«Бур­жу­аз­ный ре­во­лю­ци­о­нер № 1»

С че­го 500 лет на­зад в цен­тре Ев­ро­пы на­чал­ся ка­пи­та­лизм

Profil - - СОДЕРЖАНИЕ - Алек­сей Во­лы­нец

С че­го 500 лет на­зад в цен­тре Ев­ро­пы на­чал­ся ка­пи­та­лизм

Вок­тяб­ре сем­на­дца­то­го на­ча­лась ре­во­лю­ция но­мер один – нет, это не о «Ве­ли­кой Ок­тябрь­ской со­ци­а­ли­сти­че­ской», это слу­чи­лось че­тырь­мя ве­ка­ми ра­нее. Ров­но 500 лет на­зад, в по­след­ний день ок­тяб­ря 1517 го­да, в цен­тре Гер­ма­нии про­фес­сор мест­но­го уни­вер­си­те­та и сне­да­е­мый стра­стя­ми мо­нах Мар­тин Лю­тер при­бил к цер­ков­ным во­ро­там длин­ный на­бор воз­ра­же­ний про­тив тор­гов­ли пап­ски­ми ин­дуль­ген­ци­я­ми.

Со слов «Во имя любви к ис­тине…» на­чи­на­лись из­ло­жен­ные ла­ты­нью 95 тео­ло­ги­че­ских те­зи­сов. Со­вре­мен­но­го че­ло­ве­ка по их про­чте­нии, ско­рее все­го, по­се­тит од­на мысль – как мо­жет ка­кой-ни­будь 29-й те­зис («Кто зна­ет, все ли ду­ши, пре­бы­ва­ю­щие в чи­сти­ли­ще, же­ла­ют быть вы­куп­лен­ны­ми…») вли­ять на на­шу со­вре­мен­ность? И тем не ме­нее ска­зан­ное в ок­тяб­ре 1517-го вли­я­ет вот уже 500 лет и на жизнь, и на всю эко­но­ми­ку на­шей пла­не­ты.

Ка­пи­та­лизм рож­да­ет­ся в шах­те

Об­ще­из­вест­но, что ка­пи­та­ли­сти­че­ские от­но­ше­ния за­ро­ди­лись в «го­ро­дах­го­су­дар­ствах» сред­не­ве­ко­вой Ита­лии. Но со­вре­мен­ная ис­то­ри­че­ская на­у­ка вы­де­ля­ет еще од­ну их ко­лы­бель – юго­во­сток Гер­ма­нии XV ве­ка. Имен­но этот ре­ги­он – от Сак­со­нии до ав­стрий­ских Альп – был глав­ным цен­тром ме­тал­лур­гии для За­пад­ной Ев­ро­пы. Здесь до­бы­ва­лись все из­вест­ные то­гда че­ло­ве­че­ству ме­тал­лы – от же­ле­за до се­реб­ра, зо­ло­та, оло­ва и ме­ди. Же­ле­зо уже в то вре­мя бы­ло ста­но­вым хреб­том эко­но­ми­ки, а мест­ные руд­ни­ки до от­кры­тия Аме­ри­ки слу­жи­ли ев­ро­пей­цам глав­ным ис­точ­ни­ком драг­ме­тал­лов.

Не слу­чай­но гор­ный хре­бет, раз­де­ля­ю­щий се­го­дня Гер­ма­нию и Че­хию (а пять ве­ков на­зад – Сак­со­нию и то­гда еще немец­кую Бо­ге­мию), име­ну­ет­ся «Руд­ные го­ры». Кон­цен­тра­ция ле­жа­щих по­чти на по­верх­но­сти ме­тал­ли­че­ских руд здесь бы­ла за­пре­дель­ной. Ни­че­го по­доб­но­го в Во­сточ­ной Ев­ро­пе, от Дне­пра до Вол­ги, не бы­ло – все бо­га­тей­шие за­ле­жи, вро­де Кур­ской маг­нит­ной ано­ма­лии, ле­жат на глу­бине со­тен мет­ров, ко­то­рая ста­нет до­ступ­на лишь для тех­ни­ки XIX ве­ка.

Так что, ес­ли хо­чет­ся най­ти ис­то­ки во­сточ­но­ев­ро­пей­ско­го эко­но­ми­че­ско­го от­ста­ва­ния от за­пад­ной по­ло­ви­ны кон­ти­нен­та, сле­ду­ет на­чать с кар­ты ме­тал­ли­че­ских руд. В Ки­ев­ской и Мос­ков­ской Ру­си рас­се­ян­ные по необъ­ят­ным ле­сам кру­пи­цы по­верх­ност­но­го «бо­лот­но­го же­ле­за» со­би­ра­ли немно­го­чис­лен­ные умель­цы. То­гда как на юго-во­сто­ке Гер­ма­нии (в то вре­мя «Свя­щен­ной Рим­ской им­пе­рии гер­ман­ской на­ции») в на­ча­ле XVI сто­ле­тия кон­цен­три­ро­ван­ные за­ле­жи ру­ды в неглу­бо­ких шах­тах до­бы­ва­ли свы­ше 100 тыс. про­фес­си­о­наль­ных ру­до­ко­пов – фан­та­сти­че­ская циф­ра для той эпо­хи!

