мне­ние так: «Ну-у-у...» И толь­ко па­ра че­ло­век го­во­ри­ли: «На­до по­про­бо­вать. По край­ней ме­ре, оста­нут­ся пре­крас­ные вос­по­ми­на­ния».

А ро­ди­те­ли к ка­кой ка­те­го­рии от­но­си­лись?

Ма­ма ме­ня очень неж­но лю­би­ла и счи­та­ла, что я, на­вер­ное, в чем-то та­лант­ли­вый че­ло­век, но она все­гда мне го­во­ри­ла, мол, да­вай ста­но­вись луч­ше ди­рек­то­ром шко­лы, ну ка­кая ты ак­три­са...

Лю­бо­пыт­но, что сра­зу ди­рек­то­ром, а не пе­да­го­гом.

На­вер­ное, она чув­ство­ва­ла, что во мне есть ор­га­ни­за­тор­ские спо­соб­но­сти, что я быст­ро мо­гу ор­га­ни­зо­вать лю­дей во­круг се­бя. Ко­гда я ска­за­ла ма­ме, что по­сту­пи­ла в ГИТИС, у нее был шок, ни­кто и пред­ста­вить се­бе не мог, что это во­об­ще воз­мож­но. Я же до мо­мен­та са­мо­го по­ступ­ле­ния ни­ко­му не го­во­ри­ла о сво­их на­ме­ре­ни­ях. Про­сто за­бра­ла до­ку­мен­ты из пед­ин­сти­ту­та и по­еха­ла в Моск­ву. Ма­ме ска­за­ла: «Ну, я по­еха­ла. По­гу­ляю, по­ды­шу мос­ков­ским воз­ду­хом».

Ве­ли­кий кон­спи­ра­тор! А ма­ма кто по про­фес­сии?

Она эко­но­мист. Но ро­ди­те­ли по­па­ли в очень нехо­ро­шее вре­мя. Они со­вер­шен­но не «про биз­нес», но по­тря­са­ю­щие лю­ди по сво­им ду­шев­ным ка­че­ствам. На­при­мер, в 90-е ма­ма ра­бо­та­ла в дет­ском кор­рек­ци­он­ном са­ду со слож­ны­ми детьми, они ее обо­жа­ли. Сей­час она не ра­бо­та­ет, по­то­му что я ей ска­за­ла, что всем бу­дет про­ще, ес­ли она бу­дет по­мо­гать мне. Ма­ма и па­па сей­час со мной в Москве.

Пре­крас­но. По­лу­ча­ет­ся, в тво­ей судь­бе всё про­изо­шло не бла­го­да­ря, а во­пре­ки об­сто­я­тель­ствам.

Всё про­изо­шло ка­ким-то стран­ным об­ра­зом — по-дру­го­му я не мо­гу это на­звать. По­то­му что, ко­неч­но, ме­ня так мо­та­ло! Сей­час смот­рю на один­на­дца­ти­класс­ни­ков, вы­пуск­ни­ков. Их спра­ши­ва­ют: а вы вы­бра­ли про­фес­сию? Я са­ма, зна­ешь, де­тям сво­их дру­зей ино­гда за­даю этот во­прос, а по­том ду­маю: ну что за ерун­да?! Буд­то бы я не пом­ню, как са­ма в де­вя­том клас­се хо­те­ла стать эм­че­эсов­цем, в де­ся­том клас­се узна­ва­ла, как по­сту­пить в ин­сти­тут на во­ен­но­го пе­ре­вод­чи­ка, по­том пы­та­лась по­пасть в шко­лу по­жар­ных, по­том ре­ши­ла, что мне нуж­но стать сто­ма­то­ло­гом, участ­во­ва­ла во всех олим­пи­а­дах по хи­мии, что­бы по­сту­пить в мед­ин­сти­тут... А по­том раз — и по­ня­ла, что это же­ла­ние по­про­бо­вать сра­зу мно­го про­фес­сий и есть путь в те­ат­раль­ный.

По­жар­ный, эм­че­эсо­вец… Ка­кие-то муж­ские за­ня­тия те­бя ин­те­ре­со­ва­ли, Юля.

