Сруб­лен­ный курс

RBC - - CАНКЦИИ -

1. По­че­му па­да­ет рубль?

Пред­по­сыл­ки для ослаб­ле­ния руб­ля в ап­ре­ле и мае бы­ли и до объ­яв­ле­ния об аме­ри­кан­ских санк­ци­ях, го­во­рят на рын­ке. По про­гно­зам спе­ци­а­ли­стов Райф­фай­зен­бан­ка, ослаб­ле­ние под воз­дей­стви­ем фун­да­мен­таль­ных фак­то­ров ожи­да­лось к кон­цу ап­ре­ля, так «как в ап­ре­ле саль­до сче­та те­ку­щих опе­ра­ций ($6,2 млрд) все еще пре­вы­ша­ет объ­ем по­ку­пок ва­лю­ты Мин­фи­ном ($4,2 млрд)», го­во­рит­ся в со­об­ще­нии бан­ка. Эту точ­ку зре­ния под­твер­жда­ет и Сер­гей Ко­ро­лев из «Це­рих Кэпи­тал». «Пла­но­вое ослаб­ле­ние руб­ля в ап­ре­ле и мае бы­ло про­гно­зи­ру­е­мо. Сре­ди вли­яв­ших на это фак­то­ров — уве­ли­че­ние ва­лют­ных ин­тер­вен­ций Мин­фи­ном, рост клю­че­вых ста­вок ФРС и сни­же­ние став­ки в Рос­сии и, со­от­вет­ствен­но, ослаб­ле­ние ин­те­ре­са ин­ве­сто­ра к опе­ра­ци­ям carry trade (за­им­ство­ва­ние ва­лю­ты го­су­дар­ства с низ­кой про­цент­ной став­кой, ее кон­вер­та­ция и вло­же­ние в ин­стру­мен­ты го­су­дар­ства с вы­со­кой став­кой). «Вве­де­ние санк­ций по­слу­жи­ло триг­ге­ром для это­го ослаб­ле­ния», — го­во­рит экс­перт.

6 ап­ре­ля Мин­фин США ввел но­вые санк­ции про­тив круп­ных рос­сий­ских биз­не­сме­нов и ком­па­ний, в том чис­ле алю­ми­ни­е­во­го ги­ган­та UC Rusal, ве­ду­ще­го де­я­тель­ность по все­му ми­ру. Ин­ве­сто­ры пы­та­ют­ся пе­ре­осмыс­лить гео­по­ли­ти­че­ские угро­зы для рос­сий­ско­го су­ве­рен­но­го дол­га, так как Мин­фин США в на­ча­ле го­да пре­ду­пре­дил, что вве­де­ние та­ких санк­ций бу­дет чув­стви­тель­но для аме­ри­кан­ских ин­ве­сто­ров, объ­яс­ня­ет глав­ный ана­ли­тик Рос­бан­ка Ев­ге­ний Ко­ше­лев.

По сло­вам Ко­ше­ле­ва, еще од­на при­чи­на ослаб­ле­ния руб­ля — эс­ка­ла­ция ближ­не­во­сточ­но­го кон­флик­та. На про­шлой неде­ле о хи­ми­че­ской ата­ке в си­рий­ском го­ро­де Ду­ме, в ре­зуль­та­те ко­то­рой по­гиб­ли 60 че­ло­век, со­об­ща­ли ак­ти­ви­сты. США об­ви­ни­ли в слу­чив­шем­ся пра­ви­тель­ство Ба­ша­ра Аса­да, дей­ству­ю­щее при под­держ­ке Рос­сии. Пре­зи­дент США До­нальд Трамп 9 ап­ре­ля по­обе­щал при­нять ре­ше­ние об от­вет­ных ме­рах Ва­шинг­то­на на слу­чив­ше­е­ся. По мне­нию Ко­ше­ле­ва, эти но­во­сти мо­гут до­ба­вить эмо­ци­о­наль­но­го дав­ле­ния на рубль и рос­сий­ские ак­ти­вы.