В се­мье од­но­го из та­ких ру­до­ко­пов и ро­дил­ся «бур­жу­аз­ный ре­во­лю­ци­о­нер № 1» – имен­но так Мар­ти­на Лю­те­ра спу­стя ве­ка на­зо­вет Маркс. Впро­чем, ре­во­лю­ци­он­ную роль Лю­те­ра в ис­то­рии ев­ро­пей­ской ци­ви­ли­за­ции при­зна­ют от­нюдь не толь­ко марк­си­сты. До­ста­точ­но вспом­нить зна­ме­ни­тую ра­бо­ту Мак­са Ве­бе­ра «Про­те­стант­ская эти­ка и дух ка­пи­та­лиз­ма» или сло­ва ве­ду­ще­го аме­ри­кан­ско­го ли­те­ра­ту­ро­ве­да XX сто­ле­тия Вер­но­на Л. Пар­ринг­то­на: «Уче­ние Лю­те­ра бы­ло на­чи­не­но по­ро­хом – оно про­из­ве­ло взрыв, про­ло­мив­ший зи­я­ю­щие бре­ши в ка­зав­ших­ся незыб­ле­мы­ми кре­пост­ных сте­нах фе­о­да­лиз­ма».

Но вер­нем­ся к сред­не­ве­ко­вым немец­ким ру­до­ко­пам, неза­мет­но для се­бя вы­ко­пав­шим из сво­их шахт ев­ро­пей­ский ка­пи­та­лизм. Их чис­лен­ность и кон­цен­тра­ция неиз­беж­но ве­ли к но­вым со­ци­аль­но-эко­но­ми­че­ским фор­мам жиз­ни.

Кре­стья­нин – про­ле­та­рий – ка­пи­та­лист

Осе­нью 1483 го­да мо­ло­дой немец­кий кре­стья­нин Ганс Лю­тер с бе­ре­мен­ной же­ной в по­ис­ках средств к су­ще­ство­ва­нию пе­ре­бра­лись из се­ла на руд­ни­ки Манс­фельд­ско­го граф­ства в Сак­со­нии. Уже в но­яб­ре то­го го­да у на­чи­на­ю­ще­го ру­до­ко­па ро­дил­ся сын, на­ре­чен­ный Мар­ти­ном. По­ка маль­чик рос, его отец упор­но дол­бил по­ро­ду и столь же упор­но ко­пил день-

ги. Оби­лие шахт, ру­ды и ра­бо­чих рук вме­сте с вы­со­ким спро­сом на же­ле­зо да­ва­ли вче­раш­не­му кре­стья­ни­ну шанс под­нять­ся на но­вую сту­пень.

И Ганс Лю­тер свой шанс не упу­стил: семь лет про­ра­бо­тав в шах­те, ор­га­ни­зо­вал гор­но­руд­ное то­ва­ри­ще­ство. Та­кие то­ва­ри­ще­ства, Gewerkschaften, по­все­мест­но воз­ни­кав­шие то­гда в гор­но­руд­ном ре­мес­ле, и бы­ли пер­вы­ми по-на­сто­я­ще­му ка­пи­та­ли­сти­че­ски­ми про­из­вод­ства­ми. К на­ча­лу XVI ве­ка отец Мар­ти­на Лю­те­ра уже вполне со­сто­яв­ший­ся «ка­пи­та­лист», по­лу­ча­ю­щий при­быль от вла­де­ния па­я­ми вось­ми шахт и трех пла­ви­лен. Ко­неч­но, ему с его 1250 гуль­де­на­ми ка­пи­та­ла бы­ло да­ле­ко до Фуг­ге­ров и Вель­зе­ров, круп­ней­ших куп­цов и бан­ки­ров в Гер­ма­нии той эпо­хи. Фуг­ге­ры и Вель­зе­ры вско­ре ку­пят зем­ли ны­неш­ней Ве­не­су­э­лы у им­пе­ра­то­ра Кар­ла V за сум­му, в 300 раз боль­шую, чем ка­пи­тал Лю­те­ра-стар­ше­го.