Я же все­гда дру­жи­ла с пар­ня­ми. У ме­ня бы­ла и есть од­на близ­кая по­дру­га — Ир­ка Пе­туш­ко­ва, мы с пя­то­го клас­са несем на­шу друж­бу, она крест­ная мо­их де­тей. Вот мы с ней все­гда дру­жи­ли с маль­чиш­ка­ми. У нас был двор — то, чего сей­час ли­ше­ны на­ши де­ти. Они ли­ше­ны дво­ра, при­чем та­ко­го, что­бы утром ушел из до­ма ве­че­ром вер­нул­ся.

Ты, ко­неч­но же, пред­во­ди­те­лем бы­ла? Та­кой вождь крас­но­ко­жих.

ЮЛИЯ ПЕРЕСИЛЬД — ак­три­са силь­но­го, мощ­но­го да­ро­ва­ния, и в про­фес­сии ей под­власт­но аб­со­лют­но всё. Се­го­дня Юля очень вос­тре­бо­ва­на и в те­ат­ре, и в ки­но: пре­мье­ра сле­ду­ет за пре­мье­рой, и так прак­ти­че­ски нон-стоп. Я при­гла­сил ак­три­су к се­бе до­мой, что­бы по­го­во­рить в спо­кой­ной, несу­ет­ной об­ста­нов­ке. Мы пи­ли чай с кон­фе­та­ми, ко­то­рые при­нес­ла Юля, и об­ща­лись, что на­зы­ва­ет­ся, по ду­шам МНЕ НРАВИТСЯ, КО­ГДА В ЖЕНЩИНЕ ПРИСУТСТВУЕТ МУЖСКОЕ НАЧАЛО. ТО­ГДА ОНА ЛИШЕНА КАКИХ-ТО МЕЛКИХ КАПРИЗИКОВ, КАКИХ-ТО ВОТ ТА­КИХ МО­МЕН­ТОВ: «Я НЕ МО­ГУ ВСТАТЬ В ШЕСТЬ УТРА...»

ной дис­ко­те­ке в ДК. Мы уже зна­ли, как луч­ше спи­сать. Я все­гда хо­ро­шо учи­лась, но со спи­сы­ва­ни­ем про­блем не бы­ло. Мы уже ка­кие-то школь­ные праздники са­ми ор­га­ни­зо­вы­ва­ли.

Ска­жи, это ма­ма те­бе го­во­ри­ла, что ты долж­на всё де­лать са­ма?

Нет. Ни­ко­гда. Во­об­ще ма­ме я на са­мом де­ле очень бла­го­дар­на. Ес­ли бы она хоть раз в жиз­ни ска­за­ла мне, что я долж­на стать ак­три­сой, я ни­ко­гда бы не ста­ла ак­три­сой. Ес­ли бы ме­ня к че­му-то при­нуж­да­ли — на­при­мер, «по­ез­жай в Моск­ву », — я бы ни за что не по­еха­ла в Моск­ву. Я по­сту­па­ла на­пе­ре­кор. А од­на­жды — ка­жет­ся, клас­се в пя­том — я по­лу­чи­ла трой­ку, что бы­ло во­об­ще ред­ко­стью. Так вот ма­ма мне ска­за­ла: «Зна­ешь, да­вай так: вот те­бе днев­ник, вот моя под­пись. Рас­пи­сы­вай­ся са­ма в сво­ем днев­ни­ке, ты от­вет­ствен­ный че­ло­век — как чув­ству­ешь, так и учись». Сна­ча­ла бы­ло как-то стран­но, непо­нят­но очень, я не зна­ла, как ре­а­ги­ро­вать на это, а сей­час по­ни­маю, ка­кая моя ма­ма ум­ни­ца. Я по­ня­ла то­гда, что та­кое от­вет­ствен­ность за свои по­ступ­ки.

Су­пер! Ска­жи, ка­кие-то ак­тер­ские сту­дии ты по­се­ща­ла? Или про­сто на под­кор­ке си­де­ло: хо­чу быть ак­три­сой.

Ни­ка­ких ак­тер­ских сту­дий у ме­ня не бы­ло. На са­мом де­ле я бы­ла ка­пи­та­ном школь­ной ко­ман­ды КВН. Нам по­вез­ло, по­то­му что в пе­ри­од, ко­гда мы рос­ли (1998–2000-е го­ды), у нас в Пс­ко­ве был ко­ми­тет по де­лам мо­ло­де­жи, ко­то­рый ор­га­ни­зо­вал все шко­лы ▶

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.