Ев­ро к руб­лю рос немно­го бо­лее ак­тив­но, чем дол­лар. Глав­ный эко­но­мист Аль­фа-бан­ка На­та­лия Ор­ло­ва объ­яс­ня­ет это тем, что под санк­ции в первую оче­редь под­па­да­ют имен­но дол­ла­ро­вые тран­зак­ции и ком­па­нии счи­та­ют, что им без­опас­нее сей­час на­хо­дить­ся в ев­ро­пей­ской ва­лю­те.

Еще од­на при­чи­на па­де­ния руб­ля — вне­сен­ный в кон­гресс США на про­шлой неде­ле за­ко­но­про­ект, ко­то­рый преду­смат­ри­ва­ет вве­де­ние санк­ций в от­но­ше­нии Рос­сии за ее при­част­ность к отрав­ле­нию быв­ше­го пол­ков­ни­ка ГРУ Сер­гея Скри­па­ля и его до­че­ри (рос­сий­ские вла­сти при­част­ность ка­те­го­ри­че­ски от­ри­ца­ют). Ав­то­ры за­ко­но­про­ек­та, чле­ны па­ла­ты пред­ста­ви­те­лей де­мо­крат Хо­акин Каст­ро и рес­пуб­ли­ка­нец Май­кл Тер­нер, пред­ла­га­ют в чис­ле дру­гих мер за­пре­тить аме­ри­кан­ским участ­ни- кам рын­ка лю­бые опе­ра­ции с рос­сий­ски­ми го­су­дар­ствен­ны­ми об­ли­га­ци­я­ми, вы­пу­щен­ны­ми по ис­те­че­нии по­лу­го­да по­сле при­ня­тия ре­ше­ний о санк­ци­ях. Кро­ме то­го, в до­ку­мен­те пред­ла­га­ет­ся за­пре­тить опе­ра­ции с дол­гом круп­ней­ших рос­сий­ских бан­ков (Сбер­банк, ВТБ, Газ­пром­банк, Пром­связь­банк). Ве­ро­ят­ность при­ня­тия та­ко­го за­ко­на в США сей­час оце­ни­ва­ет­ся как невы­со­кая.

За­ко­но­про­ект был вне­сен в кон­гресс еще 5 ап­ре­ля и то­гда про­шел по­чти неза­ме­чен­ным. Од­на­ко во втор­ник, на фоне об­щей нер­воз­но­сти на рын­ке, этот за­ко­но­про­ект стал фак­то­ром дав­ле­ния на рубль. Но­вость о вне­се­нии в кон­гресс США за­ко­но­про­ек­та о вве­де­нии санк­ций в от­но­ше­нии но­во­го рос­сий­ско­го су­ве­рен­но­го дол­га до­бав­ля­ет нега­ти­ва в сло­жив­шей­ся си­ту­а­ции, от­ме­тил в раз­го­во­ре с РБК ве­ду­щий ана­ли­тик груп­пы ана­ли­за дол­го­вых рын­ков Пром­связь­бан­ка Ми­ха­ил Под­дуб­ский. «Мы на­блю­да­ем са­мо­под­дер­жи­ва­ю­щий­ся про­цесс на фоне эмо­ци­о­наль­ной ре­ак­ции: рубль осла­бе­ва­ет, ряд участ­ни­ков рын­ка не мо­гут вы­дер­жать та­кое дви­же­ние и за­кры­ва­ют свои по­зи­ции по рос­сий­ским ак­ти­вам, что, в свою оче­редь, при­во­дит к до­пол­ни­тель­но­му дав­ле­нию на рубль», — объ­яс­ня­ет экс­перт.

2. Что бу­дет с кур­сом даль­ше?