Но и ты­ся­ча гуль­де­нов поз­во­ля­ла то­гда це­лый год опла­чи­вать ра­бо­ту по­чти сот­ни ма­сте­ров. Од­ним сло­вом, от «ма­лень­ко­го» Лю­те­ра до «боль­ших» Фуг­ге­ров и Вель­зе­ров – это уже са­мый на­сто­я­щий ран­ний ка­пи­та­лизм. Прав­да, ра­бо­тать это­му ка­пи­та­лиз­му при­хо­дит­ся в нед­рах клас­си­че­ско­го фе­о­да­лиз­ма – «Свя­щен­ная Рим­ская им­пе­рия гер­ман­ской на­ции» пять ве­ков на­зад пред­став­ля­ла со­бой эта­лон­ную ил­лю­стра­цию для школь­но­го учеб­ни­ка ис­то­рии Сред­них ве­ков. Фе­о­даль­ная раз­дроб­лен­ность, фе­о­даль­ная воль­ни­ца и «фе­о­даль­ная лест­ни­ца» – от про­стых ры­ца­рей до гра­фов и ко­ро­лей, а свер­ху, над тре­мя ко­ро­ля­ми, по­чти бес­силь­ный им­пе­ра­тор. И все это ду­хов­но «окорм­ля­ет» ка­то­ли­че­ская цер­ковь – един­ствен­ная доз­во­лен­ная идео­ло­гия, к то­му же са­ма яв­ля­ю­ща­я­ся круп­ней­шим фе­о­да­лом. По­чти треть зе­мель и вла­де­ний в той Гер­ма­нии при­над­ле­жа­ли епи­ско­пам и мо­на­сты­рям.

Вот в та­ких усло­ви­ях рож­да­ет­ся «ка­пи­та­лизм» Лю­те­ров – от­ца и сы­на. Кста­ти, мно­гое в той ис­то­рии пять ве­ков на­зад пе­ре­кли­ка­ет­ся с предыс­то­ри­ей рус­ской ре­во­лю­ции 100-лет­ней дав­но­сти. Тот же но­во­рож­ден­ный и бур­но рас­ту­щий ка­пи­та­лизм, при­дав­лен­ный мо­гу­чи­ми фе­о­даль­ны­ми пе­ре­жит­ка­ми. Да­же дви­жу­щая си­ла сов­па­да­ет – став­шие «про­ле­та­ри­а­том» и «бур­жу­а­зи­ей» вче­раш­ние кре­стьяне, го­ро­жане пер­во­го-вто­ро­го по­ко­ле­ния, и их де­ти.

Ка­пи­та­лизм рож­да­ет­ся в ти­по­гра­фии

Сов­па­да­ет и еще од­но усло­вие – оба со­ци­аль­ных сло­ма про­ис­хо­дят в свя­зи с бо­лее-ме­нее мас­со­вым рас­про­стра­не­ни­ем гра­мот­но­сти и ро­стом чис­ла ин­тел­ли­ген­ции. Сын Ган­са Лю­те­ра, вче­раш­не­го кре­стья­ни­на, вы­рос­ше­го из ру­до­ко­па в ка­пи­та­ли­ста, по­лу­ча­ет весь­ма со­лид­ное уни­вер­си­тет­ское об­ра­зо­ва­ние.

Кре­стьян­ский сын учит ла­тынь и гре­че­ский, отец-«ка­пи­та­лист» про­чит Мар­ти­на в юри­сты, бла­го в лос­кут­ной «Свя­щен­ной Рим­ской им­пе­рии гер­ман­ской на­ции», со­сто­я­щей из мно­же­ства от­дель­ных вла­де­ний и за­пу­тан­ных иерар­хий, юри­ди­че­ское крюч­ко­твор­ство весь­ма вос­тре­бо­ва­но. Но бу­ду­щий об­ли­чи­тель рим­ско­го па­пы ухо­дит в мо­на­стырь – как бы мы ска­за­ли се­го­дня, ком­мер­че­ской прак­ти­ке пред­по­чи­та­ет на­уч­ную де­я­тель­ность (с уче­том то­го, что вся «на­у­ка» то­гда на­сквозь ре­ли­ги­оз­на). Мар­ти­на боль­ше вле­кут фи­ло­соф­ские шту­дии, и вско­ре ка­то­ли­че­ский мо­нах Martinus Luder на бо­же­ствен­ной ла­ты­ни пре­по­да­ет тео­ло­гию в го­ро­де Вит­тен­бер­ге, в од­ном из но­вых уни­вер­си­те­тов Сак­со­нии. Хо­ро­шая ка­рье­ра для кре­стьян­ско­го вну­ка, но уже не пре­дел меч­та­ний для сы­на совладельца вось­ми шахт.

Ко­нец XV – на­ча­ло XVI ве­ка для Гер­ма­нии еще и вре­мя на­уч­но­го рас­цве­та (уже в со­вре­мен­ном по­ни­ма­нии науки). Не слу­чай­но имен­но там и то­гда Ио­ганн Гу­тен­берг изоб­ре­та­ет кни­го­пе­ча­та­ние, а в Нюрн­бер­ге в 1477 го­ду из­го­тов­ля­ют пер­вые в ми­ре кар­ман­ные ча­сы – изоб­ре­те­ния настоль­ко эпо­халь­ные и зна­ко­вые, что не тре­бу­ют лиш­них по­яс­не­ний. Ко­рот­кие стро­ки позд­не­сред­не­ве­ко­вой ста­ти­сти­ки го­во­рят са­ми за се­бя – к на­ча­лу XVI ве­ка в Ба­зе­ле ра­бо­та­ют 16 ти­по­гра­фий, в Аугс­бур­ге – 20, в Кельне – 21, в Нюрн­бер­ге – 24. В Гер­ма­нии то­гда от­кры­ва­ют 9 но­вых уни­вер­си­те­тов, впер­вые воз­ни­ка­ет си­сте­ма школь­но­го об­ра­зо­ва­ния да­же в неболь­ших го­ро­дах. Так бу­ду­щий ка­пи­та­лизм рож­да­ет­ся не толь­ко в шах­тах, но и в уни­вер­си­те­тах с ти­по­гра­фи­я­ми.