Курс руб­ля ста­би­ли­зи­ру­ет­ся, ко­гда про­яс­нит­ся си­ту­а­ция от­но­си­тель­но даль­ней­ших санк­ций и гео­по­ли­ти­че­ской на­пря­жен­но­сти, про­гно­зи­ру­ют опро­шен­ные РБК экс­пер­ты. Но, как ука­зы­ва­ет глав­ный эко­но­мист Евразий­ско­го бан­ка раз­ви­тия Яро­слав Ли­со­во­лик, в крат­ко­сроч­ной пер­спек­ти­ве ма­ло­ве­ро­ят­но воз­вра­ще­ние кур­са к уров­ню 57–58 руб. за дол­лар, кор­рек­ция мо­жет за­нять несколь­ко ме­ся­цев. «В це­лом воз­мо­жен сце­на­рий (при усло­вии от­сут­ствия в даль­ней­шем нега­тив­но­го вли­я­ния извне) — мы уви­дим от­кат кур­са бли­же к уров­ню 60 руб.», — до­пус­ка­ет Ли­со­во­лик.

По оцен­кам глав­но­го эко­но­ми­ста Аль­фа-бан­ка На­та­лии Ор­ло­вой, ста­би­ли­за­ция кур­са мо­жет про­изой­ти уже в те­че­ние ме­ся­ца. «По се­го­дняш­не­му дви­же­нию вид­но, что ес­ли на рын­ке нет пред­ло­же­ния от экс­пор­те­ров, курс мо­жет очень быст­ро дви­гать­ся вниз. В це­лом ры­нок очень во­ла­тиль­ный», — опи­сы­ва­ет она те­ку­щую си­ту­а­цию. Но рас­счи­ты­ва­ет: «По­сле тур­бу­лент­но­сти и вклю­че­ния всех рис­ков в ры­нок мы вер­нем­ся к уров­ню 60 руб. за дол­лар».

Де­лать дол­го­сроч­ные вы­во­ды на ос­но­ва­нии те­ку­ще­го ослаб­ле­ния руб­ля ра­но. «Вско­ре мо­гут по­сле­до­вать кор­рек­ция и ста­би­ли­за­ция ва­лю­ты на бо­лее вы­со­ких уров­нях (по срав­не­нию с те­ми, что бы­ли до скач­ка кур­сов из-за санк­ций). По­нять, на­сколь­ко дли­тель­ным мо­жет быть те­ку­щее сни­же­ние кур­са руб­ля, по­мо­гут со­бы­тия бли­жай­ших недель, в том чис­ле гео­по­ли­ти­че­ские», — за­клю­ча­ет глав­ный эко­но­мист BCS Global Markets Вла­ди­мир Ти­хо­ми­ров.

«По ме­ре ста­би­ли­за­ции си­ту­а­ции и оцен­ки рис­ков под­держ­ка со сто­ро­ны неф­ти не даст руб­лю про­ва­лить­ся. Ду­маю, что воз­врат кур­са к 60–61 руб. вполне воз­мо­жен при от­сут­ствии до­пол­ни­тель­но­го по­то­ка нега­ти­ва», — со­глас­на ана­ли­тик УК «Аль­фа-Ка­пи­тал» Да­рья Же­лан­но­ва, от­ме­чая, что гео­по­ли­ти­че­ские рис­ки, на­при­мер от эс­ка­ла­ции кон­флик­та в Си­рии, крайне слож­но пред­ска­зы­вать.

3. Ка­ко­вы по­след­ствия для эко­но­ми­ки?

На фоне те­ку­ще­го ослаб­ле­ния руб­ля ин­фля­ция по ито­гам го­да мо­жет со­ста­вить 3–4%, пред­по­ла­га­ет ана­ли­тик ГК «Фи­нам» Сер­гей Дроз­дов. Ес­ли те­ку­щий курс руб­ля не крат­ко­сроч­ное яв­ле­ние, а но­вая ре­аль­ность на бли­жай­шие ме­ся­цы, то он ска­жет­ся на тем­пах ро­ста ин­фля­ции — при кур­се 62–63 руб. за дол­лар ин­фля­ция к кон­цу мая—июню мо­жет рас­ти до­пол­ни­тель­но на 0,1–0,2% ме­сяц к ме­ся­цу, пред­ре­ка­ет глав­ный эко­но­мист BCS Global Markets Вла­ди­мир Ти­хо­ми­ров. Ослаб­ле­ние руб­ля не ока­жет су­ще­ствен­но­го вли­я­ния на уро­вень ин­фля­ции — ее по­ка­за­тель мо­жет вы­рас­ти мак­си­мум на 0,2–0,3% в го­до­вом вы­ра­же­нии, успо­ка­и­ва­ет мак­ро­ана­ли­тик Райф­фай­зен­бан­ка Ста­ни­слав Му­ра­шов.

По по­след­не­му про­гно­зу ЦБ от 23 мар­та, ин­фля­ция со­ста­вит 3–4% по ито­гам 2018 го­да и бу­дет на­хо­дить­ся вбли­зи 4% в 2019 го­ду. Минэко­но­мраз­ви­тия ра­нее про­гно­зи­ро­ва­ло, что в ап­ре­ле—мае ин­фля­ция бу­дет на­хо­дить­ся в диа­па­зоне 2,1–2,2%, а в июне го­до­вой рост цен мо­жет опу­стить­ся ни­же 2%.

Те­ку­щее ослаб­ле­ние руб­ля мо­жет по­вли­ять на тем­пы сни­же­ния клю­че­вой став­ки ЦБ, от­ме­ча­ют экс­пер­ты. На бли­жай­шем за­се­да­нии 27 ап­ре­ля ЦБ вполне мо­жет взять па­у­зу в по­сле­до­ва­тель­ном сни­же­нии клю­че­вой став­ки, пред­по­ла­га­ет Дроз­дов из «Фи­на­ма». ЦБ сни­жал став­ку пять раз под­ряд, до 7,25% (по­след­ний раз — 23 мар­та), и до объ­яв­ле­ния аме­ри­кан­ских санк­ций со­би­рал­ся сни­жать ее и даль­ше до до­сти­же­ния рав­но­вес- но­го уров­ня (меж­ду 6–7%). Став­ка мо­жет не сни­жать­ся по край­ней ме­ре до июня—июля, а воз­мож­но — и до сен­тяб­ря, ко­гда про­яс­нит­ся си­ту­а­ция с уро­жа­ем (фак­тор вли­я­ния на ин­фля­цию), пред­по­ла­га­ет Вла­ди­мир Ти­хо­ми­ров. Па­у­за в сни­же­нии став­ки воз­мож­на, но по­во­дом для из­ме­не­ния де­неж­но­кре­дит­ной по­ли­ти­ки курс руб­ля не ста­нет, счи­та­ет Ста­ни­слав Му­ра­шов. Он ждет, что к кон­цу го­да став­ка бу­дет на уровне 6,75%.

Сам ЦБ по­ка де­мон­стри­ру­ет спо­кой­ную ри­то­ри­ку, ком­мен­ти­руя про­ис­хо­дя­щее на фи­нан­со­вых рын­ках. Гла­ва ЦБ Эль­ви­ра На­би­ул­ли­на за­яви­ла, что сей­час ры­нок столк­нул­ся с «кор­рек­ци­ей» и обыч­ной для та­ких слу­ча­ев по­вы­шен­ной во­ла­тиль­но­стью, так что ЦБ не ви­дит рис­ков для фи­нан­со­вой ста­биль­но­сти, хо­тя и об­ла­да­ет «ши­ро­ким на­бо­ром ин­стру­мен­тов», что­бы в слу­чае необ­хо­ди­мо­сти вме­шать­ся. Од­ним из та­ких ин­стру­мен­тов мо­гут стать ва­лют­ные ин­тер­вен­ции. «Ва­лют­ное РЕПО ни­кто не сво­ра­чи­вал, ес­ли бу­дет необ­хо­ди­мость, этот ин­стру­мент все­гда есть у нас в за­па­се. Во­прос — бу­дет ли спрос. Ес­ли бу­дет в це­лях фи­нан­со­вой ста­биль­но­сти необ­хо­ди­мость его при­ме­нить, то по­че­му бы нет», — ска­зал 10 ап­ре­ля на кон­фе­рен­ции ВШЭ пер­вый зам­пред ЦБ Сер­гей Шве­цов (ци­та­та по «Ин­тер­фак­су»).