Встре­ча с Ре­нес­сан­сом и про­дав­ца­ми ин­дуль­ген­ций

В 1511 го­ду Мар­тин Лю­тер, член мо­на­ше­ско­го ор­де­на ав­гу­стин­цев и все еще вер­ный сын ка­то­ли­че­ской церк­ви, едет в Рим. В те дни, ко­гда 28-лет­ний док­тор тео­ло­гии на­хо­дит­ся в «Веч­ном го­ро­де», Ми­ке­лан­дже­ло ра­бо­та­ет над фрес­ка­ми Сикс­тин­ской ка­пел­лы, а Ра­фа­эль рас­пи­сы­ва­ет сте­ны пап­ских по­ко­ев. Впро­чем, эти ше­дев­ры ни Мар­тин Лю­тер, ни про­чая ши­ро­кая пуб­ли­ка то­гда не уви­дят – они пред­на­зна­ча­лись для услаж­де­ния выс­ших чи­нов пап­ской ку­рии. Из все­го твор­че­ства Ра­фа­э­ля про­вин­ци­аль­ный мо­нах (для Ри­ма «ди­кая» Гер­ма­ния – все еще глу­хая про­вин­ция) смо­жет узреть толь­ко фрес­ку, на­пи­сан­ную им в честь не­дав­но умер­ше­го пап­ско­го сло­на. Для на­бож­но­го и пыт­ли­во­го Лю­те­ра та­кое «Воз­рож­де­ние» – лишь сим­вол раз­вра­та за­жрав­ших­ся цер­ков­ных вер­хов.

Од­на­ко дух на­сто­я­ще­го Воз­рож­де­ния уже бро­дит ря­дом. За­ко­но­мер­но сре­ди бли­жай­ших дру­зей Мар­ти­на Лю­те­ра по уни­вер­си­те­ту ока­зы­ва­ет­ся Фи­липп Швар­церд, пре­по­да­ва­тель гре­че­ско­го язы­ка и лю­би­тель ан­тич­ной фи­ло­со­фии. Имен­но Швар­церд, сме­нив фа­ми­лию на гре­че­ский ма­нер – Ме­ланх­тон («Чер­ная зем­ля», до­слов­ный пе­ре­вод с немец­ко­го Schwarzerd), ста­нет пер­вым ко­ди­фи­ка­то­ром лю­те­ран­ства и идей ре­фор­ма­ции, по­вен­чав уче­ние Лю­те­ра с ан­тич­ным гу­ма­ни­сти­че­ским на­сле­ди­ем.

По­во­рот­ным мо­мен­том в судь­бах Лю­те­ра и ми­ра ока­зы­ва­ет­ся ок­тябрь 1517 го­да. В Гер­ма­нию при­хо­дит пап­ская бул­ла о мас­со­вой про­да­же ин­дуль­ген­ций, как гла­сит текст по­сла­ния – для «ока­за­ния со­дей­ствия по­стро­е­нию хра­ма св. Пет­ра и спа­се­ния душ хри­сти­ан­ско­го ми­ра».

«Спа­се­ние ду­ши» в об­мен на день­ги – прак­ти­ка до пре­де­ла ци­нич­ная, но освя­щен­ная ве­ка­ми цер­ков­но­го ав­то­ри­те­та. У Мар­ти­на Лю­те­ра, сы­на гор­но­руд­но­го «ка­пи­та­ли­ста», к ин­дуль­ген­ци­ям, од­на­ко, есть лич­ный счет – еще в 1508 го­ду Ганс Лю­тер, фа­на­тич­ным ско­пи­дом­ством и бе­реж­ли­во­стью ско­ла­чи­вав­ший пер­во­на­чаль­ный ка­пи­тал, эко­но­мив­ший да­же на соб­ствен­ных де­тях, все же упла­тил вну­ши­тель­ную сум­му за та­кую ин­дуль­ген­цию. Для Лю­те­ра-сы­на упор­ная эко­но­мия бы­ла бла­гом, ува­жа­е­мой це­лью, а вот по­куп­ка «от­пу­ще­ния гре­хов» ка­за­лась и жи­тей­ской глу­по­стью, и по­пра­ни­ем ре­ли­ги­оз­но­го смыс­ла. И воз­му­щен­ный Лю­тер бро­сил­ся пи­сать свои до­во­ды про­тив «ин­дуль­ген­ций». Так в по­след­ний день ок­тяб­ря 1517 го­да на две­рях церк­ви в зам­ке го­ро­да Вит­тен­бер­га по­яви­лись 95 те­зи­сов, вско­ре пе­ре­вер­нув­ших мир.

Пер­вый «непо­беж­ден­ный ере­тик»

Есте­ствен­но, тео­лог Лю­тер не ду­мал ни о ка­ких «ка­пи­та­лиз­мах» и со­ци­аль­ных из­ме­не­ни­ях. То­гда лю­ди мыс­ли­ли ис­клю­чи­тель­но ре­ли­ги­оз­ны­ми ка­те­го­ри­я­ми, и «95 те­зи­сов» – это су­гу­бо тео­ло­ги­че­ский спор, ме­ста­ми непо­нят­ный, ме­ста­ми до смеш­но­го на­ив­ный для лю­дей на­ше­го вре­ме­ни. Но для ин­тел­лек­ту­а­лов (и тем бо­лее неин­тел­лек­ту­а­лов) 5 ве­ков на­зад все бы­ло звер­ски се­рьез­но. Звер­ски – в пря­мом смыс­ле. Для Лю­те­ра, по су­ти, ря­до­во­го, пусть и шиб­ко гра­мот­но­го, мо­на­ха, оспа­ри­вать ав­то­ри­тет рим­ско­го па­пы бы­ло пря­мым пу­тем на ко­стер. Судь­ба со­жжен­но­го век на­зад Яна Гу­са бы­ла ему и окру­жа­ю­щим то­гда хо­ро­шо из­вест­на.

Од­на­ко все слу­чи­лось со­вер­шен­но ина­че и по­ра­зи­тель­но да­же для са­мо­го Лю­те­ра. Сло­во его про­по­ве­ди удач­но па­ло на под­го­тов­лен­ную поч­ву. Оно дей­стви­тель­но пре­вра­ти­лось в ис­кру, от ко­то­рой сде­то­ни­ро­вал по­рох, «про­ло­мив­ший зи­я­ю­щие бре­ши в ка­зав­ших­ся незыб­ле­мы­ми сте­нах фе­о­да­лиз­ма».

Ес­ли крат­ко и упро­щен­но, то ос­нов­ная идея «95 те­зи­сов» Лю­те­ра – это сво­бо­да во­ли че­ло­ве­ка. Спа­се­ние каж­до­го ве­ру­ю­ще­го хри­сти­а­ни­на мо­жет быть лишь ре­зуль­та­том его лич­ной ве­ры, лич­ных уси­лий, и не за­ви­сит от ре­ше­ний ка­ко­го-то зем­но­го ав­то­ри­те­та и зем­ной иерар­хии. Имен­но Лю­тер «осво­бо­дил че­ло­ве­ка от внеш­ней ре­ли­ги­оз­но­сти», как мет­ко ре­зю­ми­ро­вал Маркс. Но имен­но эта «внеш­няя ре­ли­ги­оз­ность», гос­под­ство­вав­шая ве­ка­ми ка­то­ли­че­ская цер­ковь, и бы­ла идей­ным фун­да­мен­том ев­ро­пей­ско­го фе­о­да­лиз­ма.

Рим­ский па­па и им­пер­ские вла­сти Гер­ма­нии так и не смо­гут аре­сто­вать «ере­ти­ка», да­же по­сле от­лу­че­ния его от церк­ви. На­обо­рот, чув­ству­ю­щий под­держ­ку окру­жа­ю­щих, Мар­тин Лю­тер в 1520 го­ду тор­же­ствен­но со­жжет пап­скую бул­лу. Во­об­ще, судь­ба «ере­ти­ка» и «ре­во­лю­ци­о­не­ра» в даль­ней­шем сло­жит­ся уди­ви­тель­но бла­го­по­луч­но – он умрет в соб­ствен­ной по­сте­ли ува­жа­е­мым про­ро­ком в воз­расте 63 лет. То есть про­жи­вет длин­ную для

Ос­нов­ная идея «95 те­зи­сов» Лю­те­ра – это сво­бо­да во­ли че­ло­ве­ка. Спа­се­ние ве­ру­ю­ще­го хри­сти­а­ни­на мо­жет быть лишь ре­зуль­та­том его лич­ной ве­ры, лич­ных уси­лий, и не за­ви­сит от зем­ной иерар­хии

той эпо­хи и счаст­ли­вую жизнь, хо­тя и на­пол­нен­ную стра­стя­ми, – че­го сто­ит од­на ис­то­рия же­нить­бы быв­ше­го мо­на­ха Лю­те­ра на мо­ло­день­кой дво­рян­ке, чей по­бег из мо­на­сты­ря он устро­ит.