Для по­тре­би­те­ля од­ним из за­мет­ных воз­мож­ных эф­фек­тов от ослаб­ле­ния руб­ля мо­жет стать рост цен на им­порт­ные то­ва­ры. Ев­ро­пей­ские про­из­во­ди­те­ли элек­тро­ни­ки и бы­то­вой тех­ни­ки уже пре­ду­пре­ди­ли рос­сий­ских ре­тей­ле­ров (в част­но­сти, «М.Ви­део» и «Эль­до­ра­до») о воз­мож­ном пе­ре­смот­ре за­ку­поч­ных цен на 5–10%.

4. Ко­му вы­год­но укреп­ле­ние ва­лю­ты?

Бе­не­фи­ци­а­ры ослаб­ле­ния руб­ля — фе­де­раль­ный бюд­жет и экс­пор­те­ры, схо­дят­ся во мне­нии опро­шен­ные РБК ана­ли­ти­ки. Сла­бый рубль со­зда­ет очень ком­форт­ные усло­вия для сы­рье­вых экс­пор­те­ров, ука­зы­ва­ет глав­ный эко­но­мист «ПФ Ка­пи­тал» Ев­ге­ний На­дор­шин. По этой же при­чине сло­жив­ший­ся курс вы­го­ден бюд­же­ту — руб­ле­вая це­на на нефть по­сле па­де­ния кур­са пре­вы­ша­ет 4 тыс. руб. за бар­рель, на­по­ми­на­ет ана­ли­тик, хо­тя ком­форт­ным уров­нем для бюд­же­та счи­та­ет­ся це­на уже 3300 руб. за бар­рель.

Ослаб­лен­ный рубль по­мо­жет экс­пор­ту, счи­та­ет гла­ва Цен­тра стра­те­ги­че­ских раз­ра­бо­ток (ЦСР) Алек­сей Куд­рин. «Ряд от­рас­лей, ско­рее все­го, за­ра­бо­та­ют на дан­ном кур­се. Тем са­мым в це­лом [пла­теж­ный] ба­ланс бу­дет непло­хим, это не по­вли­я­ет силь­но на эко­но­ми­че­ский рост», — ска­зал Куд­рин жур­на­ли­стам на Бир­же­вом фо­ру­ме в Москве.

Ес­ли аб­стра­ги­ро­вать­ся от всех осталь­ных ас­пек­тов, то ослаб­ле­ние руб­ля дей­стви­тель­но вы­год­но бюд­же­ту, со­гла­ша­ет­ся Алек­сандра Сус­ли­на из Экс­перт­ной эко­но­ми­че­ской груп­пы (ЭЭГ). «Ес­ли то, что сей­час про­ис­хо­дит, ни­как не при­ве­дет к сни­же­нию цен на нефть, не при­ве­дет к огра­ни­че­ни­ям в плане объ­е­мов экс­пор­ти­ру­е­мых то­ва­ров, то неф­те­га­зо­вых до­хо­дов при­дет боль­ше», — го­во­рит Сус­ли­на.

Фе­де­раль­ный бюд­жет на 2018 год свер­стан ис­хо­дя из сред­не­го­до­во­го кур­са 64,7 руб. за дол­лар, в ян­ва­ре—мар­те сред­ний курс дол­ла­ра не пре­вы­шал 57 руб., сле­ду­ет из дан­ных ЦБ. Бюд­жет свер­стан, в крат­ко­сроч­ной пер­спек­ти­ве ожи­да­ет­ся по­вы­ше­ние уров­ня до­хо­дов (в руб­лях от экс­пор­та в свя­зи с вы­со­ким уров­нем цен на нефть и сни­же­ни­ем кур­са руб­ля), по­ка Мин­фи­ну не о чем бес­по­ко­ить­ся, го­во­рит Сус­ли­на. «Мин­фин нач­нет бес­по­ко­ить­ся то­гда, ко­гда из бюд­же­та по­тре­бу­ет­ся вы­де­лить день­ги на под­держ­ку биз­не­сме­нов, по­пав­ших под санк­ции. По­ка это толь­ко сло­ва и кон­крет­ных ука­за­ний не да­но», — на­по­ми­на­ет она.

5. Кто мо­жет по­стра­дать от па­де­ния руб­ля?

Ес­ли курс ва­лю­ты вы­рас­тет силь­нее, чем это на­блю­да­ет­ся сей­час, то он ока­жет вли­я­ние и на бюд­жет, и на эко­но­ми­ку, и на бла­го­со­сто­я­ние граж­дан, пре­ду­пре­жда­ет Сус­ли­на из Экс­перт­ной эко­но­ми­че­ской груп­пы. На­пря­жен­ность, ко­то­рая скла­ды­ва­ет­ся сей­час на рын­ках, — это угро­за ста­биль­но­му раз­ви­тию, со­кра­ще­ние ши­ро­ких на­ло­го­вых баз, го­во­рит она. «Мо­жет по­лу­чить­ся, что неф­те­га­зо­вых до­хо­дов бу­дет приходить боль­ше, а на­ло­го­вые ба­зы по дру­гим на­ло­гам бу­дут сни­жать­ся из-за об­ще­го ухуд­ше­ния мак­ро­эко­но­ми­че­ской си­ту­а­ции», — раз­мыш­ля­ет экс­перт. В сло­жив­шей­ся си­ту­а­ции ин­ве­сто­ры мо­гут по­те­рять ин­те­рес к Рос­сии из-за вы­со­ко­го уров­ня рис­ка, пред­по­ла­га­ет На­дор­шин. «То­гда все пла­ны раз­ви­тия эко­но­ми­ки — уско­ре­ние ро­ста, по­вы­ше­ние про­из­во­ди­тель­но­сти, ин­ду­стри­а­ли­за­ция 4.0 — оста­нут­ся нере­а­ли­зо­ван­ны­ми», — го­во­рит он.

«По­стра­да­ют все. Боль­ше все­го это ощу­тит услов­ный сред­ний класс — лю­ди, ко­то­рые при­вык­ли пу­те­ше­ство­вать и по­ку­пать им­порт­ные то­ва­ры», — про­гно­зи­ру­ет Сус­ли­на. Для ме­нее обес­пе­чен­ных сло­ев удар бу­дет ме­нее су­ще­ствен­ным, «но об­щий уро­вень цен все рав­но вы­рас­тет — невоз­мож­но по­ку­пать толь­ко все оте­че­ствен­ное», утвер­жда­ет экс­перт. Ло­ги­ка ре­тей­ла та­ко­ва, что ес­ли вы­рас­тет це­на на им­порт­ные огур­цы и по­ми­до­ры, то це­ны под­ни­мут и на оте­че­ствен­ную про­дук­цию, по­это­му уро­вень цен бу­дет рас­ти вме­сте с кур­сом, счи­та­ет эко­но­мист.