Так Мар­тин Лю­тер ста­нет пер­вым «непо­беж­ден­ным ере­ти­ком» в ис­то­рии За­пад­ной Ев­ро­пы. А его про­по­ве­ди, рож­ден­ные в ок­тяб­ре 1517 го­да, най­дут со­чув­ству­ю­щих во всех со­ци­аль­ных сло­ях – за счи­тан­ные го­ды от «рим­ско­го пре­сто­ла» от­ло­жат­ся це­лые об­ла­сти в цен­тре Ев­ро­пы, при­том бо­га­тей­шие и эко­но­ми­че­ски наи­бо­лее раз­ви­тые. Под­дер­жав­шая Лю­те­ра го­род­ская ин­тел­ли­ген­ция быст­ро сфор­ми­ру­ет ос­но­вы про­те­стан­тиз­ма, по су­ти, но­вой ми­ро­вой ре­ли­гии. Но сам он при этом был со­вер­шен­но да­лек от со­ци­аль­ных и эко­но­ми­че­ских кон­цеп­ций. Лю­тер ис­кренне ве­рил, что все­го лишь воз­вра­ща­ет­ся к «чи­сто­те» пер­во­на­чаль­но­го хри­сти­ан­ства, и всю остав­шу­ю­ся жизнь яв­лял­ся толь­ко ду­хов­ным ав­то­ри­те­том, чи­стым идео­ло­гом, но ни­как не по­ли­ти­ком или пар­тий­ным во­ждем. Рав­но да­ле­ки от «ка­пи­та­ли­сти­че­ско­го про­грес­са» бы­ли и мо­гу­ще­ствен­ные фе­о­да­лы, с хо­ду под­дер­жав­шие про­по­ве­ди Лю­те­ра. Для мно­гих вла­сти­те­лей в цен­тре Ев­ро­пы идеи ок­тяб­ря 1517-го ста­ли лишь удоб­ным пред­ло­гом к вполне «рей­дер­ско­му» за­хва­ту и пе­ре­де­лу ги­гант­ской цер­ков­ной соб­ствен­но­сти.

«Лю­те­ро­во уче­ние ка­жет­ся го­раз­до бли­же к ис­тине»

Еще при жиз­ни Лю­те­ра воз­буж­ден­ные его иде­я­ми ре­ли­ги­оз­ные фа­на­ти­ки и по­ли­ти­че­ские ци­ни­ки бу­дут оспа­ри­вать преж­ние цер­ков­ные и свет­ские вла­сти от Фран­ции до Поль­ши, и за счи­тан­ные де­ся­ти­ле­тия его по­сле­до­ва­те­ли возь­мут власть от Шве­ции до Швей­ца­рии, от Лон­до­на до ны­неш­не­го Тал­ли­на – о та­кой «ми­ро­вой ре­во­лю­ции» боль­ше­ви­ки 1917 го­да мог­ли толь­ко меч­тать. Да­же в очень да­ле­кой от ка­то­ли­циз­ма и ка­пи­та­лиз­ма Мос­ков­ской Ру­си мо­ло­дой царь Ио­анн, еще не про­зван­ный Гроз­ным, озна­ко­мив­шись с пе­ре­во­дом лю­те­ран­ских ка­те­хи­зи­сов,

не без усмеш­ки за­ме­тит: «Лю­те­ро­во уче­ние ка­жет­ся го­раз­до бли­же к ис­тине, чем рим­ское». Не от­ли­чав­ший­ся то­ле­рант­но­стью царь поз­во­лит лю­те­ра­нам по­стро­ить в Москве храм – он по­явит­ся при­мер­но в тот же год, ко­гда рус­ское вой­ско взя­ло Ка­зань.

Впро­чем, для та­кой ве­ро­тер­пи­мо­сти бы­ли и вполне ути­ли­тар­ные при­чи­ны – на­при­мер, первую ти­по­гра­фию в Москве со­зда­ва­ли имен­но лю­те­ране. Зна­ме­ни­тый «пер­во­пе­чат­ник» Иван Фе­до­ров но­сит этот ти­тул лишь по­то­му, что со­хра­ни­лись от­пе­ча­тан­ные им и обо­зна­чен­ные его име­нем кни­ги. В дей­стви­тель­но­сти же Фе­до­ров был уче­ни­ком Ган­са Бок­бин­де­ра («Пе­ре­плет­чи­ка»), ма­сте­ра-лю­те­ра­ни­на, при­гла­шен­но­го Ива­ном Гроз­ным в Моск­ву для ор­га­ни­за­ции пер­вой «пе­чат­ни».

В даль­ней­шем имен­но лю­те­ране бу­дут со­став­лять ос­нов­ную мас­су ино­стран­ных спе­ци­а­ли­стов, слу­жив­ших мос­ков­ским ца­рям. Рав­но как и ос­нов­ная меж­ду­на­род­ная тор­гов­ля Мос­ков­ской Ру­си с За­пад­ной Ев­ро­пой бу­дет ве­стись глав­ным об­ра­зом куп­ца­ми­про­те­стан­та­ми и че­рез про­те­стант­ские стра­ны. На­чи­ная от Ива­на Гроз­но­го и до Пет­ра I имен­но по­том­ки Лю­те­ра ста­нут ис­точ­ни­ком ев­ро­пей­ских тех­но­ло­гий для мо­дер­ни­за­ции Рос­сии.