По дан­ным Рос­ста­та, до­ля им­порт­ных по­тре­би­тель­ских то­ва­ров в Рос­сии по ито­гам тре­тье­го квар­та­ла 2017 го­да со­став­ля­ла 35%, до­ля им­пор­та в про­до­воль­ствии — 22% (по ито­гам 2014 го­да — 42 и 34% со­от­вет­ствен­но).

Из-за ослаб­ле­ния руб­ля преж­де все­го по­стра­да­ют ком­па­нии, вво­зя­щие то­вар из-за гра­ни­цы, ска­зал РБК про­фес­сор фи­нан­сов Рос­сий­ской эко­но­ми­че­ской шко­лы Олег Ши­ба­нов. От це­но­вой ре­ак­ции им­пор­те­ров бу­дет за­ви­сеть, ка­кие ка­те­го­рии на­се­ле­ния силь­нее все­го по­чув­ству­ют на се­бе по­след­ствия па­де­ния руб­ля, про­дол­жил он. «Ес­ли они (ком­па­нии-им­пор­те­ры. — РБК) не бу­дут рез­ко ме­нять це­ны на им­порт­ные то­ва­ры, то уда­рит по всем [ка­те­го­ри­ям] при­мер­но оди­на­ко­во», — ска­зал Ши­ба­нов.

Ослаб­ле­ние руб­ля при­ве­дет к уве­ли­че­нию ин­фля­ци­он­но­го дав­ле­ния, за­ру­беж­ный ту­ризм для на­се­ле­ния ста­нет до­ро­же, но де­валь­ва­ция руб­ля ни­же 10% в це­лом некри­тич­на, по­ла­га­ет ди­рек­тор ана­ли­ти­че­ско­го де­пар­та­мен­та «Ло­ко-Ин­вест» Ки­рилл Тре­ма­сов. «Ска­чок ва­лют не вы­зо­вет ро­ста цен на про­дук­ты пер­вой необ­хо­ди­мо­сти, наи­ме­нее за­щи­щен­ные слои на­се­ле­ния не по­стра­да­ют от это­го скач­ка», — уве­рен Тре­ма­сов.

Пла­те­же­спо­соб­ный спрос на­се­ле­ния со­кра­тит­ся, счи­та­ет до­цент Ин­сти­ту­та от­рас­ле­во­го ме­недж­мен­та РАНХиГС Олег Фи­лип­пов. Про­дук­ция рос­сий­ской про­мыш­лен­но­сти, ис­поль­зу­ю­щей им­порт­ное обо­ру­до­ва­ние, ста­нет еще ме­нее рен­та­бель­ной. «Ком­плек­ту­ю­щие, про­мыш­лен­ное обо­ру­до­ва­ние бу­дут за­ку­пать­ся по бо­лее вы­со­кой цене. За это за­пла­тит на­се­ле­ние, у ко­то­ро­го и так пла­те­же­спо­соб­ный спрос па­да­ет», — ре­зю­ми­ро­вал Фи­лип­пов.

Для по­тре­би­те­ля од­ним из за­мет­ных воз­мож­ных эф­фек­тов от ослаб­ле­ния руб­ля мо­жет стать рост цен на им­порт­ные то­ва­ры. Ев­ро­пей­ские про­из­во­ди­те­ли элек­тро­ни­ки и бы­то­вой тех­ни­ки уже пре­ду­пре­ди­ли рос­сий­ских ре­тей­ле­ров (в част­но­сти, «М.Ви­део» и «Эль­до­ра­до») о воз­мож­ном пе­ре­смот­ре за­ку­поч­ных цен на 5–10%

Утром 10 ап­ре­ля дол­лар по­до­ро­жал до 63 руб. — это мак­си­мум с де­каб­ря 2016 го­да. Рубль па­да­ет, не­смот­ря на рас­ту­щие це­ны на нефть

Ис­точ­ни­ки: Мо­сбир­жа, РБК, «Ин­тер­факс», «Ве­до­мо­сти», investing.com

Ис­точ­ни­ки: ЦБ, Рос­стат

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.