Но и са­ми пер­вые лю­те­ране, ярост­но бра­нясь и во­юя с ка­то­ли­ка­ми, про­яв­ля­ли де­мон­стра­тив­ную ком­пли­мен­тар­ность к пра­во­слав­ным. Тот же Фи­липп Ме­ланх­тон, друг и пер­вый пре­ем­ник Лю­те­ра, рас­сы­лал пра­во­слав­ным пат­ри­ар­хам свои пе­ре­во­ды на гре­че­ский про­те­стант­ских ка­те­хи­зи­сов и со­чи­не­ний, уве­ряя, что лю­те­ране име­ют мно­го об­ще­го с «гре­че­ской цер­ко­вью». Да­же ко­гда об­на­ру­жи­лось нема­лое дог­ма­ти­че­ское рас­хож­де­ние двух ре­ли­гий, по­ле­ми­ка пра­во­слав­ных и лю­те­ран ве­лась ку­да бо­лее ува­жи­тель­но, чем идео­ло­ги­че­ская вой­на тех и дру­гих с ка­то­ли­ка­ми. В поль­ско­ли­тов­ской Ре­чи Пос­по­ли­той мест­ные «дис­си­ден­ты» – пра­во­слав­ные и пер­вые про­те­стан­ты – за­ча­стую бу­дут объ­еди­нять­ся про­тив об­ще­го вра­га в ли­це гос­под­ству­ю­ще­го ка­то­ли­циз­ма. Имен­но этот со­юз вне­сет в рус­ский язык сам ла­тин­ский тер­мин «дис­си­дент».

«Стран­ное вре­мя» Мар­ти­на Лю­те­ра

В XXI ве­ке на Зем­ле на­счи­ты­ва­ет­ся бо­лее 800 млн че­ло­век, ис­по­ве­ду­ю­щих те или иные фор­мы про­те­стан­тиз­ма, рож­ден­но­го в 1517 го­ду те­зи­са­ми Мар­ти­на Лю­те­ра. Са­мое мо­гу­ще­ствен­ное го­су­дар­ство пла­не­ты – США – ро­ди­лось из про­те­стант­ских сект. Те Би­б­лии, на ко­то­рых неиз­мен­но кля­нут­ся все пре­зи­ден­ты Со­еди­нен­ных Шта­тов, – это про­те­стант­ские пе­ре­во­ды Свя­щен­но­го Пи­са­ния.

Но сде­лан­ный Мар­ти­ном Лю­те­ром пе­ре­вод Би­б­лии с ла­ты­ни на немец­кий в со­вре­мен­ной Гер­ма­нии по пра­ву счи­та­ет­ся на­ча­лом ли­те­ра­тур­но­го немец­ко­го язы­ка. Во­об­ще, куль­тур­ное вли­я­ние пер­во­го ре­во­лю­ци­о­не­ра 1517 го­да на круп­ней­шую стра­ну и круп­ней­ший эт­нос Цен­траль­ной Ев­ро­пы – от­дель­ная боль­шая ис­то­рия. Лю­тер оста­вил мо­гу­чий след да­же в му­зы­ке – со­чи­нял сти­хи для мо­лит­вен­ных пес­но­пе­ний и под­би­рал к ним ме­ло­дии, став пред­ше­ствен­ни­ком немец­ких клас­си­че­ских ком­по­зи­то­ров. Ио­ганн Се­бастьян Бах был и ре­ли­ги­оз­ным, и куль­тур­ным по­сле­до­ва­те­лем Лю­те­ра.

Впро­чем, и ан­ти­се­ми­тизм на­ци­стов Гит­ле­ра то­же апел­ли­ро­вал к од­но­му из ас­пек­тов на­сле­дия Лю­те­ра. Из­на­чаль­но про­по­вед­ник 1517 го­да от­но­сил­ся к иуде­ям тер­пи­мо, но ко­гда они от­ка­за­лись по­сле­до­вать его уче­нию, так оби­дел­ся, что раз­ра­зил­ся пам­фле­том «О ев­ре­ях и их лжи», став идей­ным ро­до­на­чаль­ни­ком ан­ти­се­ми­тиз­ма в Гер­ма­нии.

На­сле­дие Лю­те­ра по­рой про­яв­ля­ет­ся в са­мых неожи­дан­ных мо­мен­тах. На­при­мер, сре­ди его зна­ко­мых и со­се­дей по го­ро­ду Вит­тен­бер­гу был некий док­тор Ио­ганн Фа­уст, три ве­ка спу­стя став­ший про­то­ти­пом глав­но­го ге­роя зна­ме­ни­той тра­ге­дии Ге­те. Лю­тер в сво­их про­по­ве­дях на немец­ком ча­сто ис­поль­зо­вал сло­во «trotz» – «во­пре­ки». И это ска­за­лось при вы­бо­ре псев­до­ни­ма од­ним из глав­ней­ших ре­во­лю­ци­о­не­ров XX ве­ка – Лев Бронштейн стал Троц­ким не без вли­я­ния ис­то­рии Лю­те­ра.

Во­об­ще, пер­вые марк­си­сты весь­ма вы­со­ко ста­ви­ли на­сле­дие 1517 го­да. Счи­тая, что со­ци­а­лизм рож­да­ет­ся из ка­пи­та­лиз­ма, они не мог­ли не це­нить пер­во­го про­ро­ка ми­ро­во­го ка­пи­та­лиз­ма.

Про­по­ведь Лю­те­ра дей­стви­тель­но еще при его жиз­ни по­ро­ди­ла пер­вых ре­во­лю­ци­о­не­ров Ев­ро­пы. У нас бла­го­да­ря школь­но­му кур­су ис­то­рии бо­лее из­ве­стен То­мас Мюн­цер – зна­ко­мый и по­сле­до­ва­тель Лю­те­ра, ли­дер са­мо­го боль­шо­го в ис­то­рии Гер­ма­нии кре­стьян­ско­го вос­ста­ния (ко­то­рое сам Лю­тер, кста­ти, ре­ши­тель­но осу­дил). Но ку­да ин­те­рес­нее идей­ное на­сле­дие Ми­ха­э­ля Гай­смай­ра, во­ждя про­те­стан­тов Ба­ва­рии и Ав­стрии. Имен­но он, то­же вдох­но­вив­шись про­по­ве­дью Лю­те­ра, еще в 1526 го­ду пер­вым сфор­му­ли­ро­вал идею «го­су­дар­ства ра­бо­чих и кре­стьян», по­ни­мая под ра­бо­чи­ми имен­но мно­го­чис­лен­ных гор­ня­ков ти­па Лю­те­ра-от­ца.

За­дол­го до Марк­са этот ра­ди­каль­ный по­сле­до­ва­тель лю­те­ран­ства сфор­му­ли­ро­вал идеи пол­но­стью ого­су­дар­ствлен­ной эко­но­ми­ки все­об­ще­го ра­вен­ства. А для пу­ще­го ра­вен­ства Гай­смайр пред­ла­гал лик­ви­ди­ро­вать круп­ней­шие го­ро­да, «что­бы ни­кто не воз­вы­шал­ся над дру­гим и бы­ло обес­пе­че­но пол­ное ра­вен­ство», пред­вос­хи­тив тем са­мым «идеи» Пол По­та.

В 1983 го­ду «со­ци­а­ли­сти­че­ская Гер­ма­ния» – ГДР – на са­мом вы­со­ком го­су­дар­ствен­ном уровне от­ме­ча­ла 500-ле­тие со дня рож­де­ния Лю­те­ра. Гла­ва го­су­дар­ства и пра­вя­щей пар­тии Эрих Хо­нек­кер то­гда по­свя­тил «бур­жу­аз­но­му ре­во­лю­ци­о­не­ру № 1» несколь­ко пуб­ли­ка­ций и вы­ступ­ле­ний – как ес­ли бы Лео­нид Бреж­нев про­из­нес на съез­де КПСС па­ру хва­леб­ных ре­чей о «про­то­по­пе Ав­ва­ку­ме».

Се­го­дня в Гер­ма­нии нет Кар­лМаркс-Штад­та, за­то ряд го­ро­дов но­сят в име­нах по­чет­ную при­став­ку Лю­тер­штадт. Сам Лю­тер на­зы­вал свою эпо­ху wunderliche zeytten – «стран­ное вре­мя». И, огля­ды­ва­ясь на пять ве­ков, про­шед­ших с 31 ок­тяб­ря 1517 го­да, необ­хо­ди­мо признать, что мы до сих пор жи­вем в стран­ном вре­ме­ни Мар­ти­на Лю­те­ра.

«Уче­ние Лю­те­ра бы­ло на­чи­не­но по­ро­хом – оно про­из­ве­ло взрыв, про­ло­мив­ший зи­я­ю­щие бре­ши в ка­зав­ших­ся незыб­ле­мы­ми кре­пост­ных сте­нах фе­о­да­лиз­ма»

Мар­тин Лю­тер стал пер­вым «непо­беж­ден­ным ере­ти­ком» в ис­то­рии За­пад­ной Ев­ро­пы. Рим­ский па­па и им­пер­ские вла­сти Гер­ма­нии не смог­ли его аре­сто­вать да­же по­сле от­лу­че­ния от церк­ви (на фо­то: кар­ти­на Ан­то­на фон Вер­не­ра, на ко­то­рой Лю­тер вы­сту­па­ет пе­ред су­дом рейхс­та­га в Ворм­се)

На юго-во­сто­ке Гер­ма­нии в на­ча­ле XVI сто­ле­тия кон­цен­три­ро­ван­ные за­ле­жи ру­ды в неглу­бо­ких шах­тах до­бы­ва­ли свы­ше 100 тыс. ру­до­ко­пов. В се­мье од­но­го из них и ро­дил­ся «бур­жу­аз­ный ре­во­лю­ци­о­нер №1», как спу­стя ве­ка на­зо­вет Мар­ти­на Лю­те­ра Карл Маркс www.profile.ru

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.